Предателей обычно не любят. Зря конечно. Это все от того, что сам факт изменения шкалы ценностей не укладывается в голове у тех, кто им не изменял.

Вот допустим мы защищаем безымянную крепость. Враги на нас чего-то напали и валят бомбы с бреющего полета. Оставшийся после бомбежки дым и пепел поливают напалмом. И прут вперед, соскребая пулеметным шквалом все, что еще шевелится.

А мы сдаваться не хотим, потому что они - гады. Нас рвут на куски, но и мы в ответ остервенело шьем очередями. Мы скупо делимся ручными бомбами и прочими карамультуками, потому что это сейчас сама жизнь. В антрактах рвем простыни на бинты, чтобы унять выступившую от бешенства кровь. У нас одна банка тушенки на десятерых, окурок пускают по кругу, а попить можно из лужи, когда стемнеет. В общем ад, но мы сплотились вокруг знамени и бьемся.

И тут один из нас прикидывает чего-то там в уме и решает, что такие лишения ему через край. Действительно думает он, что за чорт. Этак и меня самого могут убить. И вот он уже ползет утренней канавой на ту сторону и на душе у него тревожно и легко, как и у всякого изменника.

Враги встречают приветливо. Хлопают по плечу. Вскрывается жестянка жирной рыбы, хлопает навстречу пеной свежая бутылка пива. Спустя пару дней, как он окреп, его вызывают в штаб, где вручают документы об официальном переходе, вид на жительство в новой стране и право на пожизненный пенсион с недвижимостью в краю, где никогда нет зимы.

- Я поступил правильно, думает он сидя, на свежих креслах поезда, уносящего его к домику заслуженному и обетованному. Я сделал разумный выбор. А то эти, которые остались, до того дошли, что выдумали себе знамя.
Прикрутили к палке простыню. А потом каждый резанул себя финкой чуть пониже локтя. Белая простыня сделалась черной от крови. Безумцы подняли его над развалинами и молча разобрали автоматы..
- Безумцы. Надо же соображать хоть немного.

Разумный человек, что сказать. Можно его назвать предателем? Наверное сгоряча можно. А потом подумаешь и поймешь, что нельзя. Это очень и очень житейское дело для многих мужчин и женщин, которые для соблюдения своих интересов меняют шкалу ценностей. Потому что со временем выясняется, что это не его война. Он на этой войне знамя своей кровью не красил. Для него это тряпка, прикрученная к палке.

Ну и придумайте повод, чтобы такого красавца за его выбор не любить.