Дни в эту пору начинаются неохотно. Иногда становится так, что светлому времени становится лень отпихивать темное туда, откуда ему нет возврата. Вот темное то и радуется случаю. И все уж знают, как бывает, когда оно лезет изо всех дыр холодом и сыростью. И вот ты уже шлепаешь по лужам там, где пятки обжигала коричневая нагретая земля и думаешь о разном.
Вот и шлепал сейчас по холодной воде пастух Са и думал дождь и думал желтую об этот день траву и конечно он думал своих баранов.
Его звери, которых он гнал перед собой, были неплохим стадом. Каждого барана Са знал по имени и уж конечно узнавал даже издали. Многих из этого стада он спасал, когда животное, обезумев от голода, или болезни шло по опасной тропинке над пропастью или упиралось рогами в дерево, не умея повернуть назад. Тут то и появлялся Са. Уж он умел издалека услышать крик зверя попавшего в беду. И если он решал, что это его зверь, то теплое, глупое и живое навсегда переставало бояться опасностей одинокой жизни. Теперь оно боялось только пастуха.
Ну да и Са было нелегко. Вот и теперь спасала только привычка не замечать темного. А он уж сегодня свистал холодным ветром, от радости, что ему дали порезвится над холодной рекой, где стаду Са можно было попить. Была, признаться и еще одна причина, по которой пастух гонял стадо к реке. На том берегу жила программер Лю. Как то Са и Лю встретились на водопое, где никогда не бывает войны и нехотя разговорились.
У Лю тоже было свое стадо, а два пастуха всегда найдут, о чем сказать друг другу. Богатство Лю составляли плоские черепашки, которых она называла скрипт. Они были капризны и часто дохли от всякой заразы, которая кишмя кишела в лесах, где жила Лю.
Впрочем, она была умела и знала всякие тайные слова. Знала Лю, как плясать перед больными черепашками, стуча в бубен, подвывая и чертя в воздухе знаки, которые она прочитала на листе своей жизни. И еще она говорила, что черепашки любят купаться в холодной воде реки. Поэтому и водила их Лю, к реке, где поил своих баранов Са.
А может и еще почему гоняли к этому месту свои стада пастухи обоих берегов, кто их там разберет. Только и сегодня они встретились и заговорили о своих делах.
- Как поживает твой скот, Лю. – начал разговор Са первым, как и положено мужчине в этих краях.
- Неплохо, Са, чего я желаю и твоему стаду, ибо ты умелый пастух, и я знаю этом-ответила Лю, наблюдая внимательным глазом за игрой своих скриптов в осенней воде.
Ты тоже умелая, Лю и я много кому рассказал об этом.- Са похлопал своего любимого барана и продолжил, - Теперь многие на нашем берегу хотели бы завести таких черепашек как у тебя, да не знают, как взяться за дело.
-Слухи о том, как славно живется твоим баранам, разнеслись и по нашим лесам и, признаюсь, я приложила к этому руку – Лю вытерла руки передником, сложила пальцы замысловатым кренделем и свистнула сквозь них так, что вся ее стая мгновенно вылетела на берег.
Са взял в руки бич и взмахнул им легко, но тяжкий грохот удара согнал его стадо в дрожащую кучу.
Мы еще поговорим о наших стадах Лю – сказал он. -Мы знаем, как управлять, и наши бараны и черепахи еще принесут нам то, что мы от них хотим.
Мы еще поговорим о наших стадах, Са- сказала она – Это ничего что темный свищет в наших полях и лесах. Лю помолчала и нашла нужные слова – после каждой ночи приходит утро, и мы с тобой оба об этом знаем.
-Мы знаем об этом, может, поэтому мы и встречаемся здесь, нашел свои слова и Са.
И они разошлись. Так было всегда, Так было каждый день после разговора на берегу.
И лишь темный обрадовался тому, что пастухи расходятся каждый в свою сторону. Он заплясал в вихре опадающих листьев, забился волной степной травы, припадающей под ветром, заскрипел сучьями мокрых деревьев. Он думал, что все зависит от него.
Но те двое, которые сейчас гнали свои стада к дому думали по другому.