1857
Федор Артурович Келлер
военачальник Русской Императорской армии, Свиты Его Императорского Величества генерал от кавалерии, «первая шашка России». Один из руководителей Белого движения на Юге России в 1918 году. Кавалер орденов Святого Георгия III и IV степеней. Участник Русско-турецкой, герой Великой войны. Племянник героя русско-японской войны графа Фёдора Эдуардовича Келлера. Фёдор Артурович Келлер родился в Курске, в семье военного. В его жизни у него было две супруги: 1882 год — баронесса Елизавета Мария Эдуардовна фон Ренне (1862—1929); 1897 год — Княжна Мария Александровна Мурузи (1872-??). Окончив приготовительный пансион Николаевского кавалерийского училища, 31 августа 1877 года без ведома родителей вступил вольноопределяющимся II разряда в 1-й лейб-драгунский Московский Его Величества полк, с которым выступил на фронт. За выдающуюся храбрость в боях был награждён двумя солдатскими Георгиевскими крестами.. В 1878 году выдержал офицерский экзамен при Тверском кавалерийском юнкерском училище и 31 марта был произведен в чин прапорщика. В 1880 году прапорщик Ф.А.Келлер был переведён в Клястицкий 6-й гусарский полк, в котором более семи лет служил командиром эскадрона и дослужился до чина ротмистра. Затем командовал Крымским дивизионом, формировавшимся из призывников-мусульман Таврической губернии и нёсшим почётную охранную службу в Ливадии во время Высочайших приездов в Крым. В 1888—1889 годах «на отлично» прошёл курс обучения в Офицерской кавалерийской школе, после чего служил в драгунских полках: 24-м Лубенском (1894—1901), 23-м Вознесенском (1901) и 11-м Харьковском (1903—1904). Командовал Крымским дивизионом (1901—1903). «За отличия по службе» в 1894 году был произведён в подполковники, а в 1901 году — в полковники. С 29 февраля 1904 года командует 15-м драгунским Александрийским его императорского высочества великого князя Николая Николаевича Старшего полком, а с 19 ноября 1906 года — Лейб-Гвардии драгунским полком. Отношения с подчинёнными гвардейцами у Келлера не сложились — отдавая должное его храбрости, они считали его жестоким. В 1905 году, временно исполнял обязанности Калишского генерал-губернатора во время усмирения Польши. В мае 1906 года в Калише, возвращаясь с учения, был ранен (более 30 ран) и контужен взрывом брошенной в него террористами бомбы, лишь благодаря своей ловкости избежав смерти. В 1907 году был назначен флигель-адъютантом и в том же году произведён в генерал-майоры с зачислением в Свиту Его Императорского Величества. 27 июня 1910 года был назначен командиром 1-й бригады Кавказской кавалерийской дивизии, а 8 марта 1912 года — командиром 10-й кавалерийской дивизией. 13 июня 1913 года получил чин генерал-лейтенанта. Его внешность: высокая, стройная, хорошо подобранная фигура старого кавалериста, два Георгиевских креста на изящно сшитом кителе, доброе выражение на красивом, энергичном лице с выразительными, проникающими в самую душу глазами. За время нашей службы при 3-ем конном корпусе я хорошо изучил графа и полюбил его всей душой, равно как и мои подчинённые, положительно не чаявшие в нем души. Граф Келлер был чрезвычайно заботлив о подчинённых; особое внимание он обращал на то, чтобы люди были всегда хорошо накормлены, а также на постановку дела ухода за ранеными, которое, несмотря на трудные условия войны, было поставлено образцово. Встречая раненых, выносимых из боя, каждого расспрашивал, успокаивал и умел обласкать. С маленькими людьми был ровен в обращении и в высшей степени вежлив и деликатен; со старшими начальниками несколько суховат. Неутомимый кавалерист, делавший по сто вёрст в сутки, слезая с седла лишь для того, чтобы переменить измученного коня, он был примером для всех. В трудные моменты лично водил полки в атаку и был дважды ранен. Когда он появлялся перед полками в своей волчьей папахе и в чекмене Оренбургского казачьего войска, щеголяя молодцеватой посадкой, чувствовалось, как трепетали сердца обожавших его людей, готовых по первому его слову, по одному мановению руки броситься куда угодно и совершить чудеса храбрости и самопожертвования» (А.Г.Шкуро). Выступил на фронт во главе 10-й кавалерийской дивизии, которая вошла в состав 3-й армии генерала Н.В.Рузского. 21 августа 1914 года в бою у Ярославиц разбил 4-ю австро-венгерскую кавалерийскую дивизию. В ходе Галицийской битвы организовал преследование неприятеля и 13 сентября взял у Яворова 500 пленных и 6 орудий. 30 марта 1915 года атаковал в конном и пешем строю в районе деревень Рухотин, Полянка, Шиловцы, Малинцы 42-ю гонведскую пехотную дивизию и бригаду гусар 5-й гонведской кавалерийской дивизии, наступавших на город Хотин, разбив и частью уничтожив их, взял в плен 33 офицера, 2100 нижних чинов, захватил 40 походных кухонь и 8 телеграфных вьюков. За боевые отличия награждён орденами Святого Георгия IV и III класса. С 16 апреля 1915 года командовал 3-м конным корпусом (10-я кавалерийская, 1-я Донская и 1-я Терская казачьи дивизии). Во время армейского наступления в конце апреля 1915 года сыграл выдающуюся роль в Заднестровском сражении (9-11 мая. 10 мая провёл знаменитую конную атаку у Баламутовки и Ржавенцев силой 90 сотен и эскадронов в конном строю, выбив противника из тройного ряда окопов с проволочными заграждениями у деревни Гремешти на берегу Днестра, прорвался в тыл австрийцев и овладел высотами правого берега ручья Онут, при этом захватил в плен 23 офицера, 2000 нижних чинов, 6 орудий, 34 зарядных ящика. Во время общего наступления Юго-Западного фронта в Буковине в 1916 году корпус Келлера входил в состав 9-й армии генерала П.А.Лечицкого. В начале июня корпусу Келлера вместе с корпусом генерала М.Н.Промтова было поручено преследовать отходившую южную группу 7-й австро-венгерской армии. 23 июня занял Кымполунг, взяв в плен 60 офицеров и 3,5 тысячи нижних чинов и захватив 11 пулеметов. 28 января 1917 года был произведен в генералы от кавалерии. 16 марта в штабе корпуса была получена телеграмма из Ставки об отречении Императора от Престола. Командир корпуса сразу же, не сомневаясь в своих офицерах, провёл собрание унтер-офицерского состава, где, выяснив и его преданность отрёкшемуся Царю, на 17 марта вызвал корпус в окрестности Оргеева, где, построив корпус в каре, и во всеуслышание своего корпуса заявил: «Я получил депешу об отречении Государя и о каком-то там Временном правительстве. Я, ваш старый командир, деливший с вами и лишения, и горести, и радости, не верю, чтобы Государь Император в такой момент мог добровольно бросить армию и Россию». В полдень 19 марта граф Келлер отправил телеграмму Государю, в которой выражал негодование от лица корпуса и себя лично по отношению к тем войскам, что присоединились к мятежникам, а также просил Царя не покидать Престола. Полкам 3-го корпуса зачитали тексты обоих актов отречения, солдаты отреагировали на это ярко выраженным недоумением. «Неожиданность ошеломила всех. Офицеры, так же, как и солдаты, были озадачены и подавлены». И только в нескольких группах солдат и интеллигенции — писарей, технических команд, санитаров — царило приподнятое настроение. После переворота генерал Келлер предпринял всё, что было в его силах для поддержания порядка в частях корпуса и противодействия начавшимся в армии разрушительным революционным процессам, продолжал держать 3-й конный корпус в кулаке. Вступил в конфликт с новым военным министром Гучковым по причине протеста против вредных для армии вводимых им новшеств. Уходить в отставку по собственному желанию генерал Ф.А.Келлер совершенно не собирался, поэтому неудивительно, что его позиция относительно происходящего в стране и в армии сделала его «одним из первых кандидатов в списке высших офицеров, которых новая революционная власть решила отправить в отставку как неблагонадёжных», а повода для отставки ждать долго не пришлось: граф Келлер отказался как сам приносить присягу Временному правительству, так и приводить к ней свой конный корпус. Перехваченная верноподданническая телеграмма графа привела к прибытию вскоре в штаб келлеровского корпуса генерала Маннергейма, который предпринял попытку уговорить Келлера подчиниться Временному правительству или, как минимум, убедить его отказаться от воздействия в этом отношении на своих подчинённых. Однако граф не пошёл на уступки, отказался присягать Временному правительству, сказав: «Я христианин, и думаю, что грешно менять присягу». Генерал также заявил, что отказывается приводить свой корпус к присяге, так как не понимает существа и юридического обоснования верховной власти Временного правительства; не понимает, как можно присягать повиноваться Львову, Керенскому и прочим определённым лицам, которые могут ведь быть удалены или оставить свои посты…. При этом он успокоил барона Маннергейма, проинформировав его, что воздействие на волю войск никогда не входило в его, графа Келлера, расчёты. 29 марта 1917 года прославленный генерал отдал последний приказ полкам 3-го конного корпуса за № 28: «Сегодняшним приказом я отчислен от командования славным 3-м кавалерийским корпусом. Прощайте же все дорогие боевые товарищи, господа генералы, офицеры, казаки, драгуны, уланы, гусары, артиллеристы, самокатчики, стрелки и все служащие в рядах этого доблестного боевого корпуса! Переживали мы с Вами вместе и горе, и радости, хоронили наших дорогих покойников, положивших жизнь свою за Веру, Царя и Отечество, радовались достигнутыми с БОЖЬЕЙ помощью неоднократным успехам над врагами. Не один раз бывали сами ранены и страдали от ран. Сроднились мы с Вами. Горячее же спасибо всем Вам за Ваше доверие ко мне, за Вашу любовь, за Вашу всегдашнюю отвагу и слепое послушание в трудные минуты боя. Дай Вам Господи силы и дальше служить также честно и верно своей Родине, всегдашней удачи и счастья. Не забывайте своего старого и крепко любящего Вас командира корпуса. Помните то, чему он Вас учил. Бог Вам в помощь». Сдав корпус одному из своих боевых товарищей генералу Крымову, генерал Келлер уехал из армии в Харьков, где проживала в это время его семья. Как писал служивший в это время под началом Келлера генерал А.Г.Шкуро: Келлер сдал корпус ген. Крымову и уехал из армии. В глубокой горести и со слезами провожали мы нашего графа. Офицеры, кавалеристы, казаки, все повесили головы, приуныли, но у всех таилась надежда, что скоро недоразумение объяснится, что мы ещё увидим нашего любимого вождя и ещё поработаем под славным его командованием. Но судьба решила иначе. После вынужденной отставки графа Келлера 3-й конный корпус был приведён новым командующим генералом А.М.Крымовым к присяге Временному правительству. Мне казалось всегда отвратительным и достойным презрения, когда люди для личного блага, наживы или личной безопасности готовы менять свои убеждения, а таких людей громадное большинство (Ф.А.Келлер).

«Витязь славы»

Когда на Киев златоглавый вдруг снова хлынул буйный вал,
Граф Келлер, витязь русской славы, спасенья в бегстве не искал.
Он отклонил все предложенья, не снял ни шапки, ни погон:
«Я сотни раз ходил в сраженья и видел смерть» — ответил он.

Ну, мог ли снять он крест победный, что должен быть всегда на нём,
Расстаться с шашкой заповедной, ему подаренной Царём?…
Убийцы бандой озверелой ворвались в мирный монастырь.
Он вышел к ним навстречу смело, былинный русский богатырь.

Затихли, присмирели гады. Их жёг и мучил светлый взор,
Им стыдно и уже не рады они исполнить приговор.
В сопровождении злодеев покинул граф последний кров.
С ним — благородный Пантелеев и верный ротмистр Иванов.

Кругом царила ночь немая. Покрытый белой пеленой,
Коня над пропастью вздымая, стоял Хмельницкий, как живой.
Наглядно родине любимой, в момент разгула тёмных сил,
Он о Единой — Неделимой в противовес им говорил.

Пред этой шайкой арестантской, крест православный сотворя,
Граф Келлер встал в свой рост гигантский, жизнь отдавая за Царя.
Чтоб с ним не встретиться во взгляд, случайно, даже и в ночи,
Трусливо всех прикончив сзади, от тел бежали палачи.

Мерцало утро. След кровавый алел на снежном серебре…
Так умер витязь русской славы с последней мыслью о Царе.
Пётр Шабельский-Борк, Париж, 1928 год.

Летом 1918 года в Харькове генерал Борис Ильич Казанович тщетно убеждал уехать на Дон, в Добровольческую армию, на территорию только что образовавшегося Всевеликого Войска Донского. Келлер ответил Деникину следующим образом: Каждый Ваш доброволец чувствует, что собрать и объединить рассыпавшихся можно только к одному определённому месту или лицу. Вы же об этом лице, которым может быть только прирождённый, законный Государь, умалчиваете. Объявите, что Вы идёте за законного Государя, и за Вами пойдёт без колебаний всё лучшее, что осталось в России, и весь народ, истосковавшийся по твёрдой власти. В то же время собравшиеся в Киеве монархисты желали видеть Келлера во главе Южной армии, создаваемой при помощи германских военных. Келлер также отказался, прокомментировав данное предложение: Здесь часть интеллигенции держится союзнической ориентации, другая, большая часть — приверженцы немецкой ориентации, но те и другие забыли о своей русской ориентации. Отклонил предложение правых русских кругов возглавить прогерманскую Астраханскую армию. В начале ноября получил приглашение гетмана Скоропадского командовать его войсками на Украине. 5 ноября был назначен главнокомандующим войсками на территории Украины с подчинением ему гражданских властей. Однако уже 13 ноября он был снят с должности и назначен помощником нового главнокомандующего генерала князя А.Н.Долгорукова. В конце ноября в Киев из Пскова прибыли офицеры-монархисты с предложением возглавить Северную армию, создававшуюся на территории Псковской и Витебской губерний при помощи германской армии и имеющую яркую монархическую окраску — по окончании формирования чины армии должны были принести присягу «законному Царю и Русскому государству». В полках вводились старые уставы и прежняя униформа с добавлением нашивки — белого креста на левом рукаве. Патриарх Тихон благословил Келлера, послал ему с Николаем Анисимовым просфору и Державную икону Божией Матери. Келлер принял предложение, обещав «через два месяца поднять Императорский штандарт над священным Кремлём». В Киеве при новом командующем был сформирован монархический «Совет обороны Северо-западной области» во главе с Фёдором Безаком. Однако уехать в Псков Келлер не успел — к Киеву приблизились повстанцы Симона Петлюры. Келлер взял на себя руководство обороной города, но ввиду невозможности сопротивления распустил вооружённые отряды. Германские военные предложили ему снять форму и оружие и бежать в Германию, но Келлер не хотел расставаться ни со своими погонами, ни с полученной от императора наградной шашкой. Он совершенно открыто поселился в Михайловском монастыре с двумя адъютантами, А.А.Пантелеевым и Н.Н.Ивановым. Когда петлюровцы явились в монастырь с обыском, вопреки уговорам монахов он сам через адъютанта сообщил о себе пришедшим. Патруль объявил всех троих арестованными. В ночь на 21 декабря 1918 года был получен приказ о переводе Келлера и его спутников в Лукьяновскую тюрьму. Их вели вдоль стен Софийского собора, мимо памятника Богдану Хмельницкому, когда из ближайшего сквера раздался залп по арестованным. Стрельба была продолжена патрульными, добивавшими раненых выстрелами и ударами штыков в спины. Останки Фёдора Артуровича Келлера покоятся в Покровском монастыре в Киеве. 14 декабря Киев пал… Началась охота на людей, вновь потекли потоки крови… На улицах шла настоящая охота за офицерами, их безжалостно расстреливали, оставляя лежать на мостовых… Генерал граф Теодор <Фёдор Артурович> Келлер и два его адъютанта, полковники Пантелеев и Иванов, были жестоко убиты во время перевода из одной тюрьмы в другую… (Воспоминания княгини Е.М.Кантакузин, графини Сперанской). Награды: Знак отличия Военного ордена III степени (1878); Знак отличия Военного ордена IV степени (1878); Орден Святой Анны III степени (1896); Орден Святого Владимира III степени (1911); Орден Святого Станислава I степени (1913); Орден Святого Георгия III класса, 24 мая 1915 года «30-го марта 1915 года во главе вверенного ему корпуса атаковал в конном и пешем строю в районе деревень Рухотин, Полянка, Шиловцы, Малинцы 42-ю гонведскую пехотную дивизию и бригаду гусар 5-й гонведской кавалерийской дивизии, наступавших на гор. Хотин, разбил их и частью уничтожив, взял в плен 33 офицера, 2100 нижних чинов, 40 походных кухонь и 8 телеграфных вьюков. 9-го мая, выбив противника из тройного ряда окопов с проволочными заграждениями у деревни Гремешти на берегу Днестра, прорвался в тыл австрийцев и овладел высотами правого берега ручья Онут и д.д. Баламутовка, Ржавинцы и Гремешти, при этом захватил в плен 23 офицера, 2000 нижних чинов, 6 орудий, 34 зарядных ящика». Орден Святого Георгия IV класса, ноябрь 1914 года «За отличия в делах против неприятеля». В конце 1918 года, после падения гетмана Скоропадского, полковник Бермондт-Авалов эвакуировался из Киева с немцами. Русские офицеры были интернированы в лагерь Зальцведель. Здесь у него родилась мысль сформировать в Прибалтике союзную с Германией добровольческую армию. Символом её стал т. н. «крест Келлера»: белый мальтийский крест «терпения и неутомимой борьбы» — в память о носившем его (как выпускник Пажеского корпуса) Ф.А.Келлере. Позднее цвет креста был изменён на чёрный. Предполагается, что Ф.А.Келлер стал прототипом полковника Най-Турса в романе Михаила Булгакова «Белая гвардия».


1857
Иван Андреевич Линниченко
русский историк, славист, археограф, педагог. Профессор (1895), член-корреспондент Петербургской (1913) и Краковской академий наук. Иван Андреевич Линниченко родился в Киеве, в семье историка литературы Андрея Ивановича Линниченко, директора Фундуклеевской женской гимназии и его жены Людмилы Ивановны, дочери профессора Киевской духовной Академии и Университета Святого Владимира Ивана Михайловича Скворцова. В 1875 году он окончил с серебряной медалью 1-ю Киевскую гимназию и поступил в Университет Святого Владимира на историко-филологический факультет.
Научная и преподавательская деятельность
После окончания университета был оставлен стипендиатом для приготовления к профессорскому званию по кафедре русской истории. В 1884 году защитил в Петербургском университете магистерскую диссертацию на тему «Взаимные отношения Руси и Польши» и в том же году стал приват-доцентом Новороссийского университета (ныне — Одесский национальный университет имени И.И.Мечникова) в Одессе. В 1888 году стал приват-доцентом Московского университета. С 1893 года являлся действительным членом Московского археологического общества. В 1894 году защитил докторскую диссертацию на тему «Черты из истории сословий в Юго-Западной Галицкой (Руси) XIV—XV вв.» в Университете Святого Владимира в Киеве. Львовское «Общество им. Шевченко» перевело эту работу на украинский язык, несмотря на то, что отношение Линниченко к украинскому партикуляризму уже тогда было откровенно холодным. В 1895 году получил место экстраординарного, а с 1898 года — ординарного профессора Новороссийского университета. В 1913 году избран членом-корреспондентом Санкт-Петербургской Академии Наук, а в 1901 году — Краковской академии наук. Принимал участие в международных конгрессах и съездах историков в Риме (1903, 1912), Афинах (1905) Берлине (1908), Каире (1910), Буэнос-Айресе (1910), Женеве (1912), Лондоне (1913). С 1903 года по 1910 год возглавлял Одесское Славянское благотворительное общество имени Кирилла и Мефодия. С 1910 года по 1912 год возглавлял Одесское библиографическое общество и был главным редактором его «Известий». С 1906 года по 1917 год преподавал славянскую историю на Одесских высших курсах.
В годы революции и Гражданской войны
В годы Гражданской войны И.А.Линниченко преподавал в Новороссийском университете до тех пор, пока не был уволен оттуда в апреле 1919 года после захвата Одессы большевиками. После отвоевания города частями ВСЮР Линниченко был приглашён для работы в Особом совещании, в частности был назначен председателем «Подготовительной по национальным делам комиссии».
Последние годы жизни
До самой своей смерти Иван Андреевич Линниченко прожил в Крыму, работая в Таврическом университете. Он пережил красный террор, развёрнутый большевиками в Крыму осенью 1920 года. Последние годы своей жизни провёл в крайней бедности, почти нищете. Несмотря на это, Линниченко продолжал работать. Его друг, крымский историк Арсений Маркевич писал летом 1920 года в письме к А.В.Орешникову, что Линниченко «порядочно одряхлел, но еще поплёвывает, хотя и не печатается за невозможностью что либо печатать». Резкое неприятие новой власти в свои последние годы Линниченко выразил в дневниковых заметках, таких как «День русского профессора (брюзжание контрреволюционного профессора)» (в рукописи). Умер в Симферополе 9 июня 1926 года.
Научный вклад
Результатом его работы были многочисленные исторические, историографические и краеведческие очерки на актуальные проблемы украинской истории и историографии («Современное состояние вопроса об обстоятельствах крещения Руси», «Критический обзор современной литературы по истории Галицкой Руси», «Архивы в Галиции», «Новые материалы для биографии Гоголя», «Общественная роль армян в прошлом Юго-Западной Руси» и др.). Прекрасно знавший Новороссию и Тавриду, Линниченко внёс ощутимый вклад в развитие крымоведения, кроме того, продолжая дело отца, написал ряд работ по истории литературы («Новые материалы для биографии Гоголя», «Gogoliana», «Письма Тургенева к Минницкому» и др.).
Взгляды на украинский вопрос
Занимаясь различными проблемами истории Украины, Линниченко не скрывал того, что рассматривал её как составную часть русской истории, отражая это уже в названиях своих работ. Однако он избегал активно вмешиваться в полемику «сознательных украинцев» и «общерусов» вплоть до Февральской революции и последовавшего за ней всплеска украинского национального движения. Линниченко исходил из концепции единства российской и украинской истории (как «русской»), а также культуры. Украинский («малорусский») язык он не отрицал, но рассматривал его как областной язык в едином государстве, подобный провансальскому языку во Франции. Кроме того, он был убеждён в германском происхождении украинского национального движения. Весной 1917 года он написал полемическую работу под названием «Малорусский вопрос и автономия Малороссии. Открытое письмо к профессору Грушевскому». Во введении Линниченко отмечал «Я пишу sine studio надеясь на такой же ответ несогласных со мной». Работа представляла собой критический разбор основных положений концепции истории Украины, выдвинутых Михаилом Грушевским, попутно затрагивая связанные с ней идейные установки «украинской партии». Прежде всего, в работе была подвергнута последовательной критике теория Михаила Грушевского об изначально различных исторических путях Украины и Великороссии, равно как и само изучение истории Украины, отдельно от истории государств, в состав которых она входила, прежде всего, Российской империи.
«Для г. Грушевского, как для наших старых славянофилов государство само по себе, народ — сам по себе — старая наивная точка зрения, по которой правительство смешивалось с государством»
В отношении лозунга автономии Украины Линниченко оговаривался, что хотя не против автономии как таковой, но считает поспешное провозглашение её в сложный исторический момент, переживаемый Российским государством, нецелесообразным и вредным для всех его частей, включая Украину. Михаил Грушевский не ответил своему оппоненту, даже несмотря на то, что был с ним знаком лично. Уже в годы Гражданской войны Иван Андреевич Линниченко написал памфлет «Малорусская культура». В этой работе, стиль которой был гораздо более публицистичным и резким, чем в прошлой работе историка на эту же тему, Линниченко обвинял идеологов украинского национального движения в культе провинциализма и вместе с тем, в пренебрежении «всем культурно-ценным, созданным малороссами… если на нём не стоит ярлык Made in Ukraine». В советские годы Линниченко считался «великодержавным шовинистом» и его работы не переиздавались.
Труды
История и историография: Взаимные отношения Руси и Польши — 1884; Черты из истории сословий Юго-Западной Руси — 1894; Белинский в борьбе славянофилов с западниками — 1898; Жизненная драма Пушкина — 1899; М.П.Погодин — 1900; Владимир Бонифатьевич Антонович (1830—1908) — 1910; Н.И.Костомаров — 1910; Грамоты галицкого князя Льва и значение подложных документов как исторический источников — 1904; Александр Александрович Кочубинский. 1845—1907. — 1916; Курганомания — 1889; А. И. Маркевич: биографические воспоминания и список трудов. — 1904; Общественная роль армян в прошлом Юго-Западной Руси — 1895; Критический обзор новейшей литературы по истории Галицкой Руси — 1901; Малорусский вопрос и автономия Малороссии. Открытое письмо профессору Грушевскому — 1917; Малорусская культура — Труды подготовительной по национальным делам комиссии. Малорусский отдел. Выпуск I. Сборник статей по малорусскому вопросу. Одесса, 1919; Отдельным изданием — Одесса, 1919. Литературоведение: Новые материалы к биографии Гоголя — 1896; Gogoliana — 1908; Душевная драма Гоголя — 1902; Младший из старших славянофилов: памяти А.Н.Аксакова — 1911; Письма Тургенева к Минницкому — 1909; Источник одного из рассказов Л.Н.Толстого — 1912; Альфред де Мюссе — 1902. Публицистика: Открытое письмо к студенчеству — 1917; Малорусская культура — 1919; День русского профессора (брюзжание контрреволюционного профессора) — 1922, не издана. Источники: Линниченко, Иван Андреевич // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: в 86 томах (82 тома и 4 дополнительных) — Санкт-Петербург, 1890—1907; Історіографічні студії профессора І.А. Лінніченка; Музычко А. Профессор и революция: общественно-политические взгляды И. А. Линниченко в 1917—1920 годах // Ассоциация европейской культуры «Золотая акация» Юго-Запад. Одессика : Историко-краеведческий научный альманах. — Одесса: Печатный дом, 2013. — Том 16. — Страницы 266—280. — ISBN 978-966-389-291-8.


189Kb)" />
1858
Вильгельм Людвиг Николай Бокслаф (немецкое имя — Wilhelm Bockslaff; латышское имя — Vilhelms Bokslafs)
прибалтийско-немецкий архитектор, участвовавший в создании образа Риги в конце XIX века — начале XX века. Работал в стиле эклектики, а также активно экспериментировал в области модерна. Родился в Риге. Вильгельм Боклсаф происходил из немецкой семьи со старинными купеческими традициями. Его дед основал первую в Прибалтийских губерниях льноткацкую фабрику. Отец будущего архитектора занимал должность старейшины Большой гильдии, а мать происходила из семьи рижского бургомистра Тимма. Тётя Вильгельма, Эмилия, была супругой российского живописца Карла Брюллова. С 1878 года Вильгельм Бокслаф изучал архитектуру в Рижском политехническом училище. Сразу после окончания он устроился на работу в этот же Политехнический Институт (был ассистентом декана архитектурного факультета Иоганна Коха) и одновременно работал помощником в его архитектурном бюро, которое было довольно крупным и имело хорошую репутацию. Он принимал участие в разработке проектов многих частных домов, но вскоре он начал получать заказы на строительство больших общественных зданий в Риге.

Помимо создания собственных проектов Боклсаф уделял много внимания реконструкции исторических строений в Лифляндии, например, замка в Страупе (Лиелстраупский замок). В более поздний период, в 1939 году (во времена диктатуры Ульманиса) Бокслаф покинул Латвию как балтийский немец. Вся его большая семья переселилась в Познань, где на финальном этапе Второй мировой войны она жила в стеснённых условиях. Архитектор жил в погребе со своими дочерьми. Скончался в Познани во время бомбардировок 9 марта 1945 года. Уже после окончания военных действий тело Бокслафа было перенесено на местное кладбище. Самые известные строения: Клуб британских моряков (улица Пилс, дом 11), сегодня — здание посольства Дании, 1901 год; Помещение для офисов и жилых апартаментов для членов Большой Гильдии (улица Амату, 4), 1903 год; Коммерческая школа при Рижской бирже (сегодня — Академия Художеств Латвии) в парке Эспланада, историческая постройка в формах эклектики с использованием отдельных стилевых элементов модерна, 1905 год; Жилой дом по улице Калькю, 6 («Дом трубочиста»); Жилой дом по улице Лайпу, 1 (в Старом городе); Жилой дом на улице Яуниела, 25/29 (дом Нейбурга, 1903); Церковь Святого Креста в Чиекуркалнсе (улица Ропажу, 120), совместно с архитектором Эдагром Фризендорфом, 1908—1909 гг; Охотничий замок Яунмоку (сегодня — резиденция Тукумского районного муниципалитета), 1901 год. Проектировался Боклсафом как охотничья резиденция рижского градоначальника Джорджа Армитстеда. Он был владельцем замка до 1904 года. Затем замок стал собственностью дворянской семьи Бринкен, а после 1910 года его выкупают представители лифляндской ветви семьи баронов Унгерн фон Штернбергов; Лютеранская церковь в Юденбурге (Дубулти), 1907—1909 гг. Выполнена в оригинальном этнографическом стиле латышского романтизма; проект был реализован параллельно с возведением рижской Церкви Святого Креста; Церковь Святого Иоанна в Дерпте; строительство велось с 1899 по 1904 годы; Водонапорная башня в рижском Задвинье (улица Алисес, 10а), 1910 год.

Мемориальная доска. Рига. Улица Пилс, 9
Также Вильгельм Бокслаф активно участвовал в застройке Рижского штранда, когда вошёл моду стиль уютного семейного дома с элементами латышского романтического направления в модерне. Архитектор проектировал дачи на взморье (современный город Юрмала) для остзейских предпринимателей, латышской буржуазии и русских курортников.

Винтажная открытка с изображением большого здания Гильдии в Риге, Латвия

Старинная открытка с изображением английского клуба в Риге датированная 1905 годом

Здание в Риге, Латвия.

Латвийская почтовая марка с изображением Яунпилсского замка, отмечающая имя архитектора реконструкций Вильгельма Бокслаффа
Литература: Бокслаф, Вильгельм // Рига: Энциклопедия = Enciklopēdija «Rīga» / главный редактор П.П.Еран. — Рига: Главная редакция энциклопедий, 1989. — Страница 197. — 880 страниц — 60 000 экземпляров. — ISBN 5-89960-002-0.


1858
Вильгельм Флисс (немецкое имя — Wilhelm Fliess)
немецкий врач-отоларинголог и психоаналитик. Друг и корреспондент З.Фрейда. Изучал и исследовал проблемы женской сексуальности. Разработал теорию периодичности жизненных действий людей. Ввёл в оборот понятия бисексуальность, сублимация и сексуальный латентный период, которые были использованы З.Фрейдом при развитии психоанализа. Задолго до публикации книги О.Вейнингера «Пол и характер» подробно и систематически развивал идею и теорию бисексуальности. Вильгельм Флис родился в Арнсвальде, в ортодоксальной семье евреев–сефардов. Отец В.Флисса занимался зерновым бизнесом и покончил с собой, когда Вильгельму было девятнадцать лет. В.Флисс изучал медицину в Берлинском университете, после окончания которого в 1883 году работал сначала врачом общей практики, а затем врачом–отоларингологом.

Слушал лекции З.Фрейда по невропатологии в Вене. В 1887 году Флисс и Фрейд познакомились лично, что положило начало их длительной дружбе и обширной переписке. В начале века произошёл разрыв между Фрейдом и Флиссом. В.Флисс издает памфлет «Pour ma propre cause», в котором обвинил З.Фрейда в плагиате, а также в разглашении своей теории молодым авторам – О.Вейнингеру и Г.Свободе, которые описали в своих трудах половину идей Флисса. З.Фрейд отверг обвинения и в ответ назвал Флисса параноиком. Письма Фрейда Флиссу в 1937 году были приобретены М.Бонапарт и впоследствии - сперва частично, а затем полностью - опубликованы. После разрыва с Фрейдом В.Флисс продолжал заниматься частной медицинской практикой. В.Флисс был женат на пациентке И.Брейера, Иде Бонди. В браке родилось четверо детей – Роберт, который впоследствии стал известным психоаналитиком, Полин, Конрад, и мертворожденная дочь в 1902 году. Вильгельм Флисс умер в Берлине от рака кишечника 13 октября 1928 года.

Почетная могила на кладбище Далем в Берлине
Научная деятельность
В 1890 году В.Флисс занялся исследованием биоритмов. Исследовав циклы многих своих пациентов, В.Флисс начал собирать статистику о периодичности температуры, детских болезней и восприимчивости к болезням. В.Флисс полагал, что благодаря числовым соотношениям можно определить период выздоровления после болезни и заранее установить год смерти. С помощью этих статистических данных, В. Флисс считал, что обнаружил основные периоды в жизни человека. Впоследствии В. Флисс разработал две основные теории биоритмов. Согласно первой теории, природа наделяет человека внутренними часами, которые начинают отсчёт времени с момента рождения и продолжают работать на протяжении всей жизни. Согласно второй теории, одни из этих часов регулируют физический цикл человека, состоящий из 23 дней, другие – эмоциональный цикл, состоящий из 28 дней. Активно изучал и исследовал проблемы женской сексуальности, в особенности связи между менструацией и органами обоняния, гениталиями и слизистой оболочкой носа. В 1897 году сообщил об открытии синдрома, названного им назальный рефлекторный невроз. Ввёл в оборот понятия бисексуальность, сублимация и сексуальный латентный период, которые были использованы З.Фрейдом при развитии психоанализа. Задолго до публикации книги О.Вейнингера «Пол и характер» подробно и систематически развивал идею и теорию бисексуальности. Посвятил этой проблеме большую работу (1906), в которой провозглашал бисексуальность властительницей над всем живущим. Основные труды: Fliess W. Von den Gesetzen des Lebens. — Frankfurt am Main: «Campus Verlag», «Edition Qumran», 1985; Fliess W. Die Beziehungen zwischen Nase und weiblichen Geschlechtsorganen (In ihrer biologischen Bedeutung dargestellt) (Взаимосвязь между носом и женскими половыми органами, установленная на основе их биологических функций). — Саарбрюккен: «VDM Publishing», 2007.


1859
Александр Николаевич Лупаков
офицер Отдельного корпуса жандармов, подполковник, помощник начальника Терского жандармского управления, жертва революционного терроризма в Российской империи. Родился в Терской области, Российская империя, в дворянской семье. По окончании курса наук в Межевом училище при Владикавказской военной прогимназии, 1 сентября 1878 года вступил в службу во 2-е военное Константиновское училище, где за хорошие успехи был произведён в старшие портупей-юнкеры. 8 августа 1880 года, по окончании полного курса наук Константиновского училища, Лупаков был произведён в прапорщики артиллерии и был назначен в 5-ю резервную артиллерийскую бригаду, расположенную в Таганроге, где он и прослужил 24 года. 4 июля 1904 года перешёл на службу в Отдельный корпус жандармов с назначением в качестве адъютанта Нижегородского жандармского управления, где вскоре Лупаков обратил на себя внимание своего начальника, от которого получил хорошую аттестацию. В конце января 1905 года Лупаков был переведён на эту же должность в Терское жандармское управление. Во время первой русской революции начальник Лупакова был болен, поэтому фактическим начальником Терского жандармского управления был он. Лупакову пришлось совмещать должность адъютанта и начальника жандармского управления, за что он и был награждён орденом Святого Владимира IV степени, а 26 февраля 1906 года был произведён в подполковники. В Тереке Лупаковым были произведены несколько обысков, в ходе которых были изъяты две подпольные типографии и две бомбы, приготовленные для покушения на жизнь временного генерал-губернатора, генерал-лейтенанта А.М.Колюбакина. 13 июня 1908 года, ночью, когда во Владикавказе в 27-й артиллерийской батарее разразился бунт, Лупаков проник в лагерь. Быстро оценив положение дела, он доложил обо всем Колюбакину и настоял на немедленном движении пехоты на соединение с оставшимися верными присяге батареями, вследствие чего бунт был подавлен, за что Лупаков в 1907 году и был награждён орденом Святого Владимира. В 1907 году кавказский наместник граф И.И.Воронцов-Дашков объявил Лупакову личную благодарность и благодарность в приказе по Терской области. С этой благодарностью Лупаков был переведён в Пятигорск на должность помощника начальника Терского областного жандармского управления. В Пятигорск Лупаков прибыл только в начале сентября 1907 года. В октябре 1907 года на жизнь Лупакова готовилось покушение, но оно было предотвращено, благодаря своевременному аресту некоторых политически неблагонадёжных лиц. 21 августа 1912 года вечером Лупаков вместе с семьей — супругой, дочерью и сыном — ждал трамвай. Убийца, подойдя со стороны бульвара, почти в упор выстрелил в спину Лупакову. Лупаков быстро вскочил, повернулся лицом в сторону бульвара и произнёс: «Что там?» Убийца произвел второй выстрел и попал Лупакову в живот. Лупаков вынул из кармана револьвер и произвёл в убегавшего убийцу один выстрел, а его сын офицер произвёл три выстрела. Но никто из них не попал в убийцу, которому удалось скрыться. После этого Лупаков сам позвал извозчика, сел на пролётку и приказал отвезти его в хирургическую лечебницу доктора Ржаксинского. В лечебнице профессор Разумовский и доктор Ржаксинский сделали ему операцию, извлекли пулю из сальника, но ранение оказалось смертельным. 23 августа 1912 года в 12:30 в мучениях и полном сознании Лупаков скончался. Источники: Книга русской скорби / Издание Русского Народного Союза имени Михаила Архангела под председательством В.М.Пуришкевича. — Том 12. — Санкт-Петербург: Типо-литография товарищества «Свет», 1913. — Страницы 111-117; Революция 1905—1907 годов на Тереке: 1906—1907 годы; М.Д.Бетоева, Л.Д.Бирюкова. История Владикавказа. — Северо-Осетинский государственный университет. — 1991; Второй период революции, 1906—1907 годы: Книги 1-2: Январь-апрель 1906 года; Национальное движение в период первой русской революции в России; Юрий Владимирович Хоруев. Печать Терека и царская цензура; Илья Мойсеевич Дубинский-Мухадзе. Кавказские друзья Ильича; Бондаренко И.И., Климов Д.В. Жертвы политического террора в России (1901—1912) / Терроризм в России в начале XX в. (Исторический вестник. — Том 2 — Декабрь 2012). — Страницы 190—215.


1860
Борис Борисович Глинский
русский писатель, публицист, издатель, редактор, общественный деятель. Успешно окончил курс по историко-филологическому факультету в Санкт-Петербургском университете. Начиная с 1887 года работал преимущественно в «Историческом Вестнике», где поместил множество статей историко-публицистического характера. В 1890—1891 годах был редактором-издателем «Северного Вестника». В 1913—1917 годах был редактором-издателем «Исторического вестника».В 1915—1917 годах был редактором-издателем журнала «Русская будущность». В годы Первой мировой войны он входил в русские националистические организации «Самодеятельная Россия» и «Общество русской государственной карты». Являлся убежденным русским националистом прогрессивного направления (национал-прогрессистом), сторонником конституционализма. Февральскую революцию Глинский поддержал. В редакционной статье «Исторического вестника» в мартовском номере 1917 года он писал: «Ныне наступает новая эра в истории русского народа - эпоха народовластия. Великий народ, сознавший свои силы, развернувший мировую культурную деятельность, сбросил с себя оковы единоличной самодержавной власти, мертвенные формы которой только мешали росту могучего народного организма и на каждом шагу, во всех отраслях народной государственной жизни давали о себе знать лишь притеснениями и репрессиями». В августе 1917 года Глинский поддерживал выступление Л.Г.Корнилова, в результате чего был арестован по обвинению в контрреволюции. В ночь с 12 на 13 сентября группа людей, вооруженных винтовками и браунингами, под предводительством представителей комиссариата и милиции произвела арест Б.Б.Глинского и его ближайшего помощника по редакции «Русской будущности» А.В.Сульжикова. В занимаемых ими квартирах были произведены обыски с выемкой документов. У Б.Б.Глинского подверглась разгрому редакция «Исторического вестника», у А.В.Сульжикова - редакция «Русской будущности». В начале октября 1917 года Глинский был освобожден. Борис Борисович Глинский скончался 13 декабря 1917 года. Библиография: «Республиканец при русском дворе» (Санкт-Петербург, 1888); «Владимир Яковлевич Стоюнин» (Санкт-Петербург, 1889); «Орест Федорович Миллер» (Санкт-Петербург, 1889); «Александр Дмитриевич Градовский. (Опыт характеристики)» (Санкт-Петербург, 1890); «Великодушное покорение» (Санкт-Петербург, 1890); «Из летописи усадьбы Сергеевки» (Санкт-Петербург, 1894); «H.M.Ядринцев. Биографический очерк» (ib., 1895); «Русское судебное красноречие» (ib., 1897); «В.Г.Белинский и чествование его памяти» (ib., 1898); «Царские дети и их наставники» (Москва, 1899); «Кратчайший железнодорожный путь из центральной России в Среднюю Азию» (ib., 1899). «Очерки русского прогресса» (1900); «Борьба за конституцию» (1908); «Революционный период русской истории» (части 1—2, 1913) и др.


1860
Борис Борисович Глинский
русский писатель, публицист, издатель, редактор, общественный деятель. Незаконнорожденный сын сенатора Б.Н.Хвостова. Родился в Санкт-Петербурге. Окончил 5-ю Санкт-Петербургскую гимназию (1881) и историко-филологический факультет Петербургского университета со званием кандидата (1885). Начиная с 1887 года работал преимущественно в «Историческом Вестнике», где поместил множество статей историко-публицистического характера. Был редактором-издателем журналов: «Северный вестник» (1890—1891), «Исторический вестник» (1913—1917) и «Русская будущность» (1915—1917). В годы Первой мировой войны входил в русские националистические организации «Самодеятельная Россия» и «Общество русской государственной карты». Был убежденным русским националистом прогрессивного направления (национал-прогрессистом), сторонником конституционализма. Поддержал Февральскую революцию. В редакционной статье «Исторического вестника» в мартовском номере 1917 года он писал: «Ныне наступает новая эра в истории русского народа — эпоха народовластия. Великий народ, сознавший свои силы, развернувший мировую культурную деятельность, сбросил с себя оковы единоличной самодержавной власти, мертвенные формы которой только мешали росту могучего народного организма и на каждом шагу, во всех отраслях народной государственной жизни давали о себе знать лишь притеснениями и репрессиями.» В августе 1917 года Глинский поддержал Корниловское выступление, в результате чего был арестован по обвинению в контрреволюции. В ночь с 12 на 13 сентября группа людей, вооруженных винтовками и браунингами, под предводительством представителей комиссариата и милиции произвела арест Б.Б.Глинского и его ближайшего помощника по редакции «Русской будущности» А.В.Сульжикова. В занимаемых ими квартирах были произведены обыски с выемкой документов. У Глинского подверглась разгрому редакция «Исторического вестника», у Сульжикова — редакция «Русской будущности». В начале октября 1917 года Глинский был освобожден. Умер в Петрограде 14 декабря 1917 года.

Надгробие Б. Б. Глинского на Литераторских мостках
Основные труды: Республиканец при русском дворе. — Санкт-Петербург, 1888; Владимир Яковлевич Стоюнин. — Санкт-Петербург, 1889; Орест Федорович Миллер. — Санкт-Петербург, 1889; Александр Дмитриевич Градовский. (Опыт характеристики) — Санкт-Петербург, 1890; Великодушное покорение. — Санкт-Петербург, 1890; Из летописи усадьбы Сергеевки. — Санкт-Петербург, 1894; Hиколай Mихайлович Ядринцев : Биографический очерк. — Москва, 1895. — XIV, 62 страницы; Русское судебное красноречие. — Санкт-Петербург, 1897; Виссарион Григорьевич Белинский и чествование его памяти. — Санкт-Петербург, 1898; Царские дети и их наставники. — Москва, 1899; Кратчайший железнодорожный путь из центральной России в Среднюю Азию. — Москва, 1899. Очерки русского прогресса. — 1900; Борьба за конституцию. — 1908; Алексей Сергеевич Суворин. — Санкт-Петербург: типография А.С.Суворина, 1912. — 60 страниц; Среди литераторов и ученых. — Санкт-Петербург, 1914; Революционный период русской истории. — Части 1—2. — 1913 и др. Источники: Рогинский А.Б. Глинский Борис Борисович // Русские писатели, 1800—1917 : биографический словарь. — Москва, 1989. — Том 1. — Строаницы 582—583; Иванова Г.Г. Жизнь и общественно-политическая деятельность Б.Б.Глинского. Диссертация на соискание учёной степени кандидата исторических наук — Москва: МГПУ, 2009; Глинский Борис Борисович // Деятели революционного движения в России : в 5 томах / под редакцией Ф.Я.Кона и др. — Москва : Всесоюзное общество политических каторжан и ссыльнопоселенцев, 1927—1934.


1861
Эмми фон Винтерфельд-Варнов (урождённая — Эльрикс, Oelrichs; немецкое имя — Emmy von Winterfeld-Warnow)
немецкая писательница. Родилась в Бремене, в семье адвоката. Окончила Высшую женскую гимназию в Бремене, потом год занималась в пансионате в Дармштадте, позже много путешествовала. В августе 1888 года вышла замуж за Ганса фон Винтерфельда. Родила двух детей. Умерла в Эберсвальде 29 ноября 1937 года.
Творчество
С 1890 году стала публиковать рассказы и стихи. Её первый роман «Deutsche Frauen in schwerer Zeit» появился в 1901 году. Автор исторических романов, рассказов, драм, баллад, юморесок и популярных книг для детей и юношества. Избранные произведения: Ihre Wälder, 1890; Bogdana. Ein Sang aus Lithauens Vergangenheit, 1891; Nur Deutsch!, 1895; Mein Lied, 1899; Die Blinde, 1913; Der Kaiser rief! 1914; Das blühende Dorf, 1916; Das Schokoladenmädchen, 1920; Ilse von Beneckendorf, 1920; Ein geprüftes Herz, 1923; Strandkorb Nr. 86, 1925; Uhlenkrug, 1925; Die singende Geige, 1926; Towe, die Taube von Rügen, 1928; Unter Arabiens Sonne, 1929; Carola im Ulmenhaus, 1932; Bei Tante Charlotte, 1932; Der Erbe von Raschkowitz, 1934. Литература: Роман «Die Frau Kastellanin».