1006
АнсариАбу Исмаил Абдаллах ибн Мохаммед Харави (арабское имя — عبد الله الأنصاري‎)
известный суфий-ханбалит, персидский поэт. Писал на персидском и арабском языках. Известен как аль-Ансари аль-Харави. Удостоен титула шейх аль-ислам. Аль-Ансари аль-Харави родился в 1006 году Герате. Его отец был суфием и сам познакомил сына с началами мистицизма. В девятилетнем возрасте аль-Ансари начал обучаться хадисоведению и толкованию Корана под руководством таких гератских традиционалистов-шафиитов, как Абу Мансур аль-Азди (умер в 1018 г.), Абуль-Фадль аль-Джаруди (умер в 1023 г.) и Яхья ибн Аммар (умер в 1031 г.). Несмотря на то, что его учителями были учёные шафииты, аль-Ансари стал ревностным последователем ханбалитской правовой школы (мазхаба). В 1026 г. целях продолжения обучения он отправился в Нишапур, затем в Тус, Бистам и Багдад. В Багдаде он посещал занятия видных ханбалитских хадисоведов (мухаддисов). Вскоре после этого он встретился со знаменитым персидским суфием, последователем традиции Абу Язида Бистами, Абуль-Хасаном аль-Харакани (умер в 1033-1034 г.), который сыграл решающую роль в его жизни и духовном развитии. Затем он вернулся в Герат, где стал заниматься обучением, а также вёл активную полемику с мутазилитами и ашаритами. В 1041 г. сельджуки захватили Восточный Иран и над аль-Ансари нависла угроза расправы. Его трижды ссылали, но последние двадцать лет его жизни прошли более спокойно. К концу жизни он пользовался признанием, а его слава вышла далеко за пределы Герата. Аббасидский халиф аль-Каим посылал ему почетные одежды. В конце жизни он потерял зрение и умер в 1089 г. в родном городе. Место аль-Ансари аль-Харави в истории ислама в значительной мере определяется тем, что процессу проникновения в исламские науки методов рационалистического рассуждения (калам), которые затронули и суфизм, он противопоставил учение, в котором шариат и божественная истина (хакк) оказались органично взаимосвязанными. У многих суфиев шариат и хакк фактически не согласовывались между собой. Аль-Ансари считал, что суфизм углубляет понимание Корана и сунны и является их продолжением. В этом отношении он был предшественником великого суфия-ханбалита Абдул-Кадира аль-Джилани (умер в 1166). Аль-Ансари считал, что спекулятивное богословие (калам) «предосудительным новшеством» (бида), так как вера не нуждается в доказательствах разума. В вопросах психотехники он призывал учеников постоянно и строго контролировать свои мистические переживания. Исламские биографы единодушно восхваляют его необычайное благочестие и широту познаний во всех областях религиозных наук. Его рвение в следовании Корану и сунне и приверженность ханбалитской школе служили причиной обвинений его в слепом фанатизме и антропоморфизме. Среди его учеников можно отметит суфиев-традиционалистов Мутамина ас-Саджи (умер в 1113), Ибн Тахира аль-Макдиси (умер в 1113) и Абуль-Вакта ас-Сиджзи (умер в 1157 г.). Однако наиболее выдающимся его последователем был Юсуф аль-Хамадани (умер в 1140), к которому восходят духовные цепочки тарикатов ясавия и ходжаган. Его сочинения, написанные на арабском и персидском языках, отражает его разносторонние интересы. Он написал краткое оригинальное руководство по суфизму «Маназил ас-са’ирин». На эту книгу был написан целый ряд комментариев, самых известный из которых «Мадаридж ас-саликин» Ибн Каййима аль-Джаузии (умер в 1350). Его произведения в рифмованной прозе и стихах («Мунаджат» и др.), содержащие молитвы и сентенции, занимают место среди лучших образцов персидской литературы. Книга аль-Ансари «Замм аль-калам ва ахлихи» стала одним из основных источников по истории борьбы против исламского рационалистического богословия. Большинство его сочинений изданы и переведены на европейские языки. Произведения: «Друг послушников и солнце собраний» (прозаическая обработка истории Юсуфа и Зулейхи); «Разряды суфиев»; «Стоянки шествующих». Литература: Петросян А.Р. Аль-Ансари аль-Харави // Ислам: энциклопедический словарь / ответственный редактор С.М.Прозоров. — Москва : Наука, 1991. — Страницы 21-22. — 315 страниц : иллюстрции — 50 000 экземпляров — ISBN 5-02-016941-2; Истины. Изречения персидского и таджикского народов, их поэтов и мудрецов. Перевод Наума Гребнева. Примечания Н.Османова. Москва :Наука, 1968; Санкт-Петербург: Азбука-Классика, 2005. ISBN 5-352-01412-6; Жуковский В.А. Песни Хератского старца // Восточные заметки. Санкт-Петербург, 1895; Хваджах Абдаллах аль-Ансари // Энциклопедия Британника


1008
Генрих I (французское имя — Henri Ier)
король Франции c 1031 года, герцог Бургундии в 1016—1032 годах, представитель династии Капетингов. Генрих I относится к числу наименее известных королей в истории средневековой Франции — как из-за отсутствия современных ему биографов, так и из-за продолжавшегося и даже углублявшегося в течение его правления упадка королевской власти, проигрывавшей борьбу с крупной и средней феодальной знатью. Эта борьба стала основным делом короля Генриха, что отражает полученное им ещё при жизни и давно не употребляющееся латинское прозвище Municeps («Покоритель»). Хронист связывает возникновение этого прозвища с постоянными осадами замков, которыми король был занят всю свою жизнь. Родился в Реймсе, Франция. Генрих был вторым сыном короля Роберта II и его третьей жены Констанции Арльской и соответственно долгое время не рассматривался в качестве претендента на корону. Уже в 1016 году, когда Генриху было всего восемь лет, он стал номинальным герцогом Бургундским как компромиссная фигура, устраивавшая обе стороны конфликта: и Роберта, первоначально пытавшегося сделать Бургундию частью королевского домена, и местную знать, стремившуюся сохранить самостоятельность (вначале — под властью графа Отто Гильома). Старший брат Генриха Гуго Магнус в 1017 году был коронован отцом и стал его формальным соправителем, но спустя восемь лет погиб, не успев жениться. Любимцем королевы Констанции был её третий сын Роберт: именно его она хотела видеть на престоле. Королю пришлось преодолеть серьёзное сопротивление жены и части вассалов для того, чтобы объявить своим наследником именно Генриха. 14 мая 1027 года Генрих был наконец коронован в Реймсе. Королева продолжила свои интриги. Видимо, из-за неё Генрих и Роберт в 1030 году подняли совместный мятеж против отца. Они бежали в Бургундию и заключили союз с мужем их сестры Рено Неверским, но вскоре примирились с королём.

Статуя Генриха I в Версале.
После смерти Роберта II 20 июля 1031 года королева Констанция начала открытую борьбу за утверждение на престоле Роберта. Её поддерживал могущественный граф Эд II де Блуа, чьи обширные владения охватывали королевский домен с двух сторон; союзниками Генриха были герцог Нормандии Роберт Дьявол и граф Анжу Фульк Нерра. Вначале Генрих потерпел поражение и бежал в Нормандию. Он прибыл в Фекан в сопровождении всего нескольких приближённых, но герцог Роберт принял его с почётом. С нормандским войском король смог вернуться в Париж, где договорился с младшим братом о примирении: Роберт отказался от претензий на корону, а взамен получил герцогство Бургундское. Королева Констанция вскоре умерла в ссылке в Мелёне (1032 год). Положение Генриха в продолжавшейся войне с графом Блуа и Шампани, претендовавшим на Санс, улучшилось благодаря смерти бездетного бургундского короля Рудольфа III в 1032 году. Эд II Блуаский претендовал на наследство как племянник покойного, но Рудольф подписал за несколько лет до смерти договор о наследовании с императором Конрадом II. В этой ситуации Конрад и Генрих I стали естественными союзниками. В мае 1033 года они встретились в лотарингском Девиле и договорились о совместных действиях против Эда. Вторжение императора в Шампань в 1034 году заставило графа отказаться от претензий и на Санс, и на Бургундию. Таким образом Генрих смог выиграть войну за престол, но только ценой серьёзных уступок князьям: он потерял обширное герцогство Бургундское, уступил нормандскому герцогу за его помощь южную часть Вексена, занимавшую крайне важное стратегическое положение, оставил неприкосновенным обширный территориальный комплекс, принадлежавший Блуаскому дому. При таких итогах войны он мог быть только «первым среди равных» в окружении своих номинальных вассалов. После смерти в 1035 году Роберта Дьявола, оставившего номинальную власть малолетнему сыну Вильгельму, в Нормандии началась феодальная анархия. Это открыло широкие возможности перед королём Генрихом, который мог усилить свои позиции, защищая юного вассала от мятежных баронов. Так, в 1047 году он сам привёл в Нормандию войско, чтобы помочь Вильгельму разгромить мятежников в битве при Валь-эс-Дюн. Король и герцог совместно боролись с экспансией в Мэне графа Анжуйского Жоффруа Мартела, угрожавшей им обоим. Радикальный поворот произошёл в 1052 году. Герцог Вильгельм женился на дочери графа Фландрского, создав таким образом крайне опасный для земель короны союз двух княжеств и нарушив прямой запрет Реймсского собора 1049 года и стоявшего за ним императора — союзника французского короля. В этой ситуации Генрих заключил союз с Жоффруа Мартелом и начал поддерживать мятежников Верхней Нормандии. В 1053 году Вильгельм осадил восставших в Аркезе; Генрих двинулся на помощь осаждённым, но при Сент-Обине часть его войска была разгромлена.

Тогда король отступил, дав Вильгельму возможность подавить мятеж. В следующем году Генрих снова вторгся в Нормандию, на этот раз с союзными отрядами, присланными из Бургундии, Аквитании и Анжу, и снова отступил после поражения при Мортемере части своей армии, которой командовал его брат Эд. В 1057 году Генрих и Жоффруа разграбили Нормандию к западу от реки Орн; Вильгельм разбил их арьергард при Варавиле. Наконец, в 1059 году Генрих потерпел второе поражение при Мортемере. Первые 20 лет своего царствования Генрих был союзником императоров. Его первая жена, вероятно, была племянницей Генриха III. Но в 1051 году Генрих I женился на дочери киевского князя, войдя таким образом в систему антигерманских союзов. Отношения ещё больше обострились в 1052 году, когда монахи монастыря святого Эммерама в Регенсбурге объявили, что обрели мощи святого Дионисия, одного из небесных покровителей Франции. Эти мощи якобы были вывезены из земель западных франков императором Арнульфом во время одного из его походов. Генрих III, признав эту находку, мог считаться покровителем Западнофранкского королевства, что стало серьёзным ударом по престижу Капетингов. Чтобы доказать, что регенсбургские мощи — фальшивка, Генрих I приказал открыть раку святого Дионисия в аббатстве Сен-Дени, а затем сам отправился в Баварию. Спор вокруг мощей смог уладить папа римский Лев IX, предложивший компромиссное решение: о мощах Дионисия Парижского было объявлено, что они не покидали Францию, а монастырь святого Эммерама «получил» двух новых святых — покойных регенсбургских епископов Эрхарда и Вольфганга. Но отношения между Францией и империей и дальше оставались натянутыми. Во время личной встречи в 1056 году Генрих I даже обвинил Генриха III в том, что тот нарушает условия договора (вероятно, речь шла о ленной присяге, которую за несколько лет до того Тибо III де Блуа принёс Генриху III, хотя и был вассалом французской короны). Возможно, в 1055 году Генрих организовал помолвку своего старшего сына Филиппа с дочерью императора Генриха III Юдит, но об этом сообщают только венгерские источники. Позже Юдит была выдана за Шаламона Венгерского. При Генрихе I активно шло усиление баронов Иль-де-Франса, строивших каменные замки, за стенами которых они могли чувствовать себя совершенно независимыми правителями. Бароны вели войны друг с другом, притесняли соседние церковные общины и города и даже грабили путников, в результате чего торговые пути стали небезопасными — в том числе и в окрестностях Парижа. Король, потерпев ряд неудач в первой половине своего правления, последние десять лет фактически ничего не предпринимал против этих своих вассалов, не вмешиваясь также в развернувшуюся борьбу городов со своими сеньорами за коммунальные права. Единственным успехом Генриха стала коронация его старшего сына Филиппа — традиционное для Капетингов средство передачи власти без участия крупных вассалов короны. Церемония прошла 23 мая 1059 года в Реймсе в присутствии всех князей Франции, кроме герцога Нормандского; Филиппу было тогда всего 7 лет. Генрих I умер в Витри-о-Лож близ Орлеана (Франция) 4 августа 1060 года. Вся жизнь Генриха I прошла в бесконечных походах и осадах. Он был храбрым и неутомимым воином, но успех сопутствовал ему далеко не всегда. Королевская власть при нём продолжала слабеть на фоне усиления ряда вассалов — в первую очередь герцога нормандского. При этом Генрих продолжал вести явно нереалистичную внешнюю политику. Первоначально Генрих был обручён с Матильдой, дочерью императора Священной Римской империи Конрада II, но брак не состоялся из-за преждевременной смерти невесты в 1034 году. В 1043 году Генрих женился на Матильде, вероятно, дочери маркграфа Лиудольфа Фрисландского из династии Брунонов, который был единоутробным братом императора Генриха III; через год Матильда скончалась в результате неудачного кесарева сечения.

Франция в 1030 году.
19 мая 1051 года в возрасте сорока трёх лет Генрих женился во второй раз — на Анне, младшей дочери Ярослава Мудрого (была известна во Франции как Анна Русская или Анна Киевская). Новую королеву привезли из дальних земель потому, что поблизости от Франции не было принцесс королевской крови, которые бы не состояли в слишком близком родстве с Генрихом, а церковь боролась с кровосмесительными браками. Бракосочетание состоялось в кафедральном соборе Реймса. От этого брака родились четверо детей.
Филипп I (1052—1108), преемник Генриха на королевском престоле; Роберт (1054—1063); Эмма (1055—1109); Гуго Великий (1057—1102), граф Вермандуа. Генрих I — один из важных персонажей романа Антонина Ладинского «Анна Ярославна — королева Франции». Литература: Ш.Пти-Дютайи. Феодальная монархия во Франции и в Англии X—XIII веков. Москва, 1938; Ф.Барлоу Вильгельм I и нормандское завоевание Англии. Санкт-Петербург: Евразия, 2007. — 320 страниц — 1 000 экземпляров — ISBN 978-5-8071-0240-1; Рыжов К. Генрих I Капетинг // Все монархи мира. Западная Европа. — Москва: Вече, 1999. — 656 страниц — 10 000 экземпляров — ISBN 5-7838-0374-X; Jan Dhondt: Les relations entre la France et la Normandie sous Henri Ier. In: Normannia. Nr. 12, 1939, S. 465—486; Andreas Kraus: Saint-Denis und Regensburg. Zu den Motiven und zur Wirkung hochmittelalterlicher Fälschungen. In: Fälschungen im Mittelalter. Internationaler Kongreß der Monumenta Germaniae Historica München, 16.-19. September 1986. Teil 3, Hahn, Hannover 1988, ISBN 3-7752-5158-8, S. 535—549; Rolf Grosse: Saint-Denis zwischen Adel und König. Die Zeit vor Suger 1053—1122 (= Beihefte der Francia. Band 57). Thorbecke, Stuttgart 2002, ISBN 3-7995-7451-4, S. 19-24.

1291
Гилберт де Клер (Gilbert de Clare)
7/8-й граф Хартфорд, 4/8-й граф Глостер, 9-й барон Клер, английский аристократ и полководец, сын Гилберта де Клера, 6/7-го графа Хартфорда и 3/7-го графа Глостера, от второго брака с английской принцессой Джоанной Акрской. Внук по матери английского короля Эдуарда I, Гилберт был одним из богатейших аристократов английского королевства, владевший землями в Англии, Уэльсе и Ирландии. Рано лишившись отца, он был признан совершеннолетним в 16 лет. Обладая воинскими и рыцарскими талантами, Гилберт принимал участие в военных конфликтах с Шотландией. Во время конфликта короля Эдуарда II с баронской оппозицией Гилберт был одним из немногих представителей высшей знати, сохранившим верность королю. Гилберт погиб молодым в битве при Бэннокберне 24 июня 1314 года, не оставив наследников, после чего угасла старшая ветвь дома Клеров. Гилберт уже в 4 года лишился отца. Его мать, Джоанна Акрская, дочь короля Эдуарда I, в 1297 году вышла замуж вторично — за Ральфа де Монтермара. Монтермар, который при жизни Джоанны получил принадлежавшие отцу Гилберта титулы графа Хартфорда и Глостера, первоначально занимался воспитанием пасынка, но с 1301 года Гилберт оказался под попечением королевы Маргариты, второй жены Эдуарда I. Сообщается, что Гилберт де Клер был другом детства принца Эдуарда (будущего короля Эдуарда II), однако здесь, вероятно, имеется в виду родившийся в 1281 году Гилберт де Клер, старший сын и наследник Томаса де Клера, 1-го барона Томонда, младшего брата 7-го графа Глостера. Тем не менее, Гилберт, очевидно, был близок к Эдуарду II. 23 апреля 1307 года умерла Джоанна Акрская, после чего Монтермар лишился графских титулов. В том же году умер и Эдуард I, после чего вскоре его наследник, Эдуард II, даровал Гилберту титулы графа Глостера и Хартфорда. Оммаж за них Гилберт принёс до марта 1308 года, хотя ему к тому моменту не было ещё 16 лет. В состав владений, унаследованных Гилбертом, входило более 23 английских округов, а также богатые владения в Уэльсе и Ирландии. Достаточно рано граф Глостер проявил военные и рыцарские способности, которыми отличались его отец и дед. Однако, в отличие от них, ему не пришлось воевать в Уэльсе: валлийские владения Клеров хорошо управлялись и находились в безопасности. В основном он принимал участие в двух взаимосвязанных конфликтах: в войнах с Шотландией и борьбе за власть при английском дворе. С 1308 года граф Глостер почти постоянно находился на королевской службе, получая важные должности во время военных конфликтов. В 1308—1309 годах он был хранителем Шотландских марок и капитаном Шотландии и северных марок. В том же 1308 году он был послан в Карлайл, чтобы провести смотр войск, собравшихся там против шотландцев, затем он отправился договариваться с Робертом Брюсом о перемирии. 3 декабря Глостер был назначен командиром отряда, посланного к замку Рутерглен для снятия осады. Однако способности Глостера не смогли предотвратить отпадение Шотландии, где Роберт Брюс, коронованный шотландской короной, воспользовался внутренними разногласиями в Англии и смог укрепиться на шотландском троне. Начиная с 1311 года внимание графа Глостера было отвлечено на внутриполитические проблемы Англии. Эдуард II мало интересовался правлением, передоверив его своим фаворитам. При первой же возможности он вернул своего фаворита Пирса Гавестона, изгнанного Эдуардом I, ко двору, пожаловал ему титул графа Корнуолл и в ноябре 1307 года женил на сестре графа Глостера. Глостер изначально не был враждебен к Гавестону, мужу своей сестры, однако положение королевского фаворита вызывало возрастающее раздражение и у него. Хотя Глостер и сохранял к Гавестону нейтралитет, он согласился с его изгнанием в 1308 году. Беспорядок, который происходил в Англии, и возвращение Гавестона в 1309 году, ставшего фактическим правителем королевства, вызвали ярость аристократов. Этому способствовали и насмешки, которым фаворит подвергал аристократов. Так Глостера, который был одним из немногих представителей высшей знати, которые сохраняли верность королю, он прозывал «кукушонком» (бастардом), указывая на тот факт, что его мать после смерти старого графа Глостера слишком быстро вышла замуж за Ральфа де Монтермара. Это прозвище дошло и до ушей Глостера. В итоге недовольство аристократии королевской политикой привели к тому, что осенью 1309 года пятеро высших аристократов потребовали назначить исполнительный совет «Лордов-ордайнеров», целью которого было проведение реформ в Англии. Король был вынужден пойти на уступки и 17 марта 1310 года было объявлено о том, что в течение следующих 18 месяцев лорды-ордайнеры, в состав которых вошёл и граф Глостер, будут «предопределять и укреплять королевство и королевский двор в соответствии с правом и здравым смыслом». В списке ордайнеров он указан первым из восьми графов, возможно, он был назначен по представлению короля. Однако вскоре он покинул состав ордайнеров, поскольку не смог эффективно противостоять чрезвычайным мерам, предложенными другими ордайнерами. Хотя баронская оппозиция смогла временно ограничить Эдуарда II, он сохранил королевские прерогативы. Пока ордайнеры заседали в Вестминстере, король со своим фаворитом и двором перебрался в Йорк. Осенью 1310 года он предпринял вторжение в Шотландию, однако на вызов в Берик явилось только двое представителей высшей знати — графы Глостер и Суррей. После смерти графа Линкольна в марте 1311 года Глостер был назначен хранителем королевства, в то время как Эдуард II был в Шотландии. Это показывает, что король старался получить поддержку от Глостера. Вероятно Глостер считал, что он может быть посредником между королём и ордайнерами. Однако посредничество не привело к каким-то ощутимым результатам. Вновь высланный в октябре 1311 года из Англии, Гавестон в 1312 году опять вернулся, что вызвало вооружённый конфликт между королём и оппозицией. Глостер был назначен баронами защищать Кент, Лондон и юго-восточные части Англии, однако он отказался принимать любое участие в войне против Гавестона, хотя и дал понять, что он готов подтвердить акты графа Ланкастера, лидера баронской оппозиции. 19 мая королевский фаворит был вынужден сдаться графу Пембруку при условии, что будет находиться под домашним арестом в замке Уоллингфорд до 1 августа, когда Парламент должен был решить его судьбу. Гавестон обратился к Глостеру, чтобы тот помог ему, однако тот ему высокомерно отказал. Позже двое баронов — графы Уорик и Ланкастер — не захотели ждать суда. Они выкрали Гавестона и увезли его в Уорик, где 19 июня тот был обезглавлен. Убийство Гавестона раскололо баронскую оппозицию. Несмотря на всеобщую ненависть к фавориту, его убийство потрясло англичан. В течение последующих 12 месяцев Глостер старался добиться примирения Ланкастера и короля. Тот факт, что никаких репрессий и судебных процессов против оппозиции не было, свидетельствует о том, что усилия Глостера, по крайней мере, не имели отрицательного эффекта. Когда в июле 1312 года обе стороны собирали войска для войны, именно Глостер выступил посредником, убедив короля выслушать Ланкастера. Летом 1313 года Глостер вновь исполнял обязанности хранителя королевства, пока король находился во Франции. А в феврале 1414 года он ездил во Францию в качестве королевского посла для ведения переговоров о Гаскони. Временное перемирие между королём и оппозицией позволило обратить внимание на Шотландию, где возобновил военные действия король Шотландии Роберт Брюс. В 1313 году он смог захватить несколько замков. Был осаждён и замок Стерлинг — важнейший стратегический пункт в западной Шотландии. Но Эдуард Брюс, брат шотландского короля, неосмотрительно заключил перемирие с его губернатором, сэром Томасом Моубреем. Согласно перемирию, если к 24 июня 1314 года осада не будет снята, то Моубрей сдаст замок. Это дало англичанам время на то, чтобы собрать армию для снятия осады замка. Около 20 февраля 1314 года стало известно о бедственном положении защитников замка Стерлинг. Клиффорд был одним из немногих баронов, на которых Эдуард II мог положиться. Хотя ряд крупных баронов, включая графов Ланкастера, Суррея, Уорика и Арундела отказались участвовать в шотландской кампании, королю удалось собрать 10 июня в Уорике армию в составе 2—3 тысяч рыцарей и около 20 тысяч копьеносцев и лучников. Армией командовал констебль, граф Херефорд. В составе армии были графы Глостер, Пембрук, Клиффорд, Ангус, Николас Сегрейв, Хью ле Диспенсер Младший. Для участия в походе Глостер за свой счёт снарядил 500 солдат. Эдуард II с армией выступил 17 июня. 22 июня — за 2 дня до сдачи замка Стерлинг — армия добралась до Фолкерка, дойдя до него за 6 дней. 23 июня англичане достигли речки Бэннокберн в нескольких километрах к югу от Стерлинга, около которой и состоялась битва, ставшая решающим сражением в войне за независимость Шотландии. Английская армия превышала по размеру шотландцев, но английские военачальники действовали крайне неудачно. В первый день англичане несмотря на долгий марш решили сразу же атаковать противника. По сообщению «Vita Edwardi secundi», Глостер, безуспешно пытался убедить короля не нападать в этот день, предоставив армии отдых. В ответ король обвинил Глостера в трусости, после чего тот обещал доказать необоснованность этого обвинения. Глостер, который был одет в тяжелые доспехи, вместе с графом Херефордом, возглавил атаку. Не дожидаясь развёртывания остальной армии, они устремились через речку. На возвышенности возле Борнстона, на Стирлингской дороге, наткнулись на отряд Брюса, который проводил рекогносцировку английской армии. Увидев корону на шлеме, англичане пошли в атаку, но догнать короля шотландцев не смогли. Столкнувшись со рвами и заграждениями, англичане были вынуждены прервать наступление. Глостер при этом был окружён отрядом сэра Джеймса Дугласа. Глостер ринулся на врага «как кабан, желая обагрить меч кровью», но его лошадь оступилась и упала на него. В результате Глостер получил смертельную рану. После окончания битвы, проигранной англичанами, Роберт Брюс великодушно отослал Эдуарду II тела погибших английских военачальников, включая и тело Глостера. Оно было захоронено в родовом аббатстве Тьюксбери. Гилберт был женат на Мод де Бург, однако прямых наследников не оставил. «Flores historiarum», сообщения которой не всегда надёжны, сообщается, что у Гилберта был сын Джон, который родился и умер в 1312 году. Кроме того, у Гилберта было 3 сестры: Элинор, Маргарет и Элизабет, которые предъявили права на обширное наследство графа Глостера. Его доход в момент смерти составлял около 6000 фунтов в год, что делало его вторым по богатству после графа Ланкастера, имевшего доход в 8000 фунтов в год. Однако спор о наследовании был отложен на два года, поскольку Мод де Бург, вдова Гилберта, объявила о том, что ждёт ребёнка. Неизвестно, была ли это ложная или неудачная беременность, или она симулировала беременность, убедив в ней короля в политических целях, но в 1316 году её претензии на наследство были отклонены, после чего спор между сестрами покойного графа Глостера был решён. Окончательный раздел был произведён в 1317 году. Одним из претендентов на наследство графа Глостера был Хью ле Диспенсер Младший, ставший королевским фаворитом после убийства Гавестона. Он был женат на старшей из сестер Гилберта — Элинор. Он начиная с 1314 года постоянно требовал раздела наследства. В первую очередь он претендовал на Тьюксбери, центр баронии Гламорган в Валлийской марке. С политической точки зрения это была самая важная часть наследства Глостера. После его казни Элинор вышла замуж за Уильяма де ла Зуша. Вторая сестра, Маргарет, вдова Гавестона, вторым браком была выдана замуж за другого королевского фаворита, Хью де Одли. Она получила многочисленные английские владения брата и баронию Гвинллуг, полностью отделённый от Гламоргана. Третья сестра, Элизабет, первый муж которой, Джон де Бург, брат вдовы её брата, умер в 1313 году, после чего была замужем ещё дважды — за Теобальдом Верденским и Роджером Дамори, получила манор Клер с замком Клер. Каждый из мужей наследниц также получил третью часть ирландских владений в Килкенни. После смерти в 1320 году Мод де Бург её вдовья доля также была разделена между наследниками, при этом два оставшихся баронств Валлийской марки, Уск и Каэрлеон, получил Роджер Дамори. Хотя раздел наследства Глостера был справедливым, наибольшую политическую выгоду из него извлёк Диспенсер, политический взлёт которого был связан с наследством Клеров и Гламорганом. В то же время графские титулы оказались угасшими, их король не восстановил не для одного из мужей наследниц. Только в 1337 году титул графа Глостера был воссоздан королём Эдуардом III для Хью де Одли. Жена: с 29 сентября 1308 года Матильда (Мод) де Бург (умерла в 1320), дочь Ричарда де Бурга, 2-го графа Ольстера, и Маргарет де Бург из Ланвалли. Дети: Джон де Клер (3 апреля 1312 — 1312). Литература: Брайант Артур. Эпоха рыцарства в истории Англии / Перевод с английского Т.В.Ковалёва, М.Г.Муравьёва. — Санкт-Петербург: Издательская группа «Евразия», 2001. — 576 страниц — 3 000 экземпляров — ISBN 5-8071-0085-9; Altschul Michael. Clare, Gilbert de, eighth earl of Gloucester and seventh earl of Hertford (1291–1314) // Oxford Dictionary of National Biography. — Oxford: Oxford University Press, 2004—2014; Archer Thomas Andrew. Clare, Gilbert de (1291-1314) // Dictionary of National Biography / Edited by Leslie Stephen. — London: Elder Smith & Co, 1887. — Vol. X. Chamber – Clarkson. — P. 382—383.


1426
Кристиан I, Христиан I или Христиерн I
король Дании, Норвегии и Швеции (Кальмарская уния), основатель династии Ольденбургов. Отец Кристиана, Дидерих Счастливый, сильно расширил родовые владения. В начале 1448 года скончался Кристофер III Баварский, король Дании, Норвегии и Швеции. После 8-месячного междуцарствия шведы избрали себе королем Карла Кнутсона, а датчане, руководимые епископом Роскилле, остановили свой выбор на Кристиане, который вслед за тем обручился с 18-летней вдовой своего предшественника, королевой Доротеей. Свадьба состоялась через год, и два дня спустя Кристиан был коронован датской короной. Карл Кнутсон с помощью норвежского архиепископа Аслака Болта добился того, что его короновали королем Норвегии. В 1450 г. он был, однако, свергнут, и Кристиан короновался норвежской короной в Тронхейме. Поддерживаемый датским дворянством и владетельными князьями Северной Германии, Кристиан восстановил после восстания свою власть в Швеции (1456—1457). Три года спустя Кристиан удалось присоединить и герцогства Шлезвиг и Голштинию. Новые восстания в Швеции расшатали, однако, унию; сражение под Брункебьергом в 1471 г. навсегда закрыло путь к восстановлению унии мирным путем. К этому присоединились ссоры Кристиана с братьями и большие финансовые затруднения. В конце своего царствования Кристиан подготовил новый поход в Швецию, но смерть помешала ему исполнению его плана. При нём основан Копенгагенский университет. Он имел 4 сыновей, из которых двое — Ганс и Фредерик I — оба занимали впоследствии датский престол, и дочь Маргариту, выданную за короля Якова III Шотландского. Умер в Копенгагене 21 мая 1481 года.


1600
Ганс Кристоф фон Кёнигсмарк (шведское имя — Hans Christoph Graf von Königsmarck)
германский военачальник, шведский фельдмаршал (1655), участник Тридцатилетней войны. Граф (с 1651). Родился в Кирице, Альтмарк. Представитель бранденбургского дворянского рода, начал службу в годы Тридцатилетней войны в армии Императора, отличился в Италии (1628). Когда в 1630 году шведский король Густав II Адольф высадился в Германии, перешёл на его службу в чине майора. Отличился при Ольдендорфе (1633) и Гильдсгейме (1634). С 1636 года — полковник, нанес поражение имперцам при Родкирхе, затем длительное время действовал в Вестфалии. С 1640 года — генерал-майор, в 1641 году сражался при Вольфенбюттеле, в 1642 году сопровождал Леннарта Торстенссона в Силезию, сражался при Швейднице и Брейтенфельде, был ранен. Когда Торстенссон ушёл в Богемию, остался командовать в Средней Германии, блокировал Магдебург, очистил от имперцев Померанию. В 1644 году, когда началась война с Данией, занял герцогства Бремен и Верден. Сражался затем в Саксонии, сделан генерал-лейтенантом. С 1646 года — генерал кавалерии, в 1648 году соединился во Франции с графом Карлом Густавом Врангелем и участвовал в сражении при Цусмарсхаузене 17 мая 1648 года, после чего вторгся в Богемию и осадил Прагу. Закончил войну в чине фельдмаршал-лейтенанта (был первым в Швеции, кто получил это звание), после заключения мира (в октябре 1648 года) остался генерал-губернатором Бремена и Вердена, в 1651 году получил титул графа. В 1654 году командовал войсками в войне против Бремена (Первая бременская война) и принудил город к покорности, в 1655 году получил патент шведского фельдмаршала. В войне против Речи Посполитой участвовал в осаде Данцига (1656), попал в плен. Отпущен только после Оливского мира (1660). Умер в Стокгольме 8 марта 1663 года.

1611
Карло Райнальди (итальянское имя — Carlo Rainaldi)
один из архитекторов, которые внесли наибольший вклад в формирование облика Рима эпохи барокко. До смерти в 1655 году отца, Джироламо Райнальди, Карло работал под его началом в традиции североитальянского маньеризма (в частности, над фасадом Сант-Аньезе-ин-Агоне). Собственная манера младшего Райнальди, сложившаяся в 1660-е гг., отмечена тягой к театральной монументальности. Из произведений Райнальди в «северной» манере наиболее значительна церковь Санта-Мария-ин-Кампителли (1663-1667), многоярусное использование колонн в которой создаёт у зрителя ощущение взмывания ввысь. В 1661-1665 гг. работал над фасадом грандиозной Сант-Андреа-делла-Валле. Одновременно спроектировал парные церкви на пьяцца дель Пополо. В конце жизни Райнальди строил восточный фасад базилики Санта-Мария-Маджоре, призванный органично объединить древнюю апсидную часть с капеллами, пристроенными Сикстом V и Павлом V. Умер 8 февраля 1681 года.


1622
Хуан де Вальдес Леаль (Juan de Valdés Leal)
испанский художник, график, скульптор и архитектор эпохи барокко. Родился в Севилье, в семье португальского дворянина, переехавшего в Испанию. Учился в Кордове, в мастерской А. де Кастильо, в 1656 поселился в Севилье, где прошла его художественная деятельность. В 1664, сопровождая своего покровителя дона Мигеля Маньяру, посетил Мадрид, что дало ему возможность ознакомиться с королевскими художественными собраниями, завязать контакты с мадридскими живописцами. Принадлежал к основателям Академии художеств в Севилье (1640). Писал картины на религиозные сюжеты, обращался к декоративным работам, архитектуре и скульптуре. Один из последних крупных мастеров севильской школы, Вальдес Леаль сформировался в общении с искусством Сурбарана, Кано, Мурильо и особенно Эрреры Старшего, близкого ему по импульсивности творчества и неуживчивому душевному складу. Искусство Вальдеса Леаля, замыкающее золотой век испанской живописи, отражает черты ее эстетической деградации. Мир его образов отходит от реальной жизни. Основные произведения — циклы картин для францисканского монастыря в Кармоне, посвященные святой Кларе (1652), в том числе Поражение мавров при осаде францисканского монастыря, Процессия со святой Кларой, несущей дарохранительницу (Севилья, Музей изящных искусств), для монастыря иеронимитов в Севилье (1657—1658), в том числе Искушение святого Иеронима, Бичевание святого Иеронима ангелами (Севилья, Музей изящных искусств); изображения почитаемых представителей ордена — Алонсо де Оканьи (Гренобль, Музей изящных искусств), Фернандо Лильеса де Фигероа (Севилья, Музей изящных искусств), Васко Португальского (Дрезден, Картинная галерея) и других; алтарь в церкви монастыря кармелиток (Кармен Кальсадо) в Кордове (около 1658) с центральной композицией Вознесение пророка Ильи на огненной колеснице, сценами Илья и ангел, Илья и пророки на боковых створках и изображениями святых в пределле. Творчество Вальдеса Леаля входит в русло столь распространенной в странах Европы XVII в. барочной церковной живописи, несет сильный отпечаток кризисного времени в жизни испанского общества, бурного темперамента художника, который, по словам современника, "писал с беспокойством и быстротой". Его произведения отличаются неровностью исполнения, иногда небрежностью рисунка, перегруженностью обычно очень крупных композиций. Многие погрешности искупаются красотой колорита, богатством и смелостью сочетания красных, зеленых, малиновых, синих, белых, серых, черных красок и золота. В изощренной живописности, в нарочитой эффектности динамичных сцен, ирреальном свете, условности подчас обезличенных и схожих между собой жестикулирующих персонажей, одетых в богатые полупридворные-полуфантастические костюмы, в обилии "реквизита", несомненно, сказалось влияние на Вальдеса Леаля театральных зрелищ его времени. Его произведения в своей основе пессимистичны, проникнуты ощущением бренности земного бытия. Образы художника, особенно женские, лишены чувственной привлекательности (Искушение святого Иеронима), изображения Девы Марии (Непорочное зачатие, 1650—1652, Париж, Лувр; 1689, Севилья, Музей изящных искусств; Вознесение Девы Марии, 1661, Лондон, Нац. галерея) холодноваты и однотипны. Славу Вальдесу Леалю в испанской живописи принесли две картины в церкви госпиталя Ла Каридад в Севилье — Иероглифы Смерти и Конец земной славы, заказанные в 1672 основателем братства милосердия доном Мигелем де Маньярой и, по-видимому, воплотившие мистические сентенции его трактата Речь об истине. В первой картине Смерть в виде скелета с косой попирает книги, рукописи, оружие, корону, папскую тиару и облачение (символы знания, земной и духовной власти) и гасит свечу. Во второй в темном склепе мистический свет озаряет открытые гробы с разложившимися останками епископа и рыцаря ордена Калатравы — жуткие, детально выписанные изображения, совершенные по живописи ослепительно белых, желтых, тускло-золотых и глубоко-синих тонов и безупречности рисунка. Тема бренности — Vanitas, столь популярная в европейской живописи XVII в., здесь достигает кульминации и как бы исчерпывает себя. Портрет Мигеля Маньяры, аскета с горящим взором, сидящего в келье у аналоя и указывающего на распятие (не ранее 1687, госпиталь Ла Каридад), — один из немногих в творчестве Вальдеса Леаля. Сама трактовка образа, присутствие мальчика-послушника позволяют говорить о превращении портрета в сюжетную картину. У художника (кроме сына Лукаса) не было учеников и последователей. Умер в Севилье 15 октября 1690 года. Литература: Beruete A. Valdés Leal. Madrid, 1911; Trapier du Gué E. Valdés Leal. Spanish Baroque painter. N. Y., 1960; Valdivieso Gonsález E. Juan de Valdés Leal. Sevilla, 1989; Pérez Callero J. Juan Valdés Leal. 1622—1690. Un barocco pom ántico. Sevilla, 1991.


1635
Виллем ван Ауторн (нидерландское имя — Willem van Outhoorn, Willem van Oudthoorn)
шестнадцатый генерал-губернатор Голландской Ост-Индии. Виллем ван Ауторн родился в Ларике, на острове Амбон. Его отец служил купцом (нидерл. koopman) в Голландской Ост-Индской компании. Ван Ауторн изучал право в Лейденском университете, окончил его 28 ноября 1657 года. В 1659 году он вернулся в Ост-Индию, служил в Голландской Ост-Индской компании в должности младшего купца (нидерл. onderkoopman). В 1662 году стал членом Совета правосудия (нидерл. Raad van Justitie) в Батавии. В 1672 году он был назначен генерал-инспектором (нидерл. ontvanger-generaal), а в 1673 году стал вице-председателем Совета правосудия. В 1678 году ван Ауторн руководил экспедицией в Бантам, после успеха которой был назначен специальным членом Совета Индии и действительным советником, оставаясь на этом посту до 1681 года. В 1682 году назначен председателем Совета правосудия, с 1689 году — президент колледжа ван Хеемраден (нидерландское название — College van Heemraden) и Генеральный директор Голландской Ост-Индии. 17 декабря 1690 года ван Ауторн был назначен генерал-губернатором Голландской Ост-Индии, вступив в должность 24 сентября 1691 года и сменив на этом посту Йоаннеса Камфейса. Правление ван Ауторна почти не было отмечено какими-либо важными событиями. В историографии он обычно оценивается как слабый правитель, не сумевший противостоять росту коррупции в чиновничьем аппарате Голландской Ост-Индской компании. После десяти лет пребывания в этой должности он попросил руководство компании, «Семнадцать господ» (нидерл. Heren XVII), освободить его от обязанностей генерал-губернатора. 15 августа 1704 года он официально передал все свои полномочия своему зятю Яну ван Хорну, женатому на его дочери Сюзанне. Перед уходом в отставку ван Ауторн попросил разрешить ему остаться жить в генерал-губернаторской резиденции в Батавии. «Семнадцать господ», приняв во внимание преклонный возраст отставного генерал-губернатора (к этому времени ему было за семьдесят), удовлетворили его просьбу. Виллем ван Ауторн скончался в Батавии 27 ноября 1720 года. Литература: Encyclopaedie van Nederlandsch-Indië, part N-Soek; Putten, L.P. van, 2002. - Ambitie en onvermogen : gouverneurs-generaal van Nederlands-Indië 1610-1796; http://www.bezuidenhout.nl/; A History of Modern Indonesia Since c. 1300.


1654
Канси (китайское имя —康熙; имя на пиньинь – kāngxī; собственное имя — Сюанье, 玄燁)
маньчжурский император из династии Цин (с 7 февраля 1661, эра Канси с 18 февраля 1662 по 4 февраля 1723, Китайский календарь). Четвёртый представитель маньчжурской династии, правивший всем Китаем, входившим в империю Цин. Родился в Пекине. Сюанье вступил на престол в 6-летнем возрасте и стал править под девизом «Канси» (Процветающее и лучезарное). 61 год его правления — рекордно длинный срок в китайской истории. Эпоха Канси стала символом благополучия, «золотым веком» Китайской империи. Умирающий император Шуньчжи перед своей смертью в 1661 году создал регентство из четырёх человек во главе с князем Обоем (Аобай). Они должны были править страной до совершеннолетия императора Канси, которому на тот момент было 6 лет. Регенты и другие маньчжурские аристократы немедленно казнили главу евнухов и уничтожили их влияние при дворе. Вслед за этим начались гонения на европейских миссионеров и христиан, терпимых при Шуньчжи. В начале 1660-х годов внутренние распри несколько парализовали активность цинского правительства. Князь Обой захватил всю власть в свои руки, создал при дворе сильную клику и самовластно правил империей восемь лет (1661—1669). Беспощадно истребляя своих противников, главный регент разжигал междоусобную грызню в верхних эшелонах власти, что привело к хаосу в государственных делах. В 1669 году молодой Канси и его дядя князь Сонготу (Соэту) свергли Обоя и разогнали его клику. Ведение государственных дел взял в свои руки Сонготу. Он же стал лидером Совета князей-регентов и сановников, и почти девять лет (1669—1678) был фактическим правителем Цинской империи при юном богдохане. Дворцовый переворот 1669 года и свержение Обоя произошли в момент, когда в верхах китайского общества началось брожение. Чтобы сбить волну недовольства, князь Сонготу и его соратники пошли на ряд уступок и послаблений. Устранив недовольство масс и упрочив тыл, правительство Сонготу укрепило позиции маньчжурского режима в Китае. В 1679 году Канси отстранил князя Сонготу от управления государством и взял власть в свои руки. С этого времени началась так называемая «эпоха Канси». Укрепив свою личную власть, император ослабил влияние Совета князей-регентов и сановников, самостоятельно принимал важнейшие решения и сам руководил завершением войны по завоеванию и усмирению Китая. С начала 1680-х годов наступил резкий спад вооружённой борьбы в Китае. За 60 лет царствования Канси произошло более 50 больших и малых восстаний против маньчжурских завоевателей — в два раза меньше, чем за 18 лет пребывания на престоле его отца, то есть общий накал антицинской борьбы снизился в шесть-семь раз, причём основная масса восстаний приходилась на восемь лет войны «трёх князей-данников» (1673—1681). С 1681 года цинское правительство активизировало курс на восстановление земледелия и вывод страны из вызванного несколькими десятилетиями войн социально-экономического упадка. Начался ремонт и обновление пострадавших или пришедших в негодность дамб, плотин, каналов, ирригационных систем и дорог. Как и его современник русский царь Пётр I, Канси отличался личным вниманием к гидротехническим сооружениям, жизненно важным для грузоперевозок, а также защиты страны от наводнений. Он неоднократно лично посещал строительные работы на реке Юндинхэ под Пекином, часто заиливавшейся и менявшей своё русло, и давал ценные указания Ю Чэнлуну, руководившему проектом. Как-то раз (1699 г.) император собственноручно измерил её глубину, чтобы оценить степень заиливания. После захвата в 1683 году Тайваня было разрешено каботажное судоходство и торговля вдоль морского побережья Китая. В 1684 году цинское правительство сняло запрет на торговлю с иностранцами, поставив её под строгий контроль казны, насаждавшей систему монополий и ограничений. Умелый администратор, умный политик и хитрый дипломат, Канси сконцентрировал в своих руках всю власть. Он непосредственно руководил «шестью ведомствами» и сам решал важнейшие вопросы. Император прекратил гонения на христиан, вернул из опалы миссионеров, учился у них математике и другим наукам, сделал одного из них (Фердинанд Вербист) главой Астрономического управления. Вплоть до конца XVII века иезуиты оставались доверенными советниками Канси. Они оказывали ему помощь в литье пушек, в точных науках, в переводах с европейских языков и в дипломатии. Получив классическое китайское образование, Канси стал ревностным конфуцианцем. Склонный к литературному творчеству, он претендовал на славу конфуцианского учёного и мецената. Строго следя за настроениями населения, Канси разработал «16 заповедей» вместо «шести поучений» Шуньчжи. Они были опубликованы в виде специального «священного указа» в 1670 году. Помимо сугубо моральных наставлений новый документ содержал ряд «заповедей» фискально-полицейского характера. В них император убеждал крестьян полностью уплачивать налоги, участвовать в системе круговой поруки, «подавлять воров и разбойников», не укрывать беглых и т. д. Выход русских казаков, служилых людей и переселенцев в бассейн среднего течения Амура вынудил цинское правительство к созданию плацдарма для противостояния экспансии Московского государства. В 1674 году на Сунгари рядом с военными верфями была основана крепость Гирин. Через два года сюда из Нингуты была переведена ставка нингутинского военачальника. Обезлюдение цинских владений на Северо-Востоке резко осложнило задачу обороны и сохранения в неприкосновенности «священной родины» маньчжуров. Для защиты от переселения сюда китайцев (из собственно Китая — провинций к югу от Великой Стены) и монголов (с запада), а также и от контрабандной торговли женьшенем, Канси в 1678 году приказал мукденскому военачальнику Аньчжуху построить специальную систему укреплённых линий, получившую название «Ивовый палисад» (en). Её строительство продолжалось до 1680-х годов, а общая протяжённость превысила 900 км. Линия разделила юг Маньчжурии на три части: южную (примерно соответствующая нынешнему Ляонину), уже имевшую значительное китайское население; западную, где жили монголы; и восточную (примерно соответствующая нынешней провинции Цзилинь), доступ в которую для не-маньчжур должен был строго контролироваться. Палисад также отделял долину реки Ялу от Ляонина, с тем чтобы оставить долину Ялу как незаселённую буферную зону вдоль корейской границы. С окончанием войны в Китае и присоединением Тайваня, Канси особое внимание стал уделять войне с Московским государством в Приамурье. Маньчжурский двор пытался организовать против российских войск походы ханов Халхи, в первую очередь Тушэту-хана Чихуньдоржа и его брата Ундур-гэгэна Дзанабадзара, главу буддийской церкви Монголии. Представители цинского дома призывали Тушэту-хана нанести удар в Забайкалье и вернуть власть над бурятами и другими народами, перешедшими в подданство русского царя. Однако Тушэту-хан и Ундур-гэгэн не хотели рвать торговые связи с Московским государством и использовали политику лавирования. Потерпев в 1688 году поражение под Селенгинском, Тушэту-хан окончательно вышел из войны. В 1685 году маньчжурская армия во главе с князем Пэнчунем после осады овладела Албазином, но вскоре казаки вновь заняли и отстроили крепость. В 1686 году цинские войска опять атаковали Албазин, но после пятимесячной осады и больших потерь отступили, блокировав его со всех сторон. Русское правительство направило на Амур посольство Ф.А.Головина с предложением переговоров, и блокада Албазина была снята. В 1689 году в Нерчинске, под давлением большой цинской армии, окружившей город, Ф.А.Головин подписал договор с империей Цин. По этому договору была определена граница России с Цинской империей в верхнем течении Амура. Крепость Албазин подлежала срытию, устанавливались мир и торговля между обоими государствами. Это был большой военный и дипломатический успех Канси. Однако на оставленной русскими территории Канси, в соответствии с подписанным договором, запретил кому бы то ни было селиться, и она превратилась в безлюдную буферную зону. В этот период внимание маньчжуров было сосредоточено на ситуации в Халхе и Джунгарии. Особо опасным для маньчжуров было укрепление Джунгарского (Ойратского) ханства как возможной основы объединения монгольских племён под руководством ойратов. Канси всячески противодействовал стремлению джунгарских ханов и верховных лам Тибета создать единое государство. Он умело поддерживал сепаратизм халхаских ханов и разжигал междоусобицу в Северной Монголии, выжидая удобный случай для присоединения её к Цинской империи. Во время халхаско-джунгарской войны 1687—1688 годов Канси разыграл роль независимого арбитра. Не выступив на стороне халхасцев вопреки договору о взаимопомощи с ханами Халхи, он дождался разгрома их войск правителем Джунгарского ханства Галдан-Бошогту ханом. Таким образом он вынудил их на принятие подданства Цинской империи, поскольку агрессивность Галдан-Бошогту хана пугала их больше, нежели господство цинского дома, связанного с чингисидами родственными связями по женским линиям. Канси получил великолепный предлог для покорения Халхи под видом защиты её от ойратов. Разгромленные Галдан-Бошогту ханы, князья и буддийские иерархи Халхи в панике бежали под защиту Канси.

Стела у Моста Марко Поло на реке Юндинхэ в честь императорского руководства строительными работами.
Осенью 1688 года халхаские нойоны во главе с Тушэту-ханом Чихуньдоржем и Ундур-гэгэном Дзанабадзаром приняли формальное подданство маньчжурского государства. Не желая столкновения с империей, Галдан-Бошогту предложил Канси мир на условиях выдачи ему или отправки в Лхасу Тушэту-хана и Ундур-гэгэна, а также установления китайско-джунгарских торговых отношений. Канси предпочёл миру войну. Это решение ускорило переход Северной Монголии под руку маньчжурского императора. В 1689 году на своём съезде халхасские ханы решили признать цинское господство. Канси вступил в Халху во главе большой армии. Силы Галдан-Бошогту были ослаблены захватом власти в Джунгарии его племянником Цэван Рабданом. Кроме того, маньчжурам удалось дезинформировать Галдан-Бошогту, скрытно перебросить через Гоби свои превосходящие силы и навязать ойратам генеральное сражение вместо опасной для них манёвренной войны. В сентябре 1690 года в сражении при Улан-Бутуне Галдан-Бошогту потерпел поражение и, понеся огромные потери, отступил. В 1691 году в Долон-норе состоялся съезд ханов, джасаков и нойонов Халхи и Южной Монголии. Сюда во главе огромной армии прибыл и Канси. На съезде было объявлено о включении всех трёх аймаков Халхи в состав Цинской империи. Военные действия возобновились в 1696 году. Император во главе огромного войска подступил к Керулену, однако Галдан-Бошогту отошёл, не приняв боя. Другая маньчжурская армия под командованием Фэйянгу в июне этого года перехватила Галдан-Бошогту близ Чамдо. В этом решающем сражении ойратская конница была разгромлена на берегах реки Толы в районе Урги. Потеряв несколько тысяч пленными, весь обоз и огромные стада, Галдан-Бошогту бежал и в 1697 году покончил с собой. После этого вся территория от Алтая до Халхи также вошла в состав Цинской империи. Для ослабления власти монгольских ханов и князей Канси раздробил их уделы. На последнем этапе маньчжурско-джунгарской войны в 1697 году Цинской империи подчинился султанат Хами (Комул). Его правитель из династии Великих Моголов, желая обезопасить себя от угрозы со стороны ходжей Кашгарии и ойратского господства, отдался под власть Канси. Таким образом, присоединив к себе Китай и Монголию, Цинская империя стала к концу XVII века самым крупным государством в Азии. С завершением завоевания Китая и начавшимся восстановлением производства, Канси с начала XVIII века стал постепенно отменять сделанные ранее налоговые послабления. С целью унифицировать и упростить фискальную систему Канси в 1712 году провёл налоговую реформу. Реформа 1712—1720 годов улучшила положение неземледельческого населения деревни и сельской бедноты, постоянно или временно занятых в сфере промыслов, отходничества, разносной и мелочной торговли, транспорта и др. Всё это способствовало дальнейшему восстановлению сельской экономики и ускорило её выход из затяжной разрухи в середине XVIII века. Чтобы ослабить ненависть китайцев к чужеземцам, Канси покончил с практикой произвольных захватов земли, домов и имущества знамёнными маньчжурами. Чтобы укрепить союз маньчжуров с китайской верхушкой, Канси всячески привлекал её на свою сторону: были разработаны обширные культурные программы, расширено участие китайских шэньши и землевладельцев в гражданской администрации. В то же время император стремился не допустить чрезмерного усиления власти в руках влиятельных китайских аристократических родов и богатых кланов на местах и в центральном аппарате. С этой целью в 1700 году были установлены строгие квоты на получение учёной степени «цзюйжэнь», открывавшей дорогу к чиновничьим рангам и административным должностям. Стремясь предотвратить оппозиционные настроения среди шэньши и интеллигенции, Канси организовал подготовку многотомных энциклопедий, антологий, словарей и других изданий, выделяя на эти цели большие средства из казны. По его указанию переиздавались произведения древней и средневековой китайской литературы. Во всём этом было занято множество учёных — историков, литературоведов, филологов, писателей, каллиграфов, художников и гравёров, которые получали хорошо оплачиваемую работу, выгодные литературные и редакторские заказы. Император использовал организацию широких литературных работ для проведения селекции, цензуры и карательных мер. Из публикуемых произведений вычёркивались все крамольные места: вольнолюбивые мысли, неудобные факты и явные намёки, направленные против маньчжуров и других иноземных завоевателей Китая, на укрепление национального самосознания китайцев. Само по себе полезное собирание редких памятников китайской культуры, их издание и комментирование сопровождалось ревизией исторического наследия — исправлением, сокращением или уничтожением неугодных текстов. Специальные комиссии и коллегии осуществляли цензурирование и фальсификацию произведений, к чему приложил руку и сам император. С теми же учёными, кто не покорился маньчжурам, Канси был беспощаден. В 1711 году был брошен в тюрьму Дай Минши, включивший в свой труд описание антиманьчжурской борьбы. Учёный был четвертован, члены его семьи и друзья — более 100 человек — казнены. Особое внимание Канси уделял вопросам идеологии. Он всемерно укреплял позиции неоконфуцианства, в полном объёме восстановил экзаменационную систему и сеть конфуцианских учебных заведений, всячески привлекая ко двору авторитетных конфуцианских учёных. Даже маньчжурская знать была вынуждена давать своим детям конфуцианское образование. Канси проводил курс на сотрудничество с китайской чиновно-шэньшиской элитой, расширяя её участие в аппарате управления и укрепляя тем самым Цинскую империю как централизованное государство. При всём том Канси проявлял известную веротерпимость. Пользуясь его расположением, иезуиты в 1692 году добились указа, разрешавшего обращать китайцев в христианство. Однако склонные к религиозному синкретизму китайцы-неофиты сочетали культы Христа и Конфуция с поклонением предкам. Миссионеры и Ватикан стали оказывать на Канси давление, в 1705 и 1720 годах потребовав от него запретить новообращённым сохранять китайские верования. Канси отклонил это вмешательство во внутренние дела империи, а встретив сопротивление — принял жёсткие меры: один из папских легатов умер в тюрьме, другой был выслан. Тем не менее, проповедь христианства не была запрещена. Канси ставил своей целью разгромить Джунгарское ханство и поставить Тибет в зависимость от маньчжурской империи Цин. Политическая обстановка в этих странах облегчала реализацию политики Пекина. В 1705—1710 годах в Тибете разгорелась вооружённая борьба за власть между хошутским правителем Лхавзан-ханом и тибетским регентом Сангье Гьяцо (Санчжай Чжамцо). Пытаясь установить своё влияние в Тибете, император поддержал хошутов. В Пекине хорошо понимали, что цинское господство в Монголии не может быть прочным без его религиозной поддержки из Лхасы, без благожелательного для маньчжуров воздействия Далай-лам на буддийскую церковь Монголии. Тем не менее, на данном этапе Канси стремился ослабить правителей Лхасы руками хошутов, чтобы впоследствии подчинить и тех, и других. В Джунгарии после смерти Галдан-Бошогту ойратским ханом стал его племянник Цэван Рабдан. Он вновь объединил все четыре ойратских аймака, восстановив распавшееся было Джунгарское ханство. Будучи сторонником независимости, новый хан отклонил неоднократные предложения Канси стать «данником» богдыхана. Обе стороны активно готовились к новой схватке. Цэван Рабдан потребовал от Канси вернуть захваченные у Галдан-Бошогту земли к востоку и северу от Латая. В Пекине отвергли это требование. Со своей стороны, император настаивал на предоставлении самостоятельности каждому из четырёх княжеств-аймаков. Это значило фактически взорвать изнутри единство Джунгарского ханства и предельно ослабить центральную власть хана на фоне раздробленности. Естественный отказ Цэван Рабдана ускорил начало войны. В 1715 году началась вторая война между Цинской империей и Джунгарским ханством, которая велась с переменным успехом, не давая явного перевеса ни одной из сторон. Цэван Рабдан силами своего вассала Цэрэн Дондуба-старшего в 1717 году захватил Тибет. Воспользовавшись этим, Канси в 1720 году направил в Лхасу две колонны войск — из Сычуани и Цинхая — под командованием Гэрби и Янь Синя, конницу халхаских князей, а также поднял против ойратов тибетское ополчение из Кама. Потерпев поражение, ойраты ушли из Тибета, что усилило влияние Цинской империи в Центральной Азии. После разгрома и изгнания ойратов маньчжуры оставили в Лхасе двухтысячный монгольский гарнизон. Тибетское правительство до 1723 года оставалось в сильной зависимости от маньчжурского резидента. Важным направлением внутренней политики Канси, а затем и его преемников, стало реальное покорение неханьских народностей Юго-Западного Китая. Канси начал длительную кампанию, направленную на фактическое включение этих народов в общеимперскую систему бюрократического контроля и налоговой эксплуатации, то есть превращение «данников» в обычных подданных. В 1704 году по приказу Канси в районах национальных меньшинств провинций Хунань, Гуйчжоу, Юньнань и Гуанси вместо традиционных наследственных чиновников из местных старейшин, князьков и племенных предводителей стала вводиться общекитайская чиновничья система. Император Канси скончался в Пекине 20 декабря 1722 года. Погребён в Гробницах Восточной Цин. Вопреки всем ожиданиям императорского клана и к крайнему удивлению многочисленных сыновей императора, наследником был объявлен Иньчжэнь. Всего у Канси было 64 супруги. Канси правил дольше всех в истории Китая, и детей у него было больше, чем у любого другого императора династии Цин. Большинство из них умирали молодыми от болезней, официально считается, что у Канси было 24 сына и 12 дочерей. В компьютерных играх: В «Age of Empires III: The Asian Dynasties» Канси представлен как лидер играбельной цивилизации Китая. В кино: «Поразительное на каждом шагу» (Startling by Each Step /Bu Bu Jing Xin) телевизионный сериал производства КНР; Дворец / Gong / Jade Palace телевизионный сериал КНР; Хроники жизни | The Chronicles of Life | Ji Mo Kong Ting Chun Yu Wan. Литература: Непомнин О.Е. История Китая: Эпоха Цин. XVII — начало XX века. — Москва: Восточная литература, 2005. — ISBN 5-02-018400-4; Стратегические планы усмирения русских (Пиндин лоча фанлюэ). // Русско-китайские отношения в XVII в. Москва, 1972


1655
Бартоломео Кристофори (итальянское имя — Bartolomeo Cristofori di Francesco)
итальянский музыкальный мастер, изобретатель фортепиано. Родился в Падуе. Получил известность как мастер по изготовлению харпсихордов и спинетов. В 1688 году переехал во Флоренцию и стал работать хранителем музея музыкальных инструментов князя Фердинандо Медичи. Активно занимался изобретательством. Серьезно усовершенствовал клавесин. Начало работы Кристофори по созданию фортепиано датируется не позднее чем 1698 годом. К 1709 году Кристофори создал новую музыкальную машину. В ней молоточки, обтянутые лосиной кожей, при нажатии на клавиши один за другим ударяли по натянутым струнам разной длины и толщины; под ними располагалась резонансная дека - тонкая еловая доска, усиливающая звучание струн. Две специальные педали управляли продолжительностью и силой звука. Поэтому Кристофори назвал свое творение «громко-тихо», что в переводе на итальянский звучит как «forte-piano». Новый музыкальный инструмент Кристофори довел до совершенства. Созданная им в 1726 году модель фортепиано конструктивно практически не отличается от современных моделей. Кристофори умер в безвестности 27 января 1732 года. Он не имел собственной семьи и завещал всё своё имущество своим меценатам. До настоящего времени сохранились всего три инструмента работы Кристофори, которые хранятся в нью-йоркском музее Метрополитен, в Риме, в Лейпциге. Блистательного торжества своего детища он не увидел. Громкий и прозрачный звук фортепьяно аристократам казался грубым, резким. Даже в XIX веке новый инструмент встречал противников. Его недолюбливал, к примеру, Генрих Гейне, считавший, что стучать по струнам молотками - занятие кощунственное. Но дело решали не поэты, а музыканты. Молоточковое фортепиано благословили Бах, Моцарт, Бетховен. Мощность звука, богатство интонации открыли ему дорогу в большие залы - к широкой публике. И народу пришелся по вкусу прекрасный, неслыханный прежде раскатистый голос, который то гремел, то затихал до тончайшего пианиссимо. На фортепиано впервые зазвучала революционная «Марсельеза». Оно стало рабочим инструментом композиторов, поселилось в домах горожан. Источники: Кристофори, Бартоломе // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: в 86 томах (82 тома и 4 дополнительных). — Санкт-Петербург, 1890—1907; Кристофори (Cristofori) Бартоломео // Музыкальная энциклопедия. — Москва: Советская энциклопедия, 1976. — Том 3. — Столбец 45.