Ценность прошедшего дня с весомых мужских "починил", "сделал" и "съездил-купил-принёс" сместилась на всякие "вытер", "убрал" "перестелил", "отвёл" и "разложил таблетки".  Не так я представлял наши шестьдесят.

   Повторно разошлась змейка на домашнем  комбезе. На работе выскочил, пошёл в знакомый ремонт одежды. Тётя делит помещение с аптекой. Два парня общаются с девочкой-фармацевтом. Читаю объявление, мол, ремонт одежды возобновится с 8-го сентября. Досадно - ещё раз приходить. Слышу: "Давайте, пропустим дедушку". Это парни про меня. Какого, нахрен, дедушку?! Но вслух я благодарен. Парни молодцы. А все ж обидно. Я ж покамест дядя, батя, отец... 

   Показал жене блокировку открытия на купленном выкидном ноже. Дескать, когда соберёшься меня порешить, не забудь про этот рычажок. На себя, потом кнопку и ширь, ширь, ширь... Кивнула без интереса. Значит, поживу ещё.

Когда я слышу "прилично/неприлично" во мне просыпается совсем уже было успокоившийся сетевой тролль. Таких понятий нет в моём лексиконе. Есть понятия "достойно/недостойно", "правильно/неправильно", "разумно/неразумно", "хорошо/плохо". Это морально-этические категории. А "прилично/неприлично" это не моральная категория, это довольно абстрактно придуманный конструкт общественных социальных отношений в данном конкретном социуме.

Я не являюсь отнюдь приличным, наоборот стараюсь таким не казаться.

Чему Вику учат в её японской школе катори синто-рю. В основном, катаной махать. Но там есть и другое: работа с нагинатой. Это такое женское оружие, двухметровая тяжеленная алебарда, которой можно любого хулигана пополам разрубить. Метанию сюрикенов, стрельбе из лука. Рукопашному бою не учат. Но любой уважающий себя самурай должен знать кунг-фу. Это они сами изучают для общего развития. А Вика натуральный самурай. Дама-самурай. Она-бугейся. В храме Катори в Камакуре висит дощечка с её именем.

  Большинство исторических драм (из мною просмотренных) зачастую следуют стандартному маршруту: сейчас будут дворцовые интриги, борьба фракций, заговоры, отравления и бесконечные люди в шляпах, обсуждающие судьбу государства. Всё это (почти всё) есть и в Одиноком красном сердце (ОКС), но он поначалу притворяется историей о несчастной любви, а потом постепенно выясняется, что любовь здесь — самая опасная форма политического компромата.

  Действие происходит в условном Чосоне, то есть исторический антураж есть, корейские имена есть, дворец есть, но искать точное соответствие реальным событиям не стоит. Королевская власть здесь существует скорее номинально. Молодой ван Ли Тэ сидит на троне, но рядом с ним возвышается Пак Гэвон — левый гос.советник, фактический хозяин государства и человек, без которого, кажется, нельзя не только принять политическое решение, но и чихнуть. 

   Уже неделю.