Почему, когда я смотрю в это закатное голубо-синее небо с рыжими вкраплениями фонарей, всегда накатывает?...
Почему хочется протянуть руки и уткнуться в плечо? Чужое... или неблизкое...
А ещё очень сильно разрыдаться, чтоб вышло всё… всё то, что наболело… всё то, что тревожит… всё то, с чем пока нет сил справиться…
А отсутствие света в комнате заставляет подумать о многом, только скомпоновать свои мысли во что-то цельное и логическое ну никак не получается… какими-то обрывками, картинными украдками, гнетущими рвениями…
Забежать бы в поле, упасть на колени, и пусть дождь холодными солёными, как слёзы, каплями, омывает твоё лицо… кричать, дать волю… и пусть никто не услышит… зато, может быть, кто-то почувствует… и, прорезав расстояние, передаст мне, что со мной…
Обожаю ночь, но почему же ночью в одиночестве так горько??
А поиграл бы сейчас кто-нибудь мне на гитаре или просто увидеть бы блестящие глаза в отсветах фонарей… и чтоб поняли… так хочется, чтоб тебя поняли…
А завтра… снова строить из себя железную… а ведь за бутылкой пиво иногда так хочется, чтоб тебя спросили: "Что случилось?"
И бросив небрежно: "Ничего!" в сотый раз буду винить себя за то, что не умею изливаться...

Он не лезет мне в душу… а иногда этого так хочется… но я не смогу что-либо сказать…
Потому что невозможно это передать словами, чувства в словах обличья не имеют…

«Моя хрупкая вера, не предавай меня…»

Так что же, блин, делать?!