Огромная серая толпа надвигалась на неё со всех сторон, почуяв
угрозу. Издалека она была похожа на стаю огромных серых крыс,
жаждущих крови. В их глазах горела ярость и желание охоты. Она
стала медленно отступать к маяку, старому и развалившемуся
(неизвестно, кто его построил и зачем в городе, где не было
моря).Она бежала по винтовой лестнице вверх, дразня толпу видом
льющейся крови. Толпа рычала, издавала животные звуки и
продолжала наступать. Сверху казалось, что маяк обступает море,
страшное и зловещее. Она добежала до верхней площадки, где
стоял её мотоцикл, вскочила на него, ещё раз окинула взглядом
ревущую массу и нажала на газ. Машина рванула вниз, сминая по
дороге серые тела. Она оглянулась, с ужасом ожидая увидеть
позади кровавое месиво. Но у этих существ не было крови, только
пепел застилал след мотоцикла. Видимо, душа навсегда сгорела в
биологических телах охотников.
Ей стало весело от азарта погони. Ужас, адреналин и желание
борьбы сделали своё дело, и Она, подобно приманке, дразнила
толпу, уворачиваясь от её тысячерукого тела. Но вдруг что-то
сдавило горло, умело наброшенная петля в одно мгновение
сбросила её на землю, удар—и серый день разбился на мелкие
осколки. Она только успела заметить свет, исходящий от знакомой
фигуры на площадке маяка. Толпа, исторгая победный рёв, понесла
свою добычу на расправу...