Вся человеческая жизнь сводится к выживанию, а вся ментальная болтовня человека - к психологической самозащите. Это стремление к выживанию поглощает и подчиняет себе все. Все это создает кривое зеркало, сильно искажающее восприятие мира.
То, что в обществе называется мышлением - это никакое не мышление, это - механизмы психологического приспособления, психологической самозащиты. Это всего лишь своеобразные "логические рефлексы".
Аксиомы или стереотипы восприятия, мышления и поведения воспринимаются как основные незыблемые характеристики или природа человека и мироздания в целом.
Но в мире практически нет незыблемых, прочных вещей, из которых обычный человеческий ум, охваченный страхом небытия, смог бы построить себе прочный фундамент для своих эфемерных построений. В жизни все очень текуче и непостоянно.
По-настоящему творческий, молодой, свежий ум есть всегда отрицающий ум. Это ум, который отрицает все, который не принимает на веру ничего, в том числе непреложные истины.
Когда Эйнштейна спросили, как он пришел к открытию теории относительности, он ответил: "Отвергнув аксиому".
Он отверг казавшуюся непреложной истину, по которой из двух данных моментов времени один момент обязательно предшествует другому моменту.
Главный предрассудок, возведенный обществом в аксиому - это существование фиксированной, сравнительно постоянной личности, или индивидуального "я".
Человека как такового, как личности, не существует. Личность - это грандиозный миф. Это грандиозная ложь.
Личности не существует. Существует лишь нестойкий, очень изменчивый биоэнергетический феномен, об определенных и уникальных характеристиках которого можно говорить лишь очень условно.
Тем не менее практически всю свою жизнь обычный человек строит на основе этого мифа, никогда не испытывая в отношении него ни тени сомнения.
Изначальная честность и простота негативного состояния может стать творческой силой как в обществе, так и в личных взаимоотношениях.
Глубинное негативное состояние весьма откровенно, остро и точно. Используя его в роли важного инструмента познания, не прикрывая его всевозможными концепциями, мы увидим природу разума.