Самому себе |
|
Метки: стихи |
Без заголовка |
На моем запястье время.
Как ты смеешь приближаться,
Говорить мне слово "вечность".
Изучать мои тугие вены
Может только ветер.
На моих запястьях раны.
Я учусь не обращаться,
Не стремиться в бесконечность.
Разложить меня по пунктам
Может только ветер.
На твоей душе проклятье,
У меня в руках секреты
И твое больное сердце.
Разорвать его на части
Может только ветер.
Я-твоей души проклятье.
Не ищи во мне ответы
Я не стану улыбаться.
Отыскать чужое счастье
Может только ветер...
|
Графу ФР |
Режу на части,
|
Без заголовка |
Раз в году, по весне, поверить в судьбу
|
Без заголовка |
Я опять провожу параллели
|
никому другому |
Не тебе. Ни любви
|
Коллекционер |
Ты же знаешь что я коллекционирую время
|
для него грустного... |
А знаешь, все так же
|
Без заголовка |
По прямому назначению - два раза по два
|
сон |
Я заснул одним апрельским утром. Я заснул на своем любимом диване, который стоит в кабинете. В окна пробивалось веселое весеннее солнце. Я помню как его теплые лучи согревали мои щеки. Солнце было яркое и радостное. Мне тогда показалось, что оно само раздвинуло плотно задернутые шторы, и вторглось в мой обычный, степенный мир. Весеннее солнце усыпило меня. Лучи белого цвета пронзили мою голову и проникли в мозг. Они заставили воспоминания, которые я тщательным образом спрятал в самых глубоких уголках своего сознания, вновь пробудиться. Мои глаза закрывались, а в голове начали возникать давно забытые образы. Это были стихи и песни, это были невероятные истории и лица людей. Все это я позабыл очень давно. Кажется, еще в прошлом столетии. Понемногу я начал погружаться в сон…
Мне приснилось что я иду по залитому солнцем городу. Город этот не был похож ни на один другой. Улицы города были широкими и просторными. Я шел и глядел по сторонам. Я видел дома, множество домов, один прекраснее другого. Все эти здания были светлыми и, казалось, излучали радость счастье и веселье. И мне тоже было весело. Я все шел и шел вниз по широкому проспекту. Я не знал, куда я иду, но мне было все равно. Мне нравилось просто идти по красивому городу, подставляя лицо теплому солнцу.
Но вдруг проспект закончился. Передо мной возникли огромные каменные ворота. Одна из тяжелых железных створок была немного приоткрыта, но через нее нельзя было разглядеть, что находилось по другую сторону ворот. Мною овладело любопытство и я взялся за створку. Она поддавалась с большим трудом, но все-таки немного приоткрылось. Я заглянул внутрь и не увидел ничего, кроме тумана. Кругом простиралась серая пелена. Я подумал, что туман наверняка рассеится, а за ним может оказаться улица, еще более прекрасная, чем та, по которой я пришел сюда. И я, не помня себя от переполнявших меня эмоций и возбуждения, шагнул внутрь. Послышался скрип и тяжелый удар. Я понял, что ворота закрылись, но не обратил на это особого внимания. Я начал идти вперед, ничего не видя перед собой. Не помню, сколько времени я шел, прежде чем передо мной престала самая ужасная картина, которую только можно вообразить. Я увидел улицу, ту самую залитую светом, веселую улицу. По которой пришел сюда. Только теперь от света и веселья не осталось и следа. Я ужаснулся. Все кругом было серое, сырое и мрачное. Дома разрушились и начали постепенно осыпаться. Прекрасные садики заросли сорняками. Вишни и яблони, которые когда-то цвели перед домами, начали высыхать, листва облетела с них. Я не увидел ни одного человека, ни одно живое существо на этой улице, некогда полной веселья и людей. Все окна в домах были разбиты. Я шел вниз по проспекту и мне было страшно. Я почти чувствовал, как рядом со мной ходят призраки. Неприкаянные души людей, живших на веселой, а теперь погибшей, улице. Я понял, что увидел смерть. Настоящую смерть. Я увидел ее силу и ее власть. И я испугался. Я побежал назад, надеясь вернуться обратно, к жизни, к залитой солнцем улице, но я не нашел больше те ворота. Тогда я развернулся и побежал вниз по проспекту. Я подумал, что, возможно, найду ворота в конце, и может быть они выведут меня из этого жуткого места. Я бежал и бежал, мимо проносились остатки домов и гниющие подобия, бывшие некогда садами. Я бежал очень долго, а улица так и не кончалась. Начало темнеть и я совсем выбился из сил, я был на грани, я не мог больше видеть разрушение и смерть. Тогда я решил что мне стоит отдохнуть. Я прислонился к грязной стене и уснул…
Я проснулся на веселой, залитой солнцем улице. Я был счастлив, я веселился вместе с прекрасными домами и людьми. А потом я пошел вниз по проспекту, чтобы в очередной раз оказаться у огромных ворот, открыть их и шагнуть на другую сторону. Чтобы в очередной раз увидеть смерть…
Я заснул одним апрельским утром… И до сих пор не могу проснуться
|
Без заголовка |
Мне песни не посвящают... И пусть
|
Память |
Тебе нужно беречь силы и думать о будущем. Тебе нужно мыслить глобально и пытаться понять поступки тех или иных людей. Тебе нужно сосредоточиться на конечной цели. Ты должен пройти весь путь до конца. Ты должен открыть ворота в другие миры и упасть в бездну сна. Ты встретишь там много чудесного. Одно покажется тебе загадочным, другое-давно забытым. Но ничего, из того что ты увидишь, не будет чуждо тебе. Тянись, тянись к свету. Пусть это будет свет луны, или свет фонаря, отражающийся в воде. Пусть это будет солнце, которое ты так не любишь, или же свет белого снега. Думай о других. Думай о чужих проблемах и ты поймешь, что тебе стало легче дышать. Засунь свои проблемы куда подальше и никогда не вспоминай о них, пока не решишь чужие. Не принимай утопию как что-то негативное. Утопия, как и безумие, бывает сладостна прекрасна. Будь безумным, если это твое предназначение. Будь собой. Не люби живых людей…
А как на счет неживых?
Как же называлась та книга, которую мы читали когда были совсем маленькими. Я помню что мама читала мне эту книгу, но я не помню мамаиного лица. Я почему-то все помню только наполовину. Если я помню текст, то не помню иллюстрацию. Или же наоборот. Не знаю, как называется моя болезнь, но мне говорили что я болен. Я не помню, кто мне это говорил, хотя слова врезались в мой мозг совершенно отчетливо. Я мог бы быть поэтом, или художником. Что-то одно, на выбор. Но я не стал. Потому что я слишком реальный, потому что я слишком жив. Меня окружают вещи, вещи окружают люди. Мой мир не поддается логической закономерности. Мой мир не живет. Я пытаюсь стремиться к свету. Но я его не вижу. Свет должен быть теплым. Здесь нет теплого света. Иногда мне кажется что я сплю в сыром склепе и мне сниться сон. Я мерзну наяву, поэтому мерзну и во сне тоже. Только сон объясняет это по-своему. И вы думаете, что я жду пробуждения? Нет. Я хочу проспать всю свою жизнь в этом сыром склепе, а потом, после смерти, отправиться в тот самый мир из моих снов…
|
2 октября |
Сегодня второе октября. Уже шесть часов, а солнце только начало заходить за горизонт. Я ненавижу и одновременно люблю этот север. Он заставляет меня думать о жизни, которой нет. Он заставляет меня помнить вещи, которые не помнят обычные люди. Обычные, те, что живут не здесь, не на этом, другом, севере. Сегодня второе октября и я сижу в комнате. Мое окно открыто. Оно всегда открыто. Так заведено, что летом окна домов должны быть открытыми, чтобы следить за закатами, чтобы встречать рассветы, чтобы не потеряться в своих мыслях…
Я сижу и пью чай, свой любимый чай из ромашки. Я не знаю откуда она появляется в этом доме, но ее много, очень много. Я завариваю ее и пью по вечерам. Говорят, что ромашка успокаивает, но это не так. Здесь ничего не может принести успокоения. Здесь ничего не может заставить перестать думать. Здесь все по-другому. Это совсем другой мир и сегодня, второго октября, я изо всех сил стараюсь не сойти с ума.
Я проснулся от сна. Я видел во сне второе октября десять лет назад. Но мне не нужн сон, чтоб вспомнить тот день. Этот день изменил всю мою жизнь, пусть я даже не заметил этого. Я пытаюсь скрыть свои мысли, я пытаюсь сделать вид что ничего не происходит, я пытаюсь не кричать об этом на каждом углу. Я пытаюсь быть сдержанным и вести себя как обычно. Но мысли не дают мне покое, а ромашковый чай только раздражает мои нервы. Скрипы, шорохи, звон чашек, все это сливается в один звук-гул в моих ушах. Я больше не могу держать это в себе. Я не думаю о себе. Теперь я никогда не думаю о себе. Я думаю только о тех людях, которые рядом со мной. О них нельзя думать, о них нужно только помнить. Но я думаю о них, я хочу сделать их счастливыми, хотя знаю, что из этого ничего не получится. Я схожу с ума в этом мире, на этом, совсем другом, севере.
Но ты не знаешь о моих мыслях, ты просто сидишь напротив и молчишь, потому что не нужны слова. Ты не знаешь о том дне, второго октября десять лет назад. О том, что я пришел домой и посмотрел на экран телевизора. О том, что я не запомнил ничего. Я не запомнил слов, я не запомнил имен, я не запомнил… Я помню только лицо. Твое лицо, твою улыбку, твои глаза. Ты не знаешь этого. И еще ты не знаешь, что в этот самый день, второго октября, десять лет назад, тебя убили…
|
Исключение |
Не знаю несчастья, а счастье...
|
Comecar de novo |
|
начало |
Я потерялся в старых, пропахших плесенью, комнатах. Их тысячи здесь. С каждым днем их становится все больше и больше. Они растут как грибы. Они, эти комнаты, как паразиты, от которых невозможно избавиться.
Я потерялся в этом огромном странном доме. Теперь он никогда не станет моим. Дом столько подарил мне, а теперь просит плату. Я должен либо заплатить, либо отдать все назад. Мой выбор невелик. И исход один.
Я потерялся в этом городе. Сам город потерян. Он превратился в призрак, его забыли в какие-то далекие времена, когда меня еще не существовало на свете. В нем не осталось жизни. По его улицам гуляет только смерть. А смерть не потерпит рядом с собой живое существо. Смерть все превращает в прах. И город тоже превратился в прах.
Я потерялся в мыслях, они больше мне не принадлежат. Они живут своей жизнью, питаются остатками разума, съедают его заживо и не хотят отпускать свою жертву. От меня почти ничего не осталось. Даже надежды больше нет.
Я потерялся в себе. Я потерялся в дремучем лесу двадцать лет назад и меня до сих пор не нашли…
|
улица... |
|
Дневник Liandro |
|
|
| Страницы: [1] Календарь |
