Изабелла Даниловна Юрьева родилась 26 августа (7 сентября) 1899 года (по паспорту - 25 августа (7 сентября) 1902) в Ростове-на-Дону в музыкальной семье и была самой младшей. Кроме нее, в семье было еще три дочери: Мария, Екатерина и Анна. 

Семейный портрет Левиковых. Мать - Софья Исааковна (постижёр), отец - Данила Георгиевич

Впервые выступила на эстраде в Ростове в летнем парке в 1920 году, исполнив романс "По старой Калужской дороге".

Актриса театра "Эрмитаж". 1922 год.

В 1922 году в Москве Изабелла Юрьева с сестрой Анной посетила А.В.Таскина, в прошлом аккомпаниатора знаменитых А.Вяльцевой и Ф.Шаляпина, и когда он услышал голос никому еще не известной певицы, то сразу же предложил ей разучить несколько романсов и на следующий день выступить в концерте. 

В 1925 году после одного из концертов уже популярной в Москве и Ленинграде Изабеллы Юрьевой к ней подошел симпатичный молодой человек и сказал, что у нее не только замечательный голос, но что она еще и обаятельная женщина. Это был Иосиф Аркадьев. Вскоре он стал не только ее администратором, но и мужем, о чем она никогда не жалела - он сумел обеспечить ей безбедную жизнь и стал ее единственной любовью.

 

Они прожили вместе 46 лет (он умер в 1971 году), и это были, по признанию Юрьевой, самые счастливые годы в ее жизни. Иосиф Аркадьевич, к тому же, был неплохим поэтом и стал автором текстов знаменитых юрьевских шлягеров: "Ласково взгляни", "Весенняя песенка" и "Если можешь - прости". 

Изабелла Даниловна (слева) с сестрой Анной. Берлин, 1925 год.

Бердянск, 1923 год.

1926 год Юрьева провела с мужем в Париже. Она очаровала парижскую публику. Ей предложили выступить в знаменитой "Олимпии" и даже сняться в главной роли в франко-испанском фильме, но она отказалась, так как готовилась стать матерью и родила сына в такси у ворот роддома. 

Сын Володя родился с врожденным пороком сердца и, прожив чуть больше года, умер в Ленинграде (там жили родственники мужа). "Муж ни за что на свете не брал меня хоронить ребенка, - вспоминает Изабелла Даниловна. - Я осталась в Москве со своим горем. А через два дня вынуждена была выступать на сцене дорогущего мюзик-холла на площади Маяковского. Мне было сказано: публика ничего не должна знать, она пришла веселиться... И я пела, держась за стул. А в ложе над сценой плакала опереточная прима Клавдия Новикова, моя приятельница. Она все знала..." 

В 1937 году Юрьева записала на пластинку первую песню "Ты помнишь наши встречи" Ильи Жака и Андрея Волкова, которая через три года стала шлягером, но не у нее, а у К.Шульженко. 

Супруги Юрьева и Аркадьев разъезжали по Москве на шикарном "Крайслере". Второй такой был, по слухам, чуть ли не у самого Ежова. Огромные гонорары Юрьевой, о которых могли только мечтать ведущие оперные певцы, и солидные доходы преуспевающего Аркадьева позволили этой супружеской паре обставить квартиру антикварной мебелью и построить под Воскресенском дачу с шестью балконами и террасой площадью в 24 кв.м.

На даче.

Их соседями по даче были ведущие актеры МХАТа и Малого театра.

В этом дачном поселке было всего два телефона - у примы Малого театра Веры Пашенной и у Изабеллы Юрьевой. В 60-х годах Юрьева и Аркадьев решили продать дачу за 22 тысячи рублей какому-то священнику, но, не получив разрешения властей, продали ее всего за 10 тысяч Олегу Лундстрему.

 "Как-то вечером зазвонил телефон, - вспоминает певица. - Нас приглашали приехать в Кремль, сказали, что пришлют машину. Мы с мужем вначале не поверили, но трубку на том конце взял Иван Семенович Козловский и сказал: "Пунчик, вас здесь ждут, приезжайте".

В Кремле за ужином я оказалась рядом с Михаилом Ивановичем Калининым. После ужина предстояло выступить, и я очень волновалась. Михаил Иванович это заметил и стал меня успокаивать. А потом сказал: "Впрочем, я вас понимаю. Я тоже волнуюсь перед выступлением". Потом меня друзья упрекали, почему я не замолвила перед ним слово о смягчении политики гонения на романс". 

Конечно, у Юрьевой была масса поклонников. Еще до замужества, покоренный ее красотой, ей предлагал руку и сердце будущий американский миллионер Арманд Хаммер, но она не могла себе представить жизнь вдали от России. Когда она была уже замужем, на ней хотел жениться поэт и переводчик Самуил Маршак. Михаил Зощенко подарил певице свою новую книгу с дарственной надписью, а потом так зачастил в гости к Юрьевой и Аркадьеву, что последний предупредил Изабеллу: "Если Зощенко еще раз попытается к нам прийти, я спущу его с лестницы!" 

В 1966 году Юрьева оставляет профессиональную эстраду, а через пять лет умирает Аркадьев, ее единственная любовь, и для нее наступает тот грустный период жизни, о котором так метко сказала Фаина Раневская: "Одиночество - это когда есть телефон, а звонит будильник". 

Прощальный концерт любимицы Московской и Ростовской публики Изабеллы Юрьевой

Изабелла Даниловна,  оставшись одна и остро ощутив дефицит общения, стала боготворить домработниц, однако немногие из них задерживались подолгу, соблазнившись антикварными вещами хозяйки. 

В 1992 году российская общественность торжественно отметила 90-летие Юрьевой. Ей наконец-то было присвоено давно заслуженное звание народной артистки России, а в 1994 году она пригласила известных мастеров искусства в ресторан "Прага" отметить свое... 95-летие.

Приглашенные были шокированы: как такое может быть? А объяснялось это очень просто. Когда в СССР вводилась паспортная система, возникла реальная возможность добавить или скостить себе годик-другой. Конечно, большинство женщин, особенно из богемы, воспользовались этим (достаточно вспомнить Любовь Орлову или Марию Литвиненко-Вольгемут). Юрьева, от природы скромный человек, скостила себе всего три года. Но в 1994 году, вспомнив, что ее года - ее богатство, и чувствуя, что в ее пороховнице достаточно пороха, чтобы встретить и вековой юбилей, она и открыла свою тайну. Замысел блестяще удался. 

 "100 лет - это, конечно, много, - любила повторять Изабелла Даниловна. - Но я вам честно скажу: как хочется еще пожить!" 

Умерла Изабелла Юрьева  20 января 2000 года. 

Леонид Шемета 

В приморском парке певица пела,
Ей в унисон пел соловей.
- Ты помнишь, Саша?
 – О, Изабелла!
Как много памятного с ней!

В двадцатом веке, кровавом веке,
Пел дивный голос, пел про любовь,
Сентиментально дрожали веки,
И сердце к сердцу стремилось вновь.

- Ты помнишь, Саша?  В приморском парке,
Ты помнишь встречу, каштан в цвету?
Как темен вечер, как взгляды жарки!
Как ты любил певицу ту!

Роняли астры росу в июле,
Звучал романс, и век добрел…
Осенним утром пела Юрьева!
О, этот голос! Как он пел!

Она ушла, как королева –
Под перезвон январских льдов,
И  вьюга русская ей пела,
Снегами занося альков.

Она ушла. Но в звездный вечер,
Весной,  когда каштан в цвету,
Вдруг зазвучит романс о встрече,
И вспомнишь ты певицу ту.

- Ты помнишь, Саша?  В приморском парке,
Ты помнишь встречу, каштан в цвету?
Как темен вечер, как взгляды жарки!
Как ты любил певицу ту!

Любовь Чар