В минувшую пятницу, 23 апреля, Госдума в третьем чтении приняла законопроект «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в связи с совершенствованием правового положения государственных (муниципальных) учреждений». О нем давно и со страхом говорят работники системы образования, здравоохранения и других бюджетных организаций.

Хотя формально этот закон всего лишь реорганизует финансирование и несколько меняет правовой статус бюджетных учреждений, его последствием вполне может стать фактическая отмена бесплатного среднего образования и здравоохранения — в том виде, в котором мы привыкли их воспринимать с советских лет.

Суть предлагаемой и уже почти принятой реформы в том, что бюджетные учреждения становятся более самостоятельными экономически — но при этом лишаются гарантированного бюджетного финансирования в полном объеме. По традиционной схеме будут финансироваться лишь такие учреждения, как военные части, исправительная система, психиатрические больницы, лепрозории.

А вот обыкновенным школам и больницам деньги дадут лишь по числу учеников (пациентов) и только в рамках гарантированного государством лимита образования (лечения). Вопрос о бесплатном лимите — а он, понятно, самый важный в этой ситуации — обсудят лишь в ноябре этого года, за месяц до начала реформы.

Пока больше всего взволнованы родители школьников — они обсуждают слухи о том, что в бесплатный лимит могут войти лишь 2 часа русского языка в неделю, 2 часа математики, 3 часа физкультуры и 3 часа религии (ОПК, светская этика или уроки по другим конфессиям, в зависимости от школы). Такой эксперимент, по словам некоторых родителей, уже начался в Южном административном округе Москвы.

Остальные предметы и дополнительные часы, как сообщают те же родители со ссылкой на директора одной из школ округа, будут платными: за полноценный язык родителям придется заплатить 1000 рублей в месяц, за остальные предметы — по 500. Таким образом, полноценное обучение среднего столичного школьника обойдется его родителям в 5—6 тысяч рублей в месяц. Сумма для московских родителей не запредельная, но для многих весьма ощутимая.

В управлении образования ЮАО города Москвы «СП» официально не подтвердили наличие такого эксперимента. Однако при личной беседе с корреспондентом издания директор одной из столичных школ подтвердил, что подобные инициативы обсуждаются на совещаниях у чиновников системы образования столицы. «Указанный состав бесплатных предметов, конечно, слишком жесткий — к тому же речь, скорее всего, идет о начальной школе — но в принципе директоров школ уже готовят к тому, что очень скоро нам придется зарабатывать на детях, а бюджетное кормление заканчивается».

Стоит отметить, что Конституция РФ и закон «О всеобщем среднем образовании» гарантируют гражданам России бесплатное общее образование — однако в этих документах не регламентирован его объем. Таким образом, урезание бесплатного образовательного минимума хотя бы и до объема церковно-приходской школы не потребует изменения ни в Конституции, ни в законе.

Впрочем, даже если бы такие изменения и потребовались — внести их с нынешним составом Госдумы вполне возможно силами одной «Единой России». Как это, собственно, и произошло с принятым в пятницу законом о бюджетных организациях: фракция КПРФ и депутаты других фракций выступили против, но голосов правящей партии хватило и без убеждения оппозиционеров.

Поразительно, но грядущая радикальная реформа образования, которая, если состоится, изменит — и не в лучшую сторону — жизнь миллионов россиян, остается практически незамеченной ни крупными федеральными СМИ, ни их аудиторией. Иначе говоря, о готовящемся переводе образования и здравоохранения на платную основу не знает большинство жителей России, а те, кто знает, уверены, что не могут ничего изменить.

В такой ситуации трудно удержаться от параллелей и не вспомнить, когда среднее образование в России в последний раз было платным. Перевести старшую школу и ВУЗы на коммерческую основу постановил Совнарком в 1940 году — когда уже шла Вторая мировая война и надвигалась Великая Отечественная.

Это постановление имеет смысл привести полностью:

№27 от 26 октября 1940 года

Постановление №638

«Об установлении платности обучения в старших классах средних школ и в высших учебных заведениях СССР и об изменении порядка назначений стипендий».

Учитывая возросший уровень материального благосостояния трудящихся и значительные расходы Советского государства на строительство, оборудование и содержание непрерывно возрастающей сети средних и высших учебных заведений, Совет Народных Комиссаров СССР признает необходимым возложить часть расходов по обучению в средних школах и высших учебных заведениях СССР на самих трудящихся и в связи с этим постановляет:

1.Ввести с 1 сентября 1940 года в 8, 9, и 10 классах средних школ и высших учебных заведениях плату за обучение.

2.Установить для учащихся 8-10 классов средних школ следующие размеры платы за обучение:

а) в школах Москвы и Ленинграда, а также столичных городов союзных республик – 200 рублей в год;

б) во всех остальных городах, а также селах – 150 рублей в год.

Примечание. Указанную плату за обучение в 8-10 классах средних школ распространить на учащихся техникумов, педагогических училищ, сельскохозяйственных и других специальных средних заведений.

1.Установить следующие размеры платы за обучение в высших учебных заведениях СССР:

а) в высших учебных заведениях, находящихся в городах Москве и Ленинграде и столицах союзных республик, - 400 рублей в год;

б) в высших учебных заведениях, находящихся в других городах, - 300 рублей в год…

Председатель Совета Народных Комиссаров Союза ССР В. Молотов

Управляющий Делами Совета Народных Комиссаров СССР М. Холмов

Москва, Кремль. 2 октября 1940г. №1860.

Этот странный для коммунистического государства возврат к коммерческому образованию объяснялся прагматическими соображениями: в СССР на тот момент было куда больше нужды в рабочих руках, чем в людях с высшим образованием. К тому же, военные учебные заведения оставались бесплатными — а значит, после школы-семилетки мальчишек стимулировали идти в летные, танковые и тому подобные училища. Надвигалась война, и правительство не могло этого не понимать.

Было и еще одно, на сей раз не столь прагматичное, соображение. Введение платы за обучение — такой, какую могли легко позволить себе уже имеющиеся специалисты с высшим образованием, но не могли низы советского общества — было серьезным шагом к закреплению новой сословности в советском обществе. Сын инженера мог стать инженером, сын рабочего с большой долей вероятности оставался рабочим, сын колхозника — колхозником. Если, конечно, не шел в армию или партию, которые были единственными работающими социальными лифтами.

Сталин почти построил такое общество — в нем, если говорить об образовании, было восстановлено даже раздельное обучение девочек и мальчиков. Но чуть-чуть не успел: скончался в 1953 году. Отменили платное и раздельное образование в 1954 году. То есть сразу после наметившегося поворота к «ленинским ценностям».

Экстраполируя советскую историю на нынешнее положение дел, логично задать вопрос: что именно сейчас нужно властям, реформирующим систему образования? Страна готовится к войне (это можно предположить и по некоторым шагам военной реформы, например, по тотальному внедрению «паспортов призывника») или хочет новой сословности?

Если первое — то это, как говорится, не дай Бог. А если второе — то ввести сословность нынешнему руководству России будет еще труднее, чем Сталину. У «отца народов» было под началом общество, еще хорошо помнившее прежнюю сословность и не имевшее, в массе своей, высшего образования. В современной же России процент выпускников вузов не в пример выше, а бессословное общество — стараниями товарищей Хрущева, Брежнева и других — все-таки было построено.