Как жили актеры до изобретения кино, до системы Станиславского и даже до отмены крепостного права, в те времена, когда одним из самых популярных развлечений был театр, а его «звезды» были рабами?

Первый театр появился на Руси при Алексее Михайловиче. Царь захотел завести собственный театр, узнав о комедиях во Флоренции. Своих специалистов тогда у нас не было, а по приглашению в Московию никто ехать не захотел. В 1672 году решили сделать спектакль своими силами, и поручили эту миссию немцу Иоганну Грегори из немецкой слободы. Пьеса тоже была немецкая. Говорят, что представление так понравилось Алексею Михайловичу, что смотрел он его 10 часов подряд. Тогда же Грегори стал обучать актерскому мастерству, неизвестно только, где он обучился ему сам. До нас дошла челобитная царю от одного из актеров Грегори, содержащая такие строки: «…а твоего великого государева жалованья, корму нам, холопям твоим ничего не учинено, и ныне мы, платьишком ободрались и сапожишками обносились, а пить-есть нечего, и помираем мы, холопи твои, голодной смертью…». Какие уж тут миллионы рублей от государства, когда даже «корма» не давали.  

Дворяне потихоньку начали повторять за царем, и каждый уважающий себя помещик должен был иметь крепостной театр. Они не жалели денег на пышные декорации и роскошные костюмы – в то время это был один из самых популярных способов демонстрации своего богатства. В Москве к началу XVIII века было 53 крепостных театра. Из крепостного театра князя Урусова, например, когда-то вышли Малый и Большой театры.

Часто крепостные театры представляли собой настоящие застенки, тюрьмы и гаремы. Власть помещика над актерами никем не ограничивалась, поэтому большинство крепостных трупп напоминали кукольный театр Карабаса-Барабаса. Судьба актера зависела только от воли хозяина. Актеров продавали и покупали, как и других крепостных, но стоили они дороже. Цена талантливого актера или актрисы достигала 5 000 рублей, тогда как за простую девушку-горничную давали 80 рублей, а за мужчину, годного в рекруты, 120.

Вот что известно, например, о театре графа С.М. Каменского в Орле. Граф во время спектакля, сидя в ложе, записывал все ошибки, которые он замечал по ходу действия, затем в антракте брал плетку и отправлялся за кулисы наказывать забывчивых актеров. Зрители слышали из-за закрытого занавеса вопли наказуемых. Каменский не жалел денег на декорации, а его артисты жили впроголодь и ходили побираться в город. Еще граф не спускал глаз с молодых актрис. Он лично каждый вечер запирал их комнаты и держал ключ всегда при себе, запрещал им смотреть в зал (когда по пьесе требовалось обратиться в зал они должны были зажмуриваться) и жестоко наказывал за малейшие проступки. Театр в итоге разорил Каменского. В 1835 году не осталось денег даже на похороны графа.

У театра В.Г. Гладкова в Пензе тоже была дурная слава. То есть актеры и спектакли достаточно высоко ценились, а владелец театра был известен своей жестокостью и пьянством. Актеры часто выходили на сцену с синяками и заплаканными глазами. Гладков любил громко комментировать из личной ложи события спектакля и игру актеров. Не стесняясь помещик отбирал у крепостных актеров жен, насиловал приглянувшихся актрис. На Гладкова писали жалобы, но благодаря высокопоставленному родственнику в Петербурге, пензенскому рабовладельцу все сходило с рук. В 1829 году одна из жалоб попала в руки к Н.А. Радищеву (сыну писателя Радищева), и он дал ей ход. Гладкову назначили церковное покаяние(!) и взяли имение под опеку.

Владельца театра в Выксе И.Д. Шепелева за жестокость прозвали «Нероном». Актеры Шепелева страдали от изнурительных репетиций и невыполнимых требований тирана. За малейшую провинность он избивал их камышовой тростью, а особое удовольствие он находил в издевательствах над балеринами. Окна комнат актрис были зарешечены, а для провинившихся отправляли в темный и сырой карцер. Целая сеть стукачей сообщала барину о любом случайном взгляде актрисы на мужчину. Как-то раз одна балерина отправила любовную записку крепостному капельмейстеру. Узнав об этом, Шепелев устранил обоих – у капельмейстера якобы случился удар, а актриса пропала без вести. Шепелев также владел металлургическими заводами, и рабочие вместе с крепостными пробовали протестовать против адских условий труда, но все их попытки бунта подавлялись войсками. На поведение «Нерона» обратили внимание лишь когда все хозяйство пришло в полный упадок. Шепелева не посадили в тюрьму и не казнили, а всего лишь выслали в Москву, где он доживал свой век, постепенно теряя остатки рассудка.

Неизвестно, сколько талантов было загублено в театрах этих безумных рабовладельцев. Сколько еще Щепкиных и Мочаловых (оба тоже были крепостными) могло бы украсить русскую театральную сцену. Но были и вполне адекватные владельцы крепостных театров, например, князь Н.Г. Шаховский, Н.П. Шереметев, Б.Г. Юсупов и многие другие, которые помогали талантливым актерам и актрисам, давали им хорошее образование, относились к ним с уважением, ценили, сохраняли и развивали театральное искусство в России.

____________________________________

Источник