Сергей Арсеньевич Виноградов (1869—1938). Живописец, рисовальщик, автор статей о московских деятелях культуры и искусства, С. А. Виноградов продолжал в своем творчестве традиции русской школы бытового и пейзажного жанров. Вынужденный в 1924 г. покинуть родину, художник поселился в Риге и во многих произведениях воспел природу восточной территории Латвии — Латгалии, ставшей для него неисчерпаемым источником творческого вдохновения. В своей рижской художественной студии С. А. Виноградов воспитал более сорока талантливых учеников. Картины мастера хранятся во многих музеях, как в России, так и за ее пределами.

Алупка. 1917. Холст, масло. Нижегородский художественный музей, Нижний Новгород

   "Он на несколько десятилетий был забыт, в советской истории искусства упоминали его мало, от случая к случаю, поскольку последние 15 лет жизни провел в Латвии, то есть практически за границей. Поехал в 1923 году сопровождать выставку россиян в США - и не вернулся в советскую Россию. По-настоящему известным Виноградов стал недавно, после публикаций статей о нем на родине после перестройки, с успешным появлением работ на зарубежных аукционах.
 

Алупка. Крым. 1917. Холст, масло. Государственный музей изобразительных искусств Республики Татарстан, Казань

Рано проявил свое редкое дарование Сережа Виноградов, сын приходского священника из небольшого приволжского поселка Большая Соль в Костромской губернии и полуграмотной крестьянки. Родители его поддерживали, они хотели дать сыну "приличное" образование. Правда, к занятию "маляром" относились настороженно, считая рисование делом несерьезным. Тем не менее помогли сыну, десятилетнему мальчику, в 1880 году поступить в Московское училище живописи, ваяния и зодчества. Окончил он его успешно, с Большой Серебряной медалью и званием "классного художника".

Бабы тульские. 1889. Холст, масло. Историко-архитектурный и художественный музей Новый Иерусалим, Истра

Знаменитым Сергей Виноградов сразу не стал, но показал себя вполне крепким и обещающим "передвижником", участвуя в выставках Товарищества. Картины и этюды того периода, вполне профессиональные, грамотные, но не более того. Час Виноградова еще не пришел. Это потом он неожиданно меняет привычную свою манеру и переходит в 1900-х в декадентское объединение "Мир искусства", что считалось чуть ли не изменой прежним принципам. Его уже не устраивали узость и шаблоны поздней волны "передвижничества", хотелось новых впечатлений, почерпнутых в зарубежных поездках, иной эстетики. Уже появился импрессионизм с фантастическими цветовыми играми. И Виноградов рвется за границу, в легендарный Париж, пытаясь найти там ответы на мучившие вопросы. Получилось: посетил несколько европейских стран, побывал на многих зарубежных выставках, выставлялся на престижных салонах.

Барышня в сарафане. 1930. Холст, масло. Плесский государственный историко-архитектурный и художественный музей-заповедник, Плес

Но "европейцем" так и не стал. Напротив, когда вернулся в Москву, организовал новую национально ориентированную группу, объединение "Союз русских художников": уже одно название говорит само за себя. Обладая большими административными способностями, огромной энергией, полемическим даром и педагогическим умением, Сергей Арсеньевич вскоре становится не только лидером "СРХ", но и действительным членом Академии художеств.

В усадьбе. 1909. Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Вместе со своим другом и единомышленником Станиславом Жуковским он становится основоположником нового творческого направления в русской живописи, которое прозвали "усадебным". Виноградов стал изображать старинные усадьбы, императорские дворцы, фамильные имения, сады, аллеи, пруды, рощи, то есть мир аристократии и дворянства (манерный пассеизм мирискусников совмещая с уроками импрессионистов и полузабытыми навыками натурализма передвижников). Особенно увлекся интерьерами - с анфиладой залов, увешанных старинными портретами, освещенных огнями бронзовых и серебряных канделябров, с блеском паркетных полов, с цветной мозаикой, витражами и гобеленами.

Интерьер вечером. 1911. Бумага на картоне, восковые карандаши. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Эти роскошные красочные фантазии становятся популярными. Виноградов получает много заказов, он становится знаменит, у него появляются ученики и последователи. Казалось, он добился всего, чего хотел. Наступил его "звездный час".

У К.А.Коровина. 1907. Холст, масло. Нижегородский художественный музей, Нижний Новгород

Но все это рассыпалось после 1917 года. Усадебные картины оказались ненужными, даже враждебными и чуждыми новому советскому строю. А революционной тематике и авангардной эстетике Виноградов был чужд. Некогда популярный кумир оказался не у дел. Конечно, он продолжал руководить "Союзом русских художников", но и сам "Союз" становился другим, ему чуждым и неподвластным. Хотя Сергей Арсеньевич благополучно продолжал дружить с новой властью. Неслучайно его попросили руководить организацией выставок картин русских художников за границей - в Европе, Америке, Канаде.

Усадьба. 1910-е. Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Он руководил очень "успешно". Во время возвращения после проката одной из таких выставок в США и Канаде Сергей Арсеньевич заезжает к своему приятелю по "Союзу русских художников" Николаю Богданову-Бельскому, уже переехавшему в Ригу, и остается там уже до конца своей жизни. В Риге Сергея Виноградова встретили приветливо. Помогли организовать собственную студию, которая вскоре стала весьма популярной. Некоторые бывшие его ученики, обосновавшиеся в Париже, уговаривали Виноградова приехать во Францию, обещали хорошую работу и вполне сносную жизнь. Но тот наотрез отказался.

В доме. 1910. Холст, масло. Калужский областной художественный музей, Калуга

Ему не нужно было ездить в Европу, как в былые времена: ничему новому учиться там он уже не хотел. Более того, здесь, в Риге, он в своем творчестве возвратился к передвижническим темам и сюжетам. Эти реалистические картины охотно раскупались. А персональные выставки работ художника, состоявшиеся в Риге в 1930-х годах, прошли с большим успехом.

Усадьба. 1918. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Правда, Сергей Виноградов работал больше по воспоминаниям - писал типичные русские пейзажи. Какие-либо иноземные темы его привлекали мало. Ездил в Печерский монастырь, уже находившийся на чужой территории.

Древние стены. Псково-Печерский монастырь. 1928. Холст, масло. Местонахождение неизвестно

Последнюю большую свою картину он посвятил Волге. Той родной Волге, с которой и начал выходец из Костромской губернии свой многотрудный путь художника. Думаю, что нарочно окунулся в былой, любимый им мир, свои дорогие приволжские края. Торопился писать. Окончил картину за несколько дней до смерти.

А чужбину так и не принял.

Евграф КОНЧИН

Играет. 1914. Холст, масло. Национальный художественный музей Республики Беларусь, Минск

Кафе ночью. 1901. Бумага на картоне, темпера. Тульский областной художественный музей, Тула

 К преподобному. 1910. Холст, масло. Госудаpственный Владимиpо-Суздальский истоpико-аpхитектуpный и художественный музей-заповедник, Владимир

Крымский пейзаж. 1915. Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Латгальский пейзаж. Шоссе. 1925. Холст, масло. Государственный художественный музей Латвии, Рига

Ледоход на Двине. 1927. Холст, масло

Летние грезы. Холст, масло. Частное собрание

Летом. 1908. Холст, масло. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

На гумне. 1916.Холст, масло. Пензенская областная картинная галерея им. К. А. Савицкого, Пенза

Обед работников. 1890. Холст, масло. Государственная Третьяковская галерея, Москва