В колонках играет - Канцлер Ги - Jaques de MoleyНастроение сейчас - 3+Привет, Никто, ты опять ко мне? Кажется, я просила тебя больше не приходить? Ну, ладно… Проходи, садись…
Что-нибудь рассказать? Что рассказывать? Ты же и так все знаешь, иначе бы не пришел. Да, у меня опять проблемы… О-да, как неожиданно! Тебе жаль, да ну?
Тебе чего? Чай? Кофе? Или как всегда: нервы, самоуважение, самооценка... Может, подсластить болью? Мне не жалко! О-о-о, сегодня на десерт еще и уважение к людям хочешь?! Забирай, оно мне больше не нужно! А ты для меня случайно безразличия и эгоизма не прихватил? Да, ну?! И жестокость принес! Ты меня балуешь, Никто!
Как всегда, я говорю: «Одиночество», ты говоришь: «Свобода». Два таких разных взгляда на одну и ту же ситуацию. Никто, тебя когда-нибудь оставляли? Да, такое случается с каждым, но ты сам приходишь к кому тебе надо. Никто, ты же и есть само одиночество… Ты никогда не улыбаешься, правильно… Ведь одиночество не бывает веселым… Ты всегда серьезен… Горд в своей безысходности…
Если ты один, то некому подать руки…Но если ты один, то некому и вставить нож в спину…А если тебя некому ранить, то и помощи тоже не нужно… Правильно? Правильно… Но грустно.
Никто, как давно ты один? Правда? Неужели с тех пор, когда люди стали забывать о любви? Наверное, давно блуждаешь миром… Ты, наверно, самый верный друг… Никто и зовут тебя никак…Одиночество – это, то, что олицетворяем мы сами для себя…Ты согласен с этим, Никто?
Не отвечаешь? Неужели не отвечаешь даже ТЫ?!!
Слишком печально и жестоко, говоришь… А ничего… Мир жестокий… Люди жестоки… И я не хочу от этого страдать… Помоги мне!
Уже помогаешь? Да… Ты, а еще Время… Вы единственные, кто реально помогает, вот только молчите и плата у вас, дорогие учителя, слишком высокая… Чувства…
Кажется, я слышала звонок в дверь… Думаешь, тебе пора уходить? Нет, останься… Я не открою.
«Если мы оставляем людей самих с их одиночеством, не надо потом жаловаться, что они становятся злыми и противными, в этом виноваты и мы. Потом так же оставят и нас…
Безразличие тянет за собой еще более холодное безразличие и так за цепной реакцией. А после мы удивляемся: «Почему в мире так мало добра и сочувствия?!»
Дураки…»