По данным публициста Юрия Мухина, из сейфа покойного Виктора Илюхина исчезли документы

Известный писатель, публицист, общественный деятель Юрий Мухин обратился с официальным запросом на имя руководителя Следственного комитета России (СКР) Александра Бастрыкина.

Мухин напомнил, что 19 марта 2011 года на 62-м году жизни скоропостижно скончался депутат Государственной Думы Виктор Илюхин. Официальная причина смерти – обширный затяжной инфаркт, хотя Виктор Иванович на болезни сердца никогда не жаловался.

Однако в данном запросе речь идет даже не о расследовании возможных причин скоропостижной кончины известного общественного деятеля. Как напоминает Мухин, Виктор Илюхин занимался расследованием масштабных фальсификаций архивных документов, которые относятся к советскому периоду истории России и, в частности, к т. н. «катынскому делу».

КМ.RU уже не раз приходилось рассказывать об этой весьма туманной катынской истории. И о тех политических играх, что вокруг нее устраивают польские власти и отечественные либералы... а в последние годы – и российские руководители, взявшиеся вдруг подыгрывать и тем, и другим.

Но в данном случае речь идет даже не о том, кто там кого расстреливал либо весной 1940 либо осенью 1941 года, и на кого должна возлагаться за это историческая ответственность. Дело в том, что, как сам Виктор Илюхин поведал КМ TV, в ходе его расследования были обнаружены следы массовой фальсификации исторических документов в российских архивах, сделанные и в хрущевские времена, и (куда более масштабно) в 1980-90-х гг.

Виктор Илюхин рассказывал, что к нему обратился «неназванный источник» (впрочем, как уточнял Виктор Иванович, для него этот источник – не только «названный», но и вызывающий доверие), лично участвовавший в фальсификации государственных архивных данных. Илюхин представил КМ TV переданные ему источником чистые бланки документов, соответствующие концу 1930-х – началу 1940-х гг. Источник прямо заявил, что им и группой других лиц проводилась фальсификация документов, посвященных сталинскому периоду истории, причем именно на таких бланках.

«Я могу сказать, что это – абсолютно настоящие бланки, – заявил тогда Виктор Илюхин, – в т. ч. и те, которые использовало 9-е Управление НКВД/НКГБ в то время». Даже соответствующие печатные машинки того времени, которые использовались в центральных партийных учреждениях и органах госбезопасности, были предоставлены в этой группе.

Виктор Илюхин также представил несколько образцов оттисков штампов и печатей типа «Засекречено», «Особая папка», «Хранить вечно» и т. д. Но эксперты подтвердили Илюхину, что штампы и печати, которыми произведены эти оттиски, были изготовлены в период после 1970-х гг. «До конца 1970-х гг. такой методики изготовления этих поддельных штампов и печатей мир не знал, и наша криминалистическая наука тоже не знала», – сообщал Виктор Илюхин. По его оценке, возможность производить такие оттиски появилась только на рубеже 1970-80-х гг. «Это – тоже советский период, но уже совсем другой, и они изготавливались, как пояснил тот незнакомец, в конце 1980-х – начале 1990-х гг., когда страной правил уже Борис Ельцин», – отмечал Илюхин.

Из заключений экспертов следовало, что при изготовлении документов по «катынскому делу» использовались различные штампы, клише и т. д. Впрочем, по оценке Илюхина, далеко не все штампы и печати были поддельные, были и подлинные, которые «достались, как говорится, по наследству тогда, когда в августе 1991 года штурмовали и вошли в здание ЦК, и там очень много нашли. И клише, и штампы были; надо сказать, что много нашли и документов. Документы, которые не подшитые, но лежали в папках; все это было разбросано в беспорядочном состоянии. Наш источник заявил, что потом все это приводилось в соответствие для того, чтобы потом, вместе с подлинными документами, вложить в дело и фальшивые документы».

В качестве образца Илюхин демонстрировал целый том подобной документации. По его словам, его предоставил все тот же «незнакомец». «Он заявил о том, что это – том с материалами переписки органов НКВД/НКГБ со Сталиным, и касались они именно вопросов деятельности наших спецслужб. Но он сказал, что в этот том были вложены две больших записки, и, в общем-то, они здесь выглядят как инородные. Эти записки были якобы от маршала Тимошенко, бывшего министра обороны, а также Жукова, начальника Генерального штаба в 1940-х гг., и Василевского, начальника оперативного отдела Генштаба (он, дескать, исполнитель этих документов)», – рассказывал Илюхин. Об этой фальшивке КМ.RU рассказывал достаточно подробно.

Но больше всего фальшивок, прочно вошедших в научно-исторический оборот и уже воспринимаемых как непреложно «подлинные», связаны с различными «записками» Лаврентия Павловича Берии.

Это и «письмо Берии от 5 марта 1940 года», на котором, собственно, и строится вся катынская версия. Хотя, как выяснено, из нее три листа напечатаны на одной машинке, а четвертая – с подписью якобы Берии – на другой, что в секретном делопроизводстве 1940 года было просто невозможно.

Это и якобы подписанное в 1939 году соглашение о сотрудничестве между НКВД и гестапо. Илюхин рассказывал, как они сверили на этом «соглашении» отпечатки штампа НКВД, печати гестапо, подписи Мюллера и Берии, и быстро увидели, что это – «сплошная липа». Особо трогательно смотрится справка, приложенная к соглашению, где Берия извиняется перед Мюллером за непропорциональное присутствие на руководящих постах в НКВД, Гулаге и т. д. «сотрудников еврейской национальности». Берия якобы хочет немножечко их разбавить: преимущество должно быть отдано представителям Украины, Белоруссии и в первую очередь русским.

Это и вошедшая уже, кажется, в хрестоматии «докладная Берии от 21 июня 1941 года»: «Я вновь настаиваю на отзыве и наказании нашего посла в Берлине Деканозова, который по-прежнему бомбардирует меня «дезой» о якобы готовящемся нападении на СССР. Он сообщил, что это «нападение» начнется завтра. То же радировал и генерал-майор В.И. Тупиков, военный атташе в Берлине. Этот тупой генерал утверждает, что три группы армий вермахта будут наступать на Москву, Ленинград и Киев... Но я и мои люди, Иосиф Виссарионович, твердо помним Ваше мудрое предначертание: в 1941 году Гитлер на нас не нападет!». Берия на самом деле не мог этого писать – хотя бы потому, что с февраля по июль 1941 года разведка была выведена из ведения его НКВД и подчинена другому ведомству – НКГБ. Более того, Деканозов (хотя он был другом Берии, и за это был вместе с ним расстрелян в декабре 1953 года) работал в то время по линии НКИД и наркома НКВД «бомбардировать «дезой» не мог: у него был свой нарком – Вячеслав Молотов.

Так же и «тупой» Тупиков должен был рапортовать начальнику Генштаба Жукову, начальнику Разведупра РККА Голикову, наркому обороны Тимошенко, наконец, – но никак не Лаврентию Берии. Кстати, по той же причине Берия не мог обзывать Рихарда Зорге «провокатором», что также приписывается ему еще с хрущевских времен. Хотя бы потому, что он вообще вряд ли знал о его существовании: Зорге сотрудничал с Разведупром РККА и к НКВД отношения не имел.

Ну и полным бредом является якобы совместный приказ Берии и Жукова № 0078/42 от 22 июня 1944 года «О выселении украинцев в Сибирь»». Однако эта фальшивка, запущенная в годы перестройки, на незалежной Украине который год трактуется как несомненный исторический факт.

То, что именно Лаврентий Павлович стал настоящим «рекордсменом» по фальсифицированным «преступным» документам, в принципе, объяснимо: еще в 1953 году он был объявлен «главным злодеем» той эпохи, на которого товарищи по партийному руководству и их последующие преемники охотно валили все подряд. Причем, как у патентованного «врага народа», от него не осталось даже собственного фонда документов в Центральном партархиве. Следовательно, для тех, кто имел желание и возможность, вообще почти не возникало никаких сложностей стряпать от его имени любые документы.

А как это делается технически, все тот же Виктор Илюхин, помнится, выступая на нашем телевидении, достаточно наглядно продемонстрировал. И он же, ссылаясь на информацию своего «источника», подтвердил, что в горбачевско-ельцинские времена подобные операции проводились на постоянной основе.

Сейчас Юрий Мухин напоминает Александру Бастрыкину, что этот технический специалист, непосредственно фальсифицировавший в 1990-х гг. документы для подбрасывания их в российские архивы, «в качестве доказательства фальсификации предоставил В.Илюхину черновики и подлинники фальшивок, многие из которых уже запущены в научный оборот... Специалист передал Илюхину также чистые бланки, факсимиле и печати, которые использовались фальсификаторами для изготовления фальшивых официальных документов той эпохи. Эти документы В.И. Илюхин хранил у себя в сейфе в Государственной Думе и, по мере надобности, выдавал их исследователям Катынского дела, в частности, нам – мне, С.Стрыгину и Л.Журе, одновременно неоднократно выступая с ними сам, как в Думе, так и на пресс-конференциях».

Но теперь, как заявляет Юрий Мухин, по имеющимся у него сведениям, «в настоящее время эти документы из сейфа Илюхина исчезли. Вполне возможно, что убит или будет убит специалист, фальсифицировавший официальные документы СССР. Знал его только В.Илюхин. Нам известно, что в СССР он работал по этой специальности в КГБ, к настоящему времени имел звание генерала ФСБ. Исчезнувшие документы – это рабочие документы официального лица – депутата Государственной Думы».

Так что уже этого факта должно было бы быть достаточно для Следственного комитета, чтобы расследовать данный вопрос. Поэтому Юрий Мухин призывает «в рамках ст. 325 УК РФ проверить факт исчезновения документов из сейфа В.Илюхина и разыскать специалиста, передавшего Илюхину эти документы, чтобы убедиться, что с ним ничего не случилось». Уточним, что статья 325 УК РФ вводит санкции за «похищение, уничтожение, повреждение или сокрытие официальных документов».

Впрочем, сам Юрий Мухин по поводу результатов своего запроса особых иллюзий не питает. «Для такого дела, как смерть Виктора Илюхина и похищение доказательств подделки архивных документов, ст. 325 УК РФ, конечно, не та статья. Но по другим статьям УК, более подходящим, СКР вряд ли будет проводить проверку. Да и по этой – вряд ли. Но пусть потом не заявляют, что к ним никто не обращался», – говорит он.