Екатерина Павловна Багратион (1783-1857) была настоящей femme fatale – роковой женщиной, разбивавшей десятки мужских сердец. Но самой главной любовью этой красавицы стала ее Родина, которой она бескорыстно служила верой и правдой.

Брак по воле императора

18-летнюю красавицу фрейлину Екатерину Павловну Скавронскую генерал Петр Багратион увидел на одном из балов и мгновенно влюбился.
Бравый Петр Иванович совершенно растерялся, не зная, как привлечь внимание девушки. Но на помощь ему пришел лично император Павел I, любивший устраивать браки своих придворных.
Молва о том, что Екатерина Павловна – «верная дочь своей матери» (о Екатерине Скавронской-старшей и ее образе жизни ходили многочисленные легенды) и уже имела любовную связь с графом Паленом, 35-летнего некрасивого и уже совершенно седого генерала не беспокоила.
Император же все решил в рабочем порядке. Он задержал Багратиона после дежурства. Маменьке послал депешу, в которой повелел нарядить дочь в белое платье и прибыть в Гатчину. Согласия невесты никто спрашивать не собирался, и венчание состоялось 2 сентября 1800 года в церкви Гатчинского дворца.
Генерал Ланжерон писал: «Багратион женился на маленькой племяннице кн. Потемкина… Эта богатая и блестящая пара не подходила к нему. Багратион был только солдатом, имел такой же тон, манеры и был ужасно уродлив. Его жена была настолько бела, насколько он был черен; она была красива, как ангел, блистала умом, самая живая из красавиц Петербурга, она недолго удовлетворялась таким мужем…»

Разные судьбы

Обвенчавшись, Екатерина и Петр Иванович нисколько не стали ближе друг другу: уж слишком разные у них были натуры и образ жизни.
Багратион сражался на всех войнах той эпохи, а его жена порхала с одного курорта на другой, получив прозвище «блуждающей княгини» и, как острили современники, «создав себе второе отечество в собственной карете».
Европа с восхищением следила за русской красавицей, легко тратившей целые состояния на модные туалеты и менявшей любовников едва ли не чаще, чем наряды.
Одним из возлюбленных Екатерины стал король Людвиг Баварский, с которым они познакомились в Дрездене. Но – увы: всего через несколько месяцев он погиб на войне. «При всей красоте и привлекательности она не могла не собрать вокруг себя замечательного общества, – писал знавший ее Гете. – Чудный цвет лица, алебастровая кожа, золотистые волосы, таинственное выражение глаз…»
Природа создала Екатерину Павловну как миниатюрную фарфоровую статуэтку: сказочно белая кожа, тонкая талия, голубые глаза, из-за близорукости казавшиеся по-детски наив-ными. Княгиня выглядела невероятно молодо, и в 30 лет напоминала 15-летнюю девушку.
«Милая женщина, – отмечал дипломат Александр Булгаков, – ее дом приятен, все к ней ездят. На это одних денег не довольно, надобно уменье, любезность, ловкость».
«Екатерина скандально прославилась на всю Европу, – писал Мозес Монтефьоре, доверенное лицо королевы Виктории, – прозванная Le bel ange nu (“Обнаженным Ангелом”) за свое пристрастие к полупрозрачным платьям из индийского муслина, откровенно облегавшим ее формы, и Chatte blanche (“Белой кошкой”) – за безграничную чувственность».
Багратион умолял жену вернуться в Россию и жить обычным семейным домом. Но в планы красавицы это никак не входило. Она отделывалась краткими письмами о необходимости продолжения лечения и, появляясь в свете в очередном откровенном наряде, разбивала очередное мужское сердце.
Петр Иванович оплачивал несметные счета супруги, продавая недвижимость и раздавая закладные. «Однако она жена моя, и я люблю ее, конечно», – отвечал он на упреки родных, когда те узнали о закладе в казну орловского имения в 1808 году.

На службе Отечеству

В дорогой ее сердцу Вене Екатерина Павловна устроила в своем доме салон, в который стремились попасть самые интересные люди Европы.
Эта смелая русская выбирала любовников, руководствуясь только своими чувствами, что немедленно стало копироваться прочими светскими дамами.
Но княгиня Багратион была и страстной патриоткой. Это признавали даже ее недоброжелатели. В ее салоне собирались важные персоны, люто ненавидевшие Наполеона. И когда хозяйка говорила, что знает политических секретов больше, чем все посланники вместе взятые, то не грешила против истины.
Княгиню якобы никто официально не уполномочивал собирать и передавать информацию в нужные руки, и делала она все это исключительно из любви к Родине, официально не числясь ни по какому ведомству и не получая никаких денег.
В лице столь прекрасной дамы Наполеон неожиданно для себя получил очень серьезного противника: многочисленные светские друзья Екатерины Павловны под ее влиянием стали бойкотировать французское посольство.
Еще больше беспокойства императору принесла весть о любовной связи княгини и австрийского канцлера Клеменса Меттерниха. К тому же у пары родилась дочь, названная в честь отца Клементиной.
Когда через много лет княгиня с удовольствием вспоминала, что именно она уговорила Меттерниха согласиться на вступление Австрии в антинаполеоновскую коалицию, в этом не было ни грамма хвастовства.
На фоне открытого романа Екатерины Павловны с Меттернихом ходили слухи о ее связях с саксонским дипломатом Фридрихом фон Шуленбергом, принцем Вюртембергским, лордом Чарльзом Стюартом и прочими персонами, влияние на которых княгиня использовала в интересах внешней политики России.
Меж тем Петр Багратион заказал художнику Волкову два портрета: свой и жены. И по повелению Александра I удочерил Клементину, хотя отлично знал, что ее биологическим отцом является Меттерних.
В ходе Бородинского сражения, 26 августа 1812 года, Петр Иванович был ранен в ногу. Это привело к гангрене, от которой он и скончался через 16 дней.

Тайный агент

Победу в войне 1812 года вдова Багратиона праздновала в Австрии. В 1814 году на специально устроенном балу в честь Венского конгресса Александр I благодарил очаровательную хозяйку княгиню, которую называли Русской Андромедой, бывшую его интимным другом, за бесценные сведения, поставляемые ею.
«Тайным агентом России называли, например, красавицу княгиню Екатерину Багратион, – писал современник, – умную и ловкую интриганку, женщину в высшей степени легкомысленную. Во время Венского конгресса император Александр бывал у нее по вечерам и во время этих посещений, затягивавшихся до позднего часа, выслушивал интересовавшие его сообщения».
Но эти празднования развлекали современников еще и другим: явным соперничеством за сердце Александра I Екатерины Павловны и герцогини Саган, прозванной Клеопатрой Курляндии. Все знали, что герцогиня была очередной любовницей Меттерниха, и над этой ситуацией смеялись во всех дворах Европы…

О, Париж!

Переезд в 1815 году княгини Багратион в столицу Франции стоил большой головной боли местной полиции, не сомневавшейся в шпионской деятельности Екатерины Павловны и вынужденной установить за ее домом на Елисейских Полях круглосуточное наблюдение. Вся прислуга в доме была подкуплена и регулярно давала сведения о гостях хозяйки.
«Эта дама очень известна в высшем обществе благодаря политическому влиянию и кокетству, – писал осведомитель. – В понедельник вечером, довольно поздно, ушли от нее два поляка, и один из них, граф Станислав Потоцкий, вернулся обратно. Подобные проделки случаются часто. Героями их становятся то один, то другой кавалер. Княгиня очень переменчива».
Стендаль, Бенжамен Констан, маркиз де Кюстин, греческая королева почитали за честь быть принятыми в салоне княгини. Оноре де Бальзак не скрывал, что княгиня Багратион служила ему прообразом одной из героинь «Шагреневой кожи», которую он описал так: «У нее около восьмидесяти тысяч ливров дохода, она никого не любит, а может быть, ее никто не любит! Своего рода женщина-загадка, полурусская парижанка, полупарижская россиянка! Женщина, у которой выходят в свет все романтические произведения, не появляющиеся в печати, самая красивая женщина в Париже, самая обольстительная!»
Дипломат Александр Тургенев, кипя злобой, писал в дневнике в 1825 году: «Княгиня Багратион, забыв мать и Россию, проживает последние прелести».
Неожиданно для всех, 11 января 1830 г., Екатерина Павловна вышла замуж за английского генерала и дипломата Карадока, лорда Хоудена (1799-1873), но фамилию Багратион менять не стала. Второй супруг был младше ее на 16 лет. Но брак этот продлился недолго.
Ходили слухи, что лорд сам инициировал развод, так как им увлеклась юная английская королева Виктория.

Последний приют

Здоровье престарелой дамы постепенно ухудшалось: отнялись ноги, и слуги возили ее в кресле.
Екатерины Павловны не стало в 1857 году, когда ей было 75 лет. Согласно завещанию, ее похоронили в Венеции.
Вместе с княгиней Екатериной Багратион ушла эпоха роскошных женщин и элегантного шпионажа, оставив глубокий и яркий след в мировой истории.


Элла ФУРМАНСКАЯ