Эти люди счастливы молча. Спокойно и с ровным дыханием. Счастливы каждый день, за редким исключением. Они немного ленивые - не фонтанируют безумными идеями и не зовут тебя через день, то покорять Эверест, то пойти учиться чидаобе. Самодостаточные. Немного замкнутые на своем счастье - телефон не нагревается от их звонков, они не следят за всеми сплетнями на районе и не лопаются от желания рассказать, как у них там обстоят их великие счастливые дела. Они крутые энтомологи и смогли изучить и подчинить себе систему бега тараканов по организму.   

Но самые главные достоинства истинно счастливых людей - некоторая отстраненность и порядочность.

Во-первых, счастливые не надоедают, так как их внутренний мир там сам с собой чудесно уживается, и твою прекрасную персону им не нужно лицезреть или слышать каждый день для выработки серотонина или еще для чего-нибудь.

Во-вторых, они не озлоблены своей никчемностью и неудачливостью, и это не выливается потом в лютую зависть, пересуды за спиной, склоки, подставы и слезы в три ручья. И ты не получаешь раз в неделю написанных кровью писем о том, что «человек тебя так любил, так любил, что же ты общаться с ним не хочешь?»

Счастливый тебя поддержит, когда тебе плохо. Подскажет советом и объективно заявит, если вдруг ты очень или не очень не прав. Он не будет кудахтать и хлопать клювом, не будет закатывать глаза и не будет предлагать устроить митинг в поддержку твоей боли. Не будет ее смаковать и упиваться ею, а потом по телефону обсуждать со всеми желающими и нежелающими, как тебе там плохо. У счастливого есть дело поважнее – своя жизнь, где и пледы белые, и чаи уютные, и книги интересные.

Если тебе хорошо, счастливый за тебя искренне порадуется. Но не чрезмерно. Он не будет запускать салюты, устраивать овации и опять же делиться об этом со всеми подряд. Он одобрит, что вы хоть на время, но в одной касте счастливых, кивнет и пойдет заниматься своими пледами и чаями.

Счастливые немного эгоисты - им совсем не до того, чтобы просто так приносить в этот мир зло или слишком усердствовать ради добра в чужом доме. Все в меру и все к месту. Им есть чем озаботиться, есть что беречь, есть о чем бояться. В отличие от тех, кто в силу своего вечного внутреннего дискомфорта готов жить чужой жизнью, чьей угодно, лишь бы ощущать нужность. Не собой, так хоть другими.