Если предположить, что полноценной нации не может существовать без эпоса, без национального эпического героя, героя былинного, то американская нация усвоила эту истину лучше других.
В Европе такой герой появлялся путем естественным – на основе реально существующей личности, к которой со временем добавлялись деяния других людей, персонаж идеализировался, сомнительные и отрицательные качества предавались забвению… Таким образом, на создание короля Артура или Ильи Муромца уходили столетия.
У американцев же этих столетий не было, а национальный герой был необходим хотя бы для того, чтобы избавиться от комплексов перед старушкой Европой. Только события, в которых принимали участие будущие национальные герои, изначально имели сомнительный характер - как завоевания Дикого Запада, войны с кровожадными индейцами, так и подвиги великих стрелков, отважных шерифов и истребителей бизонов. Гражданскую войну почти не затронули по причине того, что многие разделяли мнения южан. Зато прекрасным материалом оказался главный персонаж победивших - Авраам Линкольн (ведь неспроста он стал сегодня главным уничтожителем вампиров).




Президент Линкольн - охотник на вампиров. Постер к фильму

Моральные качества этих персонажей тоже имели весьма сомнительный характер, но важнее оказались качества физические - скорость и меткость стрельбы. Ну а раз вышел победителем, значит, был прав - миф от всего очистит, все пригладит, покажет в нужном свете - и вот уже конокрад, расхититель государственной казны, содержатель публичного дома Уайт Эрп становится образцом добродетели и примером доблести и чести, а враги доблестного героя, естественно, станут отъявленными негодяями и мерзавцами.



Уайт Эрп в жизни



Уайт Эрп в мифе


Выход нашелся. Гангстеры на эту роль не подходили. А вот борцы с преступностью, да не просто борцы, а суперборцы!..
И на этом этапе развития американского мифотворчества главный герой уже был избавлен от сомнительного исторического прошлого самым простым образом – он его не имел вовсе! Проблема оставалась лишь в том, что многочисленные Капитаны Америка, Супермены и Бэтмены, хоть и не тянули за собой шлейф прошлого, являлись прямыми потомками лихих ковбоев и быстро стреляющих шерифов, просто ковбойская шляпа заменилась на эффектный плащ, а кольт или винчестер превратились в целый набор сверхъестественного оружия. Методы защиты мира зависели по-прежнему от быстроты реакции и физического превосходства. Интеллекта этим ребятам хватало ровно на то, чтобы прочесть местную газету, разобрать и собрать заново Бэтмобиль.
В попытке же создать собственного ВД (великого детектива) американцам не хватило, опять же, все того же интеллекта. По сравнению с Шерлоком Холмсом Нат Пинкертон выглядит резвым попрыгунчиком, у которого кулак более развит, чем голова. Европа с восторгом стала потреблять эту задорную культуру. С восторгом, но смешанным с высокомерием. Ведь на то место, которое в европейской культуре занимали персонажи от Пифагора до Фауста, у молодой американской нации в наличии имелся только один персонаж - Томас Алва Эдисон – такой же продукт мифотворчества, как и победитель Людей-Пингвинов. Нет, конечно же, Эдисон существовал! Существовал, работал, изобретал… но в моральном плане был очищен, прилизан и отбелен мифотворцами настолько, что при необходимости рассказывать о нем поддаешься большому соблазну впасть в крайность противоположную – крайность очернительства. Благо причин на то предостаточно!

МИФ О ТОМАСЕ ЭДИСОНЕ ИЛИ ТО, ЧЕГО НЕТ В ШКОЛЬНЫХ УЧЕБНИКАХ...
Повторю, то что уже писала...Томас Эдисон родился 11 февраля 1847 г. в Милане, штат Огайо. Он был младшим - седьмым ребенком в семье. Складывается впечатление, что такое качество, как невероятное упорство, появилось у Эдисона чуть ли не с рождения. Известен случай, когда двухлетний Томас пробовал высиживать гусиные яйца. Родственники забеспокоились, что не видят ребенка уже более двух часов, бросились на поиски… и обнаружили пропажу в сарае за таким необычным занятием. Трудно представить другого ребенка двух лет от роду, способного оставаться на одном месте в течение нескольких часов ради первого научного эксперимента в своей жизни.
В семь лет, как и всех нормальных детей, Эдисона отправили в школу. Однако каково же было негодование родителей, когда через несколько месяцев их попросили забрать ребенка и больше его никогда не приводить ни в эту, ни в какую другую школу. Учителя отзывались о нем только словами "тупица" и "пропащий", вдобавок его невзлюбили дети за нахальство и высокомерие. Пришлось выполнять требование школьного начальства,его учила дома мать, которая сама была учительницей.
В двенадцатилетнем возрасте Эдисон почти полностью оглох на одно ухо. Обстоятельство, которое испортило бы жизнь многим, Эдисона вполне устраивало, ведь сейчас можно было пропускать мимо ушей все нежелательное. Примерно в это же время Томас страстно увлекся чтением. Практически исключив художественную литературу, предпочтение отдавал литературе научной, и тут уж ограничений не было: математика, физика, история, философия… и самая любимая к тому времени наука – химия. В подвале родительского дома юнец оборудовал себе химическую лабораторию. По стенам - полочки, а на полочках - баночки, колбочки, бюксики… Но доверия в этом деле у него не было даже родным – на каждой емкости крупными буквами красовалась надпись "ЯД!", дабы боялись покушаться на собственность самоучки.
Биографы Эдисона с восхищением отмечают, что книги собирались им в течение всей жизни, и количество их в личной библиотеке ученого со временем выросло до 2000. Несколько удивительный повод для восхищения! Библиотека Пушкина на Мойке, считавшаяся по тем временам маленькой, насчитывала всего 12 000 книг. Ну ладно Пушкин! Литератор все-таки… да и эпоха немного не та… Но вот ученый и современник Эдисона Менделеев имел библиотеку в 16 000 томов, и никто этим фактом не восхищается, за исключением, возможно, музейных работников!
Создание библиотеки и содержание лаборатории требовали капиталовложений. Не то чтобы семья была бедна и отпрыску не давали денег, но уж больно хотелось Томасу быть в финансовых вопросах независимым. Выход был один - научиться зарабатывать самому!
Таким образом, в 13 лет Эдисон стал продавцом газет на железной дороге между его родным городом, Порт-Хероном, Мичиганом и Детройтом. Газетный бизнес если и приносит большие барыши, то отнюдь не мелким торговцам, а медиамагнатам вроде Херста. До Херста Эдисону было далеко. Пришлось расширять ассортиментный перечень товаров, в ход пошли овощи и фрукты с родительского огорода, сигары, конфеты и печенье в коробках. По этому поводу один из журналистов спросил у Эдисона: "Так вы были одним из тех пронырливых юнцов, которые продавали коробки печенья с фальшивым дном в полдюйма?" На что Эдисон с гордостью заявил: "Нет! У меня фальшивое дно было всегда дюйм!" Так в юном возрасте проявились еще несколько черт характера, оставшихся у Эдисона на всю жизнь - плутовство и жажда к обогащению.
Однако работа в поездах занимала много времени. Вставать приходилось в 7 утра, а возвращаться домой в 9 вечера – времени на химические опыты оставалось мало. Выход был только один – лаборатория должна быть передвижной! Эдисону разрешили занять угол багажного вагона, куда вскоре переехала лаборатория, а чуть позднее там же разместился купленный по случаю печатный станок. Если уж и быть продавцом газет, так лучше уж продавать свою собственную газету! Новостей хватало. Все-таки шла война между Севером и Югом! (Эдисон был освобожден от призыва в армию по причине частичной глухоты.) Возможно, Эдисон и мог бы со временем потягаться с Херстом, но несчастный случай помешал Томасу сделать карьеру медиамагната – то ли сам Эдисон нахимичил что-то, то ли при тряске поезда разбились и смешались химические емкости, но в багажном отделении вспыхнул пожар!


Пожар в железнодорожной лаборатории

Пожар-то потушили, но юного гения с его пожитками высадили из поезда на ближайшей станции. Карьера печатника и издателя была закончена!



Выброшенный на перрон

В расстроенных чувствах Эдисон забросил химические опыты и без цели слонялся около депо железной дороги Маунт Клеменс в ожидании чуда. Провидение было благосклонно к молодому человеку - на путях, ковыряясь в гравии, сидел трехлетний ребенок, оставленный без присмотра. Это уже само по себе было плохо, но еще хуже было то, что к малышу неумолимо приближался товарный состав! Не в силах остановить поезд, машинист криком пытался изменить ситуацию. По непонятной причине крики эти услышал не кто иной, как глуховатый Эдисон. Он, конечно, вытащил ребенка из-под колес поезда, а все то же провидение уготовило еще один сюрприз – ребенок оказался сыном начальника станции.



Великолепное спасение

Растроганный папаша в порыве благодарности предложил спасителю обучение телеграфному делу и работу после обучения. Эдисон благосклонно согласился, науку постиг быстро и в совершенстве, после чего получил работу телеграфиста в ночную смену на железнодорожной станции. Телеграфистом он был отличным, но работником никудышным. На службу опаздывал, на рабочем месте читал, занимался химическими опытами или чаще всего спал. После того как по его вине чуть не столкнулись два локомотива, Эдисона пришлось выгнать с работы.
Оставшись снова без заработка, наш герой расстроился меньше, чем в первый раз, ведь теперь у него уже была профессия. Город, конечно, пришлось сменить, но работа нашлась быстро, ведь он был телеграфистом .Сейчас это была станция Линауи, откуда его, правда, вскоре выгнали за хулиганство на линии, затем его выгнали и со станции Форт-Вейне…
На следующем месте, в Цинциннати, Эдисон сделал свое первое изобретение – телеграфный повторитель, позволяющий делать вид, что ты работаешь, в то время как на самом деле - спишь. За изобретение он получил повышение до оператора первого класса и прибавку к жалованию до $125... Однако вскоре его выгнали и оттуда.
В следующий раз его уволили со станции Луисвилле за то, что он, занимаясь в рабочее время химическими опытами, разлил серную кислоту, которая просочилась этажом ниже прямо в офис начальства. Так, выгоняемый с каждого нового места работы меньше чем через год и переезжая с места на место в поисках новой работы, Эдисон исколесил Канаду и добрался аж до Бразилии, а потом проделал тот же путь в обратном порядке до Цинциннати.
Вторично уволили его в Цинциннати за полное пренебрежение к работе и систематические прогулы. Вот уж чего-чего, а прогулов раньше Эдисон себе не позволял. Что же случилось на сей раз? А случилось то, что Эдисон окончательно забросил химию, которая приносила ему только неприятности, и увлекся электричеством. С тем же упорством, с которым он высиживал когда-то утиные яйца, сейчас дни напролет (в ущерб работе) просиживал в библиотеке, изучая все, что хоть каким-то образом касалось электричества и телеграфного дела. Следующим за Цинциннати городом для Эдисона стал Бостон.
В Бостон Эдисон приехал уже хорошо подкованным в области электричества. Просиживать в библиотеках необходимости больше не было и, находясь на работе, можно было посвятить себя изобретательству. Первый в своей жизни патент Эдисон получил за аппарат для подсчета голосов на выборах. Получить-то патент он получил, да вот только аппарат так и остался невостребованным. Выборы во всех странах и во все времена были делом слишком щекотливым, чтобы доверять его бездушному, неподкупному и незаинтересованному аппарату. Эдисон был крайне расстроен и дал себе слово, что больше никогда в жизни не будет заниматься тем, что не приносит прибыли.
Изобретателя тянуло к деньгам как муху на мед, а большие деньги, как он слышал, водились на бирже. Вот туда-то и устремились его взоры. Размениваться на Бостон смысла не было, необходим был Нью-Йорк, где происходили основные события на биржевом рынке.
Трудоустроиться в Нью-Йорке оказалось делом не таким уж и простым (своих телеграфистов девать некуда было), но провидение и на этот раз пришло на выручку. Зайдя как-то в поисках работы в офис Gold Indicator Company, Эдисон узрел там невообразимую суету. Причиной паники оказался сломанный телеграфный аппарат, который обеспечивал связь с биржей. Уж в чем в чем наш герой разбирался, так это в телеграфных аппаратах. Достаточно было беглого взгляда, чтобы определить причину поломки, о чем и было объявлено вслух.

"Так чини же скорее!" - закричал главный управляющий компании… и через два часа Эдисон был принят на работу на должность управляющего с неимоверным по тем временам окладом в 300$ в месяц. С этого момента Эдисон стал частью биржевой жизни, смог наблюдать всю кухню изнутри. Он был очевидцем событий "черной пятницы" 24 сентября 1869 года и быстро пришел к выводу, что успех игры на бирже во многом зависит от скорости передачи информации курсов акций. Использовали для этих целей специальные телеграфные аппараты, которые не отличались большой скоростью и частенько выходили из строя, следовательно, их можно было усовершенствовать, что и было проделано, а патент изобретения предложен в Gold And Stock Telegraph Company.
Долго размышлял изобретатель, какую же сумму потребовать за проделанную работу. Решил, что попросит 5 000$, а если почувствует недовольство покупателей - снизить до 3 000$. Однако в последний момент он испугался собственной наглости и прибег к спасительному в таких случаях "А сколько вы дадите?" Каково же было изумление Эдисона, когда он услышал: "Мы готовы заплатить вам 40 000$". "Ну, ладно.…Так уж и быть... Но обязательно наличными!" - согласился изобретатель.
Он, вне себя от радости, помчался в банк обналичивать чек, но кассир решил подшутить над ним и выдал всю сумму мелкими купюрами. Всю ночь не спал наш бедняга, пересчитывая деньги и боясь, что их украдут. Наутро, с воспаленными от бессонницы глазами, он был вынужден просить совета, в ответ ему было рассказано о том, что банки существуют не только для того, чтобы получать наличные деньги, но и чтобы хранить их. 40 000$ и сейчас большие деньги, а по тем временам и вовсе баснословные! Эти деньги позволили Эдисону начать собственное дело.
В штате Нью-Джерси, в городке Ньюарке он открывает прекрасно оборудованные мастерские, нанимает штат рабочих из среды людей, близких к науке и технике. Другими словами, создает первую в мире научную лабораторию. Привлекает инвесторов-бизнесменов, обещая им, что с этой поры у них не будет недостатка в технических новшествах и начинает принимать заказы на изобретения.Мастерская не занималась изобретениями как таковыми, а лишь усовершенствовала уже известные, но усовершенствовала, доводя почти до совершенства, насколько это позволяли современные знания. Тиккеры, прерыватели, перфораторы, чернильные самописцы… усовершенствовались, переделывались или, как говорят сейчас, доводились до "рыночной кондиции". При этом малейшее изменение патентовалось, а нарушители патентов тщательно отслеживались и подвергались судебным искам, что тоже приносило дополнительный и немалый доход.
Впервые за свою жизнь (если не считать родительского дома) Эдисон провел на одном месте целых 6 лет и даже успел обзавестись женой и двумя детьми - сыном и дочкой, которых в шутку называл Точка и Тире (позже у Эдисона появился и третий ребенок, а затем еще и еще)




Мэри Стилвелл, первая жена Эдисона

В 1876 году Эдисон переместил свою мастерскую в небольшой городок Менло-Парк, в штате Нью-Джерси. Количество работников увеличилось вдвое - с 50 до 100 человек и со временем продолжало прирастать. На Эдисона работали очень многие люди, которые со временем прославились в области электротехники: Шуккерт, Круэзи, Флеминг, Ачесон, Кеннелли, Тесла.…
Многие впоследствии с удовольствием вспоминали времена, проведенные в Менло-Парке. Атмосфера в коллективе была сплоченная и радушная, Эдисон платил неплохое жалование, обеспечивал хорошие условия проживания, но при этом самого Эдисона недолюбливали, он был несговорчив, упрям, нелюдим, ворчлив, небрежен в одежде, вдобавок туговат на ухо и вечно всклокочен, за что уже в 30 лет был прозван "Стариком".

"Ты останешься здесь, пока не доделаешь работу!"

Смущало еще одно обстоятельство - что бы и кем бы не изобреталось в мастерской в Менло-Парке, патентовалось это от имени Эдисона. Такое впечатление, что у Эдисона к тому времени появилась еще одна пламенная страсть (как некогда химия или электричество), оставшаяся на всю жизнь - это патентное право. У него было рекордное количество патентов, выданных когда-либо одному человеку - 1093, в среднем по 1,5 патента в месяц.При этом не только получение патента интересовало изобретателя, но и тщательное отслеживание нарушителей и судебные тяжбы с ними, что иногда приносило прибыли больше, чем само изобретение. И ладно бы, если бы сам Эдисон свято чтил патентное законодательство… Некоторые разбирательства длились по 15 лет и отнюдь не все решались в пользу Эдисона, но за эти 15 лет он успевал извлечь все возможные дивиденды из "своего" изобретения. Самым успешным делом и с точки зрения прибыли и с точки зрения известности оказалось усовершенствование электрической лампочки. В чем заключалось усовершенствование?... За пять лет до Эдисона Александр Николаевич Лодыгин получил патент на подобную лампочку накаливания, но Эдисону это было до лампочки… он наладил их промышленное производство и задался мечтой осветить весь Нью-Йорк. Нью-Йорк не возражал. Электрическое освещение было ярче и безопаснее газового. Но помимо ламп, которых было нужно много (срок службы одной составлял всего 40 часов), нужны были электростанции, а также подстанции, поскольку использовался постоянный ток, терявший свою мощность при передачи на расстояние. Эдисон все эти хлопоты взял на себя. И получил патент, как изобретатель электролампочки.
В Нью-Йорке открылась первая центральная электростанция Эдисона. Электрические сети, линии электропередачи, генераторы электрического тока… всё это приносило прибыль, расширялось, создавались компании, концерны, тресты, которые объединялись, поглощали конкурентов... И во главе всего этого стоял великий Эдисон. Правда, в этот период случилось несчастье - умерла его первая жена Мэри. Но вскоре появилась другая - (вдвое моложе) Мина.


Мина Миллер, вторая жена Эдисона
А тем временем в Нью-Йорк без единого цента в кармане прибыл другой великий ученый и изобретатель того времени – Никола Тесла.

Офис Эдисона находился на Пятой авеню, куда Тесла и направился первым делом. Понаслышке, заочно, они были знакомы уже давно и восхищались друг другом, так что вопрос о трудоустройстве был решен быстро. Однако не прошло и года, как взаимное восхищение сменилось непримиримой войной. Дело в том, что Тесла был увлечен идеей применения переменного тока, что категорически не устраивало Эдисона, ведь вся его империя была выстроена на применении постоянного. Работодатель всячески отмахивался от выкладок своего подчиненного, игнорировал их и старался загрузить Теслу так, чтобы у того почти не оставалось свободного времени. Но однажды, когда Тесла в очередной раз пришел со своими идеями, Эдисон предложил ему, вместо того чтобы заниматься ерундой, усовершенствовать генераторы постоянного тока, на что ни у него самого, ни у его команды уже фантазии не хватало. За положительный результат Тесле было обещано вознаграждение в $50 000. Прошло всего несколько недель, и Тесла предоставил результаты - 24 изменения, значительно улучшающих работу. Эдисон чуть не прыгал от восторга, но стоило только Тесле заикнуться об обещанном гонораре, как настроение у босса испортилось. "Какие 50 000? Молодой человек, у Вас нету чувства юмора! Это была шутка!"
Вполне ожидаемой реакцией Теслы было бы уйти и громко хлопнуть дверью. Тесла был человек воспитанный. Он ушел, но дверью хлопать не стал. Пока не закончились деньги, полученные в качестве выходного пособия, Тесла успел разработать лампу, принципиально отличавшуюся от Эдисоновской. Она и светила ярче, и срок службы был дольше за счет того, что рожки, на которых держится нить накаливания, автоматически сокращают расстояние между собой по мере выгорания нити, и при этом работала лампа от переменного тока. Ну а когда Тесла опять остался без единого цента в кармане, пришлось поработать и землекопом, и строителем, и кладовщиком… Но все же изобретатель нашел единомышленников и силы для того, чтобы создать собственную компанию. Обратившись к властям Нью-Йорка, он предложил осветить на пробу, в качестве эксперимента, одну из улиц города своими осветительными приборами. Власти согласились легко, потому как денег было попрошено значительно меньше, чем того требовал Эдисон.
Однако Эдисон, в отличие от Теслы, был человек невоспитанный и с энтузиазмом пустился в очернительство. Во всех газетах города он делал заявления, что Тесла шарлатан и мошенник, и что улица как была темной, так и останется, а такие же темные чиновники выбросят городские деньги на потребу проходимцу. К великому сожалению Эдисона, "темные" чиновники его не послушались, а темная улица превратилась в очень даже освещенную. Но поток ругани и оскорблений не прекратился. "Тесла обманщик и ничтожество, а то, что фонари дают свет, так это потому, что используется не переменный ток, а постоянный, и идея украдена у меня!" И уж совсем не сожаление, а лютое негодование Эдисона вызывал тот факт, что офис компании Теслы находился на той же Пятой Авеню, что и офис Эдисона, и все его сотрудники могли наблюдать, как к подъезду подъезжают автомобили, привозя Тесле очередные заказы.
А заказов посыпалось множество. Несмотря на травлю в прессе, Тесле продолжало везти: Джордж Вестингауз, крупный промышленник и очень богатый человек, прекрасно разбирающейся в физике, увидел преимущества переменного тока и сделал Тесле фантастическое предложение: Он, Вестингауз, выкупит у Теслы все существующие на данный момент патенты Теслы за баснословную сумму в один миллион долларов США наличными, а самого Теслу берет консультантом с неограниченными полномочиями на свою фабрику в Питсбурге. А что производит фабрика? А вот генераторы переменного тока и будет производить! Устоять перед таким предложением было невозможно! Тесла и не устоял.


Ну а Эдисон не устоял против того, чтобы не начать полномасштабную войну со столь ненавистным ему переменным током. Газеты взахлеб рассказывали о смертельной опасности переменного тока. Ну а для пущей убедительности по всей стране начали появляться помосты с проводами непонятного назначения и рубильником. Созывался народ, и публично на помост затаскивали бездомных собак, к которым и подсоединялись те самые провода. Затем через невинное животное пропускали постоянный ток – бедняга мучилась, но оставалась жива, процедуру повторяли, но уже с переменным током. Куда уж наглядней - и цвет, и запах паленого мяса, и труп невинного животного... То, что Великий Волшебник из Менло-Парка безбожно обманывал доверчивых зрителей этого представления, догадывались очень немногие. Ведь причиной смерти являлось не то, какой ток пропускали через животное, а с какой силой.
Тесла был вынужден защищаться от этой агрессии. Правда, в силу своей воспитанности, за всю свою жизнь он только единожды позволил себе критически высказаться по поводу Эдисона в прессе: " В научном подходе Эдисона откровенно чувствуется нехватка образования. Вместо того чтобы высчитать, какой материал лучше всего подойдет для нити накаливания, Эдисон переберет их тысячи, пока случайно, методом исключения, не набредет на нужный. Если бы Эдисону понадобилось найти иголку в стоге сена, он не стал бы терять время на то, чтобы определить наиболее вероятное место ее нахождения, а немедленно, с лихорадочным прилежанием пчелы, начал бы осматривать соломинку за соломинкой, пока не нашел бы предмет своих поисков. Его методы были крайне неэффективны: он мог затратить огромную энергию и время, но не достигнуть ничего, если только ему не помогала счастливая случайность". Тесла также устраивал публичные представления. Но, решив для себя, что не имеет права использовать в своих целях ни одно живое существо, кроме себя самого, все демонстрации проводил только на себе. Выглядело все это очень эффектно: он пропускал через себя переменный ток высоких частот, в его руках загорались лампочки, ни к чему не подсоединенные, вокруг него образовывалось загадочное свечение….
Но демонстраций с убийством животных оказалось мало для кровожадности Эдисона. Вот если бы подобным образом прикончить не никому не нужную псину, а человека! Ну, человека, так человека! И Эдисон конструирует орудие смертной казни – электрический стул.

Смерть Уильяма Кеммлера. Рисунок очевидца

Конечно же, не вызывает сомнения, что в этом великом изобретении используется генератор Вестингауза. Но что-то гениальный Эдисон недоработал к моменту первой публичной казни, и преступник (Уильям Кеммлер из Буффало, зарубивший топором свою сожительницу) умирал в страшных страданиях. Ток включили на 17 секунд, но преступник выжил, обожженный, с обуглившимися конечностями, он оставался в сознании и в муках ждал, пока аккумулятор перезарядится. Повторное включение тока длилось больше минуты и было наконец-таки смертельным.Вестингауз на это обстоятельство заявил: "Лучше бы они его топором зарубили! Было бы и быстрее и надежнее!" США все-таки приняли Закон об электрической казни, после чего Вестингауз был вынужден запретить продажу своих генераторов Эдисону. Эдисон же завалил прессу статьями с кричащими заголовками типа: "Вестингауз убивает Кеммлера!" и продолжал покупать генераторы через подставных лиц, сожалея лишь о том, что столь поучительное зрелище не было зафиксировано с помощью уже изобретенного киноаппарата.
Через одиннадцать лет, когда в этом уже почти не было необходимости, положение было исправлено и убийца 25-го президента Америки, Леон Франк Чолгош (Леон Жовгусь), кстати сказать, выходец из Беларуси, был казнен на электрическом стуле в присутствии кинокамеры. И что вы думаете? Для остроты ощущения публике как раз необходим был запах жареного мяса , труп под занавес. Общественное мнение стало на сторону Эдисона. При всей очевидности преимуществ разработок Теслы Америка закончила войну токов только в наше время. В 2007 году была торжественно перерезана последняя линия постоянного тока в США.
Окончание следует