Вместо указательных столбов из песка торчали человеческие скелеты, напоминая буддийскому монаху Сюань-цзану, отправившемуся в 629 году нашей эры в паломничество в Индию, как опасен Великий шелковый путь — главная артерия для установления торговых и военныхконтактов, а также для распространения различных идей и религий. Посреди пустыни у западных границ китайской империи монах попал в песчаную бурю и сбился с пути. А из-зажары у него начались галлюцинации — стали чудиться полчища грозных воинов. Но еще страшнее были разбойники: вооруженные мечами, они подстерегали караваны и отбирали у них грузы с чаем, шелком и керамическими изделиями.Их везли на запад, в Персию и Средиземноморье, а золото, драгоценные камни и лошадей переправляли на восток, в Чанъань — столицудинастии Тан, один из крупнейших в те времена городов мира.Описывая впоследствии свое путешествие, Сюань-цзан признавался, что силу духа в нем поддерживал на Шелковом пути только буддизм.Великим шелковым путем шли и другие религии — манихейство, христианство, зороастризм, а впоследствии и ислам. Но ни одна из нихне повлияла на Китай так, как буддизм, который стал распространяться из Индии в первые три века новой эры. Буддийские манускрипты, которые Сюань-цзан привез из Индии, чтобы на протяжении двух десятков лет изучать и переводить, легли в основу китайского буддизма. Почти в самом конце своего путешествия длиной в 16 лет монах остановился в Дуньхуане, процветавшем оазисе на Великом шелковом пути, где на пересечении потоков людей и культур родилось одно из величайших чудес буддийского мира — храмовые пещеры Могао.