Цитата сообщения ЗДОРОВЬЕ_РОССИИ Откровенная беседа: признание владельца предприятия по производству лекарственных препаратов

В феврале 1991 г. я несколько дней находился в командировке на Больших Канарах в качестве международного специального консультанта ИАЕВП (органа, связанного с ООН и ЮНЕСКО) и там познакомился в баре отеля, в котором проживал, с одним симпатичным мужчиной.
В результате публикаций в журналах материалов о конференции, которую организовала фирма в Las Palmas, этот мужчина меня узнал по фото и завёл со мной разговор, поинтересовавшись о цели моей командировки.
Я ему объяснил, что на Канарских островах с трудом решается проблема питьевой воды (о чём он хорошо знал) и что загрязнённость её вызывает особую озабоченность местных властей.
Одна и та же вода для удовлетворения всех запросов клиентов отелей в туристических центрах может трижды циркулировать без фильтрации.
Разумеется, воду, которая течёт из кранов и в туалетах, не рекомендуют пить, она служит для мытья фруктов, посуды и для поливки садов.


Узнав из статей, появившихся в журналах о том, что я врач, он поинтересовался, продолжаю ли я свою практику. Я ответил, что уже нахожусь на пенсии и продолжаю заниматься научными исследованиями в области молекулярной биологии.
Это, похоже, ему очень понравилось. Я рассказал, что в 1990 г. я защитил докторскую диссертацию в Париже на тему: «Врачи и общество, отношение между врачами и химической и фармацевтической индустрией — санитарные последствия».
В ответ он воскликнул: «Какое совпадение... я как раз был, в своё время, владельцем фармацевтической лаборатории».
Я встречал этого господина несколько раз, и в очень доверительной форме он рассказал мне следующую историю:
«В 1934 г. в возрасте 29 лет я закончил учёбу на медицинском факультете и начал работать в Лионе в качестве терапевта. Мой кабинет, купленный благодаря приданому моей супруги, дочери богатого городского торговца, находился в самом центре города.
Вы, конечно, знаете, каково было молодому врачу без должного капитала начать свою профессиональную карьеру. Поэтому пришлось подобрать супругу из состоятельной буржуазной семьи.
Я был не слишком требовательным к тому, что касалось красоты и образования своей жены... Что было самым главным — это величина приданого...
После двух лет тяжёлой работы мне удалось сформировать маленькую клиентуру, состоявшую преимущественно из пациентов с ревматическими заболеваниями, страдающих ожирением или нервными расстройствами. Все они входили в окружение моей супруги и её родителей.
В 1939 г. я был мобилизован. Несколько месяцев спустя, в 1940 г. я вернулся в свой город, имея шанс не находиться в зоне боевых действий и не быть пленённым.
Период с 1940 по 1945 г. был не особенно приятным для меня, но и не был отмечен каким-либо происшествием, так как я заявил, что не участвовал в Сопротивлении и что режим Виши меня вполне устраивает.
В эти годы, вследствие острой нехватки медикаментов, я заинтересовался фитотерапией. Я вспомнил о моей бабушке по матери, которая дожила до 96 лет. Она лечила ревматизм микстурой, приготовленной из листьев ивы, и это ей вполне удавалось.
Изучая этот вопрос, я узнал, что кора, листья и серёжки ивы обладают жаропонижающим, седативным, болеутоляющим, противоревматическим и другими свойствами потому, что они содержат салициловую кислоту.
Так как большинство моих клиентов, которым я приписывал медикаменты на основе аспирина, часто жаловались на кишечную боль, вызванную этим лекарством, почему бы не попробовать микстуру листьев ивы?
Я так и сделал — дал по флакону трём моим пациентам, которые затем прибыли ко мне на повторный осмотр через 2 мес., выражая мне благодарность, так как они почувствовали, что боль в суставах значительно уменьшилась без каких-либо побочных явлений.
Откровенно говоря, я был очень удивлён успешным результатом лечения. Слух о моих успехах быстро распространился среди пациентов и несколько месяцев спустя я вынужден был ещё изготовить нужное количество лекарства.
А для того, чтобы это сделать, мне нужно было собирать листья и кору ивы далеко за пределами Лиона, заготавливать спирт у моего друга — фармацевта, искать стеклянную посуду, готовить настойку и пропускать её через фильтр.
С другой стороны, я давал себе отчёт в том, что занимался фармацией, не имея на это диплома, и днём позже или раньше, вследствие болтливости некоторых пациентов, я рисковал иметь неприятности со стороны Наблюдательного совета медиков и фармацевтов и понести наказание за нелегальную практику изготовления лекарств.
Я решил, в конце концов, заключить соглашение с моим другом-фармацевтом, который взял отныне на себя обязанность по приготовлению лекарства и его продаже.
Прошло три года; мой препарат реализовывался успешно, однако, стало очевидным, что я и мой друг работаем не на равных условиях.
В 1953 г. я установил контакт с лабораторией, которой предложил своё лекарство. И вскоре понял, насколько я был наивен, совершив такой необычный поступок.
Меня принял напыщенный директор, который проинформировал меня о том, что его предприятие с 1943 г. специализируется на изготовлении лекарств, содержащих салициловую кислоту и что производство таблеток его вполне удовлетворяет.
Он мне объяснил, что хотя это лекарство обладает нежелательными последствиями (какими — он не назвал), оно представляет собой одно из лучших болеутоляющих средств на французском рынке.
Он покупает исходное сырье в Германии и выпускает таблетки с добавлением картофельного крахмала и др.
Зачем ему усложнять себе жизнь, используя какую-то кору ивы? Для этого потребовалось бы полностью перестраивать весь технологический процесс...
Я напрасно пытался ему объяснить, что при использовании коры ивы можно избежать нежелательных побочных явлений.
Вернувшись к себе в совершенно расстроенных чувствах, я внимательно проанализировал нежелательные побочные явления лекарства, изготавливаемого этой лабораторией.
Перечень их был достаточно длинным: шум в ушах; воспаление уха; цефалгия (головная боль); боль в брюшной области и в области желудка; кровотечения из прямой кишки; кровоточивость дёсен, носовое кровотечение, кровавая рвота; отёки, крапивница, астма, повышение чувствительности кожи и ряд других.
Я предполагал, что, возможно, побочные явления возникли в результате передозировки, которую могли допустить отдельные пациенты, а также, вследствие того, что слизистая оболочка пищевода длительный период времени подвергалась воздействию этого лекарства (что бывает часто с некоторыми пациентами).
Всё это могло привести к серьёзным изменениям.
В 1955 г. отец и мать жены умерли, и моя супруга, как единственная дочь, получила значительное наследство. Мне тогда пришла идея приобрести лабораторию и оставить профессию врача.
Я убедил свою жену передать в моё распоряжение необходимую сумму для этой покупки. Я купил старую лабораторию, основной продукцией которой был выпуск двух видов лекарств, оказывающих желчегонное действие: стимулирующих образование желчи и способствующих выведению желчи.
Я принял на работу начинающего фармаколога и приступил к перепрофилированию лаборатории.
Под влиянием своего фармаколога и совершенно не разбираясь в химии, я предпринял попытку получить разрешение на продажу трёх новых препаратов, продолжая выпуск лекарств желчегонного действия.
Один из новых препаратов должен был обладать сильным болеутоляющим свойством, другой — слабительным, третий — отхаркивающим.
По мнению моего фармаколога, эти три препарата должны были обеспечить высокую рентабельность моей лаборатории. Как Вы видите, уже не стоял вопрос о приготовлении лекарства из листьев и коры ивы.
Как и большинство других лабораторий, для приготовления первого лекарства мы использовали салициловую кислоту и добавляли к ней немного эфедрина. У нас оставались лишь опасения о возможности появления нежелательных побочных явлений.
Что касается формулы слабительного, она прямо исходила из формулы желчегонного средства, которое уже продавалось на рынке, и к нему просто-напросто был добавлен метоклопрамин.
Наконец, формула отхаркивающего средства содержала кодеин с добавлением нескольких хорошо известных настоек. Ничего не было экстраординарного в том, что мне удалось в нормальные сроки получить разрешение на реализацию этих препаратов.
В течение нескольких лет, благодаря рекламе и удачной торговле, моя лаборатория сделала существенный товарооборот и получила значительную прибыль.
Я продолжал сотрудничать с небольшими лабораториями. В возрасте 61 года, добившись солидного положения, резонно было бы оставаться на том же уровне. Однако, этого не произошло, а мою историю слишком долго рассказывать...
Общеизвестно, что чем больше зарабатываешь денег, тем больше хочется их иметь, но, получив непрофессиональную консультацию одного из моих служащих, меня втянули в авантюру, по меньшей мере, опасную.
Моя лаборатория попыталась разработать медицинскую формулу нового препарата, что принесло мне немало хлопот...
Короче говоря, она начала изготавливать новый препарат против боли, исходя из новой формулы, и это было очень большой ошибкой.
Много сигналов поступило в Национальный центр фармакологического надзора о зарегистрированных несчастных случаях, вызванных употреблением этого лекарства...
В связи с этим, стало очевидным, что на этом лекарстве невозможно заработать, и тогда я был вынужден снять этот препарат с розничной продажи.
Я чувствовал себя ответственным за то большое количество проблем, которые доставил этот препарат некоторым покупателям, но, в то же время, я не чувствовал своей вины, так как все те, которым он не помог, страдали аллергией, а этого я никак не мог предвидеть.
В то же время я сознавал, что не я был изобретателем этого препарата...
Как видите, мне 77 лет и я живу в Лас Пальмасе с солидной пенсией... Пять лет назад я овдовел. Мою яхту можно увидеть из моей виллы. Яхта и вилла купаются в лучах золотистого солнца в течение всего года.
Благодаря солнцу, меня не очень беспокоит ревматическая боль... Нужно подчеркнуть, что я никогда не принимал препаратов аллопатической медицины и, что я лечусь гомеопатическими средствами.
Я располагаю большими доходами от удачно вложенного капитала в различных иностранных государствах. Я никогда не доверял экономической политике моей страны.
Что касается моей лаборатории, проданной 12 лет назад, она стала очень рентабельной и выпускает до 12 препаратов, в том числе психотропного, контрацептивного и антигипертензивного воздействия.
Очень жаль, что во время моей деятельности эти препараты не пользовались таким большим спросом и такой популярностью, как в наше время, и у врачей, и у пациентов.
Вполне очевидно, что именно с такими препаратами можно заработать очень большие деньги. Я же всё время был человеком среднего достатка с заработком всего несколько десятков миллионов франков.
Как я прочитал недавно в одном из медицинских испанских журналов, одно только антигипертензивное средство под названием «каптоприп», изготовленное лабораторией Squibb, достигло рекордной цифры продажи в 1989 г. — 1 млрд. долларов...
Я ни о чём не сожалею... Я очень хорошо жил... Если Вы хотите, Вы можете приезжать ко мне время от времени... Я Вам расскажу, как я вёл своё дело. Вы даже не можете себе представить...»
Этот человек меня заинтересовал, и я нанёс ему визит. И вот, о чём я узнал:
«Знаете ли Вы, спросил он меня, каким образом рождается идея о новом лекарстве?
Это совершенно просто, я так делал сам. В первую очередь нужно изучить, какая болезнь вызывает больше смертных случаев в мире.
Затем изучить все научные исследования, выполненные в этой области, открытые публикации (без приведения каких-либо доказательств о правильности выдвинутой научной гипотезы), а затем организовать выпуск лекарства, которое, по возможности, не должно вызывать вредных и нежелательных последствий.
Я не могу Вам сказать, какой препарат был изобретён в моей лаборатории, так как он продолжает до сих пор реализовываться на рынке и представляет собой, всего-навсего, плацебо (индифферентное вещество, по внешним признакам имитирующее какое-либо лекарственное средство и не дающее никакого лечебного эффекта).
Заработав на этом в 1970 г. солидную сумму в 100 тыс. франков, некто профессор X. заявил в беседе с агентством Беша, что он только что выпустил революционно новое лекарство, предназначенное для понижения содержания холестерина в крови, который является причиной большого количества сердечно-сосудистых заболеваний.
Сообщение об этом изобретении было распространено на следующий же день местными радиостанциями. Многие журналисты из различных издательств ринулись к профессору X., чтобы взять у него интервью.
Профессор в сердечной обстановке представил журналистам своего сотрудника-фармаколога И., который ему помог в создании этого чудесного средства.
Он объяснил, как ему пришла идея создания нового препарата, какова его особенность и каково его воздействие на организм. В своей гуманной речи он заявил, что, будучи медиком и учёным, он желает лишь одного — здоровья всем.
Журналисты остались довольны. Появились статьи со следующими заголовками:
«Только что произошло одно из самых великих открытий века», «Появилось новое лекарство с чудесными свойствами», «Нужно ещё и ещё раз отдать должное французскому гению...»
Через некоторое время профессор Скот и его сотрудники из университета Висконсина обратили внимание на то, что это лекарство не было проверено экспериментальным путём, как того требует законодательство.
Вся заслуга в этом сенсационном открытии, в конце концов, была отдана профессору X. и фармакологу, в том числе и моей лаборатории, которая приняла участие в подготовке к продаже этого медикамента и других популярных препаратов.
Я хорошо заплатил одному из журналистов крупного французского медицинского журнала и передал ему текст на 3 страницах с условием, что они не будут подлежать редактированию.
В статье рассказывалось о глубоких исследованиях, проведённых моей лабораторией при подготовке к выпуску препарата, понижающего уровень холестерина в крови.
В качестве доказательства, приводились выдуманные статистические данные, свидетельствующие якобы о снижении уровня холестерина после приёма препарата, и что данные мне были переданы врачом-экспериментатором на последней стадии клинических исследований.
Нужно признать, что первые проверки не были достаточно убедительными, а поэтому мне было рекомендовано во время передачи результатов исследований в комиссию для получения разрешения на продажу изъять из досье результаты первого клинического исследования и представить второй вариант с подтасованными результатами.
В этом втором отчёте, конечно, сведения об уровнях холестерина были искусственно занижены для того, чтобы показать эффективность этого препарата.
Спустя месяц я получил всё же разрешение на организацию продажи после отправки большого отчёта с совершенно искажёнными результатами.
Короче, должен Вам сказать, что якобы входящая в состав препарата чудесная химическая формула, позволяющая понижать уровень холестерина, была чистой воды выдумкой.
Эта чудесная химическая субстанция никогда реально не существовала и вовсе не была изобретена.
В интересах дела мы взяли несколько растворимых ферментов, способствующих пищеварению, и дали им название «средство, понижающее уровень холестерина».
Вы знаете, дорогой господин, что открытие истинно новых препаратов возможно благодаря научным исследованиям исключительно в области биомедицины, а не фармацевтической промышленности.
Бюджет, который бы нам потребовался на исследование новой формулы, был бы настолько высок, что мы в дальнейшем в течение нескольких лет не заработали бы ни копейки на этом лекарстве, если бы даже новый препарат хорошо реализовывался, поэтому подобные научные исследования передаются большим лабораториям, имеющим достаточные средства.
Фиктивных препаратов, как тот, о котором я Вам только что рассказал, насчитывается десятки тысяч во всём мире. Они не причиняют никому никакого вреда...
Но этого нельзя сказать о серьёзных сильнодействующих препаратах, но, в то же время, опасных.
Поэтому я хочу Вам сказать, что именно производители лекарств, не имеющие достаточного финансирования, дают данные в знаменитый словарь Видаль о нежелательных или побочных действиях своих препаратов, о всех противопоказаниях к их использованию.
А, следовательно, врач, который пользуется таким справочником, получает только ту информацию, которую ему сообщили. И бесполезно говорить о том, что даже указанные побочные действия лекарств могут быть смягчены, а иногда и совершенно не указаны.
Каждый год, насколько это возможно, мы проводим настоящие симпозиумы, конгрессы, на которых заслушиваются фиктивные доклады с фиктивными статистическими данными, с фиктивными графиками и сообщением о фиктивных результатах, достигнутых при продаже нашим пациентам выпущенных лекарств.
Конечно, мы финансируем журналы, например «Медицинский еженедельник» для того, чтобы освещать работу этого конгресса или симпозиума с приложением некоторых фотографий, как будто это какое-то событие, и что именно этому журналу удалось узнать и довести до своих читателей информацию о каком-то новом препарате.
Мы поступаем, таким образом, не только с медицинскими журналами, а также и с другими. Всё это стоит больших денег, и наш бюджет для рекламы достаточно большой. Медикаменты продаются таким же образом, как, к примеру, стиральные порошки.
А теперь, если Вы этого хотите, я обойду молчанием форму подготовки, так называемых, высококлассных рекламных агентов. Мы отдаём предпочтение молодым и красивым женщинам, которых робкие врачи не смеют не принять.
Женщины, благодаря своему обаянию, более убедительны, чем мужчины, и делают больше для рекламы нашей продукции. Хорошая группа маркетинга, безусловно, более рентабельна, чем служба научных исследований.
Мы заключаем договоры с некоторыми частными врачами, а часто и с медицинскими клиниками, которым мы перечисляем значительные суммы денег, если они доказывают нам, что они назначают пациентам наши препараты.
Ещё несколько лет тому назад мы пользовались другой практикой — это маленькие подарки в виде медицинских принадлежностей, ящиков шампанского, виски или коньяка.
Иногда мы организовывали для таких врачей поощрительные поездки, если они добивались высокой рентабельности от проданных медикаментов.
А теперь, вследствие высокой конкуренции, мы платим им только деньги. А чтобы объяснить налоговым структурам подобные перечисления, мы называем их в наших отчётах, как «помощь для научных исследований» или «субсидирование для проведения экспериментов».
Медики стали всё более и более требовательными, порой они не отказываются и от шантажа.
Во время нашей первой беседы я Вам сказал: я заработал много денег, но я никогда не инвестировал заработанные средства во Францию, ни в одну из отраслей нашей страны.
Я не могу Вам объяснить, как мне удавалось переправлять мои доходы, очевидно, Вы понимаете, почему.
Но если Вы желаете в этом разобраться, я Вам советую прочитать книгу «Власть в швейцарских банках» Жана Сонье (издательство «Актуальное время», 1982 г.), а также книгу «Истинные властелины мира» Луи Гонзалез-Мата (издательство Грассе, 1979 г.).
В мае 1992 г. я узнал, что доктор X. умер. Я не могу сказать, что эта новость меня очень расстроила...
У меня уже тогда была мысль написать произведение, которое вы сейчас читаете. Откровения пожилого человека воодушевили меня.
«Наиболее благоприятным временем для пресечения каких-либо правонарушений является тот день, когда тебе удаётся об этом узнать», — сказал в своё время Орельян Шоль.
Это произведение, название которого может показаться довольно странным, было написано не для медицинского корпуса, а для тех, кого называют широкой публикой.
Говоря журналистским языком, эти два слова имеют скорее пренебрежительный оттенок.
Под словами «широкая публика» подразумевается масса «незнаек» и глупцов, которых можно информировать или дезинформировать, в зависимости от обстоятельств, требований времени, моды или часто по желанию, исходящему от правительственных «групп поддержки».
Таким образом, сама того не подозревая, эта «широкая публика» легко управляется или одурачивается всевозможными способами.
Осознание подобной манипуляции общественным сознанием приходит к очень незначительной части населения, но той, которая и не пытается что-то изменять.
Их реакция ограничивается направлением писем в редакции журналов, газет, которые имеют рубрику «письма читателей». Там их отбирают, возможно, печатают, а иногда и пишут ответ.
Что касается писем, направляемых в различные редакции телевизионных компаний, то на них никто не обращает никакого внимания.
Подобным образом происходит и с той корреспонденцией, которая направляется в различные министерства, а особенно в министерства здравоохранения, по крайней мере, во Франции.
То, что на языке демократии называется свободой волеизъявления, которой на самом деле нет, это вам предложение, если Вы являетесь стойким гражданином по отношению к манипуляциям над вашим сознанием, открыть на свои собственные средства газету или журнал, где вы сами сможете выбирать, как вам убеждать возможных читателей.
Но, как вы понимаете, это совершенно нереально.
Мы, медики, понятие «широкая публика» используем без пренебрежительного оттенка, так как болезнь может поразить, как глупцов, так и интеллигентов, и наша обязанность состоит в том, чтобы лечить пациентов без какого-либо разграничения.
Рак предстательной железы у слабоумного имеет такую же клиническую картину, как и у главы государства.
Всякий человек, если ему объяснить, легко способен понять, что постоянное введение в его организм каких-либо химических субстанций является противоестественным, что сам организм попытается их отторгнуть, так как они ему совершенно чужды, особенно, если эти химические субстанции являются ещё и синтетического происхождения.
Любой живой организм, а особенно человеческий, является, по своей натуре, неприкосновенным и должен оставаться таким навсегда.
И если какой-либо чужеродный химический элемент вдруг и проникнет в него, то это должно быть чистой случайностью.
Только те химические элементы воспринимаются живой клеткой, которые способствуют её нормальному росту и процветанию, т.е. поддержке гомеостаза.
В прежние времена такими полезными для жизни элементами природа щедро одаривала человека. И нам хорошо известно, что многие из таких жизненно важных элементов, которые могли бы находиться в продуктах питания, уже бесследно и навсегда уничтожены, вследствие всеобщего загрязнения.
В течение многих тысячелетий человек открывал в природе (растениях, камнях, металлах) необходимые элементы, способствовавшие лечению, а самое главное — избавлению от множества болезней.
Лечение, опирающееся на многовековой опыт, хотим мы этого или нет, приводит нам неопровержимое доказательство своей высокой эффективности.
Доказательство состоит в том, что к началу нового тысячелетия мы до сих пор живы, благодаря крепкому здоровью своих предков и тому, что методы их лечения ещё не забыты.
Кроме того, выдержав испытания в течение многих десятилетий, эти методы лечения выдерживают новую волну своей популярности и никогда не должны быть забыты.
На самом деле, самый лучший врач — это ты сам.
Всё самое полезное для своего организма человек может найти в природе, там, где он родился и живёт.
Настолько парадоксально, насколько это может показаться, но аллопатическая медицина представляет собой искусственное создание, изобретённое и систематизированное глупцами, карьеристами и шулерами, наподобие Луи Пастера и Клода Бернара.
Отбросив всё то, что было накоплено в лечебной практике и не раз уже доказало свою эффективность, во имя своих, как будто научных, механистических принципов, физиологи обрекли себя на неизбежное поражение, приступив к разработке лечебных аллопатических правил, вводя в заблуждение не только больных, но и весь медицинский корпус.
Сегодня весь медицинский корпус — сторонники аллопатической медицины, видимо, не отдают себе отчёта в том, что догмы, навязанные им сомнительными авторитетами, являются предметом дискуссий, а прогресс в области вспомогательной биологии следует поставить под сомнение; что любое поверхностное и необоснованное лечение бесполезно и даже опасно...
Современный человек или тот, кто претендует так называться, уже давно оторвался от глубоких корней своих предков. Он позабыл и растерял все накопленные столетиями методы лечения природными средствами.
В сознании большинства граждан уже укоренилось мнение, что лекарственные препараты, изготовленные аллопатической индустрией, обладают высокими лечебными свойствами...
Но это — самообман, тем более, если это касается лечебных свойств синтетических препаратов.
Если некоторые из антибиотиков и обладают способностью спасти человека от гибели, то большинство препаратов, в состав которых входят элементы, полученные искусственным путём в фармацевтических лабораториях, наделены первичными или вторичными уровнями вредности.
Некоторые из них убивают живые клетки постепенно изо дня в день.
Человеческий организм представляет собой чётко отлаженный механизм высокого уровня сложности. И, как всякий механизм, он требует постоянного поддержания в хорошем состоянии и бережного с ним обращения для того, чтобы он мог функционировать как можно дольше.
Но, как любые механизмы способны выходить из строя из-за несовершенной конструкции, так и некоторые организмы, генетически плохо запрограммированные, подвержены различным расстройствам.
Любой человек, с момента своего рождения, имеет лишь ему свойственные особенности роста и гармонического развития и совершенно отличается от подобных ему индивидуумов, даже с лучшими генетическими свойствами.
Как нормальное генетическое развитие, так и пороки, передающиеся через зародышевые клетки, оказывают влияние в первую очередь на жизнеобеспечение человеческого организма на протяжении всей его жизни.
Мгновенно невозможно нарушить сформированный на протяжении долгих лет генетический капитал человеческого организма.
Вот почему в настоящее время известно более 3 000 различных болезней, вызванных нарушением генетического материала человеческого организма.
В наши дни существует две категории людей: те, которые не уделяют должного внимания ни своему организму, ни тому, что есть у них самого ценного — здоровью; и другие, которые наоборот чрезмерно о нём заботятся и слепо доверяют синтетическим препаратам, которые чаще всего токсичны и «взрывоопасны».
Таким образом, эти препараты, включая и вакцины, ассоциирующиеся с химическими субстанциями, необратимо поражают генную структуру взрослого человека.
Гены неизбежно теряют накопленные годами свои положительные свойства. Отсюда — каждый год у детей обнаруживают многочисленные болезни, следствием которых являются генетические нарушения.
Как продукты химического производства, так и те, кто их изготавливает, виновны в деградации здоровья населения планеты.
К ним следует отнести и производителей фармацевтической продукции.
Представляется парадоксальным то, что медикаменты изготавливаются именно с целью лечения и оздоровления больных.
Более парадоксальным является и то, что вакцины, призванные защитить совершенно здоровых людей от инфекционных заболеваний, способны вызвать у них ослабление иммунной системы или более того — передать организму вирусы животного происхождения, способные не только исказить, но и видоизменить генную систему человека.
Эти вирусы способны слиться с теми вирусами, которые уже находились в организме человека в «состоянии спячки», то есть, в неактивной форме.
В этом контексте аллопатическая медицина выступает в роли «раздатчика» или «продавца» химических препаратов, изготовленных фармацевтическими лабораториями.
Из этого можно сделать логический вывод о том, что аллопатическая медицина состоит на эксклюзивной службе у этих лабораторий, так как она не признаёт никакого другого вида терапии, кроме лечения лекарствами химического происхождения.
Исключение составляет, по всей видимости, только то направление этого вида медицины, которое занимается акупунктурой, гомеопатией или хирургией.
Речь может идти только о коренном заблуждении всей аллопатической медицины, этой разновидности медицины, которая претендует служить здоровью человека, но совершенно не занимается его здоровьем.
Она проявляет интерес только к различным формам болезни.
Министерство здравоохранения, на самом деле, является ни чем иным, как Министерством болезни.
Министерство и врачи-аллопаты считают, что это не их дело заниматься профилактической работой.
Только действующий политик, если его к этому принуждают обстоятельства, может посвятить себя заботе о здоровье своих избирателей.
Аллопатическая же медицина полностью утратила своё предназначение, и вместо того, чтобы заниматься профилактической деятельностью, она посвящает себя исключительно корыстной цели — усугублению заболеваний.
Никто и никогда не встречал врача-аллопата, желающего всем хорошего здоровья.
Не менее опасно и то, когда врачи, пренебрегая профилактическими мерами, советуют, как больным, так и здоровым диетическое питание продуктами (овощами и фруктами), которые перенасыщены ядовитыми химическими веществами, а в нагрузку прописывают различные лекарства, изготовленные на химической основе.
Легко представить различного рода болезни, которые могут возникнуть у пациентов, буквально «напичканных» ядохимикатами.
А те же самые врачи продолжают назначать уже окончательно больным людям всё новые и новые химические элементы в виде медицинских препаратов, чтобы приостановить те болезни, которые возникли в результате приёма ранее назначенных медикаментов.
Ни один химик не способен предвидеть, какая реакция произойдёт внутри человеческого организма, если в него попали несколько различных лекарств и, к тому же, нитраты, пестициды, фунгициды, красящие вещества, консерванты, искусственные ароматизаторы, антибиотики, сульфамиды, содержащиеся в мясе, молоке и других продуктах питания.
Не вызывает сомнения, что в таком случае получится «взрывоопасный» коктейль.

22

Серия сообщений "Фармацевтическая и продовольственная мафия - Броуе":

Часть 1 - Фармацевтическая и продовольственная мафия - Броуер
Часть 2 - Обращение к читателю
Часть 3 - Ничего не означающая беседа с одним французским министром
Часть 4 - Откровенная беседа: признание владельца предприятия по производству лекарственных препаратов