Эта статья была опубликована в китайской газете: 

"На одной из скотобоен Гонконга был обычный рабочий день, пока один бык, ожидающий своей 
очереди, не упал на колени и не стал плакать! " 

"Люди думают, что животные не плачут, но этот бык плакал совсем как ребенок", сказал Билли Фонг представителям прессы. 

"Там было человек десять, все мясники, зарабатывающие на жизнь убоем скота. И у них у всех из глаз 
полились слезы. Они были так тронуты происшедшим, что выкупили быка и передали его в буддийский храм, где он спокойно доживет до конца своих дней." 

Эта необычайная история о плачущем быке произошла в то время,как работники бойни тащили это большое животное по направлению к убойному цеху. Когда они уже приблизились к месту назначения, бык 
внезапно опустил передние ноги на землю, и слезы покатились из его глаз. 

"Когда я увидел, как бык плачет с грустью и страхом в глазах, меня начало трясти", сказал мясник. "Я позвал других рабочих, и они тоже очень удивились. Мы стали тащить и толкать быка, но он совершенно не 
желал двигаться. Он просто сидел и плакал. Волосы на моем теле встали дыбом, потому что это животное вело себя, как человек. Мы переглянулись, и всем стало ясно, что ни один из присутствовавших 
не сможет поднять руку на этого быка. 

Нам нужно было решить, что мы будем с ним делать." Посоветовавшись, они решили собрать деньги и 
направить быка доживать свой век в обществе буддийских священников, ничего не имеющих против быков. "Мы не могли его сдвинуть с места, пока не пообещали, что сохраним ему жизнь. Только после этого он встал и пошел с нами. Хотите верьте - хотите нет, но это правда, хотя и звучит это немного странновато. Казалось, что это большое животное понимало каждое наше слово", сказал г-н Тат Нин. Некоторые работники бойни не перенесли случившегося. 

Г-н Фонг сказал: "Трое рабочих сразу же после этого случая уволились по собственному желанию. Они сказали, что больше никогда в жизни не будут убивать животных, потому что никогда не забудут того, как из больших печальных глаз по лицу быка катились слезы.