Восстанавливать в памяти череду не связанных логикой событий кстате тяжкий труд, приходится поочередно сверяться с картой, говнофоточками и побитыми т9 заметками, всвайпленными на ходу в телефон. Но если уж начал писать херь, становится трудно остановиться.
Астрахань тоже выдалась краткой. Белый кремль сам по себе сказочный, но расположение его вне берега реки или стратегической возвышенностм какое-то подозрительное, зачем он там вообще, мы просто обойдем его и дальше двинем. Я приобрела там сувенир родителям - могучего сома, который к концу пути местами усох в воблу, а местами размяк в сюрстрёмминг.
А даааальше с нами случилась самая великолепная дорога за всё путешествие. Двухполосный автобан с идеально ровным асфальтом, которого не касалось колесо фуры (и дальше будет ясно, почему) продолжался до самой границы Астраханской области с моей любимой Калмыкией. Калмыку похуй на дорогу, он в бараньей упряжке мчится по барханам в произвольном направлении, поэтому на границе стоял знак "очень сложный объезд"
и очень грустный смайлик череп с костями. Мы снова выехали на скотопрогонник, на этот раз полностью песчаный, длиной в сотню километров, и это я имею в виду не "очень много стопицот", а натурально 100км. Восемь суток на тракторе по песчаной степи - красота никогда не давалась легко. (с)

Кстати, напомню, что экспедиция наша двигалась по следам Падшего Стида, и здесь он тоже когда-то проехал, правда, только километров сорок. По дороге я проводила среди себя профилактику геморроя, представляя, как оказываюсь здесь на джиксере одна, и прогрызла в сидении нехилую дыру межбульной мышцей.
Дорога постоянно двоилась, порождая по несколько дублеров одновременно на случай разжижения почв. Некоторые из них заканчивались тупиковой стеной песка. То есть так-то ты конечно полноприводный пахерик, но за что ты будешь лебедиться в голой степи, ты же даже не можешь там дышать. Дали порулить Арсению - и что бы вы думали, прямо сразу нас обогнал чеченский мерседес, они ждали в засаде возможности показать, кто тут джигит. Когда до конца этого экзотического отрезка оставалось километров десять, стали попадаться приметы сопряжения сфер: гора чуть подгоревших бараньих трупов, таблички "приграничная зона" и какие-то потеряхи на легковушке, которые выслушали нашу историю об этой волшебной автомагистрали Е119 и ссыкливо повернули обратно. Калмыкия заканчивалась, и в последнем ее форпосте перед таинственными землями мракобесной тени, селении Артезиан, я приткнулась поработать в Бригадном Домике Работников Локомотивных Бригад Какой-то Там Железной Дороги. Когда я это описываю, мне вспоминается таверна "Адский Путь" из мультика "Полет драконов", но - ничего общего. Советская столовая с рычащими тетушками настолько далека от фентези, что мог бы получиться ироничный орочий постмодернизм, но только не на моем, блять, дежурстве!
"Можно мне два яйца?" - пискнула я в окошко. "НЕТ ЯИЦ!" - ответила неолитическая венера, которую мы все успели заебать еще до своего рождения.
"А котлету?..." - "НЕТ."
"Аааа что есть?" - "Сардельки, плов, гуляш. Компот." Я взяла две сардельки.
Знаете, что меня удивляет. В большинстве русских столовок (а эта тоже была русской, хоть и находилась в Калмыкии) для нас жалеют говна. Казалось бы, переваренную безвкусную срань можно хотя бы наваливать с горкой, потому что всё равно от неё козы дома откажутся, но нет, порции в столовках ещё и микроскопические. Сардельки, к примеру, были каждая длиной в мой палец, а толщиной с хуй моего позапозапрошлого бывшего, как будто в стране бумаги дефицит. Ну ладно, они, по крайней мере, были бесплатные. А в щикарном ресторане на набережной Саратова я заказала утиную грудку с куриными сердечками, причем это даже стоило каких-то мелких купюр, а не железа из карманов, и если брусок утиной грудки 3х3х5см еще можно как-то оправдать экзотичностью этой птицы в Поволжье, то три, сука, три куриных сердечка я пересчитала несколько раз, не веря своим глазам. Ну хоть свекольного соуса не пожалели, было чем булку намазать, лакшери еба.
Поев и снова не обосравшись, как ни странно, мы под покровом наступившей ночи двинули в южную точку нашего маршрута - Махачкалу. Кто бы знал, что у нас внутри страны, оказывается, столько пограничных постов. Сначала нас не хотели выпускать бесплатно калмыки, осуждая за грязные номера и непристегнутого где-то в тылах Арсения. Калмыцкие гиббоны не веселые, им от нас нужны были только деньги, а от Арсения - информация, со сколькими телками из машины он имеет льготное сношение. Ни мы, ни Арсений их ничем не порадовали, и они, наконец, отстали. Через несколько сотен метров мы въехали на дагестанский пост, наполненный сотрудниками очень нордического типа. Эти, напротив, были одновременно строгими и шутливыми, хотя допроса о соитиях Арсений снова не избежал. Еще они попросили открыть багажник, ахаха, а он же после аварии заблокирован. Я показала арийскому автоматчику справку о ДТП, и он долго смотрел в неё, мучительно пытаясь понять, кто такой Артур Великбекович, где находится 337 километр трассы Саратов-Волгоград, какое отношение всё это имеет к нему и почему он не пошел в экономисты, как мама советовала. Коллега вырвал его из экзистенциальной бездны, отправив нас на регистрацию, а тачку на рентген. Рентген - это такая фура с массивной рамкой на боку, которая прокатывается вдоль стоящей машины, выглядит это все очень технобрутально, особенно в темноте. Рентгенолог-погранец тоже был весельчак, развлек меня беседой и посоветовал вместо Махачкалы ехать в Избербаш, раз уж целью визита было морько.
На оставшемся отрезке до Махачкалы мы имели дело с гайцами еще один раз, когда Валя обгон исполнила через сплошную, но дагестанские полицейские гораздо бодрее калмыков, вместо штрафа стребовали у нее номер телефона и свой дали, чтоб Если Что - звонила и нас спасут. Арсения даже забыли спросить, кого он ебет, до чего приличные люди.
А в Дагестане сразу всё по-другому вообще. Как будто в девятый район въезжаешь. А еще заправки прям гроздьями, а не по одной - мы счастливо избежали Ликоила, Люксоила, Луккоила и ответственно заправились на Лукойле, который, как выяснилось, тоже был ненастоящий. А женщины сразу после границы уже все в платках-халатах. Я решила, что раз на юге в 27 лет девки уже считаются сморщенными старухами, то мне, древнему умертвию, точно бояться нечего, буду ходить в шортах, и вообще они у нас баранов режут, а мы у них будем голыми жопами крутить. И что бы вы думали, до голожопых телок, старух и умертвий им тоже есть дело: пока мы пару минут фоткались возле стеллы Махачкалы, вокруг нас пристроился подрифтовать низкий таз, набитый монобровной молодежью, готовой немедля научить нас танцевать лезгинку. Но тут как с расстрелами: говоришь "не хочу" - и эту не надо, она не хочет. В Избербаше мы заборонили на букинге гостиницу, которая, оказывается, первый день как там зарегистрировалась и была не готова к наплыву толпы из четырех человек. В результате нас пришлось селить в номер-люкс. Бюджетный "люкс" на российском побережье одинаков в Анапе и в Дагестане: комнатушка с двумя двуспальными кроватями, кондеем, старым телевизором и общими удобствами снаружи. Только в дагестанских удобствах вместо туалетной бумаги кувшины. Спасибо, что не камни. И не ракушки.
Пляжный отдых, конечно, не годится развитой личности, поэтому на следующее утро я только ножки помочила в Каспии для проформы и отправилась в истинно духовное заведение - кафе "В гостях у Исы". И вот, пожалуйста, кавказская жральня даже на курортном берегу порадовала значительными и дешевыми порциями мясного пирога чуду и могучими хинкалами с острым соусом. Оставаться там было нельзя, потому что еще пара дней такого обжорства и мы перестали бы быть похожими на свои фотки в паспортах, и нас бы обратно не пустили, поэтому пришлось скорее бежать из Дагестана в безопасную Чечню. А для этого надо было проехать горными дорогами мимо бирюзовых рек, среди коров и аксакалов. В деревнях они там правда вперемешку ходят по одному тротуару: кепка - корова - кепка, очень колоритно.
Мне было интересно, неужели правда на кавказе водят, как в индийских фильмах, поэтому всю дорогу рулила сама. Кроме того, в Чечню нам ехать запретил один мой друг, опасавшийся, что его сисястый самовар джигиты по личному приказу Рамзана спиздят прямо на ходу из тачки, поэтому мы все равно поехали, но я строго контролировала блокировку дверей и всеобщую пристёгнутость. Ну и что, дагское вождение меня разочаровало: да, они всегда обгоняют по встречке в лоб, но можно просто воспринимать двухполосную дорогу как четырехполосную, и тогда все встает на свои места. В Чечне же вообще строгач и пдд - ну, на той единственной главной трассе, по которой мы ехали. Но там с каждого столба по отечески смотрят портреты Путина и Кадырова, не забалуешь у них.
Пейзажи по дороге изумительные. Грустно, что такой красивый край достался суровым мракобесам, жили бы они себе на Ямале, женщины бы носили паранджу для тепла - вот была б гармония. А мы бы, цивильные европейцы, нудистские пляжи и кемпинги с треккингами на озерах бы устраивали, эх. Вообще я со своей фотомыльницей особенно остро прочухала там непередаваемость красоты природы - это же почти как психоделический опыт, нет инструментов, чтобы описать. Великие фотографы больше информации в свои снимки архивируют, но все равно крохи. Зато догадалась, что на фотку можно не просто смотреть, а пытаться разархивировать ее в голове, новый для меня метод.
Тачка тем временем продолжала перегреваться даже на равнине, фатально закипая про подъеме в (очень красивую вай!!) гору. Солнце нагревало руль сверху, печка - снизу, и я чувствовала себя персонажем Ломачинского, закручивающим вентиль сгоревшими до костей руками. Даже педали обжигали сквозь босоножки, никак этого объяснить не могу.
- Но мы едем.
- Этого мало.
- Этого достаточно.
(с)
http://thin-lizard.livejournal.com/938452.html