А теперь я выложу трилогию в 3-х частях. у кого моного терпения тот прочитает

1-я часть:Безо


“Дерьмо!”
Инуяша зарычал и втянул носом воздух, когда Санго и Мироку, задыхаясь, нагнали его и остановились позади.
Монах согнулся, пытаясь отдышаться, и устало посмотрел на ханьо сквозь пропитанные потом волосы. “Инуяша…ты…потерял след?”
Полудемон повернулся к нему. “Нет никакого следа”, закричал он, в сердцах сильно ударив дерево рядом, разбивая ствол. Остальные вздрогнули, поскольку дерево с треском упало вниз, смяв кустарник. Инуяша начал метаться из стороны в сторону, неистово сжимая кулаки. “Запах Кагоме исчезает здесь!”
Санго наблюдала за ним с неловкостью. Если они не смогут быстро найти некроманта… Она задрожала, думая о том, что грязный маг сделает Кагоме. Истребительница демонов не была глупой. Она видела цепкий взгляд пожелтевших глаз злодея, когда он умчался, прочь с их подругой, переброшенной через круп его коня. Существо было ужасно быстро. Они только видели, что оно появилось прежде, чем кто-то заметил его присутствие, и схватил Кагоме раньше, чем любой из них мог как-то отреагировать.
Она задышала медленнее, в облегчении оттого, что паника и гнев Инуяши при похищении Кагоме не заставили его крушить все в приступе буйства.
“Если этот старый, дряхлый ублюдок хотя бы тронет ее, то я оторву ему яйца и выколю глаза!”
Санго закусила нижнюю губу, пересматривая свою предыдущую мысль. По крайней мере, пока…
"Никакого барьера здесь нет", Мироку выпрямился и нахмурился. "И если след здесь исчезает, то это означает, что он, должно быть, унес ее куда-то еще "
"Развратный, самовлюбленный, сумасшедший навозный ублюдок?" оскорбления Инуяши вкраплялись в слова Мироку подобно коротким взрывам.
"Но почему он забрал Кагоме?" спросила Санго.
Инуяша взбешенно сверкнул на нее глазами и продолжил метаться. Мироку склонил голову и ответил.
“Осколок Шикон но Тама усилил темную природу колдовства некроманта, давая ему видимость причины”, сказал Мироку, вспоминая момент, когда Кагоме ощутила приближение осколка Шикон но Тама, и маниакальные разглагольствования ее похитителя прежде, чем тот повернулся и сбежал… кое-что о его судьбе… и его потребности в мико для себя. “Его привлекла в Кагоме сила мико…”
“Сила мико?!” закричал Инуяша, как будто безумный волшебник был обязан предоставить разумное объяснение. “Она не развила даже одну четверть этой силы!”
Мироку сделал паузу, с кивком признавая вспышку Инуяши. Он знал, что это было только прикрытие для того безумного беспокойства, которое испытывал ханьо. Которое они все испытывали. Одно из худших мест в мире - быть в руках злого колдуна. “Эти способности спят, друг мой, но они в ней. И он хочет их… Он хочет её”.
Инуяша скривился и Мироку мысленно укорил себя, жалея, что произнес последние слова вслух. Они вызвали противные видения не только у него, но и у его товарища тоже.
“Я…убью его…” Полудемон задрожал, упал на колени и запустил когти в грязь, как если бы хотел расколоть саму планету голыми руками. Мускулы его челюсти напряглись, он отбросил свою серебристую гриву назад и закричал в вечернее небо. “КАГОМЕ!!!”
Это ранило сердце Санго. Видеть его таким. Чувства Инуяши к Кагоме были тайны, но очевидны. Очевидны для всех, кроме него. Они проявлялись, время от времени, когда девочка была в опасности. Проявлялась глубокая любовь ханьо к ней. В огорчении она отвела взгляд…
… и увидела что-то. Оно парило в нескольких футах от земли. Это то исчезло, то появлялось, но оно было там. “Взгляните!” указала она, немедленно привлекая их внимание. “Искажение воздуха. Оно дрогнул…”
Инуяша и Мироку воспряли духом. Иллюзия исчезла, так что они ждали, затаив дыхание в течение нескольких секунд, пока рябь не высветилась снова… будто неуловимый мираж, словно пар. Действуя импульсивно, Инуяша подошел прямо к этому. Ругаясь, он обошел это кругом. “Что это, черт возьми?!”
“Портал” ответил Мироку, доставая один из своих свитков. Портал проявился вновь и он бросил свою освященную бумагу прямо туда, но она бесполезно упала на землю. Монах расстроено нахмурился. “Но я не могу удержать его форму”.
“Мы должны пройти сквозь него. Она с другой стороны!” закричала Санго в растущей тревоге. Она приблизилась к порталу, только чтобы отстранится назад, волшебное потрескивание вынутой из ножен Тессайги заполнило ее уши.
Инуяша стоял там, в полной готовности, с мечом в руке. Его плечи поднимались и падали с каждым вздохом… его колени были согнуты в готовности к прыжку. Санго поймала взгляд Мироку и могла сказать, что монах думал так же, как и она. Меч против портала? Это не сработает. Там не было пути, но ни один из них не собирался говорить об этом истеричному ханьо.
Иллюзия появилась снова, и Инуяша прыгнул, выставив меч.
И исчез.
Санго моргнула. Мироку попытался последовать за ним, но напрасно. Он упал на колени.
“Невероятно” он уставился на колебания воздуха, как если бы это была самая большая загадка в мире. “Меч… его волшебство помогло пройти.”
“Так что мы будем теперь делать” спросила она, все еще надеясь, что они могли каким-то образом следовать за Инуяшей.
Мироку поднялся из пыли и встал на ноги. Его лицо было торжественным. "Мы ждем и молимся, чтобы Инуяша добрался до Кагоме прежде, чем будет поздно."

* * *
После приземления, Инуяша перекатился и замер полу присев. Меньше, чем за половину секунды он оглядел место, в котором оказался. Бамбуковые стены, пол, просторная, смутно освященная комната.
И запах Кагоме.
Он прыгнул вперед и побежал по дому некроманта. Он оставил позади длинные прихожие, пробежал по внутреннему двору, где из угла на него с палками бросились помощники колдуна - серые зомби, мертвые – поскольку он прошел дальше. Это только возмущало его еще больше, мысли о том, что презренный, исковерканный старый колдун посмел притащить кого-то столь невинного и полного жизни, как Кагоме в такое отвратительное место, набитое ходячими мертвецами.
Я распотрошу его, вновь подтвердил он свою угрозу. Вышибу ему мозги и переломаю руки.
Он свернул за угол и увидел свою жертву. Одна из его первых мыслей была о том, что некромант был одет очень тревожаще. Морщинистый, бледнокожий старик был гол выше талии, показываясь всему миру ощипанным цыпленком. Немногочисленные остатки волос на его голове свисали на шею и падали на костлявую спину, а узкое лицо с крючковатым носом беззубо усмехалось чему-то, находящемуся перед ним. Его слуги, ползающие по полу, были лишь марионетками, выполняющими его команды.
"Где - она!?" закричал Инуяша, поражая некроманта. Старое ископаемое повернулось, его красные, испещренные прожилками глаза стали как блюдца, слово ‘дерьмо’ сформировалось на его морщинистых губах. Он сглотнул, бросив нервный взгляд в конец комнаты. Инуяша инстинктивно проследил за его пристальным взглядом и задохнулся.
На горе мягких подушек свернулась Кагоме, на которой было нечто переливчатое, оставлявшее ее больше голой, нежели одетой. И она не шевелилась. Реакцией Инуяши на увиденное стала мысль, что она была почти неприкрыта, да и у некроманта не было в привычке ходить без его странных одежд. Он был на пути к тому, чтобы раздеться совсем.
О черт, нет…
Рычание зародилось глубоко в горле Инуяши, глаза заволокла темно-красная пелена. Он бы поразглагольствовал в своей обычной манере прежде, чем убил парня. Но мысль, что ветхий старый извращенец собирался сделать с его Кагоме, заставила ханьо забыть обо всем. Он взорвался в слепой ярости, рев собственной крови, измученной жаждой, заполнил его уши.
Следующее, что он четко увидел, был осколок Шикон но Тама в его руке и мертвый некромант, забрызгавший кровью стены, павший жертвой неумолимой Тессайги. И с его смертью ходячие мертвецы попадали на пол, обратившись в пыль.
Инуяше потребовалось несколько секунд, чтобы придти в себя. Когда это произошло, он немедленно пошел к Кагоме.
Он встал на колени на подушках рядом с нею и бережно обхватил руками её мягкое тело. Её голая кожа была немного горячей и голова безвольно откинута. Розовый румянец окрашивал ее щеки, ее губы были приоткрыты, как если бы она собиралась что-то сказать, но ее глаза, опушенные длинными ресницами, были закрыты.
Он встряхнул ее. “Кагоме!”
Она мягко застонала и он облегченно вздохнул. Она скоро придет в себя. Он осмотрел ее тело в поисках любых ран и почувствовал от этого волну жара, поднявшегося в нем, отчего он вспотел.
Её волосы были скреплены декоративной заколкой на макушке, несколько свободных локонов цвета воронова крыла обрамляли лицо и шею. Её одеяние состояло из двух кусков мерцающего полупрозрачного материала… Один был свободно обернут вокруг её бедер, а другой был закреплен наверху, прикрывая грудь… Маленькие, черные сандалии украшали ее ноги и сверкающее, украшенное драгоценными камнями ожерелье свисало низко на ее грудь.
Agh… Слишком низко. Он закусил нижнюю губу и отвел взгляд, пытаясь одной рукой снять рубашку, чтобы укрыть ее. Её одежда, или точнее её нехватка была полна такого очарования, которое заставило его – среди прочих вещей – хотеть совершить самоубийство только для того, чтобы он мог попасть в ад и вырезать некроманта во второй раз.
Кривой, старый, испорченный -
Она застонала вновь и он почтительно смотрел, как ее тяжелые веки затрепетали и глаза открылись. Ее темные глаза остановились на его лице и ее брови приподнялись в…чем-то. Он предположил, что это было узнавание.
“Кагоме”, он вновь обхватил ее руками, пристально рассматривая ее облик, сильно похожий на кукольный. «Он ничего не сделал тебе-»
Она подняла руку и дотронулась до его лица.
“…не ранил тебя? С тобой -”
Рука мягко скользнула на его затылок.
“…все хорошо? Он дот-т-т…”его речь стала нечленораздельной, поскольку её ногти слегка царапнули его затылок, шею, оставляя горящие шокирующие следы, которые он чувствовал до самых кончиков пальцев ног. "...дотрагивался до тебя...?"
С непривычной улыбкой, она притянула его лицо вниз к себе и закрыла его рот своим. Его глаза широко раскрылись, он вскрикнул от неожиданности, но звук исчез во влажной теплоте ее рта.
Кагоме? Его кровь мчалась по венам, дикий стук сердца ударял в уши. Он почти задыхался, получив подтверждение ее любви, потому что, зная Кагоме, это могло означать только одно… то что…
Ты любишь меня… понимание этого обожгло его. О Кагоме… Прежде чем осознал, он уже целовал ее в ответ, прижимая к себе так отчаянно, как будто от этого зависела его жизнь. Она обхватила его лицо другой рукой, перемещаясь, насколько возможно, в его крепком объятии. Это было так спонтанно, но Инуяша думал, что никогда не чувствовал себя настолько живым.
Все встало на свои места. Все. Голод его души, его сердце, его мысли…его желание… Все говорило о том, что обнимать ее, целовать ее, быть с ней… было самым правильным. Кагоме была права. Она была для него. Он был глупцом, что не понял этого раньше, и выбрал тогда Кике, а не ее.
Agh, я был такой задницей…
Он хотел принести извинения и прошептал почти в её губы: “Кагоме. Я сожалею-”
Она издала протестующий звук и поцеловала его снова, притягивая его к себе на подушки и переплетая свои ноги с его ногами. Это было неожиданно агрессивно… настойчиво… И где-то внутри него, в подсознании, пришла тревога, предлагая, прося, требуя… Кагоме… никогда не была настолько смелой. С приглушенным проклятьем и огромным нежеланием он приподнялся с нее и пристально посмотрел в ее горевшее страстью лицо.
“Произнеси мое имя, Кагоме” потребовал он сдавленным голосом.
Она лениво моргнула и выгнулась, пробуя притянуть его назад к себе. Растущая паника захлестнула его, и ему захотелось кричать.
Боже, Кагоме, пожалуйста, скажи мне, что ты подразумевала это… “Назови мое имя!”
В ответ она что-то мурлыкнула, мягко поймала его нижнюю губу зубами и нежно провела по ней языком. Инуяша против воли задрожал. Ему хотелось впасть в неистовство, сдаться и плакать одновременно.
Но более хороший человек одержал в нем верх, он отдалился и наклонил голову в сторону, спрятав лицо на ее плече цвета слоновой кости, пытаясь восстановить самоконтроль. Ханьо никогда не плакал, но в этот момент он был к этому чертовски близко. “Ублюдок одурманил тебя”, он задыхался, пытаясь отречься от всех тех чувств, в которых признался себе ранее. “Ты не хочешь меня. Ты хочешь только…” она резко прижалась к нему и он со свистом втянул в себя воздух. “… это”.
Инуяша вынудил себя откатится прочь. Он опустил глаза, пытаясь успокоить свое тело, и быстро снял свою верхнюю рубашку. Тогда, пользуясь боковым зрением, он методично завернул в нее Кагоме, поскольку она села и завязал рукава рубашки вокруг нее на узел. Ее красивые глаза смотрели на него, брови озадаченно нахмурились и она начала бороться.
Вместе с острой сексуальной неудовлетворенностью, вихрь разочарования захватил его. Он не хотел понимать причину и, встав на ноги и закинув протестующую Кагоме на плечо, пошел к двери. Его зубы были крепко сжаты и его глаза были почти закрыты.
“Черт возьми, Кагоме” сказал он сквозь стиснутые зубы, чувствуя отвращение к тому, как быстро он предал ее там. Он был дураком, позволив себе предположить, что ее чувства к нему были так сильны. “Я думал, что это была ты. Я думал, что ты подразумевала это”.
Инуяша не высказал вслух того, в чем признался самому себе. Фактом было то, что он с начала и до конца хотел, чтобы она подразумевала это. Сие небольшое столкновение заставило его понять, что она значила для него сейчас больше, чем Кикё когда-либо.
Он инстинктивно попробовал отрицать это, но правда заявляла о себе, цепляясь за пустоту в его душе как стойкий сорняк. Он больше не мог отрицать этого. Он выбрал Кике… и выбрал неправильно. Его сердце принадлежало Кагоме. Благодаря Кагоме он ощутил себя целым.
“GAH!” он открыл одну створку двери и вышел из комнаты. Он думал, что она тоже любила его, но это было всего лишь возбуждающее средство некроманта. Оно поцеловало его. Не она.
Она извивалась в его руках, и напрасно он пробовал игнорировать, насколько теплыми были ее бедра на его плече, или насколько гладкой была кожа на внутренней стороне ее коленей под его рукой. Он закусил внутреннюю сторону щеки так сильно, что пошла кровь.
Он должен был вернуть их. Быстро. Доставить ее к Каэде, чтобы та разрушила чары. Так или иначе. Так что он шел, борясь с потоком эмоций, которые бушевали в нем подобно буре, напрасно задаваясь вопросом о его будущем с Кагоме и бессмысленно обдумывая их прошлое.
Он был настолько смущен, что не смотрел вперед. Она вспомнит об этом? И если она не вспомнит, должен ли он рассказать ей о том, что случилось? И возненавидит ли она его за то, что он поцеловал ее в ответ?
Последний вопрос заставил его скривится. Он не сможет перенести это, если она отдалится от него. Особенно после того, как понял, сколько она значит для него. Возможно, сейчас ему стоит подождать и посмотреть, что будет.
Правильно, подумал он, чувствуя себя не слишком уверенно относительно принятого решения. Подожду…
* * *
Кога вытянул шею и быстрее побежал вперед, заметив огромную белую кошку друзей Кагоме. Независимо от того, кто схватил девушку и насколько быстро пересек его границы, он оставил след ее запаха, горящего на его землях подобно огню. Даже будучи безносым и слепым он был бы в состоянии следовать за ним.
Его беспокойство подталкивало его вперед, объявляя небесам, аду и всему, что между ними, что его женщина должна быть в порядке.
Кошка, должно быть, разведывала территорию одна, потому что спустилась вниз. Он резко остановился, видя, что кошка подошла к монаху и истребительнице. Они вскочили на ноги, когда он с разбега остановился перед ними, и широко открыли глаза.
“Кога…” сказала женщина.
“Где Кагоме?” спросил он, обращая внимание на то, что ханьо тоже был где-то рядом. Эту вонь он никогда не забудет. “Что эта ублюдочная собака сделала ей!?”
“Некромант похитил ее”, начал монах, “и Инуяша пошел за ними. Они прошли через этот портал-”
Человек резко осекся, так как ржавый меч внезапно материализовался в воздухе за его плечом. Кога моргнул. Знакомое оружие, казалось, потянуло за собой отвратительного ханьо из воздуха, и он твердо приземлился на землю.
С женщиной принца волков, которая лежала на его плече.
“Кагоме!” Кога сделал несколько шагов к ним только чтобы почти пропороть свое горло об острие Тессайги.
“Тронешь её и умрешь” сказал Инуяша спокойно. Слишком спокойно. Золотые глаза ханьо были сужены как щелочки, но кроме этого не было ни рычания, ни подергивающихся мышц челюсти, ни оскорблений… Лишь четыре слова. Но они несли больше дурных предчувствий, чем любое разглагольствование или неистовство вместе взятые.
Шестое чувство Коги пробудилось, шепча об опасности. Он проглотил свою гордость и отстранился, не отрывая пристального взгляда от своей девушки. Кагоме слабо двигалась, её лицо было скрыто упавшими прядями черных волос. Вид ее столь слабой почти заставил Когу проигнорировать его интуицию и напасть на ханьо независимо от степени его бешенства. “Что ты с ней сделал, ты грязный щенок?!”
Губы Инуяши дернулись, и по его лицу пробежало что-то, причинявшее боль. Он отвел взгляд и, пройдя к белой огненной кошке, положил на нее Кагоме. Она в ответ застонала, потянулась, но дотронулась до воздуха.
Инуяша повернулся и оказался перед истребительницей. “Санго.”
Санго подошла к нему, ее брови приподнялись в беспокойстве.
“Возьми Кагоме-”
“Она находится под воздействием чар. Это не она”. Его прервал монах тем, что поднял руку, чтобы отвести пряди волос от лица Кагоме. К удивлению Коги, Инуяша схватил протянутую руку. Сжал. Сильно. “Держись от нее подальше, Мироку!” прошипел он. “Ни один мужчина не должен подходить к ней, пока Каэде не сможет противостоять чарам, понятно?”
Глаза монаха драматично расширились, его рот раскрылся в виде небольшой буквы ‘О’, поскольку он уловил смысл того, о чем Инуяша умолчал. “Ты нашел ее вовремя, Инуяша?”
Кога наблюдал, как ханьо опустил глаза, очевидно обеспокоенный. Он кивнул. Тогда монах подошел к нему и положил руку на плечо, его глаза сощурились, он обдумывал действия. “Ты думаешь, ты мог бы вернуться и взять меня с собой для того, чтобы я смог научится этим чарам, друг мой?”
Взгляд, которым Инуяша одарил его в ту же секунду, послал волну холода по спине Коги, а ведь он даже не предназначался ему. Монах немедленно отстранился, его глаза исчезли в улыбке. “Hai. Просто шучу, Инуяша. Просто шучу.” Сказал он, замахав руками между ними.
Истребительница быстро нейтрализовала ситуацию, прыгнув на огненную кошку позади Кагоме. Она твердо кивнула ханьо. “ С ней все будет прекрасно, Инуяша. Я никого не подпущу к ней, пока она не придет в себя.”
Кога изучал их, и ему показалось подозрительным, что полудемон избегал встречаться взглядом со своими друзьями. Независимо оттого, что за заклятье мучило Кагоме, оно было плохим. Случилось что-то серьезное. Он снова посмотрел на нее, безвольно лежавшую, чтобы оценить любое видимое повреждение, но не увидел ни одного.
Истребительница прищелкнула языком. “Вперед, Кирара!”
Огненная кошка поднялась и быстро исчезла за деревьями, Кога повернулся к его сопернику с ярким блеском в глазах. “Что ты ей сделал, собачье дерьмо?!”
Инуяша подобрался, посмотрел на него, его губы дернулись, и он зарычал. “Иди домой, паршивый щенок. Это не твое дело.”
“Все, что касается Кагоме, касается меня!” парировал Кога. “Ты слишком быстро забыл, что она моя!”
Инуяша начал дрожать. “Почему…Ты…”
“Господа”, прервал их монах, пытаясь восстановить мир. Они оба повернули головы в его сторону. “Не было бы мудрее, возвратится в деревню с ними? В конце концов, Кагоме все еще нуждается в защите.”
Кога проглотил последнее оскорбление, которое он подготовил своему сопернику. Человек был прав. И благополучие Кагоме было в центре его внимания.
Не тратя впустую времени с низшими существами, принц волков, насвистывая, убежал вперед, ухмыляясь про себя когда Инуяша в расстройстве кричал его имя вслед, неизбежно оставшись позади.



Глава 2
Приближался рассвет.
Прохладная ночная тишина начала уступать утреннему шелесту, который возвещал о приходе солнца. Инуяша сидел на том же месте с тех пор как они вернулись- спиной к хижине, в которой находилась Кагоме, достаточно далеко, чтобы не слышать ее вздохи и стоны, но достаточно близко, чтобы не спускать глаз с проклятого принца волков, который настоял на том, чтобы остаться.
Мысль о сопернике послала волну гнева по его венам. Напыщенный самовлюбленный урод, всегда ведущий себя так, будто имел право на привязанность к Кагоме… И появившийся именно теперь, когда чувства Инуяши к ней были, наконец, ясны, настолько все осложняя. Когда он увидел, как Кога ходил вокруг палатки Кагоме, он почти обезумел и впал в неистовство.
Но вмешалась Каэде, напомнив им, что благополучие Кагоме было важнее всего. Она зло их обругала, говоря, что сейчас было не время для мелких препирательств.
Ха. Препирательства, внутренне заворчал он. Как если бы он планировал оскорблять Когу до смерти. Инуяша закатил глаза. Единственная, реальная причина почему он до сих пор не убил кровавого ёкай была та, что Кагоме закатит из-за этого истерику.
От ее имени он вздрогнул. Кагоме… Уже в сотый раз с тех пор как это случилось он был погребен лавиной кристально ясных воспоминаний о том, что случилось между ними, наполненный запахом, вкусом, чувством… Как по команде, он вонзил свой коготь в руку сбоку, прямо рядом с дюжиной других ранок, которые он уже нанес себе этой ночью, пока воспоминания не оставили его.
Он имел не больше прав на эти воспоминания, чем Кога имел права требовать сердце Кагоме. Она не давала разрешения ни одному из них. Он встряхнул голову и тяжело вздохнул, жалея о тех днях, когда его жизнь была намного проще.
“Инуяша”.
Он вскочил и обернулся чтобы увидеть Мироку, ссутулившись, стоящего рядом. “Идиот!” рефлексивно залаял он. То ли монах подкрался к нему так незаметно, то он сам не услышал приближение друга, он не был уверен. Так или иначе, это застало его врасплох.
Мироку в своей темной одежде плюхнулся рядом с ханьо и стал рассеянно рвать травинки. Инуяша наблюдал за ним сузившимися глазами. Выражение лица монаха могло показаться всем невинным, но Инуяша провел с ним достаточно времени, чтобы знать, когда он пытался замаскировать свои истинные намерения.
Прошли несколько неловких минут, пока ханьо не смог этого больше выносить. “Keh! Сотри это жалкое выражение со своего лица, Мироку. Прибереги его для -”
“Она приставала к тебе, не так ли?”
Потрясенная тишина.
Мироку, наконец, поднял пристальный взгляд и уставился на него сознательно-проницательным взглядом для такого обманчиво невинного лица. Инуяше пришло в голову, что монах прекрасно понимал, что ударил по больному месту. Проклятье. Эта вещь ‘друг’ иногда доставляла больше неприятностей, чем стоило.
Инуяша открыл рот, чтобы начать отрицать. Это в любом случае не было делом монаха. Но вместо того, чтобы все опровергнуть, он вздохнул, признавая поражение. Не говоря ни слова, он ушел еще глубже в себя.
Твердая рука сжала его плечо. “Как далеко она зашла, прежде чем ты понял…?”
Что он мог ответить на это? Достаточно далеко, чтобы заставить его понять, что она значила для него больше, чем воздух? Или не так далеко, чтобы она могла потерять свое достоинство? Он выбрал второе и высказал это в своей обычной кусачей манере.
“Определенно не так далеко, как Ты бы позволил ей зайти.”
Имея иммунитет к таким оскорблениям, в конце концов, они были верны, выражение лица Мироку не изменилось. Он даже не вздрогнул. Тогда Инуяша встревожился, протянул руку и схватился и сгреб в кулак одежду Мироку. “Ни слова, понял? Ни говори никому.”
Его глаза чуть-чуть расширились. “Ты имеешь ввиду, что не собираешься ей рассказать?”
“Этого я не говорил!”
“Не говорил чего?” послышался за ними раздражающий голос Коги. Инуяша повернулся, чтобы увидеть принца волков, впивающегося в него подозрительным взглядом. “Ты что-то скрываешь ханьо”, вскипел он, “и я клянусь моими предками, что если ты повредил -”
Тессайга была вынута из ножен и выставлена прежде, чем Инуяша подумал сдержать себя. Кога зашипел и отскочил назад.
“КАЗЕ НО КИ --”
“Инуяшаааа!”
Он застыл на середине слова. Кагоме!?
“СИДЕТЬ!”
“GAH!” Заколдованные четки безжалостно дернули его вниз, ударяя лицом прямо в грязь. Хрюкнув, он открыл один глаз и посмотрел на хижину. Она все еще была внутри, но, должно быть, услышала его. Проклятая девчонка. Всегда вмешивается.
Тогда он открыл второй глаз и сел. Каэде, должно быть, разрушила чары, если она была в состоянии крикнуть эту глупую команду. Тогда Шиппо вышел, в припрыжку из хижины, его хвост подпрыгивал с ним в такт. Выглядел он веселым. “Мироку! Каэде хочет, чтобы ты вошел!” радостно сказал он.
Мироку быстро встал. “Я?”
Забыв о разногласиях, Инуяша и Кога нахмурились. “ОН?”
“Hai!”
Губы Инуяши скривились, поскольку он наблюдал, как монах, прогулочной походкой, направляется к хижине. Он зарычал, и звук неожиданно вернулся к нему, ударив в уши. Озадаченный, он посмотрел на Когу, который производил тот же шум.
Они оба бегали вокруг хижины, чтобы внимательно слушать то, что происходило внутри. Мелодичный голос Мироку послышался сквозь бамбуковые стены.
“Кагоме-сама, Вы родите мне ребенка?”
Пауза. “Eh?”
Другая пауза, которая сопровождалась звуком поглаживания.
Крик.
“Ах, подождите! Нет! Нет! Кагоме! Они сказали мне –- Айййй!”
ШЛЕП!
Мироку, спотыкаясь, вышел, его бровь дергалась. Вся левая сторона лица была ярко красного цвета и быстро опухала. С раздраженным вздохом, он пробормотал:
“Теперь вы можете войти. Она вернулась в нормальное состояние.”
* * *
Кагоме раздраженно смотрела, как монах вышел. “Почему он должен был лапать меня?”
Старуха утешительно погладила её плечо. “Мы должны были удостовериться, что чары были разрушены, дорогая. ”
“Какие чары?” спросила она в растущей тревоге, замечая, что на ней было одета лишь красная рубашка Инуяши. “И где моя одежда?”
Санго наклонилась вперед, её брови сошлись на переносице. Она была очень красива, но выглядела измученной, как если бы она бодрствовала всю ночь. “Ты не помнишь, Кагоме?”
“Помню что?”
"КАГОМЕ!"
"КАГОМЕ!"
Она подскочила, поскольку Кога взволнованно ворвался в комнату, сопровождаемый столь же взволнованным Инуяшей. Кога немедленно упал рядом с ней на колени и схватил ее руку своими. Скрежет зубов Инуяши заполнил комнату, и мгновение ханьо выглядел так, будто готов взорваться. Тогда, как будто напомнив себе, почему он здесь, его пристальный взгляд вернулся к Кагоме, и расширился в ощутимом беспокойстве.
Она уклонилась от внимания Коги и прямо посмотрела на всех. “Почему вы все смотрите на меня так?!”
“Ах. Она не помнит” сказала Каэде спокойно. “Возможно, это к лучшему.”
“Ты была похищена!” Шиппо заплакал, выскакивая ниоткуда и прижимаясь к ней, цепляясь за ее рубашку. “Злой некромант украл тебя, чтобы сделать своей женой!”
Кагоме внимательно посмотрела вниз на его янтарную голову, рассеянно погладив. Похищена? Она нахмурилась в испуге, пробуя вспомнить… И тут же взволновано закрыла рот рукой, поскольку воспоминания тут же всплыли. Старый злобный колдун, от которого воняло гнилью и микстурами, захватил её. Она задрожала, поскольку память о его маниакальном бормотании заполнила её уши.
“Но к счастью Инуяша смог пройти через волшебный портал и спасти тебя,” пояснила Санго. “И Каэде смогла разрушить чары, которые он наложил на тебя.”
Чары? Её последние воспоминания были смутными, какая-то грязная комната, и туманное вещество. Кагоме вопросительно посмотрела на Инуяшу и застыла. Его взгляд заставил её забыть о дыхании. Такой противоречивый, страдающий… Настолько не его. “Что такое, Инуяша?”
Он сжался, как если бы она поймала его мучающим ее кота, и отвел глаза. “Feh. Ничего.”
Кога в гневной вспышке резко сжал ее руку. Он повернулся к ханьо и вскипел. “Действительно, ничего. Для начала, как ты мог позволить ей быть похищенной?”
Лицо Инуяши вскинулось и стало ужасным, он сжал челюсти, губы вздрогнули от сотни сердитых выражений, готовых сорваться с его языка.
Приглушая его ярость, Санго сказала. “Некромант был невероятно быстр, Кога. Мы сделали все, что могли --”
“Ха. Я мог бы поймать его.” Сказал Кога. И это было чертовски верно. Если уж Кога и был кем-то, то невероятно быстрым. Кагоме нервно наблюдала за тем, как лицо Инуяши сменило пять оттенков красного.
“Задница! Это только потому, что ты вставил осколки в свои ноги!” завопил он. “Твоя настоящая сила смехотворна без осколков Шикон но Тама!”
“Тогда я выну их прямо сейчас? и мы уладим это дело раз и на -- ”
Кагоме дернула Когу за руку, вынудив его отступить назад от Инуяши. Это сняло напряженность, потому что он оглянулся назад на нее и смягчился.
“Достаточно”, выговорила она.
Инуяша кипел еще в течение пары секунд, напрягаясь от того, что Кога был так близко к ней, а затем повернулся к ним спиной и со скоростью урагана вылетел вон. Она вздохнула и покачала головой.
“Забудь о нем.” Сказал Кога резко. Его лазурные глаза смотрели на нее, настойчивые… искренние. “Возвращайся со мной, Кагоме. Я смогу защитить тебя.”
Его пристальный взгляд был таким твердым, что она обнаружила, что ей приходится бороться, чтобы сказать ‘Нет’. “Но…но мы должны найти осколки Шикон но Тама, Кога-кун.”
Он сжал губы, его глаза мерцали в восхищении. Кога выглядел так, будто хотел обнять ее и она напряглась в ожидании, но вместо этого он склонил голову в уважении, его локоны цвета обсидиана перевалившись через его плечо упали ей на колени.
“Так смела и так красива”, прошептал он.
Кагоме почувствовала, как к ее щекам прилила горячая волна. Он всегда был с ней таким. Она все еще не могла выяснить точно, что же она сделала, чтобы заставить его настолько влюбиться.
“Очень хорошо.”
Она задохнулась, поскольку он поднес её руку к своему лицу и поцеловал обратную сторону её запястья. Это заставило покалывать всю руку. Уверенная улыбка появилась на его губах, и он встал. “Для меня большое облегчение знать, что с тобой все хорошо. Теперь я должен вернуться к моим людям.” Он повернулся, чтобы уйти, но задержался у двери. “Будь в безопасности, Кагоме.”
Широко открытыми, наивными глазами она робко смотрела на него и единственное, что могла сделать это кивнуть. Подмигнув напоследок, он устремился вперед, оставив за собой в хижине лишь трещащий звук сопутствующий дьявольскому песчаному урагану.
“Ты знаешь,” размышляла Санго, её щеки были почти такими же красными как у Кагоме. “Он очарователен.”
“И симпатичен”, добавила Каэде и даже Шиппо кивнул, согласившись с пожилой женщиной… Но было что-то неправильное в рассуждении пожилых о красоте молодежи. “Если Инуяша так и не вытащит свою голову из задницы, тогда не повредит серьезнее отнестись к привязанности принца волков.”
Кагоме сжала кулаки. Почему они все говорили о любви её жизни так, как если бы её самой тут не было. Как если бы от её перспектив или от нехватки их, зависела ее способность видеть осколки Шикон но Тама?! Она открыла рот, чтобы парировать, когда ироничное ‘Keh!’ прозвучало из-за стены хижины. За этим последовал быстрый топот босых ног, который затих в лесу.
Инуяша. Он слышал их.
Кагоме закатила глаза и хлопнула себя по лбу. Этот несносный ханьо тратит больше времени, думая о ничего не значащих вещах, чем любая знакомая ей девушка. Она подумала о том, чтобы догнать его и заставить выпустить пар, а то он вспыхнул как огонь, но потом решила, что должна позволить ему сначала остыть. Боже, она вдруг почувствовала, насколько устала.
Зная Инуяшу, она была уверена, что некромант теперь продолжает свою практику в аду. Она чувствовала себя в безопасности. Устроив Шиппо на полу, Кагоме тяжело откинулась назад на матрас.
Санго заботливо накрыла ее одеялом, и она прижала его к себе. Она пока поспит, а с Инуяшей разберется позже.
* * *
Были уже сумерки, когда она, наконец, нашла его, сидящего у корней дерева. Того, которое пережило столетия, и все еще стояло в её собственном времени… того, на котором он был запечатан Кикё в течение пятидесяти лет.
Небо цвета ржавчины отбрасывало причудливые тени, окружая оранжевым туманом его фигуру, окрашивая его белую рубашку медью и, отражаясь от его сереброволосой гривы, зажигала в ней янтарные огоньки. Он выглядел почти как статуя, нереальным, как в то время, когда она впервые его увидела, припечатанным стрелой к стволу. По некоторой причине это заставило ее колени ослабеть, и на следующем шаге она споткнулась.
Этот шум застал его врасплох, его широко открытые золотые глаза смотрели на нее в тревоге. Он не услышал ее приближения, от чего у нее сложилось впечатление, что нечто большее, чем незначительные мысли занимали ханьо.
“Вот ты где, Инуяша!” сказала она, пожимая плечами на свою неловкость и пробуя обрести спокойствие в тех вещах, что были с нею – его тяжелой красной рубашке и разнообразных лакомствах из дома, которые она припрятала в своем рюкзаке. “Я искала тебя весь день.”
Ни язвительного замечания. Ни обычного угрюмого вида. Но его брови немного поднялись, как если бы его… обеспокоило её присутствие?
Как странно… “Что с лицом?”
Он моргнул и опустил глаза, тусклая тень его прежнего промелькнула, когда он сильнее нахмурил брови. “Хм. С лицом?”
Озадаченная, она шагнула к нему и встала в его ногах. К её ужасу, он отскочил от нее, вновь присев. Его реакция казалась обусловленной не гневом, а скорее рефлексом. Как если бы она была облаком ядовитого газа.
Nani?! После нескольких секунд напряженной тишины, она подсела к нему, склонив голову, искушая его поднять глаза на нее. Он задохнулся от внезапной близости и стремглав отскочил назад… или скорее он попробовал это сделать, но на его пути было дерево. Он был загнан в угол. Она видела, что мимолетное выражение беспокойства… внутренний конфликт отразился во всем его облике. Его дыхание стало быстрее, и она могла видеть, как поднимается и опускается открытая часть его груди в вырезе рубашки.
Она моргнула. Слов нет. Он выглядит испуганным…
Тогда, без предупреждения, не считая бешеной вспышки в его глазах, он прыгнул влево и встал на ноги. “Gah! Ты так агрессивна, Кагоме!” зарычал он, повернулся к ней спиной и скрестил руки на груди.
Она напряженно смотрела на него, и острая тишина повисла между ними. Не выдержав, она опустила взгляд на свои ноги. “Что происходит, Инуяша? Ты ведешь себя так, будто у тебя аллергия на меня…”
Он вздрогнул, но не обернулся. “Ничего подобного. Тебе показалось. Я всего лишь размышлял.”
Он был напряжен. Невероятно напряжен и она подумала, что не удивится, если он внезапно убежит. Она опустила рюкзак, раскрыла и специально смяла пачку картофельных чипсов, ожидая, что его уши задергаются от этого звука.
“Хорошо, я принесла тебе кое-что,” сказала она оживленно, надеясь успокоить его настолько, что они могли бы поговорить. “Твою рубашку и некоторые из твоих любимых лакомств…” она протянула их, ожидая, что он повернется и выхватив пакеты из её рук, уничтожит чипсы как всегда в три секунды.
Он дернулся, подпрыгнул на пятках, но отказался повернуться к ней. “Ты можешь оставить их.”
“Оставить их?” Ой. Он действительно такой странный! “Послушай Инуяша, насчет Коги -”
“Меня он не волнует.”
Ага, точно. “Я не флиртовала с ним,” объяснила она, как всегда задаваясь вопросом, почему Инуяша всегда был настолько ревнив, хотя сердце его принадлежало другой. Это не имело смысла. Но для нее уже стало обычным, объяснять ему, что ей никто не нравится, во всяком случае, обычно это заставляло его расслабится. “У меня нет никакого желания становиться его женщиной.”
“Я же сказал, что он меня не волнует.”
Забавно. На этот раз она ему поверила. Тогда что его волновало? “Почему ты не говоришь мне, что случилось?”
“Ничего не слу -”
Её терпение иссякло, она дернула его за руку и заставила повернуться. Его глаза быстро остановились на её лице в удивлении, и затем он крепко закрыл их, как если бы боялся, что она превратит его в камень.
“Боже, Инуяша. Ты не можешь даже смотреть на меня!”
Его лицо застыло и она могла сказать, что он пробовал опровергнуть ее слова, но закончил лишь тем, что опустил голову так, чтобы челка скрыла его удрученные глаза. Он попытался уйти, но она сжала в кулаках ворот его рубашки и задержала его. Это становилось абсурдным.
“Инуяша!”
Закусив нижнюю губу зубами, он неохотно встретился с ней взглядом, и его поведение почти мгновенно смягчилось. Его брови сошлись на переносице, лицо вспыхнуло и его глаза- эти большие, выразительные глаза мерцали…от боли.
Она внезапно поняла, почему он не хотел, чтобы она видела его. Независимо от силы, на которую он полагался, чтобы поддержать все его эмоциональные барьеры, она была исчерпана и он не мог скрыть свои чувства от нее. Вообще.
И Инуяша выглядел больше, чем просто обеспокоенным. Он выглядел уязвимым.
Её глаза защипало, и она импульсивно обняла его, спрятав лицо на его груди. Она услышала его быстрый вздох и ждала, что его абсолютно жесткое тело смягчится, как обычно происходило, когда она обнимала его. “Я никогда не видела, что ты так себя вел”, прошептала она, её следующие слова вышли на выдохе. “Что случилось? С тобой все было хорошо, когда я вернулась из своего времени, и ты говоришь, что это не имеет никакого отношения к Коге, так что выходит что-то случилось между…” Она остановилась и заморгала, поскольку резко поняла. “Некромант!”
Он вздрогнул. Она ухватилась за его рубашку и посмотрела вверх на его нахмуренное лицо. “ Он что-то сделал, не так ли?” спросила она, приподнимаясь. “Что-то плохое.”
Он не отрицал это и те три секунды, которые требовались на то, чтобы ответить, были тем подтверждением, в котором она нуждалась. Слезы, казалось, возникли ниоткуда, и покатились по ее щекам, прокладывая теплые, влажные дорожки. Она потрясла его.
“Что он сделал мне, Инуяша?” прошипела она, резко застыв от видения того зловонного сумасшедшего колдуна и её бессознательного тела. “Что он сделал со мной настолько ужасного, что ты даже не можешь больше вынести моего присутствия?!”
Это ранило его. Она внезапно оказалось сжата руками полудемона, почти задохнувшись в его крепком объятии.
“Кагоме -”
Быстрый всхлип сорвался с её губ, и она закрыла глаза. “Он…он изнасиловал меня, он..”
“Дурочка” прошептал он в её волосы. Его голос дрогнул от сдерживаемых эмоций. “Ты должна знать, что я не позволил бы ему, даже пальцем дотронутся до тебя…”
Она шмыгнула носом. “Тогда что…?”
Мурашки неожиданно побежали по её рукам, поскольку он опустил лицо ниже. Она почувствовала тепло его следующих слов на своем ухе. “Это чары.” Он вздохнул. “Ты… мы…”
Он глубоко вздохнул и она почувствовала, что он вдохнул запах ее волос. И почувствовав отклик своего тела на это, она подумала, что он мог бы вдыхать запах ее волос всю оставшуюся часть дня и она не будет особенно возражать. Это были странные противоречия, которые привели к панике и беспорядку, которые она чувствовала. “Что ты пытаешься сказать?”
“Когда я смотрю на тебя, я…вспоминаю…” Он глубоко вздохнул и попробовал еще раз. “Я… Я хочу…” С быстрым, тихим рычанием он освободил одну руку и запустил пальцы в ее тяжелые, черные как вороново крыло волосы, заставляя ее влажное от слез лицо приподняться вверх.
“Кагоме”, он тяжело дышал, его пристальный взгляд перебегал между её губами и глазами. “Что ты чувствуешь ко мне?”
Это застало её врасплох, она только моргала, задохнувшись от его напора. Это было хорошо, что он одной рукой обнимал её хрупкую спину, потому что его пристальный взгляд, казалось, высасывал силу прямо из её ног.
Она вдруг резко осознала каждую свою частицу, которая дотрагивалась до него…каждую теплую складку ткани между ними, каждое углубление в её коже от того, что он держал её… И она знала, не нуждаясь в разъяснении того, что он желал больше чем просто общий ответ ‘я-беспокоюсь-о-тебе’
Инуяша хотел, чтобы она обнажила перед ним свое сердце.
Кагоме обнаружила, что стала косноязычной. Было очень трудно сконцентрироваться на чем-то большем, чем его рот, который был в паре дюймов от ее собственного. У нее возникло впечатление, что если она ответит на его вопрос прямо сейчас, то он сократит расстояние между ними и поцелует ее.
“Ин…Инуяша,” шептала она, пьянея от его тепла, его дыхания, его пристального взгляда, его прикосновений…

“Я…”

Глава 3

Я люблю тебя.
Она чувствовала это. Знала это. Больше чем защита. Больше чем дружба. Эти три слова, внезапно начавшие отзываться эхом в ее голове, казалось, точно соответствовали абсолютной преданности…слепой храбрости, которую он вселял в нее. И ой… Тем ощущениям, для которых она была слишком скромна, чтобы их идентифицировать…её желанию остановить время для того, чтобы она могла оставаться в объятиях его рук вечно.
Он чуть-чуть наклонил голову, эти золотые, лихорадочные глаза посылали волну адреналина по ее телу прямо как тогда, когда она в первый раз столкнулась с ёкай. Ее сердце вздрогнуло, когда мужской аромат заполнил ее легкие, мешая думать. Мало понимая, но собираясь много сделать, она открыла рот, чтобы произнести свое признание.
“Инуяша… Я -”
И закричала.
Нечто холодное резко врезалось сзади в ее ноги, и она рефлексивно упала на землю. Инуяша зашипел и поставил её за свою спину, его запаниковавшие глаза смотрели на угриподобных помощников одного человека, который не только мог разрушить такой момент, но и заставить Инуяшу полностью забыть обо всем.
Кикё…
Светящиеся, жуткие собиратели душ отлетели назад и застыли в воздухе перед ними как признаки зловещего предзнаменования, способствуя глубокому отчаянию Кагоме. По правде сказать, она предпочла бы быть прерванной Нараку, чем ими.
Инуяша стиснул зубы, на лице заходили желваки. Все его внимание переключилось, как всегда, при любом упоминании о мико. Кагоме уже отвергли. Забыли. И в этот раз это ранило так же сильно, как и в первый.
“Дерьмо!” проклял он все, его лицо стало обеспокоенным. “Почему они здесь?”
В ответ они отлетели к краю поляны, и даже Кагоме поняла, что они хотели, чтобы он следовал за ними. Он резко отпустил её без каких-либо объяснений или извинений и сделал несколько шагов по направлению к ним.
“Не ходи, Инуяша!” вскрикнула Кагоме, сглотнув ком в горле и схватив его за руку. Он вздрогнул и повернулся назад к ней – его лицо выглядело очень решительным. Он мягко освободил свое запястье из ее пальцев.
“Я должен.”
“Тогда возьми меня с собой,” сказала она отчаянно, зная, что для нее на свете была только одна вещь хуже, чем видеть их вместе, это позволить Кикё потянуть за собой в ад Инуяшу без борьбы.
Он сжал губы в расстройстве. “Я не сделаю эт -”
“Ты резко глупеешь рядом с ней, идиот!” Она задержала дыхание, ее решение было стальным. Для нее важнее всего, чтобы с Инуяшей все было в порядке. Это всегда было важным для нее.
Инуяша прищелкнул языком и с нетерпением посмотрел назад на собирателей душ. Его следующие слова были торжественными…тихими. “Это нечто, что я должен сделать самостоятельно, Кагоме.”
Было впечатление, что ее живот завязался узлом. Паника захлестнула её и она крепко сжала кулаки. “Я не позволю ей убить тебя!” закричала она, её глаза защипали слезы. “Не позволю!”
Сила её слов заставила его вздрогнуть. Он вновь повернулся к ней, множество эмоций, казалось, боролись за контроль над его лицом. Он три раза открыл и закрыл рот, прежде чем тщательно сформулировал и смог, запинаясь произнести предложение. “Я не иду туда умирать.”
“Конечно, нет!” закричала она. “Потому что я иду с тобой!”
Он нахмурился, на его лице мелькнул признак его обычного гнева. “ Черта с два ты пой -”
“СИДЕТЬ!”
“…egh!” УФФФ! Он рычал и плевался на земле, моргая, и посмотрел на нее одним сердитым глазом. “Черт возьми, девчонка -”
“СИДЕТЬ!”
“…gah!”
“СИДЕТЬ!”
“Умф!”
Она стояла и ждала, когда он поднимется. Когда он встал, то закричал. “КАГОМЕ! ТЫ СДЕЛАЕШЬ ЭТО ЕЩЕ РАЗ, И Я -”
“Я иду.”
Он выругался и сильно ударил по воздуху от ярости, поворачиваясь к ней спиной. “Keh! Отлично! Но только не зови меня, чтобы я спас твою большеротую задницу, когда ты попадешь в неприятности!”
Как обычно, она не приняла всерьез его пустую угрозу. Но это не облегчило её сожаление оттого, что их прервали… они потеряли такой момент, который у них почти был. Глубоко вздохнув, и не чувствую даже половины той уверенности, что она изображала, Кагоме подошла и запрыгнула ему на спину. Он обхватил руками ее ноги. Его локти были напротив ее коленей, сминая ткань ее штанов.
Её красных штанов…
О… нет… Кагоме посмотрела вниз на свою одежду, когда Инуяша прыгнул за собирателями душ. Она потеряла свою школьную форму у грязного некроманта и Каэде дала ей традиционную одежду её деревни. Красный штаны, белая рубашка. Ту же самую одежду, которую Инуяша всегда связывал с Кикё.
Пожалуйста… Пожалуйста, нет… краткий ретроспективный кадр отравил ее понимание того взгляда Инуяши, когда он обнял ее несколько минут назад и тех слов, что он говорил ей…
Когда я смотрю на тебя, я… вспоминаю…
Она зарылась пальцами в его рубашку и спрятала лицо на его лопатке. Он помнил её. Хотя это было пятьдесят лет назад. Кагоме проклинала свою глупость, что могла думать иначе. Он видел не меня, сказала она себе решительно. Это была Кикё. Это всегда была Кикё…
А она была настолько уверена на этот раз. Так абсолютно уверена, что тот сверкающий, страстный взгляд предназначался для ‘Кагоме’, а не реинкарнации женщины, которую Инуяша когда-то любил.
Все еще любил.
Это было плохо. Настолько плохо. Поскольку Инуяша прыгал дальше, Кагоме задалась вопросом, как же она была в состоянии все еще держаться за него, когда она чувствовала, что самый важный орган её тела перестал биться.
* * *
Кагоме сглотнула желчь, которая поднялась в ее горле, когда зловоние несвежей крови и горелой плоти ударило в ее ноздри. Унылый треск бамбуковых стен и соломенных крыш заполнил её уши, когда огонь дожирал остатки зданий, еще оставшихся после катастрофы, истекающие кровью оранжевый и красный туманы в темноте ночи. Дорога в ад, возможно, была менее безобразна и отвратительна, решила она, отвернувшись и дрожа. Не имело значения, сколько раз она видела это. Вырезанная деревня всегда толкала её к краю безумия.
Она плотнее сжимала веки и старалась дышать ртом, как если бы это могло остановить волну ужаса, затопившую ее сознание от несправедливости смерти столь многих невинных людей. Их труппы были разбросаны с бессмысленной жестокостью, говоря о том, что кто бы это ни сделал, ему это нравилось.
Они убили мужчин, женщин и даже детей.
Твердая, теплая рука легла на её лопатки и потянула в защищающие объятия. “Ты не должна смотреть на это”, сказал Кога тихо…сердито, и на этот раз она позволила ему обнимать её, ощущая комфорт в его присутствии. “Этот ублюдок ханьо почувствовал запах человеческой смерти прежде, чем вы пришли. Он должен был оставить тебя в предместье…”
Как если бы он напомнил, почему она была здесь, Кагоме открыла глаза, и посмотрела на напряженного Инуяшу, который стоял к ним спиной. Ржавые отсветы умирающей деревни отражались от его серебряных волос, он стоял напряженно… тревожно, переступая с ноги на ногу. Естественно он не закатил истерику от присутствия Коги. В конце концов, там была Кикё.
Таинственная мико пристально оглядывала все пространство оставшееся от деревни перед ними. Её профиль был освещен мерцающим светом пламени догорающих углей, и её волосы цвета оникса казались синими в свете луны. Женщина, сделанная из глины и поддерживающая себя с помощью душ мертвых, повернулась к ним, спокойная и торжественная, и Кагоме вновь задалась вопросом, как Инуяша мог любить такое пустое, болезненное существо.
Она вызвала не только ханьо, но и Когу, вместе с Мироку и Санго, которые в замешательстве смотрели на резню страдальческими глазами. Горестное отчаяние и даже больше завладело компанией.
“Порождения Нараку сделали это”, сказала она спокойно. Почти горько, и Кагоме подумала, не жила ли здесь Кикё до того, как это место было разрушено.
“Я вызвала вас”, продолжила она и затем, неожиданно, Кикё подняла глаза и на несколько мгновений её пристальный взгляд пересекся со взглядом Кагоме и она признала присутствие той с чем-то большим, чем мысленное пожатие плеч. Её глаза сузились и Кагоме могла поклясться, что увидела, как губы мико дернулись. “Хотя этой девчонке не место здесь.”
Все повернулись и посмотрели на нее, включая Инуяшу. Его глаза вспыхнули, когда он увидел руки Коги вокруг нее и низкое, глухое рычание родилось в его горле и заполнило расстояние между ними. От его рефлексивного рычания, руки Коги сжались сильнее.
Но на этом их обмен закончился, потому что Кагоме была обижена этим оскорбительным подтверждением. Как если бы она не имела никакого значения. Стоя на краю разрушенной деревни, она почувствовала, что вместе с раздражением что-то большее взорвалось внутри нее.
Перед глазами Кагоме потемнело, взгляд сосредоточился только на глиняном подобии человека, которое отравило все её существование. Причина её боли. Обычно вежливая школьница почувствовала, что она сыта по горло, ядовитый гнев разгорался в ней, похоронив её доброе отношение…
Полностью.
Она отстранилась от Коги и распрямила плечи, чувствуя, что горячая волна прилила к её щекам. Кагоме обычно не опускалась до вульгарности, но она не могла остановить бранные слова, которые пытались сорваться с ее языка. Она сдерживала их слишком долго.
“Самовлюбленная сучка мико”, выплюнула она, проигнорировав то, что у её товарищей после такого оскорбления открылись рты и они смотрели на нее глазами, напоминающими блюдца. Радужные оболочки её глаз стали размером с булавки от ярости, и Кагоме продолжила, как одержимая. “Ты не только пыталась убить его – дважды – но и пыталась послать его душу в Ад.”
Глаза Кикё расширились. Ясно, что возмездие Кагоме было неожиданно.
Девочка продолжила, и её резкие слова звучали так же опасно, как и смертельные приговоры для этой куклы. “Ты отнимаешь у тысяч невиновных их спасение, и все же ходишь вокруг, служа живым, как если бы это могло компенсировать то, что ты поглотишь их души, когда они умрут”, она остановилась, ее кулаки были так сильно сжаты, что костяшки побелели, руки напряжены и прижаты к телу. “Ты жестокая, подлая тень человека, которым ты когда-то была, заполненная тьмой и ненавистью. И если ты хотя бы на одну секунду подумала, что я собираюсь ничего не делать, в то время как ты используешь в своих интересах свойственную Инуяше глупость -”
Инуяша закрыл разинутый рот и оскорблено нахмурился.
“Тогда ты - дура.”
Темная, острая тишина повисла между ними и Кагоме смутно почувствовала нечто, потрескивающее вокруг ее тела… аура энергии, которая шипела и трещала, подобно неизолированному электрическому кабелю под дождем. И в течение секунды… всего лишь секунды она почувствовала себя способной разгромить самые сильные легионы Ада.
Кикё сделала шаг назад. Фактически они все сделали шаг назад. Только когда она услышала крик ‘Кагоме-сама!’ от Мироку, неистовствующие инстинкты отхлынули от её тела.
Но горечь… горечь все еще оставалась и она продолжала смотреть на Кикё до тех пор, пока женщина наконец не нарушила напряженность между ними, сказав.
“Ты играешь с силой, которую не знаешь, как использовать,” сказала мико, единственным признаком её трепета стали маленькие морщинка в уголках её мертвых глаз.
“А ты игнорируешь совесть, которая у тебя когда-то была” тихо парировала Кагоме. Несмотря на её красноречие, она только начинала понимать, что нечто случилось с ней секунду назад. Нечто опасное. Беспрецедентное. Это нервировало, так что она отступила от конфронтации с язвительной заключительной репликой прежде, чем храбрость покинула её. “Скажи всем, почему ты вызвала их, и покончим с этим. От твоего вида мне становится плохо.”
Инуяша, Мироку и Санго быстро заморгали, и Кагоме сжалась под их удивленными взглядами. Она отступила назад и наткнулась на Когу, который положил руку на её плечо. Он тихонько сжал её плечо, успокаивая… себя или её, Кагоме не была уверена и они все переключили внимание на кипевшую мико.
Мышцы челюсти Кикё дернулись, и её зубы вспыхнули в лунном свете. Кагоме почувствовала небольшое удовлетворение от факта, что она добилась от неё реакции на себя. Наконец. Плотно сжав губы, Кикё хмуро смотрела на школьницу, а потом обвела взглядом остальных с более характерной для неё торжественностью.
“Вы все затаили зло на Нараку” начала она громко, пытаясь восстановить достоинство, которое подорвала Кагоме. “Он собрал все осколки Камня Душ за исключением тех, что в ногах принца волков и тех, что находятся у тебя, Инуяша.”
Они находятся у МЕНЯ, ты дрянь, подумала Кагоме горячо, схватив стеклянную бутылочку, которая висела у нее на шее. Но она прикусила язык. Чем скорее мико закончит, тем скорее они смогут уйти.
Кикё снова повернулась к деревне, которая была уничтожена. Она немного дрожала. “Вы следующие. Он придет за вами.” Сказала она. “Если вы не придете к нему первыми, и не соберете Шикон но Тама.”
Был ряд ворчаний и потрясенной недоверчивости, после того как эти слова были сказаны. Именно Кога высказал то, что чувствовали все. “Если ты думаешь, что я собираюсь отдать ему мои осколки, то ты не права.” Сказал он из-за Кагоме, и она почувствовала, как его рука дернулась на её плече.
Кикё развернулась и пристально посмотрела на него, её глубокий голос был тих, но проникновенен. “Шикон но Тама может проглотить Нараку целиком”, с небольшим пылом в голосе. “Но я не могу управлять им, если его нападения не затрагивают меня.”
Инуяша был тих. Невыносимо тих. Кикё всегда так влияла на него. Следовательно, заговорила истребительница демонов.
“Ты пытаешься нас отвлечь. Ты просишь, чтобы мы отдали осколки, а потом боролись без них, чтобы ты смогла использовать свое волшебство и поработить Нараку.”
“Да.”
Все затихли и было очевидно, что каждый думал о том. Она ни разу не давала им ни одного повода положится на нее. И по ней не было видно, будто она собирается начинать теперь.
“Я знаю где Нараку”, сказала она твердо, её холодное, спокойное лицо казалось темно-красным в свете тлеющих углей. “Но он не пробудет там долго. Я позову вас снова завтра.”
“Скажи нам сейчас!” наконец заговорил Инуяша, его когти впились в ладони. “Мне не нужно готовиться, чтобы разорвать ему горло!”
Кога отпустил Кагоме и сделал шаг вперед. “Ты не можешь скрывать от нас такую важную информацию, ведьма!”
Кикё кивнула им и повернулась, чтобы уйти. “Завтра”, сказала она через плечо, слегка повернув голову. Её почти не было видно в тени деревьев.
“Кикё, подожди!” закричал Инуяша отчаянно, протягивая руку. Мико заколебалась и он побежал к ней, увеличивая расстояние между ними и Кагоме до тех пор, пока она не смогла больше услышать не слова.
Он уходит…подумала Кагоме печально, поскольку она видела, как близко они стояли друг к другу. Голова Инуяши была склонена, низкий гул его успокаивающих слов звучал сквозь траву. Лунный свет, казалось, отражался в глазах Кикё, когда она смотрела вверх с большим количеством эмоций, чем до этого.
Он хочет быть с ней… обнимать её… Кагоме пыталась сморгнуть слезы, застывшие в глазах. Это ранило. Видеть их вместе. Это всегда ранило её. Особенно после того, как он поманил ее своей привязанностью всего час назад, а потом отобрал это и отдал Кикё.
Санго и Мироку подошли и заговорили с Когой. Кагоме было интересно, о чем они говорили, но её внимание сосредоточилось на пятне в душе и больше всего она сейчас желала, чтобы Кикё никогда не воскресала. Она не знала как это получилось и сколько еще она могла желать Инуяшу, когда он любил другую.
* * *
“Кикё…”
Она повернулась к нему лицом и неохотно подняла на него глаза.
Инуяша внезапно обнаружил, что растерял все слова. После того, как он увидел выброс невероятной силы Кагоме – откуда это только взялось?! - и услышал её яростные слова, Инуяша не мог отрицать, что они тоже на него подействовали. И впервые с тех пор, как она вернулась, он всматривался в лицо Кикё, пытаясь найти любую частицу, оставшуюся от той женщины, которую он когда-то знал, хотя раньше все, что он мог видеть, были воспоминания.
Её глаза мерцали и губы дрожали, чистая вспышка её прежней. И все. Больше ничего не было. Не зная как еще начать, он открыл всеобщие чувства их компании... “ Почему ты не скажешь нам, где Нараку?”
“У меня есть причины.”
“Ты не…” он заколебался и посмотрел себе род ноги. “Ты не предашь нас, Кикё?” Боже мой! Разве он сомневался в ней когда-либо прежде?
Она дотронулась до его лица холодными пальцами, и ему потребовалось большое усилие, чтобы не вздрогнуть от её прикосновения. Когда он поднял на неё глаза, она мягко погладила его скулу подушечкой большого пальца, и покачала головой ‘Нет’. Это почти немедленно заставило его пожалеть о своих сомнениях относительно неё.
Тогда он одернул себя. Кагоме была права. Из-за их прошлого, Инуяша был склонен верить в лучшую половину Кикё. Он хотел верить, что она все еще была у нее.
Она немного нахмурилась, её глаза сощурились, изучая его. “У тебя еще есть, что сказать, Инуяша.”
Этот голос… Лишенный теплоты. Такой серьезный… такой грустный. Он вновь перевел взгляд под ноги и начал теребить ножны Тессайги. “Ты не заслужила Ада, Кикё, и я сделаю все, что смогу, чтобы твоя душа не попала туда… Но…” он сделал паузу, чтобы сглотнуть ком в горле. Судьба была так несправедлива к ним в прошлом. Так безжалостно несправедлива.
Кикё убрала руку от его лица и Инуяша почувствовал стену холодного воздуха между ними. “Скажи это.”
Он открыл рот. Он должен был сказать ей. Сейчас. “Я хочу чтобы ты знала, что…тебе принадлежит моя сила,” сказал он в землю, не сделав попытки задержать её, когда она отпрянула. “Но тебе не может принадлежать моя жизнь,” прошептал он и наконец поднял глаза на нее. “Или моя смерть.”
Она заморгала и, даже через её холодную маску, он увидел боль. Он сжался от неловкости, поскольку она пристально обвела его взглядом сверху вниз и он знал даже без её слов, что она чувствовала себя преданной вновь.
“Это – она, - ведь так” сказала Кикё дрожащим голосом. “Девочка…”
Он сжал губы. Она пристально смотрела на него так долго, что он хотел отвести взгляд и подтвердил ей вопрос своим молчанием.
Через несколько секунд Кикё склонила голову, нахмурив брови. “Хм. Как подходяще.”
Чувствуя себя ужасным и виновным, Инуяша не мог игнорировать маленькую искру освобождения, которая разгоралась в его груди – обещание жизни, будущего… рядом с кем-то, кто заставил его чувствовать себя более существенным и целым, чем когда-либо Кикё.
Кагоме…
Кикё вздрогнула, как если бы услышала его мысленное признание. Он очень не хотел причинять ей боль. Казалось, что все, что осталось от нее было болью, так что он чувствовал себя обязанным продолжить обьяснение.
Он вспомнил, как кровь ёкай впервые свела его с ума. Он вспомнил, что Кагоме осталась на его стороне, неспособная уйти, даже если это означало её смерть. Он вспомнил подобное обстоятельство, когда она держала стрелу у его лица, находясь под контролем темной мико. И он остался, потому что не мог заставить себя оставить её… даже если это означало его смерть.
Тогда он вспомнил конец их с Кикё отношений, оба были так легко обмануты. Он глубоко вздохнул и склонил голову, чтобы их глаза были на одном уровне. “Насколько сильными они, возможно, были, Кикё,” начал он неуверенно, “чувства между нами… если мы настолько быстро возненавидели друг друга?”
Она вздрогнула и отвела взгляд.
“Я со -”
Она подняла руку, чтобы остановить его извинения, и когда, наконец, подняла взгляд, её лицо словно было высечено из камня – холодное и неумолимое. “Это не меняет моих планов относительно тебя, Инуяша,” сказала она низко и затем, прежде чем более пагубные слова могли быть произнесены, мико повернулась к нему спиной. “Завтра”, сказала она, не оборачиваясь. “Будь готов.” И растаяла в тени подобно исчезающему видению.
Инуяша наблюдал за её уходом и остался там еще несколько секунд после того, как она исчезла. Это было сделано. Это причинило ему боль…это завершение… Но у него не было выбора. Каждая его частичка теперь очень хотела быть с другой. Той, чья улыбка поднимала его настроение независимо от обстоятельств. И помня, как Кагоме смотрела на него, когда он обнимал её у дерева… Она собиралась признать свою любовь. Он был уверен в этом. Он видел это в её глазах.
Если бы проклятые собиратели душ появились на пару минут позже… Он вздохнул. Ну, они всего лишь должны продолжить ту беседу. Даже прямо сейчас. Он развернулся, чтобы найти свою причину жить и чувствовать.
Она уже смотрела на него, лунный свет, отражался от воды в её темных, призрачных глазах подобно нефти на краю пруда. Её нижняя губа дрожала и рука сжимала осколки Шикон но Тама на её шее как якорь в мире теней. Она была грустна. Невыносимо грустна.
И это поразило его. Она неправильно поняла то, что сейчас выяснилось между ним и Кикё. Слабая улыбка, блуждавшая на её губах исчезла, потому что он шел к ней. Это могло быть легко исправлено. “Кагоме…”
Она отступила назад, как если бы они были двумя положительными сторонами магнита. И вернулась. Её плечи поникли. Движение привлекло Когу - он стоял поблизости- и впился в него взглядом. Принц волков подошел и встал около Кагоме, обняв её гибкое тело.
Настроение Инуяши немедленно изменилось и низкое рычание, зародившись глубоко в его груди вырвалось наружу в пронзительном крещендо. “Убери от нее свои руки, грязный ёкай!”
Кога подвинулся, но так, чтобы Кагоме оказалась за его спиной, в безопасности, чтобы они могли померяться силами. Его клыки вспыхнули белым в лунном свете, поскольку он злобно зарычал. “Когда же ты усвоишь, тупой щенок?! Она не принадлежит тебе!”
Его кровь закипела, и Инуяша вынул из ножен Тессайгу, но это не сильно помешало Коге провоцировать его дальше.
“Но так как слова не могут проникнуть в твой скудный умишко, тогда мне придется вбить это в тебя!”
“ПРЕКРАТИТЕ ЭТО!”
Приказ Кагоме заморозил их обоих там, где они стояли, хотя бешеные выражения лиц у них остались. Инуяша с неловкостью наблюдал, как Кагоме встала перед Когой – перед Когой, не перед ним – и, сдерживая, положила руку ему на грудь.
“Ой, ты глупый демон,” ругалась она и Инуяша не мог сдержать усмешку, которая появилась на его губах от нелестного имени, которым она назвала его эгоистичного конкурента. “Разве ты не знаешь?” Она сердито махнула рукой в сторону Инуяши. “Он тебе не конкурент!”
Усмешка исчезла. Что?!
“Он любит другую! Кричала она, сильно ударяя по воздуху в, по-видимому, разъяренном жесте, как если бы пыталась скрыть боль за гневом. “И всегда любил!”
Враждебность ушла с лица принца волков и он обескуражено нахмурился. “Я думал, ты говорила-“
“Он предпочитает быть мертвым с нею, чем живым со мной,” её голос дрогнул.
Инуяша задохнулся. Именно так она воспринимала это все время?!
“Тогда он еще больший дурак, чем я о нем думал,” сказал Кога, не обращая теперь так много внимания на ханьо, как раньше. “Но это спасает меня от драки с его убийством.”
“Кагоме!” закричал Инуяша в растущей тревоге. “ Это – не-“
“Пошли”, принц прервал его, “ я заберу тебя к моей горе.”
Она покачала головой. “Я думаю, я должна пойти домой.”
“Тогда я понесу тебя.”
Кагоме колебалась в течение полсекунды.
“ПОДОЖДИ!” закричал Инуяша.
Она вздрогнула, когда услышала, как он произносит её имя, и в ответ, обвила руками шею Коги, пряча лицо на его груди. Ёкай легко поднял её на руки и повернулся, уходя.
Запаниковав, без разумных доводов, Инуяша кинулся к ним. “КАГОМЕ!”
Но они ушли, оставив за собой клубы пыли. С, увеличенной осколком, скоростью Коги, разгневанный ханьо, скорее всего не догонит их прежде, чем они достигнут своей цели.
Но это не значит, что он не попытается.
Глава 4

Небо было необычно ясным этой ночью. Луна не была полной, но ослепительно сияла в черноте ночи, и ей помогал миллиард искрящихся звезд. Трава была освещена призрачным лунным светом и ветер мягко шелестел в кроне деревьев. Это выглядело так красиво, так безмятежно, так живо…
Но все, о чем Кагоме могла думать, когда Кога остановился и опустил её на прохладный камень временного колодца, была паника на лице Инуяши, когда они уносились прочь. Он был убит. Это смущало её. Он смущал её, как если бы он мог по-совести требовать Кагоме, когда единственное, что он когда-либо видел в ней, было лицом Кикё.
“Так это то самое место, через которое ты приходишь в наш мир и уходишь из него,” размышлял Кога спокойно, только слегка запыхавшись от быстрого бега. Будучи так близко к нему достаточно долго, она узнала, что его кожа была более, чем просто теплой, она была почти горячей, и Кагоме почувствовала резкий холод, когда он отпустил её.
“Да, это. Спасибо, что доставил меня, Кога-кун,” сказала она, задаваясь вопросом, будет ли она в состоянии вообще спать сегодня ночью. И даже, если она будет лежать в своей очень удобной кровати.
Он наклонился и пристально посмотрел на нее- теми ожесточенными, лазурными глазами, сияющими даже без солнечного света. Кога улыбнулся, и вновь она была поражена тем, насколько невероятно уверенным он был.
Она моргнула.
И симпатичным.
Да, он не заставлял её сердце биться так сильно, как Инуяша, но если смотреть на него объективно, Кога был привлекателен. Его смуглая кожа цвета морено была красива мужской красотой. И она должна была быть слепой, чтобы не заметить выпуклые мышцы груди под ключицами, или сильные жилистые руки. И она действительно никогда не разглядывала мужских ног прежде, но на его ей было приятно смотреть- подтянутые и крепкие.
И конечно же, его очаровательное лицо- взрослое, но с выражением как у маленького мальчика. Да. Не было никаких сомнений. Кога был симпатичен.
“Ты наконец смотришь на меня,” сказал он, его глаза лучились весельем. “Ты никогда не делала этого раньше.” Не отрывая взгляда от нее, он прислонился к колодцу и небрежно скрестил руки.
“Ох,” она почувствовала прилив крови к лицу и