Самые ранние из известных концепций Xаоса - шумерская и древнеегипетская относятся, скорее всего, к 3-му тыс. до н. э. В космогонических мифах Древнего Египта Xаос воплощается в образе первородного океана Нуна, характеризуемого небытием, отсутствием неба, земли, тварного мира. Однако, как следует из «Книги пирамид» (§ 1040 а-d), этому Xаосу не присущи беспорядочность и ужасность.

Внутри Нуна находится творец (Атум, Хепри), который из Нуна творит всё сущее (хепру, «существование», от хепер, «существовать»), «уничтожая Xаос воды» (гераклеопольское сказание).

В шумерской версии существенно, что угроза Xаосу возникла с рождением Энлиля (элемент «лиль» означает ветер, дуновение воздуха). Его воздушная субстанция и была, собственно, первым заполнением уже космического пространства и первым носителем движения (ср. аналогичную роль Шу в египетской мифологии.

Мировая бездна (др.-евр. tehom, слово, родственное аккадскому Ti’amat) описывается не как что-то вечное, абсолютное, исконно самостоятельное, а как созданное творцом. Бог не только грозит потопом (который не есть простое наводнение, а именно выпущенная на волю божьим попущением бездна - Хаос), но и освобождает бездну - tehom от преград. Но и в этом случае бог сохраняет контроль над хаотическим потопом.

Особенность древнееврейской концепции образов Xаоса состоит в том, что все, кто противится богу и пытается нарушить мировой порядок, помещаются в морские воды, т. е. в остаток бездны на земле. Т.о., библейская традиция исходит из отчётливо богоборческого Xаоса. Сходная ситуация отмечена и в более ранней, угаритской мифологии, где известны бог смерти My ту, морской бог-чудовище Йамму, противник «благого божества» Балу. В финикийской космогонии (в противоположность древнееврейской) мутный, темный Xаос беспределен, вечен и изначален.

Описания «нулевого» Xаоса известны из «Старшей Эдды» [«В начале времён не было в мире ни песка, ни моря, ни волн холодных; земли ещё не было и небосвода, бездна сияла, трава не росла» («Прорицание вёльвы»).