Почему. Почему. Почему.

Не знаю, сколько раз я это повторила.

Твои близкие живы и здоровы. Они любят тебя, уважают твое мнение и вообще всячески поддерживают.

У тебя мало друзей, но они есть - настоящие, хорошие. Не те, с которыми просто приятно, а такие, с которыми ругаешься, на которых обижаешься, но с которыми по-прежнему остаешься друзьями. Такие, у которых дома открываешь холодильник и "Опять у тебя пожрать нечего". Такие, с которыми пьешь вино из горла и танцуешь в обнимку под корейские песни.

Да, у тебя нет семьи. Ну и что? Не одна такая. Работаешь, есть деньги на всякие ништяки - и на том спасибо.

Но почему такая всеобъемлющая тоска внутри? Как дыра. Кидаешь в нее алкоголь, любимую музыку, спорт, танцы - и без толку. Помогает лишь на короткое время.
Иногда слезы вырываются наружу. На ровном месте, просто так.
Но чаще - бездонная тоскливая пропасть, которая заполняет собой каждое твое движение.
И, главное, откуда она? И почему?

Гораздо проще улыбаться и изображать из себя позитив, чем рассказывать, что со мной не так. Да и рассказывать, что именно "не так", если уж дело доходит, не получается со скорбно-серьезным лицом.

Мое окружение считает, что у меня все отлично. Ну и отлично!

Улыбаться проще. Здесь я мастер.

Я никогда не любила лето так, как любят многие. Гораздо больше я уважала другие времена года, в особенности весну. И вот не надо про всплывающие каки, их я всегда довольно удачно обходила. А вот запах... Неповторимый сладкий запах свежести и, как ни банально звучит, новой жизни.

Но буквально сегодня я наконец-то задохнулась от любви к лету.
Проходя по узкой лесной тропинке к месту, где я люблю проводить время, я учуяла ЭТОТ запах. Совсем не тот чистый весенний запах, и, разумеется, не хрустальный зимний, и уж точно не увядающий осенний с легкой грустинкой. Лето пахнет густым, настоявшимся солнцем, которое растворилось в лесных цветах, траве и земле. Вот так просто.

А потом я пришла на то самое место, где мне так нравится отдыхать. На берегу шумного ручья, под березами и орешником с поющими птицами я спрятана от людей и открыта природе. Ни один звук даже самой прекрасной музыки не способен заменить звуки настоящего леса.
Любопытные мухи-журчалки облепили мою шляпу, покоившуюся на ветвях молодого дубочка. Сколько же их, поразительно. А потом я запрокинула голову к небу и поняла, что журчалок на шляпе не так уж много. Гораздо больше мошкары в воздухе, стремительно летающей в разные стороны.
Я спускалась к ручью и слушала его совсем близко. Потом возвращалась обратно, где лежала оставленная книга на покрывале. "Вино из одуванчиков" - что еще можно читать в подобной обстановке, чтобы поистине ощущать жизнь?

Что-то заставило меня оглянуться. В полутора метрах за моей спиной не спеша пробежала пушистая рыжая белка. Примерно в такие моменты и чувствуешь теплое, легкое, как тополиная пушинка, счастье.

Сегодня я, вооружившись трубой от пылесоса (или как она там правильно называется), засосала летающую муху. Ненавижу насекомых. Теперь она подыхает в пыльном контейнере с гладкими круглыми стенками. Если так разобраться, то у нее есть выход, но она вряд ли его найдет: я давно не вытряхивала контейнер, так что она элементарно увязнет в клубах пыли.
Я чувствую себя примерно так же. Судя по количеству пыли в контейнере, вокруг меня ее столько же, если не больше, с тем лишь различием, что она равномерно распределена по полкам, углам... Не, я ее периодически вытираю, но всю вытереть невозможно. К тому же, подобно мухе, я пока не найду выхода из сложившейся ситуации. Он есть, выход этот, и даже не один. Справедливости ради надо сказать, что некоторые из выходов маячат перед моим носом, но меня они не устраивают.
Конечно, различие между мной и мухой есть, причем серьезное. Муха ищет выход, неважно какой, лишь бы выбраться. А я выбираю. Видимо, мне нужен лучший выход.

Перманентное внутреннее напряжение выматывает.
Каждый вдох придавлен неосязаемой каменной плитой.
Острые иголочки беспокойства вонзаются в сердце, причиняют реальную боль.

Снаружи я почти прекрасна.
Внутри похожа на развалину. И я не знаю, как выстроить новые апартаменты.

Холодная осень. Третья мировая.
- Веди их, - спокойно командуют мне.
Я оглядываю тех, кого должна "вести": молодые ребята и девчонки, слабо понимающие, что происходит.
- Они погибнут, разве вы не понимаете? ВСЕ погибнут! - я расстегиваю серую шинель, совершенно не чувствуя холода.
- Конечно.
- Пушечное мясо? Да это же дети совсем! Посмотрите!
- Ты прекрасный командир. Веди их.

Во мне исчезают все эмоции. Я властно командую "Вперед!". С чудовищным энтузиазмом меня обгоняют... без какого-либо оружия. Их не пугают ни выстрелы, ни взрывы. В них нет страха смерти.
Я чувствую огромную силу и собственную неприкосновенность.
Я вижу, как они умирают. Зачем? За что? Они не прячутся, не отходят назад. Может, они видят, как я спокойно иду вперед, и это дарит им бесстрашие? Но я-то не могу умереть!

Спустя пару минут становится тихо. Полы моей шинели хлопают на ветру. Я смотрю в низкое серое небо. Затем на грязный снег.
Я стою посреди трупов. Тысячи парней и девчонок, которые так безрассудно пошли за мной, мертвы. Абсолютно все.
Приказ выполнен. Я не чувствую ровным счетом ничего.

Главное - пережить этот "кризис", который возникает в начале.

"Самое тяжелое - написать вступление", - говорила наша учительница по литературе и русскому языку, а заодно и спецкурсов по тем же предметам.
В этим кошмарные минуты придумывания начала своей писанины я чувствую себя последней бездарностью. Я глупая, ни на что не годная личность. Если я что-то и настрочу, то это будет детский бред первоклассника. Черт, даже первоклассники лучше выражают свои мысли! Конец, это конец. "Я коллапсирую как личность" (с)

Все мои рассказы, повести, путевые заметки, зарисовки, аннотации и пр. начинаются подобными мыслями. Самооценка забивается под плинтус, словарный запас напоминает сборничек выражений Эллочки Людоедки. Мне срочно требуется словарь синонимов и этот, как его... ну этот... Аааарррр!!

Около 40 минут сегодня я писала вступление к детскому празднику. От меня требовалось 2-3 предложения. Я поискала вдохновения в Википедии. Потом еще где-то и еще. Господи, да дети забудут эти слова через минуту, к чему творческие страдания?
Спустя тридцать пять минут меня понесло. Кризис миновал, я готова написать сценарий к празднику! Самооценка подмигнула, выкарабкиваясь из-под плинтуса.

Я написала 4 предложения. 4 красивых предложения. Ограничила творческий порыв, так сказать.

15 слушали 1 копий [+ в свой плеер]

Крепкий, хорошо сложенный мужчина среднего роста лет сорока. Он стоял вполоборота. Чем-то притягивал. Лицо будто высечено из камня: черты резко очерчены, жесткость линий и самого выражения. Седоватые волосы.
Черные куртка, брюки, ботинки. Все черное и аккуратное, но неброское.

Для меня это - красота. Настоящая мужская красота.

Он повернулся. Глаза. Выразительные серые глаза. Я смотрела в них столько, сколько возможно. В этих глазах та самая Сила, которая привлекла меня с самого начала. В этих глазах Жизнь, Судьба. Нечто необыкновенное, что случается не с каждым. Такие глаза бывают у тех, кто прошел войну. Кто видел смерть, боль. За этими глазами - слишком непростые события.

А потом я увидела его руки. В характерных наколках.
Сидел.

И даже после этого я не перестала считать его красивыми. Я не могу знать, что скрывается за его прекрасными глазами, его сдержанными и одновременно легкими движениями. Но то, что я вижу, мне нравится.

13 слушали 0 копий [+ в свой плеер]

Я знаю о тебе больше, чем кто-либо. Ты еще не догадываешься, что привязался ко мне.
Ищешь кого-то, смотришь на красавиц и потом рассказываешь обо всем мне.
Я знаю, во сколько ты приходишь на работу и когда возвращаешься домой. Ты знаешь то же обо мне. Я знаю о твоих коллегах, окружении, привычках, увлечениях, вкусах. Ты знаешь то же обо мне.

Ты еще не догадываешься, а я давно поняла. Мы привязаны друг к другу слишком сильно. Невидимые ниточки протянулись через 700 км, держат крепко.

Это так странно... Почему люди, которые должны быть вместе, раскиданы по разным городами?

Стоя в гипермаркете, я чувствую эту неистовую энергию вокруг. Много грязи, копошения, но как же много энергии, черт... Я еле сдерживаюсь.
Сначала цепляюсь взглядом за каждого посетителя в отдельности: шубки подороже, куртки подешевле, шапки, волосы... Затем оглядываю картину полностью.

На секунду я перестаю контролировать себя. Внутри что-то раскрывается, я прикрываю глаза и улыбаюсь уголками губ. Усталость быстро испаряется, хочется зачерпнуть этот мир рукой. Настроение взмывает вверх. В этом шумном месте, созданном исключительно для перехода денег из одного кармана в другой, мне хорошо.

Стоп. Нельзя. Это чужая энергия, нельзя. Теперь придется расплачиваться. За любой миг удовольствия приходится рано или поздно расплачиваться.
С другой стороны... от каждого человека получилось забрать совсем немного. Никто и не почувствовал.

Это равноценный обмен. Не сиюминутный, а временной. Позже я случайно отдам часть своей энергии кому-то вроде себя. Или, может, внезапно сердце собьется с ритма, дыхание станет прерывистым, я остановлюсь посреди дороги и пустыми глазами уставлюсь в никуда. Кто знает, как я отдам свой маленький и одновременно огромный долг?

Я открываю глаза и вижу белый потолок. Я снова я.

Мы все играем роли. Мы выбираем обстоятельства и обстоятельства выбирают нас.
Куклы, кукловоды; артисты, режиссеры.
Мы можем быть собой, когда захотим. Или когда нам позволят.

То, что внутри, скрыто внешне и не ясно никому.
То, что внутри, есть в моих словах.

Me again