ПРЕДВИДЕНИЕ КОЗЫРЕВА

Павел Александрович Зныкин
Контакт с автором: znykin@mail.ru

История о Николае Александровиче Козыреве, это история о человеке, жившем еще вчера, бывшем нашим соседом по XX веку, голос которого еще звучит в пространстве, а тепло пожатия его рук еще не остыло на моих ладонях… Это история об ученом. Астрофизике, изобретателе, исследователе. История о настоящем русском интеллигенте, философе и мудреце, как будто со страниц давно забытых рукописей, шагнувшем в наши дни.

У него своеобразный, только ему свойственный дедукционно – индуктивный стиль мышления… Индукция и дедукция – это два способа логики, видения мира, это два способа ведения научных доказательств. Существование этих двух путей в XIX веке было ведомо любому гимназисту, на сегодня сами эти слова хорошо забыты. На практике в науке применяется только прославленный Шерлоком Холмсом дедуктивный метод. Можно сколько угодно говорить о преимуществах того и другого, а Козырев с легкостью использовал оба. Он мог от точно выверенного пошагового от точки к точке математического доказательства провести линию к дальним мирам и сказать – ищите на этой линии, найдете миллионы новых точек… Это и есть почти забытый сегодня индуктивный метод. Козырев шел верхним путем мудрецов – иначе ему было не успеть…. В таком эвристическом подходе и есть сила предвидения Козырева и отсюда частично следует непонимание его в научных кругах – нам бы всем за ним успеть…

Вам приходилось когда-нибудь читать в подлиннике Эйнштейна или Шредингера? Даже если Вы профессионал, не обязательно будет положительный ответ. По крайней мере, профессионал читал Ландау или Соколова, уж наверняка Блохинцева и обязательно Фейнмановские лекции по физике … Конечно, это труд внимательно прочитать и понять Эйнштейна или Шредингера, но почему вы считаете, что понять Козырева легче?!

Сегодня многие люди пишут и говорят о вещах известным им только понаслышке, считается хорошим тоном упомянуть о Козыреве: “Ах, ну как же, знаем – Козырев - это теория времени…” Ссылаться на Николая Александровича стало модно даже в оккультных кругах . О нем говорятт, пишут, повторяют его эксперименты, рассказывают были и небылицы… НО НЕ ЧИТАЮТ… Ссылаются и как на жертву Советского произвола, мода такая пошла, выискивать несчастных… Появилась и новая мода, - астрономические наблюдения с закрытой крышкой телескопа, называемые наблюдениями по методике Козырева. Какая-то паранормальная - астрономия, не имеющая никакого отношения ни к науке, ни к тем более к Козыреву. Даже к астрологии и магии это никакого отношения не имеет. Это просто детская игра в астрономов.

Козырев никогда не был эзотериком, он просто был настоящим ученым, нашедшим горы необъяснимых фактов при изучении происхождения энергии звезд. О себе говорил, как о счастливом человеке, даже вспоминая дни заключения… Я долго пытался понять, что же такое есть ЗЕРКАЛА КОЗЫРЕВА, уж кажется обо всем мы с Николаем Александровичем говорили, но он никогда не говорил об изобретенных им зеркалах…
Что же это???
А тут вот недавно читаю про некоторые загадочные ЛУЧИ КОЗЫРЕВА … И слышится мне мягкий, тихий смех Николая Александровича и его голос: “Они ведь моих работ не читали…. Ведь речь не о лучах – речь о явлении, протекающем одновременно во всей Вселенной…. Кто бы им это растолковал….”

Кажется настало время и необходимость мне, как человеку лично знавшему Николая Александровича, рассказать в популярной, или скорее художественной форме, о том, что же это такое – эффекты причинной механики. О том, как я познакомился Николаем Александровичем в Крымской астрофизической обсерватории, как участвовал с ним в наблюдениях. И о том, что сам Николай Александрович представить себе не мог наблюдения с закрытой крышкой телескопа…
С легкой руки журналистов некогда назвали транзисторный радиоприемник - ТРАНЗИСТОРОМ…
Может быть, скоро мы узнаем, что каждый телескоп имеет ЗЕРКАЛО КОЗЫРЕВА… это мысль…
Работы самого Николая Александровича Козырева легко находимы в Интернете. http://www.timashev.ru/Kozyrev/
Прошу Вас, дайте себе труд, хотя бы ознакомиться с моим художественным описанием экспериментов Козырева проводившихся им самим на моих глазах…

Итак, 1972 год, февраль, я не кандидат технических наук и даже не инженер - физик, я просто студент-физик пятого курса Кубанского Государственного университета. В Крымской астрофизической обсерватории я делаю диплом под руководством самого Владимира Константиновича Прокофьева, того самого великого спектроскописта Прокофьева, бывшего директора ГОИ, автора таблиц спектральных линий и еще многих только специалистам ведомых работ. У него три Ленина за Отечественную войну и орден Красного Знамени под номером три за Гражданскую – это человек из легенды и я несказанно горд, что мне повезло иметь такого Учителя…
Еще я горд тем, что занимаюсь спектрографом для орбитального солнечного телескопа ОСТ-1 (он полетит на Салюте-4) и, как с простыми инженерами, говорю с космонавтами. Весельчак и шутник “дядя Жора Гречко” очаровал КрАО…

10-го августа 1971-го года было великое противостояние Марса. В Советском Союзе запустили АМС "Марс 2" и "Марс 3". 27-го ноября и 2-го декабря они достигли Марса и были выведены на околопланетные орбиты. Из-за поднявшейся пылевой бури, охватившей всю планету, из космоса нельзя было рассмотреть какие-либо детали поверхности. В Крыму наземные наблюдения Марса проводила группа Валентины Владимировны Прокофьевой, дочери моего учителя; все сотрудники следили за ее сообщениями о погоде на Марсе, как за боевыми сводками, а когда весь Марс окутало пылевое облако, все поняли, что результатов от наших станций не будет.
Мне даже в голову не приходит, что скоро на этом телескопе МТМ-500 я буду участвовать в наблюдениях с не менее легендарным человеком, чем Учитель, с его другом Николаем Александровичем Козыревым.

О Козыреве все знали больше, чем о любом другом астрономе века еще со школьных времен. О нем пишет Воронцов-Вельяминов в школьном учебнике астрономии, как о человеке, открывший вулканическую деятельность на Луне. Для меня его статья “Вулканическая деятельность на Луне” в затертом журнале "Природа" 1959 года была первой научной статьей, которую я читал еще в школьные годы. Именно с нее началось увлечение астрономией. “Надо же, человек видел извержение вулкана на Луне… Я тоже так хочу…” Эта статья заворожила и увела, потом были Навашин и Цесевич. Поездка в Новороссийск за старыми корабельными иллюминаторами, было лето, потраченное на шлифовку зеркала, и 20 сантиметровый телескоп. Весьма солидный инструмент для любителя.

Среди сотрудников обсерватории слухи о том, что приезжает К О З Ы Р Е В, поползли недели за две до его приезда – его ждали.
- Владимир Константинович, а чем так знаменит Козырев?
- Быстро это не расскажешь, а вот приедет,- вы его обязательно послушайте – он непременно будет читать лекции…
- О чем? О Луне? Неужели только Луна так привлекает к нему людей?
-Ну, что Вы, Луна это только частный случай, Козырев толкует о вещах великих, - о тепловом бессмертии Вселенной и времени, как Вечности, и человек он незаурядный… Он работал в КрАО, давно, еще при Шайне и те, кто постарше, его помнят и любят.

Такая характеристика, данная Учителем, стоила дорогого, и перекрывала для меня в последствии все характеристики других людей, говоривших о Козыреве, как о “великом и ужасном еретике”. Теперь и я с нетерпением ждал, - когда, наконец, приедет Козырев и начнет проповедь ереси о том, как в звездах время превращается в энергию…

И он приехал…

В то время в КрАО было много студентов из Москвы, с Украины, из Белоруссии, из Ростова и Краснодара тех, кто и сегодня работает в астрономии; заинтригованные, мы собрались с тетрадками и ручками, готовые слушать серьезного ученого – потому, что слава Козырева первооткрывателя вулканической деятельности на Луне была общеизвестной. Многие сотрудники КрАО пришли послушать Козырева, как старого знакомого.

После лекции, в общежитии, где мы жили вместе с аспирантами и сотрудниками КрАО, долго шло обсуждение. Кто такой Козырев- Величайший Шарлатан XX века или второй Эйнштейн…
Мое мнение “Нужно поставить эксперименты, о которых он говорил, потому, что кажется мне, ребята, это не второй Эйнштейн. Просто сегодня мы имели счастье слушать самого Николая Александровича Козырева…”
В моем распоряжении великолепная Прокофьевская лаборатория, в которой за время диплома я обжился и знаю каждый винтик…. Пожалуйста – все что угодно, хоть вакуум 10 ^-6 мм.рт.ст. …
Для экспериментов Козырева такое оборудование не было нужно.

На лекции он рассказывал о своих экспериментах по наблюдению проявлений сил хода времени.
Он проводил в те годы три основных вида экспериментов:
1. С гироскопами.
2. С маятниками.
3. С крутильными весами

На тот момент об экспериментах с крутильными весами он говорил, как о наиболее убедительных. И описывал их устройство примерно такими словами:
- Крутильные весы, которые мы используем в наших опытах, отличаются от известных крутильных весов для исследования закона Кулона тем, что они разноплечные. На меньшее плечо подвешен больший груз, на большее плечо подвешен меньший. Кварцевая нить не нужна – пойдет тончайшая нить от капронового чулка, она мягче – значит будет выше чувствительность…
Основной характеристикой чувствительности крутильных весов является период их колебаний T. Если на весы действует, например, только одна сила F на длинном плече коромысла, то ее значение может быть определено по углу вызванного ею отклонения весов, согласно простой формуле: F = 4*π²*m*L*j/T², где T- период колебаний, F - сила, действующая на конце длинного плеча коромысла L , j - угол отклонения весов, m - масса малого груза. Наши весы малой чувствительности имели период колебаний около 3-х минут, а чувствительные весы - порядка 10 минут. Из формулы следует, что типичные отклонения весов в 10°, в первом случае создавали силы порядка 10^-3, а во втором случае 10^-4 дины. Весы должны находиться в металлическом футляре. Контролем успешности изоляции служит отсутствие реакции весов на приближение наэлектризованной палочки. Значительно труднее гарантировать отсутствие устойчивой конвекции, которая может появиться уже при небольшом различии температур внутри сосуда с весами.[5]

Соорудить такой агрегат не представляло труда. В лаборатории нашлась подходящая стеклянная емкость, предназначенная для работы под вакуумом. Стрелочка, веревочка, грузики … и качнем, пожалуй, для чистоты эксперимента 10^-2 мм.рт.ст. … Готово, поехали.… Два дня экспериментов – никакого толку… Чертова стрелка как примерзла. Все я перепробовал с терпением и упорством… Результат - ноль…. Так что ж, это все треп и болтология… Но зачем ?...

Я начинаю чувствовать себя дураком… А тут еще ребята в общаге - там ведь, как во всякой общаге, ничего не утаишь:
- Ну, что, Паша - “…сегодня мы имели счастье слушать самого Николая Александровича Козырева…”? Его сам Сталин посадил и видимо не зря… он еще в тридцатые годы людей дурил”.
- Но зачем? ... Вот что странно…
- А ты его самого и спроси…
- Ладно, я с ним разберусь…
- Ха, ха – да ты к нему не подойдешь, все-таки это сам Козырев… Ты что, прямо так в лоб его и спросишь, зачем ты профессор людей дурил...? Это тебе не у Брунса кофе пить…
- Подойду и спрошу, увидите!
- Очень интересно…. Ха, ха…
Ситуация накалилась до предела. Казалось рушится целый мир от фундамента, построенного мною телескопа. Нужно было что-то решать прежде всего для себя.

Во время обеда в столовой на глазах у любопытной толпы, я подхожу к стоящему в очереди за обедом Козыреву…
- Уважаемый профессор, неужели Вам мало славы первооткрывателя вулканизма на Луне и медали с алмазами, так Вам зачем-то потребовалась проповедь каких-то оккультных приборчиков… Смотрите, - смотрите, сейчас время превратится в энергию, и эти часы с одной стрелочкой начнут вырабатывать электричество… Стрелочка, веревочка… Ведь все проходит только потому, что никто не взялся эту муть повторить. Терпения у людей нет…. А может быть просто все умнее меня…
- Подождите, подождите молодой человек, я видел Вас на своих лекциях, Вы что, пытались мои опыты повторить?
- Да…
- И у Вас ничего не получилось …
- А, что разве что-то должно было получиться…?
Его глаза лучатся от улыбки: - Как чудесно – наконец то хоть один…
- Что? Наконец то хоть один дурачок?…
Николай Александрович откровенно хохочет и берет меня под руку:
- Нет, – наконец то хоть один исследователь…. Давайте мы с Вами возьмем обед, пообедаем и побеседуем, а потом попробуем разобраться с Вашими экспериментами…
Я обезоружен и ошеломлен …. Перед глазеющей на все происходящее толпой. Теперь говорит только Козырев.

Мы сидим за одним столом, и в ходе обеда Николай Александрович исподволь расспрашивает меня об университете, о том какие разделы физики меня интересуют.
- Вот Вы говорите о лунных вулканах, это сегодня все просто и ясно. А ведь пятнадцать лет назад мне американцы немало нервов попортили…, - и рассказывает захватывающую историю о том, как он шел к открытию вулканов на Луне.
- Американцы меня обвиняли даже в подделке спектров, Вы спектроскопист, я Вам эти спектры покажу – там же все абсолютно ясно… А в “Причинной механике” куда сложнее – я поднял руку на основы, на Трех Китов…” (Я до сих пор почти уверен, что он имел ввиду Эйнштейна, Шредингера и Больцмана…)
Это маловероятно, чтобы в те годы Николай Александрович читал Карнеги, но, владея практической психологией и огромным терпением, он строит разговор так, что к окончанию обеда я просто в восторге от этого человека. Не может такой человек в принципе врать…. Здесь дело в чем-то другом…
- Ну вот, теперь, когда мы с Вами познакомились, пойдемте к вам в лабораторию посмотрим на Ваши эксперименты…,- говорит Козырев.

В лаборатории Козырев внимательно осмотрел мой прибор попробовал и так и так …. Подумал, а потом сказал - “Знаете что, а давайте уберем вакуум…”
Потихоньку напускаю воздух. Через две минуты Николай Александрович светит на шкалу фонариком … и … медленно, плавно стрелочка весов начинает двигаться к месту на шкале освещенному фонариком…
У меня тут же срывается шутка:
- Ну, у Вас, как у всякого волшебника, откуда не возьмись - фонарик…. Теперь показывайте магнит…
- Как у всякого астронома у меня почти всегда с собой фонарик – первая вещь на наблюдениях, а магнит не покажу…, не покажу…, - вступает в игру Козырев. - Эти эффекты идут очень медленно, не так, как эффекты связанные с электростатикой или магнетизмом. При такой чувствительности это у Вас будет сверхкомпас, как-нибудь попробуйте закрепить на весах маленькую стальную проволочку. Но не оставляйте на постоянно, иначе в таком наборе полей вообще ничего не поймете...
- Так, все-таки, Николай Александрович, почему прибор не заработал сразу – неужели из-за вакуума?
- Представьте себе да, - из-за вакуума?
- А почему?
- Почему - это не пятиминутный разговор и обязательно с карандашиком. Обязательно расскажу, но потом – мы в Пулково много пробовали и думали над этим эффектом. Залипает в вакууме, не идет эффект даже на стограммовых грузах.
- А кстати, как это все работает при разных грузах?
- По нашим данным эффект проходит одинаково при любых грузах… Видите, как интересно, – вы сразу натолкнулись на эффект залипания в вакууме, мы, к счастью, через год, когда уже кое-что понимали, возможно, мы ничего не стали бы исследовать, если бы сразу, как Вы, откачали свои крутильные весы…

В печатных работах Козырев об этом эффекте не упоминает, а мне о своем его понимании он ничего так и не рассказал. Просто почему-то было не до того…. Таких вопросов при живом общении хватает…. Некоторое пояснение можно найти в его статьях, где он описывает работу весов. ( См. отрывок далее.)

- Теперь, давайте откроем Вашу великолепную вакуумную установку и посмотрим нить…. У меня впечатление, что нить толстовата. Вы когда-нибудь задумывались над тем, что разные капроновые чулки состоят из нитей разной толщины? Мои знакомые не предполагали. Оказывается есть целая система стандартов…
Николай Александрович находит тончайшую паутинку, которая плавает в воздухе, с помощью клея закрепляет ее.

Вот на этих крутильных весах, настроенных Козыревым, я и начинаю свои эксперименты на следующий день. Козырев предупредил, что в течение суток весы должны отвисеться, чтобы снялись внутренние напряжения в нити.

Во-первых, - крутильные весы поразительно хорошо реагируют на свет. Не так, как крылышко Лебедева, которое реагирует на давление света. В этих экспериментах “стрелочка” очень медленно и плавно двигается к освещенному месту на дне коробки, притягиваясь к нему. Дрейфует в течение одной - двух минут. Мое отношение даже к видимым фактам крайне скептическое – это какие-то тепловые эффекты. Нормальный исследователь должен был бы поставить чисто измерительный эксперимент (как это делал Козырев) – построить зависимость время поворот - интенсивность освещения (площадь освещенного участка). О чем таком можно говорить при моем полном скептицизме. Постановка такого эксперимента тогда означала для меня ни более, ни менее, как ловлю чертиков по углам…
Меня интересует вещь куда более простая, – а есть ли вообще само явление?
Поэтому на расстоянии 5-6 метров от крутильных весов я устанавливаю лампу, с помощью системы зеркал направляю свет от нее к крутильным весам, вся эта сложность для того чтобы исключить влияние конвективного тепла, и провожу серию экспериментов первой степени тупости: свет включен – стрелка повернулась к освещенной части шкалы. Свет выключен – стрелка вернулась в исходное положение. Это происходит в 100 случаях из 100 . Моя тупость удовлетворена. Явление существует. Без восклицательных знаков. Оно просто непонятно почему есть.

Теперь второй вопрос - в чем причина явления? Вот теперь мне хочется удовлетворить свое любопытство… Что вызывает это явление? Пока о том, что это явление связано с ходом времени, и вообще связано со временем - речь не идет.
Козырев сказал, что крутильные весы реагируют на остывание нагретых тел и на таяние льда. Причем на нагретый предмет стрелка притягивается, а от тающего льда отталкивается…
По логике вещей при возникновении конвекций от тепловых явлений должно быть наоборот. Снова ставится тот же эксперимент по реакции на горячую воду, и опять это происходит в 100 случаях из 100. То же самое с кусочками тающего льда. Постановка чисто качественного эксперимента. Есть ли само явление? Поставил рядом с крутильными весами кружку кипятка, а сам ушел, через некоторое время вернулся, – “стрелка” крутильных весов указывает на кружку. Убрал кружку и ушел. Вернулся – стрелка повернулась на 90°, поставил другую, и т.д. Это Козырев вылавливает 2-3 градуса, меня интересует только 90, только “ДА” - “НЕТ” в 100 случаях из 100.

В общем, с некоторого момента для меня нет вопросов – Явление существует, но эксперимент продолжается до сотого повторения. Интересно, что реакция на пробирку, в которой идет растворение серной или соляной кислоты с выделением тепла, и на пробирку, в которой растворяется гипосульфит натрия с поглощением тепла, стрелка отталкивается, как от тающего льда. Это факт, чисто тепловыми явлениями не объяснить.
Для того, чтобы понять, что происходит, я растворил не менее 20 кг гипосульфита около козыревской стрелочки. В то время я снимал вакуумные спектры для своего диплома, потребность в закрепителе была большой для обработки пленок. Растворение проводилось в химическом стакане с малым количеством воды так, чтобы образовалась полужидкая кашица, это давало низкие температуры, порой стакан покрывался инеем. На экзотермическое растворение и на эндотермическое реакция одинаковая (поворот идет в одну и ту же сторону).
Если бы я этого не увидел, то можно было бы все эффекты Козырева свести к чисто тепловым явлениям. Козырев сам рекомендовал мне попробовать это в первых же беседах и подчеркивал, что реакция идет на процесс, а не на тепло или холод.
(Смотрите статью Козырева “Об исследованиях физических свойств времени” http://www.torch.02rus.ru/articles/time/html/time1.html)

Поднимаю книги по химии, занимаюсь вопросами, о которых имею только поверхностное понятие. Пытаюсь понять, что же происходит при растворении. Оказывается в химии, как и в физике, все теоретически рассчитывается. Основой этих расчетов служит закон Гиббса. Надолго ухожу в расчеты. Считаю равновесное состояние системы. И постепенно начинаю понимать, что по этому самому закону Гиббса энтропия системы, стремясь к равновесию, меняется в несколько этапов, а сумма (или интеграл) будет равна нулю. Так что же мы регистрируем? Поток энтропии? Стрелочка Козырева каким то образом реагирует на изменение энтропии по замкнутому контуру?
Причем, как в его опытах с гироскопами разделяются сила действия и сила противодействия, так и здесь на этапе снижении энтропии стрелочка на нее реагирует, а при возрастании нет? Как это она может чувствовать две части равновесного процесса…
Прибор Козырева реагирует на изменение энтропии, и эксперименты с ним нужно проводить там, где наглядно изменение энтропии.

Впоследствии после описания опытов в печати, на связь их результатов с изменением энтропии указывали многие экспериментаторы. В 1918 г. немецкий физик, ученик M. Планка, В. Шоттки впервые заинтересовался флуктуациями, прослушав в Берлине лекцию Эйнштейна по статистической механике. Он понял, что даже при полном устранении всех этих возможных источников шумов некоторый шумовой фон в усилителе все-таки должен остаться. Его причина - статистический характер испускания электронов катодом лампы (это явление Шоттки назвал дробовым эффектом)
В начале 30-х годов правильность представлений Шоттки о дробовом эффекте была подтверждена экспериментально, причем из измерений этого эффекта удалось даже получить величину электрического заряда электрона, находящуюся в хорошем согласии со значениями, полученными другими методами.
Именно после экспериментов с растворением у меня появилась мысль о том, что ответы на вопросы, поставленные прибором Козырева, следует искать при исследовании шумовых явлений, как явлений, где наиболее зримо просматривается статистическая суть энтропии и, возможно, даже где-то в области броуновского движения.

А как объясняет происходящее сам Козырев?
“При освещении на поверхности бумаги под действием света проходит процесс, приводящий к изменению скорости хода времени, аналогичный процесс протекает и при растворении...”
В своих более поздних работах он говорит об изменении плотности времени. В 1972 году он не столь категорично говорит только об изменении скорости хода времени в веществе. Другими словами, о том что скорость хода времени – его знаменитая C₂ в различных процессах физических, химических и биологических меняет свою величину и знак, что приводит к возникновению градиентов сил в пространстве, эти силы и регистрируются с помощью крутильных весов.
С одной стороны это вполне правдоподобная модель возникновения сил. Силы - величины векторные и возникать они должны там, где возникают градиенты.

В своей работе “Астрономические наблюдения посредствам физических свойств времени”, опубликованной в 1977 г., (отрывок из нее приведен ниже), Козырев впервые в печати сообщает о применении несимметричных крутильных весов (ПРИБОРА КОЗЫРЕВА). В описании предпосылок, послуживших толчком к созданию этого прибора, он не идет далее того, о чем говорит мне в личных беседах. Для человека, незнакомого с историей вопроса, ПРИБОР КОЗЫРЕВА вообще непонятно откуда взялся и непонятно, какое собственно отношение он имеет к времени. Эффект регистрации с помощью прибора Козырева некоторых сил очевиден (по крайней мере для меня). Влияние времени, увы, не наглядно и не очевидно. С такой трактовкой можно согласится, только если хорошо вникнуть в историю изучения вопроса самим Николаем Александровичем с самого начала, от классификации звезд по энергиям. Этот прибор вырос из практики его исследований

Опыты Майкельсона - Морли как нельзя кстати подтолкнули Эйнштейна к необходимости применения преобразований Лоренца и к созданию специальной теории относительности. У Козырева, увы, не было такой наглядности и надежного обоснования.
Понять то, что он получил с помощью своего дедукционно – индуктивного стиля мышления можно только мысленно снова проделывая его путь.
Вначале он занимается классификацией звезд, рассматривает радиусы и светимости звезд и находит, что соотношение плотности лучистой энергии к плотности частиц (плотности вещества) есть величина (почти) постоянная для всех звезд. По сути отношение энергии к массе для всех звезд есть величина, если не постоянная, то лежащая в очень узком диапазоне.

Энергия в звезде преобладает над массой. В формулу Эйнштейна Козырев подставляет массу электрона, и вот эту самую, полученную из наблюдений среднюю энергию для одной частицы и что? Где 300000 км/сек или хотя бы 100000 км/сек… всего то 300 км/сек.
Это и есть главный парадокс Козырева. Звезда горит, а массу не расходует !!! Ни то чтобы Е=МС², из этого анализа следует, что в звездах масса не превращается в энергию, нет энергия просто немного преобладает над массой! Если бы масса превращалась в энергию, то из звезды должен изливаться океан энергии Е = 90000000000 М, а этого, как следует из наблюдательных фактов, - нет. Если бы было так, то звезда должна была бы иметь или гораздо меньший диаметр или светимость ее была бы несоизмеримо более высокой по сравнению с той, что мы видим.
Смотрите, как интересно, звезда как бы и не горит, а еле-еле теплится над равновесным состоянием… Слишком мала плотность внутренней энергии. В ней нет запаса энергии – это факт полученный из анализа многолетнего опыта астрономических наблюдений. Причем это обработка результатов наблюдений многих астрономов.
Козырев пишет: “С точки зрения теории строения звезд полученные выводы очень странны и неожиданны.”[10] Звезда, как и жизнь, непонятно на чем держится. Для всех видов звезд действует закон:

где В – плотность лучистой энергии и n – число частиц в см³.
Размерность и величина этой константы 300-100 км/сек ставит перед ним новый вопрос о физическом смысле этой величины вытекающей из астрономических наблюдений.

Введение понятия скорости хода времени объясняет размерность и природу этой константы.
δx
------ = C₂ (скорость хода времени)
δt

Далее с помощью экспериментов с маятниками и гироскопами он приходит к нахождению сил, вызванных асимметрией пространства. Необходимо сконструировать более тонкий прибор, способный регистрировать эти силы. Построив такой прибор, Козырев видит, что эти силы буквально разбросаны во всем пространстве. Потому, что в каждой точке пространства существует своя C₂, которая даже и не константа, она по определению самого Козырева меняется от 300 до 2500 км/сек. Значит в пространстве существует распределение скоростей хода времени, которое вызывает градиенты сил.

В этом построении мы имеем три ступени познания строения весьма не явно связанных между собой. Это уже очень много, но до полного завершения и доказательства того, что это и есть картина мира, связанная со структурой времени, нам осталось еще 2-3 шага. Очень громоздкое экспериментально – теоретическое доказательство получилось у Козырева.
1. Звезда 3000-25000 градусов на разбалансе… Это его докторская диссертация, значит, факт признан.
2. Открытие вулканической деятельности на Луне, как доказательство процесса активности в системе Солнце – Земля – Луна. Открытие сделано и общепризнанно. Физический смысл этого открытия в том, что все планеты, даже маленькие имеют внутренние источники тела, не дающие им остыть. И даже сегодня, когда подтвердилось и это предвидение Козырева, - на маленьких холодных спутниках дальних планет космическими станциями обнаружена вулканическая деятельность, скептики трясут головами – не наглядно…
3. Процесс, идущий сразу во всей Вселенной, как говорил Козырев, на зеркале телескопа индуцирует тот же процесс… Козыревская стрелочка реагирует на – стотысячные доли миллиграмма разбаланса миллионно тонных величин межзвездных взаимодействий.

Странный, оспариваемый многими факт, который, все таки существует… Козырев нашел способ, чтобы регистрировать поле сил распределенных вокруг фокуса телескопа с помощью специально для этой цели созданного прибора. Вот как пишет Козырев об истории создания этого прибора:
“Все получилось в результате многолетней совместной работы с В. В. Насоновым. Только благодаря его инициативе и его большому техническому опыту удалось найти и осуществить методику, необходимую для астрономических наблюдений. Плотность времени представляет собой некоторую скалярную величину, которая и наблюдалась в предыдущих опытах. Плотность времени убывает с расстоянием от создающего ее процесса. Поэтому должно наблюдаться и векторное свойство, соответствующее градиенту плотности, которое можно трактовать как излучение времени. Для обнаружения этого свойства было совершенно естественным обратится к крутильным весам. После многочисленных проб была найдена простейшая их конструкция, решающая поставленную задачу. Крутильные весы должны иметь демпфирование, а их коромысло должно быть резко неравноплечным и соответственно иметь большой груз на малом плече. Впоследствии оказалось, что ненужно специального демпфера и вполне достаточно сопротивления воздуха в сосуде с этими весами. Вероятно, демпфирование необходимо для того, чтобы происходило причинное разделение сил в неизбежной паре, которую передает системе время. Хорошие показания дают крутильные весы с отношением плеч порядка 1:10. Материал коромысла и грузов может быть любым, и то же относится к нити подвеса. Практически же лучше применять свинцовые грузы, а для подвеса, а для подвеса капроновую нить диаметром 15 мкм при длине порядка 5-10 см. Во избежание помех со стороны электростатических явлений эти несимметричные весы должны находится в металлическом сосуде цилиндрической формы и быть закрытыми сверху обыкновенным неорганическим стеклом.

Произведенные с этими весами опыты показали, что стрелка весов, т.е. длинный конец коромысла, отталкивается от всех процессов, излучающих время, и притягивается к процессам его поглощающим. Исследования показали, что стрелку весов притягивают очень многие процессы: любые процессы деформации тел, удары воздушной струи о препятствия, работа песочных часов, поглощение света, присутствие наблюдателя, все процессы связанные с трением. Нулевой отчет, т.е. нормальное положение стрелки устанавливается не кручением нити, а действием совокупности происходящих вокруг процессов. Наблюдавшиеся повороты весов происходили на десятки градусов, что соответствовало силам 10^-3- 10^-4 дин. Таким образом, при весе коромысла в несколько граммов его повороты были вызваны составляющими 10^-6- 10^-7 от действующих в системе сил.” [2]

Вот этим крутильным весам, я считаю, вполне заслуженно должно быть присвоено название крутильных весов Козырева или просто ПРИБОРА КОЗЫРЕВА.