Нерв живого концерта невозможно передать словами. Тут все. Волосатики с гитарами, путающиеся в проводах дыму и усилителях. Дым столбом .И нежданный удар светом прямо в глаза.  Извините, сцена мы пробуем свет. Сцене, ах этой похмельной сцене  не до того. Мы тоже пробуем себя. После вчерашнего, сегодняшнего и завтрашнего, на всякий случай . Вдруг завтра и не будет. Сегодня надо нам что, ага, Надо нам сейчас поймать ритм- гитар, Пусть он выстраивает потихоньку нашу ненормальную гопу. Искаженный мониторами звук,  говорит неожиданным человеческим голосом,  Ах. беспорядок, ах, счас мы, счас.

Низкие выше, в яме бля, левую гитару в монитор, надрываются на сцене, заглушая мощный аккорд, ритма.  А он уже поехал вперед, хрен остановишь.  Пошел ритм, пошел.  Бах,-  ударяет в ответ, утвердившийся с трудом на своем месте драм. Сидящая в нем злая машина начинает отсчелкивать ритмические доли. Р-раз, тататата, раз , татата,  Щелк.  Раз.. А белый бас пока лежит на колонке. Его еще надо взять в руки. Ну ка. Взяли. Дернутая  бас струна сшибает  зал звуком навзничь. На сцене ударяют всерьез. Поехали парни, поехали. А -а-а пошло, поехало.

Теперь надо выйти на сцену и не запутаться в проводах. Ноги становятся чужими и легкими. Только выйти., Нет ага ,  не надо , с дороги. На правой колонке, только взять, помню.

А-ах, ударяет зал прямо в сердце.  Жаром от полтинников несет, мгновенно мокрый. Звук сворачивается в воронку, скручивается как мокрое белье, сейчас я его выпущу на волю. Сейчас...

Слушайте, я не помню слов.

Подождите. Вот я вспомнил.