1908
Владимир Яковлевич Стёпин
директор завода «Точмаш» (ныне производственное объединение «Точмаш»), город Владимир. Русский. Рано остался без родителей, работал на заводах и стройках Таганрога. После окончания в 1927 году Таганрогского индустриального техникума по специальности «Техник-механик по холодной обработке металлов» трудился на заводах в Ростове-на-Дону, в городе Красногорске Московской области. В период с 1935 по 1949 год работал в Куйбышеве (ныне Самара) на заводе имени А.А.Масленникова, выпускающего оборонную продукцию. Начинал с должности заместителя начальника одного из отделов, а закончил заместителем главного инженера предприятия. В феврале 1949 года назначен директором завода «Точмаш» во Владимире, скромного предприятия, родившегося на базе ткацкой фабрики «Пионер». Был составлен комплексный план перспективного развития, строительства, по сути, нового предприятия по выпуску нужной стране продукции. В кратчайшие сроки проведена полная реорганизация производства. Строились и вступали в действие новые корпуса, цеха, создавались конструкторские и технологические отделы, рождались ранее никому не ведомые производства. Среди них: станкостроительное (1955), по выпуску автомобильных приборов (1965), наконец, механосборочное по выпуску уникальных изделий высоких технологий (1960), известное среди машиностроителей как специальное производство. Постоянно занимался подбором, расстановкой, воспитанием кадров. Много внимания уделял повышению культуры производства, созданию и развитию социальной сферы. За выдающиеся показатели в работе, а именно - за выпуск новой техники, в январе 1971 года завод награждён орденом Ленина. Такую же награду получил и сам директор. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 1971 года за образцовое выполнение заданий пятилетнего плана Стёпину Владимиру Яковлевичу присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением Золотой медали «Серп и Молот» и ордена Ленина. С октября 1974 года - на пенсии. Лауреат Сталинской премии III степени (1951). Почётный гражданин города Владимира (с 6 ноября 1974). Умер 23 марта 1975 года. Похоронен на Байгушевском кладбище в городе Владимире. Награждён двумя орденами Ленина (1971), орденом Трудового Красного Знамени, Красной Звезды, медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне», другими наградами.


1909
Осаму Дадзай (японское имя — 太宰 治; псевдоним; настоящее имя — Сюдзи Цусима (японское имя — 津島 修治)
один из самых известных японских писателей начала XX века. «Белое полотнище моей души испещрено какими-то мелкими знаками. Мне и самому непросто разгадать, что там начертано. Словно десятки муравьев, вылезши из моря туши, с еле внятным шорохом ползали, кружились по этому белому полотну, и на нём отпечатались их смутные следы. И если бы я сумел разобрать эти темные письмена, если бы я сумел их прочесть и понять, я смог бы объяснить, в чём смысл моего „долга“. Только очень уж это трудно» - Дадзай Осаму, «Отец». Дадзай Осаму родился в городке Канаги (префектура Аомори), в богатой аристократической семье. В 1923 году 14-летним подростком Дадзай поступил в префектуральную среднюю школу и, уехав из Канаги, поселился в Аомори у своих дальних родственников. В 1927 году Дадзай уехал в Хиросаки и поступил на филологическое отделение лицея. Ученикам положено было жить в общежитии, но Дадзай снова поселился у родственников. В марте 1930 года, закончив лицей, Дадзай едет в Токио, где поступает в университет Тэйкоку на факультет французской литературы (по его собственному признанию, вовсе не из любви к французской литературе, а только потому, что на этот факультет принимали без экзаменов). Осенью 1930 года Дадзай завязал роман с гейшей Бэнико (настоящее имя этой женщины Ояма Хацуё), это вызвало новый взрыв возмущения семейства Цусима, и в Токио срочно выехал глава семьи. Ко взаимному согласию братья пришли только после того, как Дадзай заявил, что выпишется из семейной книги. Скоро он получил уведомление о своей выписке, а ещё через несколько дней состоялась помолвка, после которой Дадзай предпринял попытку покончить с собой: бросился в море вместе с официанткой из бара на Гиндзе. Его удалось спасти, но девушка погибла. В феврале 1933 года в воскресном выпуске одной из токийских газет «То-окуниппо» появился рассказ «Поезд» («Рэсся»), получивший первую премию на проводимом этой газетой конкурсе. Рассказ был подписан никому ещё не известным именем — Дадзай Осаму. Это была первая публикация молодого писателя под псевдонимом, под которым он вошёл в историю литературы. Хоть Дадзай и числился студентом, но занятия он не посещал. Единственной целью было написать историю своей жизни и умереть. Для книги заранее было придумано название — «На закате дней» («Баннэн»). В марте того же 1933 года в первом номере журнала «Тюлень» («Кайхё») появился ещё один рассказ Дадзая — «Одежда из рыбьей чешуи» («Гёфукуки»), и литературная общественность заговорила о рождении нового оригинального таланта.

Вскоре тот же журнал начал публиковать роман «Воспоминания» («Омоидэ»). В марте 1935 года работа над сборником «На закате дней» была завершена, и, желая сохранить верность своему замыслу, Дадзай предпринимает новую попытку покончить с собой. Попытка самоубийства снова закончилась неудачей. Вернувшись из Камакуры, Дадзай с сильным приступом аппендицита попал в больницу. После операции у него начался перитонит, мучили сильные боли. Ему постоянно кололи наркотики, и, выйдя из больницы, Дадзай уже не мог без них обходиться. Ещё в больнице он начал писать повесть «Цветы шутовства» («Докэ-но хана»), которая была опубликована в майском номере журнала «Японский романтизм». В июле того же 1935 года Дадзай переехал в городок Фунабаси префектуры Тиба. Там он прожил год и три месяца. Вскоре после выхода из больницы обнаружилось, что Дадзай нуждается в постоянных дозах наркотика. Вместе с тем это был один из самых плодотворных в творческом отношении периодов в жизни Дадзая. «Когда бы я ни заходил к нему, — вспоминает Асами Дзюн, — он всегда сидел, склонившись над рукописью. Обычно после укола он переживал стремительный взлет вдохновения. Наверное, он и кололся-то для того, чтобы писать». В октябре 1936 года Дадзай Осаму, по настоянию своего друга, Масудзи Ибусэ, лег в психиатрическую больницу Мусасино. Проведя там около месяца, он действительно вылечился от наркомании, но впал в состояние глубочайшей депрессии. Выйдя из больницы, Дадзай сразу же начал писать рассказ «Human Lost», в котором впервые возникла тема «потерянного человека», достигшая полноты звучания в одном из последних его творений — «Исповедь „неполноценного“ человека» («Нин-гэн сиккаку»). Весной 1937 года его брак с Хацуё был расторгнут, она уехала на родину в Аомори, а Дадзай, поселившись в Токио, зажил холостяцкой жизнью, часто встречался с друзьями, много пил и почти перестал писать. Но уже к 1938 году состояние депрессии сменилось новым подъёмом, Дадзай ощутил прилив жизненных и творческих сил. Он пишет несколько новых рассказов, в том числе «Завершение срока обета» («Манган»). Начинается второй, средний, самый стабильный и плодотворный период его творчества, который продолжался до 1945 года. В январе 1939 года Дадзай вступил в брак с Исихара Митико. Молодые супруги сначала жили на родине Митико, в Кофу, но в скором времени переселились в пригород Токио, Митаку.
«Ранней весной на тридцать первом году жизни мне впервые захотелось стать писателем. Запоздалое желание, если подумать. И я писал изо всех сил в совершенно пустой неуютной комнатенке пансиона… На этот раз я писал уже не „предсмертное послание“. Я писал, чтобы жить» — Дадзай Осаму, «Восемь видов Токио».
В ноябре 1941 года Дадзая в числе других писателей призвали было в действующую армию, но после освидетельствования в соответствующем управлении тут же освободили из-за хронического процесса в лёгких. 8 декабря 1941 годы Япония вступила в войну на Тихом океане. В годы войны, когда многие писатели замолчали, Дадзай продолжал писать. В 1945 году Дадзай начал писать «Сказки» («Отогидзоси»). Весной во время воздушного налета был разрушен дом в Митаке, и он уехал в Кафу, куда уже раньше отправил жену с детьми (в 1944 году у него родился сын Масаки). Однако очень скоро сгорел и дом в Кафу, после чего Дадзай с семьей перебрался в Канаги. Больше года прожил он во флигеле своего родного дома. Именно там встретил известие о капитуляции, которое было для него шоком. В ноябре 1946 года Дадзай вернулся в Токио. К тому времени возобновилась деятельность многих журналов. У Дадзая появляется много заказов, но работает он мало. Только к сорок седьмому году Дадзаю удалось справиться с апатией, и он снова начал писать. Сняв отдельную комнату, он уходил туда с раннего утра и работал часов до трёх. Потом шёл в ближайшее кафе, где его уже ждали друзья. В эти часы он был очень общителен и остроумен. В 1947 году Дадзай написал один из лучших своих рассказов «Жена Вийона» («Биён-но цума») и повесть «Закатное солнце» («Сяё»), которая была напечатана журналом «Синтё» и почти сразу же вышла отдельной книгой. Эта повесть пользовалась огромным успехом у читателей. Появилось даже понятие «сяёдзоку», обозначавшее старые аристократические семейства, постепенно теряющие былое влияние. Персонажи этой повести являются ипостасями его собственной личности: в образе Наодзи находит выражение идея саморазрушения, владевшая им с юных лет, в Кадзуко находят отражение коммунистические идеи, оказывавшие на него столь сильное влияние в юности, в образе Уэхара — усталость и бессилие, овладевшие им в последние годы жизни. В марте 1947 года у писателя родился третий ребёнок, дочь Сатоко, которая впоследствии под псевдонимом Юко Цусима стала одной из наиболее известных писательниц Японии. Весной 1948 года были созданы повесть «Исповедь „неполноценного“ человека» («Нингэн сиккаку») и рассказ «Вишни» («Ото»). Первые главы повести появились в июньском номере журнала «Тэмбо», но, не дождавшись, пока повесть будет опубликована полностью, Дадзай ушел из этого мира. Дописав «Исповедь…» и вложив в неё всю свою душу, Дадзай почувствовал себя изнуренным и опустошённым. Его терзала бессонница, обострился процесс в лёгких, открылось кровохарканье. Больной и измученный, он написал свой последний рассказ «Гуд бай» и вместе с Ямадзаки Томиэ бросился в один из токийских водосборников — Тамагава. Это было 13 июня 1948 года. На его письменном столе остались: рукопись «Гуд бай» с авторской правкой, письмо-завещание, адресованное жене Митико, игрушки детям и стихотворение Сатио Ито:

Дождик прошёл,
Грязный пруд взбаламутив.
В мутной воде
Не отражаются больше
Волны цветущих глициний.


Тела были найдены только 19 июня. 21 июня в доме Дадзая в Митаке состоялась траурная церемония, а 18 июля прах был захоронен возле храма Дзэнриндзи, рядом с могилой Мори Огая, одного из любимейших писателей Дадзая. День смерти Дадзая Осаму, так называемое «Поминовение вишен» («Отоими»), отмечается каждый год 19 июня.
Библиография: 1933 - «Воспоминания» (оригинальное название — 思い出); 1935 - «Цветы шутовства» (оригинальное название — 道化の華); 1936 - «На закате дней» (оригинальное название — 晩年); 1937 - «Знаменосец XX века» (оригинальное название — 二十世紀旗手); 1939 - «Фугаку Хяккэи» (оригинальное название — 富嶽百景); 1939 - «Ученица» (оригинальное название — 女生徒); 1940 - «Дуэль женщин» (оригинальное название — 女の決闘); 1940 - «Припадаю к вашим стопам» (оригинальное название — 駈込み訴え); 1940 - «Беги, Мелос!» (оригинальное название — 走れメロス); 1941 - «Новый Гамлет» (оригинальное название — 新ハムレット); 1942 - «Справедливость и улыбка» (оригинальное название — 正義と微笑); 1943 - «Удаидзин Санэтомо» (оригинальное название — 右大臣実朝); 1944 - «Цугару» (оригинальное название — 津軽); 1945 - «Шкатулка Пандоры» (оригинальное название — パンドラの匣); 1945 - «Синсяку Сёкоку Банаси» (оригинальное название — 新釈諸国噺); 1945 - «Сэкибэцу» (оригинальное название — 惜別); 1945 - «Сказки» (оригинальное название — お伽草紙); 1946 - «Зимний фейерверк» (оригинальное название — 冬の花火); 1947 - «Жена Вийона» (оригинальное название — ヴィヨンの妻); 1947 - «Закатное солнце» (оригинальное название — 斜陽); 1948 - «Нёдзэгамон» (оригинальное название — 如是我聞); 1948 - «Вишни» (оригинальное название — 桜桃); 1948 - «Неполноценный» человек» (оригинальное название — 人間失格); 1948 - «Прощай» (оригинальное название — グッド・バイ).


1909
Фёдор Фёдорович Першиков
командир орудия 32-го артиллерийского полка (31-я Сталинградская ордена Богдана Хмельницкого II степени стрелковая дивизия, 73-й стрелковый корпус, 52-я армия, 2-й Украинский фронт), старший сержант. Родился на хуторе Крюково ныне Константиновского района Ростовской области. Из рабочей семьи. Русский. Затем с семьёй переехал на хутор Каменно-Бродский того же района, а оттуда - в город Шахты Ростовской области. Образование среднее. Работал десятником на каменном карьере. В 1932-1934 годах служил на срочной службе в Красной Армии, был призван в артиллерию. После увольнения в запас вернулся в Шахты. В первые дни Великой Отечественной войны, в июне 1941 года вторично призван в Красную армию Шахтинским районным военкоматом Ростовской области. С августа 1941 года Ф.Ф. Першиков - в действующей армии на фронтах Великой Отечественной войны. Воевал на Южном фронте, с августа 1942 по март 1943 года - на Закавказском фронте, с августа 1943 года - на Степном и Юго-Западном фронтах, с октября 1943 года - на 3-м Украинском фронте, с декабря 1943 года - на 2-м Украинском фронте. С лета 1942 года и до весны 1945 года воевал в 32-м артиллерийском полку 31-й стрелковой дивизии в составе 18-й, 46-й и 52-й армий. Участник оборонительных сражений на юге Украины и в Донбассе, оборонительного и наступательного этапов битвы за Кавказ, Курской битвы, Белгородско-Харьковской наступательной операции, битвы за Днепр, Корсунь-Шевченсковской операции. Один из наиболее опытных командиров орудия своего дивизиона, имел славный боевой счёт и многократно отличался в боях. Член ВКП(б) с мая 1943 года. Командир орудия 32-го артиллерийского полка (31-я стрелковая дивизия, 73-й стрелковый корпус, 52-я армия, 2-й Украинский фронт) старший сержант Першиков Фёдор Фёдорович проявил личное мужество и отвагу в ходе Уманско-Ботошанской наступательной операции. В условиях весенней распутицы советские войска нанесли тяжелое поражение противнику и успешно продвигались с боями на запад, к румынской границе. В бою 1 апреля 1944 года участвовал в бою по освобождению села Пырлица (Унгенский район, Молдавская ССР). Однако противник не смирился с потерей села - силами в 18 танков и до двух батальонов мотопехоты немцы перешли в контратаку и местами потеснили наши части. Создалась угроза окружения, дивизион занял круговую оборону. В составе дивизиона капитана Г.И.Горохова старший сержант Першиков вёл упорный бой и участвовал в отражении трёх контратак врага. В четвёртой контратаке 5 немецких танков и до батальона пехоты проникли в тыл позиций артиллеристов. Первым заметив обход врага, Першиков дал команду развернуть орудие. Первыми снарядами расчёт поразил 2 немецких танка, были истреблены до 30 солдат противника, остальные танки и мотопехота отступили. В пятой контратаке поразил 2 бронетранспортёра и ещё до 30 солдат противника. В шестой контратаке, когда пехота врага приблизилась вплотную к орудию, принял ближний бой и автоматным огнём вынудил вражескую пехоту залечь, а затем и отступить. Не допустил прорыва противника на батарею. Поле боя осталось за советскими воинами. За образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом отвагу и геройство указом Президиума Верховного Совета от 13 сентября 1944 года старшему сержанту Першикову Фёдору Фёдоровичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда". Тем же указом за героизм в бою при селе Пырлица звания Героев были присвоены командиру дивизиона капитану Г.И.Горохову и наводчику орудия из расчёта Першикова ефрейтору С.Л.Бреусу. Продолжал и далее отважно участвовать в боях. За отличие в Ясско-Кишиневской операции в августе 1944 года был награждён очередным боевым орденом. В сентябре 1944 года армия выведена в резерв, а с декабря 1944 - воевала на 1-м Украинском фронте. Новый беспримерный подвиг совершил в Висло-Одерской операции: в бою 25 января 1945 года расчет Ф.Ф.Першикова одним из первых форсировал Одер с своим орудием в 1,5 километрах юго-восточнее города-крепости Бреслау (ныне Вроцлав, Польша). За первые 16 часов боя на плацдарме участвовал в отражении 12-ти контратак врага и не отступил ни на шаг. В этом бою расчет Героя истребил 5 пулемётных точек и до двух взводов пехоты врага. Будучи ранен, отказался эвакуироваться в тыл и до конца боя оставался в строю. За этот подвиг командир полка 26 января 1945 года представил Ф.Ф.Першикова к званию дважды Героя Советского Союза (уникальный случай для солдата срочной службы!). Командиры дивизии и корпуса поддержали это представление, но командующий армией заменил награду на орден Славы II степени. А вскоре под тем же Бреслау война жестоко отомстила воину, уцелевшему за три года жестоких боёв (он был ранен только один раз, в бою 25 января 1945 года) - в феврале 1945 года в бою получил тяжелейшее ранение. Победу встречал в госпитале, а ещё через несколько месяцев был уволен из армии по инвалидности. Вернулся в город Шахты. Работал водителем в Шахтинской дорожно-строительной конторе, затем трудился в Центральных авторемонтных мастерских. Скончался 30 января 1958 года. Награждён орденами Ленина (13 сентября 1944), Отечественной войны II степени (21 сентября 1944), Славы II (4 марта 1945) и III (10 апреля 1944) степеней, двумя медалями "За боевые заслуги" (15 апреля 1943, 10 сентября 1943), другими медалями. Его имя увековечено на мемориале в селе Пырлица Унгенского района Республики Молдова.


1910
Александр Петрович Андреев
директор Свердловского завода электроавтоматики Министерства радиопромышленности СССР. Родился в Москве. Русский. Окончил Московский машиностроительный институт имени Н.Э.Баумана. С 1928 года работал на Кунцевском патронном заводе в Подмосковье: чертёжник, конструктор, начальник технического отдела, главный технолог. Во время Великой Отечественной войны, в 1941 году, завод был эвакуирован в Свердловск (ныне Екатеринбург), где выпуск продукции был возобновлён. В 1943 году А.П.Андреев был назначен его главным инженером. С 1949 года - директор оптико-механического завода. С 1953 года на протяжении последующих 18 лет - директор завода № 356 (с 1966 года - Свердловский завод электроавтоматики, ныне - ОАО «Уральское производственное предприятие «Вектор»). Под его руководством завод выпускал радиолокационную продукцию, был головным предприятием по производству радиолокационных метеорологических станций для Министерства обороны и Гидрометеослужбы СССР. В 1960 году на заводе была проведена реконструкция под производство новых радиоэлектронных систем разведки и управления для Сухопутных войск и Войск противовоздушной обороны (радиолокационные станции СОН-4А, СОН-9, СОН-9А, СОН-15, СНР-125). За годы его руководства завод освоил серийное производство десятков новых видов продукции (например, радиолокационные метеорологические станции РМС-1 «Метеор», «Метеорит», «Метеорит-2», «Метеорит-Р», радиолокационная метеорологическая станция ветрового зондирования РВЗ-1 «Проба»). За выдающиеся заслуги в выполнении заданий семилетнего плана и достижение высоких технико-экономических показателей в работе, Указом Президиума Верховного Совета СССР («закрытым») от 29 июля 1966 года Андрееву Александру Петровичу присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот». Завод тогда же был награждён орденом Трудового Красного Знамени. В 1971 году освобождён от должности директора завода, но остался работать на нём в должности начальника отдела научной организации труда. С 1975 года - на пенсии. Член КПСС. Депутат Свердловского городского Совета депутатов трудящихся, член Свердловского обкома и горкома КПСС. Жил в городе Свердловск. Скончался 22 января 1990 года. Похоронен на Широкореченском кладбище Екатеринбурга. Награждён 3 орденами Ленина (16 сентября 1945, 6 марта 1962, 29 июля 1966), орденами Октябрьской Революции (26 апреля 1971), Трудового Красного Знамени (18 января 1942), медалями, в том числе «За оборону Москвы» (1944), «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (1945).


1910
Пётр Макарович Калашников
командир отделения стрелкового батальона 22-й гвардейской мотострелковой Фастовской Краснознамённой бригады (6-й гвардейский танковый Киевский Краснознамённый орденов Суворова и Богдана Хмельницкого корпус, 3-я гвардейская танковая армия, 1-й Украинский фронт), гвардии старший сержант - на момент представления к награждению орденом Славы I степени. Родился в селе Первомайское ныне Ремонтненского района Ростовской области, в семье крестьянина. Окончил IV класса сельской школы и работал в местном колхозе трактористом до призыва в армию в мае 1942 года и сразу же попал в действующую армию на Брянский фронт. 12 февраля 1943 года в наступательном бою за город Ростов-на-Дону командир стрелкового отделения П.М.Калашников одним из первых достиг вражеского окопа и забросал его гранатами, уничтожив свыше 10 солдат противника. Приказом по 6-му гвардейскому танковому корпусу от 7 февраля 1944 года гвардии сержант Калашников Пётр Макарович награждён орденом Славы III степени. 26 июля 1944 года во время ночного штурма высоты в окрестностях города Перемышль стрелковое отделение под командованием П.М.Калашникова первым достигло высоты и в ходе боя уничтожило до 20 вражеских солдат, захватило 3 пулемёта и 2 конные повозки с боеприпасами. 20 августа в боях за расширение плацдарма на левом берегу реки Висла в районе железнодорожной станции Ратае (36 км севернее города Тарнув, Польша) командир отделения П.М.Калашников заменил выбывшего из строя командира взвода, и за 3 дня боёв взводом было уничтожено до 30 солдат противника. Приказом по войскам 3-й гвардейской танковой армии от 3 октября 1944 года гвардии старший сержант Калашников Пётр Макарович награждён орденом Славы II степени. 25 января 1945 года в бою за овладение населённым пунктом Альтхам севернее города Глейвиц (Германия, ныне Гливице, Польша) отделение, возглавляемое гвардии старшим сержантом П.М.Калашниковым уничтожило свыше 30 вражеских солдат, захватило 7 пулемётов и 2 автомобиля с военным грузом, лично командир сразил 8 солдат противника. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 июня 1945 года за образцовое выполнение особых заданий Верховного Главного Командования Красной Армии в период Отечественной войны Калашников Пётр Макарович награждён орденом Слава I степени. В ходе уличных боёв в Берлине П.М.Калашников пленил немецкого генерала. После демобилизации в 1946 году гвардии старшина П.М.Калашников вернулся на родину и жил в селе Кормовое Ремонтненского района, работал заведующим хозяйством колхоза, возглавлял тракторную бригаду, а последнее время работал помощником чабана в колхозе «Первомайский». Скончался 10 ноября 1980 года. Похоронен на кладбище села Кормовое. Награждён орденами Красной Звезды (3 августа 1943) и Славы 3-х степеней, медалями, в том числе «За отвагу» (14 декабря 1942).


1910
Фёдор Степанович Коломиец
директор Земетчинского свеклосовхоза Министерства пищевой промышленности СССР, Пензенская область. Родился в селе Макаровка Киевской губернии ныне Киевской области Украины, в семье крестьянина. Окончив сельскохозяйственный техникум, до 1930 года работал агрономом в колхозе. В 1930-1937 годах – уполномоченный Особого отдела ОГПУ – НКВД Украинской ССР (город Киев). В 1937-1941 годах – начальник отдела, заместитель директора, директор Черкасского сахарорафинадного завода (Киевская область). В 1939 году вступил в ВКП(б)/КПСС. В 1941-1948 годах – директор Земетчинского свеклосовхоза в Земетчинском районе Пензенской области. В 1947 году руководимый им совхоз получил урожай ржи 33,8 центнера с гектара на площади 155 гектаров. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1948 года за получение высоких урожаев ржи и сахарной свеклы при выполнении совхозами плана сдачи государству сельскохозяйственных продуктов в 1947 году и обеспеченности семенами зерновых культур для весеннего сева 1948 года Коломийцу Фёдору Степановичу присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот». Этим же Указом звания Героя Социалистического Труда были удостоены еще сразу 14 работников Земетчинского свеклосовхоза: А.Д.Башкирцева, А.З.Белкин, Е.Т.Булычева, А.П.Жбанчикова, А.Д.Колемасова, Г.В.Лялин, М.А.Панкова, П.И.Простова, Н.Н.Саксеева, Е.Т.Стрекалина, М.С.Суворова, К.С.Тепцова, Ф.М.Уткин, Ф.И.Шматков. В 1948-1952 годах – управляющий Полтавским сахоротрестом. В 1952-1953 годах – начальник, а в 1953-1954 годах – заместитель начальника Главного управления сахарной промышленности Министерства пищевой промышленности СССР. В 1954-1955 годах – начальник Главного управления винодельческой промышленности (Главвино) Министерства промышленности продовольственных товаров СССР. В 1955-1956 годах – слушатель Высшей школы пищевой промышленности. В 1956-1957 годах – заместитель Министра промышленности продовольственных товаров СССР. В 1957 году заочно окончил Всесоюзный институт пищевой промышленности. После ликвидации в мае 1957 года отраслевых Министерств в результате реформы назначен заместителем председателя совнархоза (СНХ) Краснодарского экономического административного района. В 1957-1960 годах – секретарь Краснодарского крайкома КПСС. В апреле 1960 – июне 1962 года – председатель Краснодарского крайисполкома. В мае 1962 года переведен на партийную работу в Казахскую ССР и назначен председателем Бюро ЦК Компартии Казахстана по руководству сельским хозяйством и председателем Организационного бюро ЦК Компартии Казахстана по Западно-Казахстанскому краю. С июня 1962 по январь 1963 года – первый секретарь Западно-Казахстанского крайкома Компартии Казахстана. С февраля 1963 по октябрь 1965 года – первый секретарь Целинного крайкома Компартии Казахстана и одновременно секретарь ЦК Компартии Казахстана. Целинный край, образованный в составе Казахской ССР постановлением ЦК КПСС 26 декабря 1960 года с административным центром в городе Акмолинске, представлял из себя огромную территорию. В состав края входили пять бывших областей: Северо-Казахстанская, Кокчетавская, Акмолинская, Павлодарская, Кустанайская. Указом Президиума Верховного Совета Казахской ССР от 19 октября 1965 года Целинный край был упразднен. С октября 1965 по ноябрь 1985 года – заместитель Министра пищевой промышленности СССР. Являлся крупным специалистом и организатором в сферах пищевой промышленности и сельского хозяйства, внёс большой вклад в развитие пищевой промышленности и формирование сырьевой базы для отраслей промышленности, перерабатывающих сельскохозяйственное сырьё, успешно совмещая профессиональную деятельность с партийной и общественной. Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 14 ноября 1985 года № 1114 был образован союзно-республиканский Государственный агропромышленный комитет СССР (Госагропром СССР) на базе пяти министерств: сельского хозяйства; плодоовощного хозяйства; мясной и молочной промышленности; пищевой промышленности; сельского строительства и Госкомитета по производственно-техническому обеспечению сельского хозяйства. Структура этого суперведомства численностью до 4626 человек (центральный аппарат в 1986 году – 3201 человек) была утверждена 30 ноября 1985 года. Председателем Госагропрома в ранге первого заместителя Председателя Совета Министров СССР назначили Героя Социалистического Труда В.С.Мураховского. Заместители председателя Госагропрома СССР, ведающие вопросами производства и переработки продукции животноводства, плодоовощной продукции, пищевой промышленности, механизации и электрификации, капитального строительства, материально-технического снабжения, были наделены статусом Министров СССР. Одним из заместителей Председателя Госагропрома СССР, несмотря на 75-летний возраст, был назначен Ф.С. Коломиец. В 1985-1989 годах – заместитель Председателя Государственного агропромышленного комитета СССР. Кандидат в члены ЦК КПСС в 1961-1966 годах. Депутат Верховного Совета СССР 6-го созыва (1962-1966 годы). Член Президиума – Бюро ЦК КП Казахстана в 1963-1965 годах. С декабря 1989 года – на пенсии. Жил в Москве. Скончался 23 (в ряде источников - 19) апреля 1994 года. Похоронен в Москве на Кунцевском кладбище. Заслуженный работник пищевой промышленности РСФСР (19 октября 1984). Награжден 2 орденами Ленина (18 мая 1948, 18 июня 1970), орденом Октябрьской Революции (18 июня 1980), 3 орденами Трудового Красного Знамени (17 июня 1960, 23 мая 1966, 18 июня 1985), орденом «Знак Почета» (2 марта 1976), медалями, в том числе «За трудовую доблесть» (25 декабря 1959).


1910
Анна Кондратьевна Пряжникова
звеньевая семеноводческого совхоза «Хомутовский» Министерства совхозов СССР, Новодеревеньковский район Орловской области. Родилась в селе Верхняя Любовша Ливенского уезда Орловской губернии (ныне – Краснозоренского района Орловской области), в семье крестьянина. Русская. Отец её погиб во время Первой мировой войны. Спустя 3 года умерла мать, оставив семерых детей на попечение Анны. В 1930 году вступила в комсомол и переехала жить в совхоз «Хомутовский», где начала работать поваром в отделении «Фроловка», а затем была переведена в полеводчество. С 1937 года и до пенсии работала звеньевой семеноводческого совхоза «Хомутовский» в посёлке Михайловка Новодеревеньковского района Курской (с сентября 1937 года – Орловской) области. В трудные годы Великой Отечественной войны труженики совхоза под руководством В.С.Никонова совершили настоящий подвиг. 10-12 октября 1942 года было принято обращение коллектива рабочих, служащих и инженерно-технических работников совхоза «Хомутовский» ко всем трудящимся области с призывом организовать сбор средств на постройку танковой колонны «Орловский партизан». Призыв подхватили и в освобождённых от немцев районах Орловщины. К февралю 1943 года на танковый завод поступило 28 миллионов рублей. В послевоенные годы активно трудилась, восстанавливая разрушенное хозяйство. В 1947 году руководимое ею звено получило урожай ржи 31,84 центнера с гектара на площади 16,3 гектара. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1948 года за получение высокого урожая ржи при выполнении совхозом плана сдачи государству сельскохозяйственных продуктов в 1947 году и обеспеченности семенами зерновых культур для весеннего сева 1948 года Пряжниковой Анне Кондратьевне присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот». Этим же указом звание Героя Социалистического Труда было присвоено ещё 6 работникам совхоза «Хомутовский»: А.М.Аникееву, В.М.Горбачёву, Р.Г.Замуруеву, А.А.Игнатовой, В.С.Никонову (директор совхоза), Н.Г.Потапову. После ухода на персональную пенсию продолжала трудиться в детском саду совхоза, затем на птичнике. Жила в посёлке Михайловка Новодеревеньковского района Орловской области. Дата смерти не установлена. Награждена орденом Ленина (27 марта 1948), медалями, в том числе «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», а также бронзовыми медалями ВСХВ.

1910
Эндрю Дейвид Тэкери
южноафриканский астроном. В 1932 г. окончил Кембриджский университет (Англия). В 1932-1948 гг. работал в обсерватории Маунт-Вилсон (США). В 1948-1974 гг. работал в Рэдклиффской обсерватории в Претории (с 1950 г. - директор), с 1974 г. - профессор астрономии Кейптаунского университета. Научные работы посвящены спектроскопии Солнца и звезд. В 1932-1936 гг. выполнил измерения центральных интенсивностей и эквивалентных ширин линий в спектрах Солнца для проверки теории образования спектральных линий. Совместно с П.Мерриллом объяснил возникновение эмиссионных линий в спектрах долгопериодических переменных с помощью механизма флуоресценции и предсказал ряд линий в далекой ультрафиолетовой области. Занимался изучением Магеллановых Облаков и переменных звезд южного неба. Вместе с А.Весселинком открыл переменные типа RR Лиры в Магеллановых Облаках и в 1952 г. независимо от В.Г.Бааде показал, что принятая в то время шкала внегалактических расстояний должна быть увеличена вдвое. Подробно исследовал состав звездного населения Магеллановых Облаков, шаровые скопления и переменные звезды в них, кинематику Облаков по лучевым скоростям. Участвовал в многолетней программе изучения дифференциального вращения Галактики по лучевым скоростям горячих звезд. Открыл много переменных звезд в карликовой галактике в созвездии Скульптора. В течение 30 лет наблюдал загадочный объект Киля, обнаружил сильную поляризацию излучения в гало вокруг этой звезды. Автор книги "Астрономическая спектроскопия" (1961).


1910
Пол Джон Флори (Paul John Flory)
американский физико-химик. Нобелевская премия по химии 1974 года была присуждена П.Флори «за фундаментальные достижения в области теории и практики физической химии макромолекул». Он занимал ведущие позиции в химическом обществе и был награждён не только за выдающиеся достижения в макромолекулярной химии, но и за активную деятельность защитника прав человека во всем мире. Корни семьи Флори прослеживаются в Эльзасе, затем в Англии, позже в Пенсильвании, и затем в Огайо. Пол очень гордился своим «гугенотским» происхождением. Его отец, Эзра Флори, был священником Церкви братьев, религиозного общества наподобие квакеров (Религиозное общество друзей). Семья часто переезжала из одного места в другое из-за его назначений в разные приходы. Эзра женился на Эмме Брутбау, родились две дочери, Маргарет и Мириам. После смерти Эммы во время родов, Эрза женился на Марте Брутбау, кузине Эммы, родились Джеймс и Пол. Земельный участок под Дейтоном (штат Огайо) был передан в собственность президентским указом и до сих пор принадлежит семье Флори. В детстве Пол был болезненным, но очень развитым ребёнком. Он всегда был особенно привязан к своей сводной сестре Маргарет, которая к тому же была его учителем в 6-м классе. Заметив способности Пола, она способствовала его дальнейшему образованию. В 1927 году Флори окончил среднюю школу города Элджин в штате Иллинойс. Взрослея, Пол развивался и физически посредством таких занятий, как земляные работы, активное плавание и горные походы. Он стал сильным человеком с огромной работоспособностью, которой отличался в течение большей части своей жизни. Он всегда был категорически против регулярных медицинских осмотров, даже когда незадолго до смерти от тяжелого сердечного приступа стал замечать, что устаёт даже от непродолжительного плавания. Несмотря на Великую депрессию, Пол успешно закончил Манчестерский колледж (1931; штат Индиана), получив за три года образование, но ещё не выбрав профессию. Именно в Манчестерском колледже его интерес к науке, особенно к химии, поощрялся профессором Карлом В.Холлом (Carl W.Holl), который посоветовал Полу поступить в аспирантуру Университета штата Огайо в 1931 году. В первый год обучения Пол подрабатывал земляными работами, а также на фабрике группы «Kelvinator», освоил магистерскую программу по органической химии под руководством профессора Сесила Е.Боурда (Cecil E.Boord). На второй год, решив заняться физической химией, он стал сотрудником лаборатории научного руководителя своей диссертационной работы, профессора Эрика Л.Джонстона (Herrick L.Johnston), которого описывал, как «имеющего безграничное рвение к научному поиску, производящее неизгладимое впечатление на его студентов». С другой стороны, по воспоминаниям выпускника тех лет, Джонстон и Флори «в глаза друг друга не видели». Пол Флори был неугомонным человеком и редко когда соглашался с устоявшимся порядком вещей. Он всегда искал улучшения положения или условий для реализации своих научных интересов и преуспевания своих коллег. После получения докторской степени Университета штата Огайо он устраивается в фирму «Дюпон» в 1934 году и через 4 года, в 1938г., переходит работать в Научно-исследовательскую лабораторию университета в Цинциннати. Необходимость разработки методов получения синтетического каучука, вызванная Второй Мировой войной, вернула его к промышленным аспектам в «Esso laboratories», созданной при «Standard Oil Development Company» (1940-1943), и затем в исследовательскую лабораторию «Goodyear Tire Company» (1943-1948). В 1948 году он стал профессором Корнеллского университета, где проработал 9 лет. Затем в 1957 г. он перешёл в Меллонский институт в Питтсбурге для осуществления большой программы фундаментальных исследований. Под его руководством проект несколько лет активно развивался до тех пор, пока административная деятельность не наскучила Флори. В 1961 г. он перешёл на должность профессора в Стэнфордском университете в Калифорнии, где и работал до своей смерти в 1985 году. Пол прожил счастливую семейную жизнь. Он женился в 1936 г. на Эмили Катерине Табор (Emily Catherine Tabor), которая поддерживала все начинания мужа. Они имели трёх детей: Сьюзен (Susan), ставшая женой Джорджа С.Спрингера (George S. Springer), профессора факультета аэронавтики и астронавтики Стэнфордского университета; Мелинда (Melinda), муж которой, Дональд Е.Грум (Donald E. Groom), являлся профессором физики в Университете Юты; и доктор Пол Джон Флори младший (Paul John Flory, Jr.), научный сотрудник факультета генетики человека Йельской медицинской академии. В семье 5 внуков: Элизабет Спрингер (Elizabeth Springer), Мэри Спрингер (Mary Springer), Сусанна Грум (Susanna Groom), Джереми Грум (Jeremy Groom) и Чарльз Грум (Charles Groom).
Научная работа
Начав работать в 1934 г., Флори занимался большинством основополагающих задач физической химии полимеров, включая кинетику и механизм полимеризации, молекулярно-массовое распределение, термодинамику и гидродинамику растворов, вязко-текучее состояние, стеклование, кристаллизация, конформации цепи, эластичность и жидкие кристаллы. Он автор более чем 300 публикаций. Отличительные особенности работы Флори хорошо описаны его давним другом и коллегой Томасом Г.Фоксом (Thomas G. Fox): «Секрет его успеха в уникальной интуиции при определении физической сущности проблемы, в способности описать явление в терминах простых моделей, поддающихся прямому анализу и дающих результаты, соответствующие первоначальной постановке проблемы. В итоге, теории и выводы Флори были поучительны, понятны и непосредственно полезны для читателя. Это верно как для работающих в области фундаментальных исследований полимеров, так и для занимающихся промышленными приложениями.»
"Дюпон" и Карозерс (1934-1938)
Флори предложили работу в фирме «Дюпон» на пике Великой депрессии, когда свободны были очень немногие рабочие места в промышленном и научном мире. Ему особенно повезло с назначением работать под руководством знаменитого Уоллеса Г.Карозерса, вклад которого в создание макромолекулярной концепции сравним с вкладом немецкого химика Германа Штаудингера. Флори стал исследовать простейшие и наиболее изученные реакции бифункциональных соединений (например, реакция этерификации этиленгликоля с янтарной кислотой). Становилось ясно, что полимеры, получаемые реакцией конденсации, будут содержать макромолекулы различной длины; задача, поставленная Карозерсом перед Флори, заключалась в создании математической теории молекулярно-массового распределения. Большинство химиков в то время полагали, что реакционная способность функциональной группы уменьшается с ростом цепи: предполагалось, что большой размер молекулы снизит скорость её движения и таким образом будет препятствовать неограниченному росту цепи. Данное заключение основывалось на принятой тогда в химической кинетике теории бимолекулярных реакций. Разрабатывая статистическую модель молекулярно-массового распределения, Флори постулировал противоположный принцип, согласно которому реакционная способность в данном растворителе, при данных температуре, давлении и концентрации зависит только от микроокружения и не зависит от общего размера молекулы. Он утверждал, что увеличение размеров молекулы действительно может уменьшить подвижность молекулы, но это будет скомпенсировано увеличением времени взаимодействия молекул при столкновении. Достоверных экспериментальных данных на тот момент было очень мало, но в последующие годы Флори осуществил множество экспериментов, которые подтвердили правильность его теории. Трудно придумать более простую функцию распределения: число цепей с х звеньями уменьшается экспоненциально по х. Это «наиболее вероятное распределение», как назвал его Флори, остаётся справедливым для реальных полимерных материалов. Ко времени публикации в 1936 г. непосредственное определение степени полимеризации было утомительным и неточным, но в настоящее время легко осуществляется методами гель-проникающей хроматографии. За время работы в фирме «Дюпон» Флори сделал ещё одно фундаментальное открытие в области механизмов реакций полимеризации. В одной из публикаций, рассматривая кинетику полимеризации олефинов, он указал на необходимость учитывать стадию, известную как реакция передачи цепи, в результате которой молекула с растущей цепью отрывает атом от другой молекулы, передавая ей активный центр полимеризации и заканчивая свой рост. Стадия передачи цепи при радикальной полимеризации заключается в переносе активного центра макрорадикала на другую молекулу, присутствующую в растворе: это может быть молекула мономера, полимера, инициатора, растворителя. Передача цепи на мономер или полимер приводит к обрыву материальной, но не кинетической цепи: исходная макромолекула полимера теряет способность продолжать свой рост и увеличивать молекулярную массу, но образующийся радикал продолжит реакцию полимеризации.

Практическая важность явления передачи цепи заключается в возможности контроля многих промышленных процессов полимеризации, включая получение синтетического каучука, имевшее значение для США во время Второй мировой войны. Передача цепи – неотъемлемая стадия большинства механизмов полимеризации. Вскоре после трагической гибели Карозерса в результате самоубийства в 1937 г. Флори уволился из «Дюпон» и уехал в Цинциннати.
Цинциннати (1938-1940)
Продолжая накапливать экспериментальные данные по линейным полимерным системам, Флори начал изучать полиэфиры, содержащие компонент с тремя или более функциональными группами, так называемые «трёхмерные» полимеры, содержащие разветвлённые структуры.

Разветвлённый полиэфир, получаемый поликонденсацией глицерина и фталевого ангидрида (коммерческое название — глипталь)
Один из подобных полимеров к тому времени уже стал хорошо известным коммерческим продуктом – глипталь (полученный из глицерина и ангидрида фталевой кислоты), кроме того, было известно, что подобные системы достигают состояния нулевой текучести (гель) в конце протекания реакции. Карозерс верно заключил, что подобному состоянию соответствует максимально достижимая молекулярная масса макромолекулы, в которой отдельные цепи соединены в огромную сеть; но среднюю молекулярную массу он вычислил из простых стехиометрических соотношений. В действительности образование геля происходит намного раньше завершения реакции, когда среднечисловая молекулярная масса ещё невелика. Следствием этого, как понял Флори, будет гораздо более широкое, чем для линейных полимеров, молекулярно-массовое распределение разветвлённых полимеров, и для описания гелей нужно использовать средневесовую молекулярную массу. В трёх публикациях, отличавшихся математической изощрённостью, превосходящей его предыдущие работы, он развил количественную теорию гелеобразования и общую теорию молекулярно-массового распределения.
Лаборатория ESSO (1940-1943)
Начало Второй мировой войны значительно увеличило необходимость получения синтетического каучука и убедило Флори вернуться к изучению промышленно важных процессов. Тем не менее он осуществил и фундаментальные исследования в области физической химии макромолекул. Вместе с Джоном Ренером младшим он разработал наглядную модель каучуковых сеток и применил её для объяснения явления набухания. Он измерил вязкость растворов полиизобутилена в широком диапазоне молекулярных масс, гораздо большем, чем когда-либо ранее, и доказал строгое выполнение закона Марка-Куна-Хаувинка со степенным показателем 0.64. Несомненно, выдающимся достижением тех лет было создание знаменитого уравнения Флори-Хаггинса для вычисления энтропии смешения растворов полимеров (тот же результат был получен независимо друг от друга М.Л.Хаггинсом в США и А.Д.Ставерманом в оккупированной нацистами Голландии):

Эта, теперь уже классическая, формула является аналогом уравнения Ван-дер-Ваальса состояния реального газа, т.к. хотя и приблизительно, она отражает основные физические характеристики и даёт надёжные количественные предсказания. Эта формула остаётся справедливой для реальных систем. Позже Флори распространил справедливость уравнения на смеси полимеров любой сложности.
Исследовательская лаборатория «Гудиер» (1943—1948)
В этот период Флори активно занимался прикладными исследованиями полимеров. Он изучал зависимость прочности эластомеров от наличия дефектов в сетчатой структуре, определял вязкость и температуру стеклования расплавов полимеров. Также он начал работу по термодинамике кристаллизации полимеров, ещё не исследованной области. Его теории предсказали зависимость степени кристалличности от температуры, молекулярной массы, жесткости цепи, химической однородности полимера и наличия растягивающей деформации. Из установленных им соотношений возможно вычислить теплоту и энтропию кристаллизации полимера и термодинамические параметры взаимодействия с растворителем. Весной 1948 г. Флори был приглашён в Корнеллский университет для чтения курса лекций и счёл атмосферу в Итаке (штат Нью-Йорк) настолько благоприятной, что с готовность принял предложение работать на факультете этого университета.
Корнеллский университет (1948-1957)
Во время преподавания в Корнеллском университете Флори начал работу над большим проектом, который закончил только в 1953 г.: сочинение «Основы химии полимеров» (672 страницы), которое спустя более чем полвека остаётся широко используемой книгой. Никакая другая монография не имела такого большого значения в этой развивающейся области знания. Также задуманное в первый год чтения лекций, ещё одно из его потрясающих исследований было быстро завершено: теория так называемого эффекта исключённого объёма, заключающаяся в том, что реальные молекулы полимеров, обладая эффективными размерами, не могут пересекаться друг с другом; кроме того, атомы макромолекул испытывают ван-дер-ваальсовы взаимодействия с ближайшими атомами вне зависимости от того, принадлежат ли они к одной и той же цепи, или являются частями соседних молекул. Продолжая более ранние незаконченные исследования Вернера Куна (Werner Kuhn), Хаггинса (Maurice L.Huggins) и Роберта Симха (Robert Simha), созданная Флори теория самосогласованного поля сегодня все ещё активно используется. Кроме некоторых случаев эффект исключённого объёма и других взаимодействий сохраняется. В хорошем растворителе цепные молекулы испытывают возмущение, которое неограниченно возрастает с увеличением длины цепи, и отношение молекулярной массы к эффективному радиусу (среднеквадратический радиус инерции, определяемый методом светорассеяния) не соответствует среднеквадратическому закону, что объясняется гибкостью цепи при пренебрежении всеми прочими взаимодействиями. Теория Флори для отношения радиуса к молекулярной массе даёт значение степенного показателя 3/5, что не так уж далеко от значения 0.5887 согласно современным теориям. Полученный Флори результат не был признан Дебаем и многими другими исследователями, т.к. «невозмущённая» цепь, удовлетворяющая соотношениям среднеквадратического закона, полностью соответствовала законам случайных блужданий, понятных в теории броуновского движения. Однако Флори показал, что при некоторой температуре (названной Флори «тэта»-температурой и известной как «температура Флори») силы притяжения и отталкивания не действуют. Это особое состояние может быть вызвано (по аналогии с температурой Бойля для реального газа) обнулением второго вириального коэффициента в выражении для осмотического давления, также активно исследовавшегося Флори и Кригбаумом (W.R.Krigbaum). Затем Флори обратился к исследованию вязкости растворов полимеров. Понимая, что частичным гидродинамическим экранированием, описанным в теориях Кирквуда (Kirkwood) и Дебая, возможно пренебречь, Флори и Фокс (T.G.Fox) показали, что увеличение вязкости раствора пропорционально кубу эффективного радиуса макромолекул, что соответствовало теории исключённого объёма, и что константа пропорциональности одинакова для всех гибкоцепных полимеров в любых растворителях. Так был открыт необыкновенно простой способ определения строения цепи полимера по вязкости раствора, что и стало одним из основных занятий Флори в его последующей карьере. Вскоре после этого открытия Флори с коллегами Манделкерном (L.Mandelkern) и Шерагой (Scheraga) осуществили похожее исследование скорости седиментации в ультрацентрифуге и показали, что из значений вязкости и скорости седиментации можно определить молекулярную массу полимера. В течение нескольких лет этот метод активно использовался биохимиками, т.к. требовал значительно меньшие количества образца, чем другие доступные в то время методы. Ещё одна новаторская работа во время работы в Корнеллском университете заключалась в создании за время отпуска в Манчестере (Соединённое Королевство) теории для описания термодинамических параметров жестких цепей, которую Флори впоследствии использовал в работе с жидкими кристаллами. Кроме того, его работа в «Гудиер» над кристаллизацией полимеров была применена к фазовым переходам фибриллярных белков.
Меллонский институт (1957-1961)
Флори, состоявший несколько лет в Совете попечителей Меллонского института, убедил руководство изменить устаревшую программу индустриальных разработок и заняться фундаментальными исследованиями. Ответ правления состоял в том, что только Флори способен реализовать эти исследования; таким образом, он чувствовал себя обязанным принять предложение при условии, что значительные финансовые ресурсы института будут полностью направлены на эти цели. Через несколько лет это условие, однако, выполнено не было, и Флори решил вернуться к академической деятельности.

Пол Джон Флори, 1973 год
Стэнфордский университет (1961-1985)
К тому времени научные достижения Флори были уже широко известны, поэтому приглашения заняться академической работой Флори получил одновременно от нескольких университетов. В 1961 г. Флори перешёл на должность профессора в Стэнфордском университете в Калифорнии. В одном из писем своему будущему коллеге Уильяму С. Джонсону (William S. Johnson) Флори писал, что его восхитили перспективы развития в Стэнфордском университете науки вообще и химии в частности. Продолжая исследования, начатые ранее, Флори с помощью Р.Л.Джернигана (R.L.Jernigan) и позднее До Юона (Do Yoon), разработал матричный метод для описания конформаций цепных молекул. Он не только объединил работы М.В.Волькенштейна (СССР), К.Нагаи (K.Nagai) (Япония) и С.Лифсон (S. Lifson) (Израиль), но и превзошёл их, достигнув качественно новых результатов. Этот метод изложен в его второй книге (1969) «Статистическая механика цепных молекул» и применён к огромному количеству полимеров, включая полипептиды и полинуклеотиды. Некоторые примеры описаны в его лекции Нобелевского лауреата (1974). Флори также вернулся к одной из его излюбленных тем: термодинамика растворов полимеров. Энтропия Флори-Хаггинса не была заброшена, но огромная работа была направлена на выяснение энтальпии смешения. Были введены понятия сжимаемости и свободного объёма, названные Флори «уравнениями состояния». Подход был успешно применён и к смесям неполимерных жидкостей. Работы в двух других областях раннего интереса также были возобновлены. Теория анизотропных растворов, начатая публикацией 1956 года, была разработана для жестко- и гибкоцепных полимеров. Теория каучуковых сеток, начатая в 1943 г., была значительно усовершенствована. Важным источником информации о конформационных переходах является температурная зависимость силы упругости эластомеров при условии, что возможно пренебречь эффектами исключённого объёма. Флори счёл это предположение обоснованным. По его собственным словам, «хотя цепная молекула в объёме полимера взаимодействует сама с собой, нет никакого выигрыша при увеличении занимаемого ей объёма, т.к. уменьшение внутримолекулярных взаимодействий компенсируется увеличением взаимодействий с соседними молекулами.» Много лет после того, как он постулировал это положение, исследования в Гренобле (Франция) и Юлихе (ФРГ) по нейтронному рассеянию подтвердили верность предположения. Используя различие в сечениях рассеяния нейтронов дейтерием и протием, было однозначно показано, что средние размеры ряда различных полимеров в неразбавленных аморфных образцах совпадают с «невозмущёнными» размерами в разбавленных растворах.

Области с плотно упакованными полимерными цепями чередуются в кристалле полимера с аморфными областями.
Споры о морфологии полукристаллических полимеров дали начало широкому и противоречивому обсуждению в литературе, но суть рассматриваемого явления так и не была выяснена в течение жизни Флори. При кристаллизации полимеров из разбавленных растворов в тонких пластинах могут быть получены отдельные кристаллы, при этом прямолинейные участки цепи располагаются перпендикулярно плоскости пластины. Длина цепи, как правило, превышает толщину пластины в 10 или более раз, поэтому цепи должны находится в складчатой конформации. При кристаллизации полимеров в большом объёме пластинчатые кристаллы также образуются, вопрос в том, находятся ли участки одной цепи в смежных положениях кристаллической решётки или же они разделены большими участками в аморфном состоянии и удалены друг от друга, входя в структуру одного и того же или соседних кристаллов. Флори и Юон придерживались второй модели, модели «телефонного узла», но и у первой модели было множество сильных и компетентных сторонников. Оказалось, что учесть все факты может только промежуточная модель, согласно которой поворот цепи и складчатая конформация имеет место в 50-70% случаев. В начале лета 1964 года Флори пригласили на должность профессора (прежде занимавшуюся Петером Дебаем) в Корнеллский университет, предложение его заинтересовало. Счастливое время в Стэнфордском университете закончилось, и Флори все более погружался в нормальное для него состояние сдержанного недовольства медленным прогрессом в решении отдельных задач, в особенности нехваткой помещений, пригодных для химических исследований. Флори имел обыкновение быстро менять места работы, поэтому руководство факультета серьёзно отнеслось к проблеме, был обеспечен приоритет новому зданию химического факультета. Несмотря на все эти многообещающие перемены осенью Флори был намерен принять предложение Корнеллского университета. Его друзья и коллеги во всем университете, узнав об этом, объединились и действовали великолепно, так что в результате Флори передумал покидать Стэнфордский университет. Таким образом получилось, что Флори остался в Стэнфорде до конца своей жизни. Несколько лет Флори занимал должность декана химического факультета. Его упорная борьба за технические возможности и оснащение факультета продолжалась, но лишь в 1974 году, после присуждения ему Нобелевской премии по химии, совет попечителей одобрил расходы на новые здания химического факультета.
Личные качества
Флори всегда внимательно относился к работам других учёных в области полимеров. Началом дружбы с Уолтером Г.Стокмаейром (Walter H. Stockmayer) была его достаточно мягкая реакция в случаях, если они расходились во мнениях по научным вопросам. Первый такой случай вышел с обсуждением трёхмерных полимеров после достижения ими точки гелеобразования: Флори предполагал наличие циклических структур в таких сетках, в то время как Стокмайер отрицал их существование на всех стадиях реакции. В следующий раз разногласие возникло много лет спустя, когда Курата (Kurata) и Стокмайер не признавали значения конформационных последствий так называемого «пентанового эффекта» между смежными внутренними вращениями в отдельных полимерных цепях. Как позже вспоминал Стокмаейр, здесь они были категорически неправы, а Флори – безусловно прав. По двум этим вопросам Флори никогда не критиковал Стокмаейра в печати, хотя по отношению к другим учёным часто не стеснялся указывать на подобные разногласия в резких выражениях. Друзья Флори всегда восхищались постоянно возрастающими познаниями Флори в формальной математике: «Ещё в Университете штата Огайо он пошёл на математические курсы и самостоятельно все изучил, чтобы пополнить относительно скудные познания времен Манчестерского колледжа. Все время он продолжал изучать то, что ему было необходимо, даже относительно поздно для карьеры теоретика.» По словам Генри Таубе, коллеги Флори по работе в Стэнфордском университете, Пол Флори обладал потрясающим чувством юмора, и предметом разговора часто становился анекдот, рассказанный им с большим удовольствием. Его собственное удовольствие от юмора выражалось в теплой, быстрой улыбке, озарявшей красивое лицо, уже покрытое морщинами, а часто и в искреннем смехе. Он был добрым и заботливым человеком, его беспокойство о благополучии других переходило в действие. После награждения Нобелевской премией активность его деятельности по вопросам прав человека увеличилась, он использовал свой возросший авторитет для улучшения положения тех советских учёных, которые из соображений совести выступали против правительства. Он занимался этими задачами с теми же энтузиазмом и преданностью, что и наукой в течение своей карьеры. В воспоминаниях о Флори Таубе писал: «Он обладал сильным характером, огромной честностью, его убеждения по научным вопросам были принципиальны и обоснованы. Очень чувствительный, он мог быть сильно критичным по отношению к тем, кто не соглашался с ним, даже по вопросам, в которых следовало придерживаться противоположной точки зрения. Его убеждения могли распространяться на различные вопросы, и он часто выражал их и своё несогласие в печати. Он писал с увлечением и талантом, публикация получалась убедительной, даже в отредактированном его женой Эмили варианте.» Некоторое время Флори читал лекции на Химическом факультете Стэнфордского университета, но он не особенно наслаждался преподаванием в аудиториях. Отчёты в его обычных лекциях были скучноваты. Вполне возможно, что его не занимали попытки сделать лекции увлекательными, он не видел в этом необходимости, полагая, что изучаемый предмет сам расскажет о себе ищущему знания. Во всяком случае, он часто был недоволен восприятием студентами его курса. Это объясняет, почему Флори, красноречивый и активный сторонник включения науки о полимерных материалах в основной учебный план по химии, отказывался предложить конкретные планы относительно того, как это возможно осуществить на факультете. Ответственность за реализацию проектов, которые были бы приняты, лежала бы на нём и вмешалась бы в занятия, которые нравились ему больше. Флори стал первым Нобелевским лауреатом в Стэнфордском университете, и день объявления присуждения премии стал одним из самых волнующих и праздничных дней на факультете. Флори не принадлежал к тому типу людей, чье самомнение сильно завышается от подобной чести. Но всё-таки он был рад этому, так как выдающееся положение и внимание СМИ, которыми располагает Нобелевский лауреат, позволяли ему быть намного более эффективным, чем раньше, в его борьбе за права человека. Энергичность Флори и его репутация неутомимого борца за права человека преследуемых учёных других стран хорошо известны. Это стало одним из его наиболее важных занятий в последнее десятилетие жизни. В этом его неизменно поддерживала его жена Эмили, которая подготовила поездки и сопровождала его во время встреч с преследуемыми учёными в странах Восточной Европы. Среди множества занятий по защите прав человека – неоднократные интервью на радиостанции «Голос Америки» для передач в Советском Союзе и Восточной Европе. Он работал в различных комитетах по правам человека, таких как Комитет ответственных учёных, очень критически относился к Национальной академии наук США, Американскому химическому обществу и другим научным сообществам из-за ухода от твердой позиции в вопросе отстаивания прав учёных.