Холодно было в этом году, ах как холодно. 

Гарью костров несло от всех идущих, которые могли  греться у костра. А Старуха грела пальцы во рту и подмышками, потому, что к костру ее не пускали.  А во рту еще было немного живого, теплого. И еще немножко теплого в животе, там в самом низу. Рот ее уже не мог ничего сказать, но мог  еще подышать  теплом на ребенка, который был  только внутри ее. А живот подсказал как  сделать себе живую теплую дочку. И она сделала ее . Собрала и туго свернула  ее тельце  из трепья в маленький кулечек, сделалала личико из белого лоскута.  Понесла.

Надо было идти дальше. Но ноги уже не шли и она села, закрывая  свою дочку от ветра всем телом. А потом легла, обнимая.