1862
Семён Яковлевич Надсон
русский поэт. Семён Яковлевич Надсон родился в Санкт-Петербурге в семье надворного советника еврейского происхождения Якова Семёновича Надсона и Антонины Степановны Мамонтовой (Мамантовой), происходившей из русской дворянской семьи Мамонтовых. Год спустя семья переехала в Киев. Отец Надсона, хороший музыкант, умер от психического расстройства, когда Надсону было 2 года. А.С.Мамонтова после смерти мужа осталась в Киеве, где жила экономкой и учительницей и содержала собственными трудами себя и двух своих детей (у Надсона была сестра Анна, младше его на полтора года). Когда Надсону было приблизительно лет семь, уехала в Санкт-Петербург, где поселилась у своего брата Диодора Степановича Мамонтова. В Санкт-Петербурге Надсон поступил в приготовительный класс 1-й классической гимназии. Вскоре, будучи уже больной чахоткой, А.С.Мамонтова вышла замуж за Николая Гавриловича Фомина, управляющего Киевским отделением Российского общества страхования и транспортирования кладей, и уехала с ним в Киев. Брак был несчастливым. После одной из многочисленных семейных сцен Фомин в припадке умопомешательства повесился. Оставшись без средств к существованию, А.С.Мамонтова испытала весь ужас нужды, пока другой её брат Илья Степанович Мамонтов не вызвал её снова в Санкт-Петербург. В 1872 году Надсона отдают пансионером во 2-ю военную гимназию, а его сестру — в Николаевский институт. Весной 1873 года мать Надсона умерла от чахотки в возрасте 31 года. Надсона взял под своё попечение И.С.Мамонтов, а его сестру — Д.С.Мамонтов. Таким образом, брат и сестра росли врозь и виделись редко.
Гимназические годы
Отношения с родственниками складывались у впечатлительного и легко ранимого Надсона не слишком благополучно, то же самое можно сказать и о его отношениях с товарищами по военной гимназии. «С одной стороны, меня не любили в корпусе, так как я чувствовал себя развитее товарищей, чего не мог им не показать из болезненно-развитого самолюбия, с другой — мне тоже жилось неважно и у дяди, хотя он и тётка по-своему меня очень любили и только из врождённой сдержанности не хотели обнаруживать своих чувств, а я привык ко всеобщему поклонению», — писал Надсон в автобиографии. Первое время пребывания в гимназии Надсон учился очень хорошо и был вторым учеником; но в последних классах он, по собственному признанию, стал ужаснейшим лентяем: целые дни сидел за стихами, а уроки готовил только для «больших оказий». «Жить одними гимназическими интересами — для меня немыслимо, они слишком вялы, скучны и однообразны, чтобы могли удовлетворить всем потребностям моей натуры», — записал Надсон в своём дневнике в 1877 году. Единственным ярким впечатлением в гимназический период жизни Надсона была его горячая любовь к Наталье Михайловне Дешевовой, сестре товарища по гимназии. Внезапная смерть Дешевовой в марте 1879 года стала ещё одним тяжким ударом для юноши. Память о Дешевовой Надсон сохранил до конца своей жизни, ей он посвятил многие свои стихотворения. «Да, это было всё», «Два горя», «За что?». В гимназические годы проявился и литературный дар Надсона. В первом классе он уже мечтал о писательстве и писал прозой рассказы, героем которых был некий благородный Ваня. Стихи он начал писать во втором классе гимназии — в подражание стихам старшего двоюродного брата, Ф.Медникова. В пятом классе решился в первый раз показать своё стихотворение учителю. Рецензия учителя на «Сон Иоанна Грозного» юного поэта была таковой: «Язык образный, есть вымысел и мысль, только некоторые стихи неудобны в стилистическом отношении». В 1878 году Надсон отнёс своё стихотворение «На заре» в журнал Н.П.Вагнера «Свет», и оно было принято. На следующий год в «Санкт-Петербургских ведомостях» появилась первая рецензия на творчество Надсона, в которой хвалили в частности стихотворение «Христианка». В 1879 году Надсон испытал первое литературное торжество, читая на концерте в гимназии своё стихотворение «Иуда». Стихотворение имело большой успех, и его впоследствии напечатали в «Мысли» Оболенского. Затем Надсон стал печататься в «Слове».
Павловское военное училище
В 1879 году Надсон окончил курс и по настоянию своего опекуна И.С.Мамонтова поступил в Павловское военное училище. Вскоре он простудился на учении, и врачи констатировали начало чахотки. Надсона за казённый счет отправили в Тифлис, где он провёл год. За это время поэт написал довольно много стихотворений. Осенью 1880 года Надсон вернулся в училище. Пребывание в училище его тяготило. Запись в дневнике того же года гласит: «Военная служба противна, офицером хорошим я никогда не буду, моя горячность и неумение себя сдержать приведут меня под суд, заниматься хорошо я тоже не могу: стоит ли тратить время и силы на изучение науки убивать людей! А ведь эти силы и способности могли бы развиться и принести пользу! <…> Собственно, мечты мои — университет или консерватория. Способностей у меня хватит, в охоте тоже нет недостатка. Но в университет нужно готовиться, а на это опять-таки необходимы деньги, а в консерваторию я могу поступить и так. С удовольствием пошёл бы даже на музыкальное отделение театрального училища, тем более, что туда можно попасть на казённый счет. Одним словом, куда угодно — но не в военную службу! Она мне невыносимо противна и идёт совершенно в разлад с моим характером и способностями». 1882 год ознаменовался самым важным событием в литературной судьбе Надсона — поэт А.Н.Плещеев пригласил его в лучший демократический журнал того времени «Отечественные записки», где Надсон дебютировал «Тремя стихотворениями». Плещеев помог молодому поэту своим участием, расположением и литературными советами. «Его я считаю своим литературным крёстным отцом и бесконечно обязан его теплоте, вкусу и образованию, воспитавшим мою музу», — писал Надсон в автобиографии. Стихи Надсона, напечатанные в «Отечественных записках» в январе 1882 года, привлекли к себе внимание любителей поэзии, имя молодого поэта приобретает известность, и лучшие журналы («Дело», «Устои», «Русская мысль») наперебой печатают его стихотворения.
Военная служба
В этом же году Надсон окончил училище и был выпущен подпоручиком в Каспийский полк, стоявший в Кронштадте. Один из приятелей Надсона описывает пребывание поэта в Кронштадте так: «Поэт жил с товарищем по полку в двух комнатах в Козельском переулке довольно бедно и разбросанно, жизнью богемы, причём вечно у него кто-нибудь сидел, шли шумные разговоры, споры, раздавались звон гитары и звуки скрипки. С.Я. одарён был замечательными музыкальными способностями. В Кронштадте, как и всюду, куда забрасывала С.Я. судьба, он сейчас же становился центром кружка, собирал начинающих поэтов, пробующих писателей, любителей драматического и всяких других искусств. И кронштадтские непризнанные таланты находили у С. Я. самый тёплый привет, образовалось даже из местных элементов несколько юмористическое „Общество редьки“. Здесь, вокруг стола, установленного нехитрыми питиями и закусками, с редькой во главе, кронштадтская богема развлекалась поэзией и музыкой, горячими разговорами и просто шалостями, свойственными подпоручичьему возрасту». Летом 1883 года Надсон слёг в постель: у него открылась на ноге туберкулёзная фистула — явление, весьма часто и предшествующее и сопровождающее туберкулёз лёгких. Всё лето он пролежал в Петербурге, в маленькой комнатке, выходившей на пыльный и душный двор. Такие неблагоприятные условия пагубно отразились на общем состоянии его здоровья. Зиму 1883—1884 года поэт ещё провёл в Кронштадте и по-прежнему наезжал в Петербург. Состояние его ухудшалось. В то же время Надсон продолжал печататься в журналах. В 1883—1884 годах в «Отечественных записках» появились его рецензии на поэтические сборники И.В.Фёдорова-Омулевского, К.К.Случевского, А.А.Голенищева-Кутузова. В январе 1884 года в «Еженедельном обозрении» была напечатана его статья «Поэты и критика». Всю зиму Надсон добивался освобождения от военной службы. Он подыскивал себе подходящее занятие, которое дало бы ему возможность существовать. Решив стать народным учителем, он подготовился к экзамену и сдал его удовлетворительно. Но тут П.А.Гайдебуров предложил ему место секретаря в редакции «Недели», и Надсон с радостью согласился, так как его заветною мечтою было — стать поближе к литературе и полностью посвятить себя литературной деятельности.
За границей
Первую половину лета 1884 года он провел в Сиверской на даче в семье А.Н.Плещеева. Здоровье его, однако, только ухудшалось. Тем не менее, в июле он переехал в Петербург и стал работать в редакции «Недели». Но через несколько месяцев болезнь груди приняла такой оборот, что по совету докторов друзья Надсона решили отправить его за границу, сначала в Висбаден, а потом в Ниццу. Литературный фонд дал для этой цели 500 рублей (возвращённые поэтом Фонду летом 1885 года пожертвованием всей чистой прибыли с первого издания его стихотворений). Переводчица и историк литературы Мария Валентиновна Ватсон, вызвавшаяся сопровождать Надсона, вспоминала: «Несколько недель перед его отъездом за границу комнатка больного буквально осаждалась многочисленными посетителями, желавшими выразить ему своё участие и симпатию. Кроме литературной молодёжи и дам, здесь можно было встретить и самых почтенных деятелей печати». В Ницце Надсону была сделана операция, оказавшаяся не особенно удачной, так что недели через две пришлось повторить её. В Ницце Надсон пролежал два месяца в постели и был так плох, что лечившие его доктора считали, что зиму он не переживёт. Однако в конце января 1885 года Надсон пошёл на поправку, и этот промежуток времени до весны был самым цветущим периодом его пребывания за границей. Он воспользовался первой появившейся возможностью, чтобы приняться за работу. К этому времени и относится большинство стихотворений, написанных им за границей. В марте 1885 года вышел первый и единственный прижизненный сборник стихотворений поэта, принесший ему шумную славу. По поводу этого важного для него события Надсон писал в Петербург: «С одной стороны, то обстоятельство, что выкинут „Герострат“, с другой — масса невозможно слабых вещей, которые пришлось включить, ужасно меня огорчают. Не сомневаюсь, что выход моей книжки разочарует моих друзей и обрадует тех, кто окончательно не признает за мной дарования… Страшно боюсь, что мои друзья не захотят мне высылать рецензий о моей книге или если вышлют, то одни положительные, буде таковые будут. А для меня это так важно! Да и вообще лично для меня книга, несомненно, оказалась полезной: сведя в одно все свои вирши, я ясно увидел, чего мне не хватает. Удастся ли наверстать всё это — не знаю… Мне бывает очень тяжело, когда говорят, что я подаю надежды. А вдруг я их не оправдаю? Точно дал слово и не сдержал его!» Весной здоровье Надсона вновь стало хуже. В июне 1885 года поэт приехал в Берн. Ни тёплый климат, ни две мучительные операции туберкулёзной фистулы ноги, которые ему сделали в Берне, ни к чему не привели, и летом 1885 года друзья решили отвезти его назад в Россию.
В России
На родине Надсон проживал сначала в Петербурге, затем в деревне в Подольской губернии. О себе и о своих планах он писал сестре: «О себе мне нечего писать. Здоровье моё так же, пишу я мало, событий у нас никаких не происходит. Могу только сообщить, что второе издание моих стихов разошлось уже всё, и что третье напечатано и на днях выйдет в свет. Какая-то барыня написала на мои слова «Я вновь один» романс, который переведён по-французски, а г. Фидлер перевёл некоторые мои стихи по-немецки и напечатал их в газете «Herold». Есть у меня ещё слабая надежда получить академическую премию за мою книгу, но сбудется ли она или нет — писано вилами на воде, и, во всяком случае, это дело далеко: премию присуждают только в октябре. Книгу я уже представил в академию… О моих планах на будущее, насколько такой больной человек, как я, может их иметь, пока не могу сообщить ничего положительного — чувствую только, что деревня, несмотря на всю её прелесть, мне очень надоела. По всей вероятности, я поселюсь или в Киеве, или в Москве, или в Питере, смотря по тому, где найду постоянную литературную работу.» В апреле 1886 года, как только открылся проезд из деревни, Надсон поехал в Киев, имея при этом две цели: обратиться за работой к издателю «Зари» М.И.Кулишеру и устроить вечер в пользу Литературного Фонда, чтобы вернуть взятые им оттуда летом 1885 года 600 рублей. М.И.Кулишер с радостью принял его в свою газету, где поэт стал писать критические фельетоны по поводу текущей литературы и журналистики, в которых неизменно отстаивал произведения с ярко выраженной социальной направленностью, обличал безыдейную и реакционную беллетристику и публицистику. Литературно-критические работы Надсона вместе с оставшимися в рукописи «Заметками по теории поэзии» составили книгу «Литературные очерки. 1883—1886», вышедшую в 1887 году уже после его смерти, дающую довольно полное представление об общественно-литературных взглядах писателя. Вторая цель также была достигнута. Вечер в пользу Фонда имел небывалый успех. Надсон сам читал несколько своих стихотворений. Рукоплесканиям не было конца. Молодёжь устроила своему кумиру овацию и с триумфом вынесла его на руках на эстраду. Поездка в Киев ещё более подорвала здоровье Надсона. Некоторое время Надсон снова провёл в деревне. Болезнь продолжала развиваться. Созванный консилиум решил, что ему следует ехать в Грис (Южный Тироль; ныне — квартал города Больцано). Но Надсон объявил близким ему лицам, что ни за что не поедет за границу, потому что умереть хочет в России. Тогда остановились на Ялте.
Пушкинская премия
Находясь в Ялте, Надсон получил радостное известие — его книга удостоилась Пушкинской премии Академии наук. Большинство рецензентов обратило внимание на то, что Надсон не всегда владеет формой стиха, но искупает этот недостаток страстной и глубокой искренностью. «В небольшом сборнике его стихотворений, затронувших много жгучих мыслей, волнующих современников, — писал А.И.Введенский, — отразились рельефно многие чаяния времени». Вскоре после присуждения Пушкинской премии Надсон стал предметом издевательских нападок со стороны реакционного критика В.П.Буренина, сотрудника газеты «Новое время», который начал травлю тяжело больного поэта. Буренин мстил Надсону за то, что тот задел его в одном из критических фельетонов в «Заре». В ряде своих фельетонов Буренин, не называя Надсона по имени, но уже слишком прозрачно намекая, всячески глумился над больным поэтом и главным образом над его посвящением книги своей Н.М.Д.(Наталье Михайловне Дешевовой). Буренин дошёл до того, что обвинил мучительно умиравшего поэта в том, что он «паразит, представляющийся больным, калекой, умирающим, чтобы жить на счёт частной благотворительности». Умирающий поэт, глубоко поражённый этой клеветой, собирался ехать в Санкт-Петербург и устроить суд чести, но друзья не позволили ему это сделать. «Того, что проделал Буренин над умирающим Надсоном, не было ни разу во всей русской печати. Никто, в своё время читавший эти статьи, не может ни забыть, ни простить их», — писал впоследствии В.Г.Короленко в одном из своих писем.
Смерть
Надсон умер в Ялте 31 января 1887 года. Тело его было перевезено из Ялты в Санкт-Петербург. В Одессу гроб прибыл на пароходе «Пушкин» и был встречен толпою молодёжи; тут были также и сотрудники газет. В Санкт-Петербурге, на вокзале, толпа состояла также преимущественно из молодёжи, но здесь было много и литераторов. На следующий день, 16 февраля 1887 года, молодёжь несла гроб Надсона на руках до Волкова кладбища. Могила Надсона — в нескольких шагах от могил Добролюбова и Белинского.

Могила Надсона на Литераторских мостках в Санкт-Петербурге.
Творчество
Творчество Надсона относится к так называемой эпохе «безвременья» конца XIX века. Современники поэта, а также и позднейшие исследователи его творчества отмечали, что лирика Надсона испытала заметное влияние М.Ю.Лермонтова и Н.А.Некрасова. Этих поэтов сам Надсон очень ценил. «Что ни говорите, а лучше Лермонтова нет у нас поэта на Руси. Впрочем, я, может быть, думаю и говорю так оттого, что сам сочувствую ему всей душой, что сам переживаю то, что он пережил и великими стихами передал в своих творениях», — записал Надсон в своём дневнике в 1878 году. С Лермонтовым Надсона роднит мотив романтического страдания личности, которая пришлась не ко времени и чужда обществу. С Некрасовым — гражданское направление, лишённое, однако, признаков какой-либо конкретной доктрины и слишком отвлечённое. В своих стихах Надсон скорее оправдывал разочарованность и унылое бессилие современников. По словам В.В.Чуйко, «он просто „воспевал“ себя и своё поколение». Это отчетливо проявилось в стихотворениях «Не вини меня, друг мой, — я сын наших дней…» (1883), «С тех пор, как я прозрел, разбуженный грозою…» (1883), «Наше поколение юности не знает…» (1884), «В ответ» (1886). Некрасовские традиции, ощутимые уже в ранней лирике Надсона, особенно чувствуются в стихотворениях «Похороны» (1879), «Старая сказка» (1881), «Святитель» (1882), «Как каторжник влачит оковы за собой…» (1884) и др. Характерной чертой поэзии Надсона была интонация личного, дружеского, приятельского обращения к современнику. Свои взаимоотношения с читателем поэт строил на полном доверии. Жизнь Надсона была известна из его же исповедальных и преимущественно автобиографических стихов. Реально-исторический читатель для Надсона был тесно связан с воображаемым читателем-другом. Уже в первых стихотворениях Н. обращается к тому, «в чьем сердце живы желанья лучших, светлых дней» («Во мгле», 1878). Не случайны частые обращения к читателю: «о, милый брат», «дорогие друзья», «братья», «милый друг» и т. п. В конце жизни поэт пишет строки (стихотворение осталось незавершенным), в которых очень четко выразил своё отношение к читателю: «Он мне не брат — он больше брата: / Всю силу, всю любовь мою. / Все, чем душа моя богата. / Ему я пылко отдаю». Критик К.К.Арсеньев подчеркивал, что в поэзии Надсона «чувствуется „тоска желаний“, многим знакомых, слышится крик душевной пытки, многими пережитой <…>. В одних он пробуждал полузабытые чувства, другие узнавали в нём самих себя, третьих он ставил лицом к лицу с вопросами, существование которых они до тех пор только смутно подозревали». Первостепенной в творчестве Надсона является тема назначения поэта и поэзии. В стихотворениях «Не презирай толпы: пускай она порою…» (1881), «В толпе» (1881), «Певец» (1881), «Милый друг, я знаю, я глубоко знаю…» (1882), «Из дневника» (1882), «Грезы» (1883), «Певец, восстань!.. мы ждем тебя, восстань…» (1884), «Я рос тебе чужим, отверженный народ…» (1885) и ряде других выражена идея гражданского долга поэта перед отечеством и народом. Нередки в произведениях Надсона мотивы борьбы и протеста против существующего строя: «Ни звука в угрюмой тиши каземата…» (1882), «По смутным признакам, доступным для немногих…» (1885), «Не хотел он идти, затерявшись в толпе…» (1885), «На могиле А.И.Герцена» (1886) и др. Но одно из ключевых слов в поэтическом лексиконе Надсона, «борьба», находится в одном ряду с «сомнением», «тоской», «мглой», оно неизменно и красноречиво сопровождается определениями: «тяжкая», «напрасная», «трудная», «роковая», «жестокая», «неравная», «безумная», «непосильная», «долгая», «суровая». Борьба для Надсона тесно связана со страданием. «Мой стих я посвятил страданью и борьбе», — писал поэт («С тех пор как я прозрел, разбуженный грозою…»). Отсюда — мятежное, святое, чистое, прекрасное страданье; это и «страдальческий образ отчизны далекой», и мотив сострадания к ближнему. Появившийся в печати в 1885 году сборник стихотворений, тираж которого составил 600 экземпляров, принёс Надсону огромный успех. При жизни поэта книга выдержала 5 изданий, а до 1917 года её успели переиздать 29 раз, последнее из которых имело огромный по тем временам тираж — 10 000 экз. После смерти Надсона его творчество получило ещё большую известность. О Надсоне появляется обильная критическая литература (Н.К.Михайловский, А.М.Скабичевский, Л.Е.Оболенский, М.А.Протопопов и др.), публикуются различные мемуарные свидетельства. Многие поэты посвящают его памяти стихотворения (Я.П.Полонский, Л.И.Пальмин, К.М.Фофанов). А с посмертной публикацией произведений Надсона слава его достигает своего апогея. Молодежь заучивала его стихотворения наизусть. Произведения Надсона постоянно включались в альбомы и рукописные журналы учащихся, долгие годы их часто декламировали со сцены, почётное место отводилось им в различных хрестоматиях и сборниках. Под влиянием Надсона начинался творческий путь Д.С.Мережковского и В.Я.Брюсова, но впоследствии именно поэты-символисты в наибольшей степени способствовали дискредитации Надсона как лирика. В начале XX века отношение к творчеству Надсона стало неоднозначным. В Надсоне видели типичного «нытика». Критики всё более обращали внимание на мотивы «разочарования», на пессимистические настроения его поэзии. «Невыработанный и пёстрый язык, шаблонные эпитеты, скудный выбор образов, вялость и растянутость речи — вот характерные черты надсоновской поэзии, делающие её безнадёжно отжившей», — заявлял в 1908 г. Брюсов. Игорь Северянин в своей «Поэзе вне абонемента» писал:

Я сам себе боюсь признаться,
Что я живу в такой стране,
Где четверть века центрит Надсон,
А я и Мирра — в стороне.

У Маяковского можно найти такие строки:

Чересчур страна моя поэтами нища.
Между нами — вот беда — позатесался Надсон
Мы попросим, чтоб его куда-нибудь на Ща!

Здесь Маяковский сравнивает себя с Пушкиным (по алфавиту М-аяковский, Н-адсон , О, П-ушкин)

Свыше 100 стихотворений Надсона положено на музыку. И хотя шедевров вокальной лирики на слова Надсона не создано, примечательно, что к его произведениям обращались такие выдающиеся композиторы, как Ц.А.Кюи, А.Г.Рубинштейн, С.В. Рахманинов, Э.Ф.Направник.

Барельеф-медальон к 30-летию смерти Надсона работы С.А.Уманского (Женева). 1916
Увековечение памяти: В честь Надсона названа улица Надсоновская в городе Пушкино (интересно, что название этой улицы произносится с ударением на второй слог); В честь поэта под Киевом (в городе Боярка, в долине леса установлен памятный гранитный камень) и это место носит название «долина Надсона». Издания: Надсон С.Я. Полное собрание стихотворений / Вступительная статья Г.Бялого. — Ленинград: Советский писатель, 1962. — 505 страниц. Тираж 30 000 экземпляров (Библиотека поэта. Большая серия. Второе издание.); Надсон С.Я. Стихотворения / Составление, вступительная статья и примечания Е.В.Ивановой. — Москва, Советская Россия, 1987. — 336 страниц, 1 лист портретов. — (Поэтическая Россия). Тираж 100 000 экземпляров;. Надсон С.Я. Избранное/С.Я.Надсон; составитель, автор примечаний Л.Пустильник. — 1994.


1863
Владимир Саулович (имя на иврите — זאב וינשל; Бенцион-Вольф Шевелевич; Бенцион Саулович, Вольф Саулович, Владимир Савельевич) Вейншал
врач, общественный деятель. Родился в Гродно, в семье педагога и редактора Шевеля-Шмуэла (Саула) Абрамовича Вейншала (1839, Могилёв — 1903, Баку) и Цирл Абрамовны Каценеленбоген (1839, Вильна — 1886, Минск). Отец был учителем русского языка в Минске, секретарём издававшегося в Петербурге журнала «Восход», с 1889 года казённым раввином в Ревеле и с 1890 года — в Тифлисе; автор «Краткого учебного руководителя по еврейскому языку» (Варшава, 1877). Получил образование в Минске, принимал активное участие в сионистском движении с момента его возникновения (до этого — в движении «Ховевей Цион», 1882—1883). Изучал естественные науки в Петербургском университете. В 1888 году окончил Императорскую медико-хирургическую академию, в 1890 году был принят на работу в одну из больниц Санкт-Петербурга. Из-за проблем со здоровьем был освобождён от военной службы и отправлен на Кавказ, сначала жил в Тифлисе. После вспышки холеры в 1892 году был в качестве бактериолога командирован в Кюрдамир и до 1922 года служил сначала сельским врачом в Маштагах, затем казённым врачом в Баку, в том числе врачом Бакинской тюремной больницы.

Баку 1897. Владимир Вейншал и Ландау (Арье, Фейга, Давид, Каролина)
С 1893 года семья жила в Баку на улице Пушкинской, дом № 14 (здесь же жили сёстры В.С.Вейншаля — Мария Сауловна и Надежда Сауловна). В 1902 году получил высочайшее разрешение устроить в Бакинском тюремном замке для содержащихся в нём арестантов «чтения с фонарём, вокально-инструментальные концерты и тому подобные развлечения». Избирался секретарём Общества врачей Баку (1906). В период с 1917 по 1920 год редактировал русскоязычную сионистскую газету «Еврейский кавказский вестник» (Баку). В 1917 году был избран заместителем председателя Сионистской организации Кавказа и членом городского совета Баку. Читал лекции в Еврейском народном университете Баку (1918). В 1922 году переехал с семьёй в подмандатную Палестину; в 1923—1924 годах — сельский врач в Реховоте, в 1924—1926 годах — муниципальный врач в Тель-Авиве, с 1928 года — частнопрактикующий врач в Хайфе. С 1928 года — председатель ЦК медицинской ассоциации Эрец-Исраэль. Умер в Хайфе 13 декабря 1943 года.

Могила Владимира (Зеева) Вейншала и его жены Каролины в Хайфе.
Семья: 28 июня 1891 года в Могилёве женился на Крейне Арье-Лейбовне Ландау (впоследствии Каролине Львовне Вейншаль; 1868—1951), сестре инженера-нефтяника Давида Львовича Ландау (отца физика Льва Давидовича Ландау).

Семья Вейншал. Хайфа, около 1920
Дети: Сын Яков Владимирович Вейншал (יעקב וינשל‎, 1 ноября 1892 Тифлис - 1981 Тель-Авив) — писатель, врач и один из лидеров Союза сионистов-ревизионистов , автор исторических романов на иврите; дебютировал в 1920 году в Баку; Сын Абрам Владимирович Вейншал (1893 Кюрдамир - 1968 Хайфа), израильский адвокат и правовед, общественный деятель, редактор; его жена — поэтесса Зинаида Вейншал (1900—1952); Сын Элиезер Вейншал (28/02/1896 Баку - 01/01/1940 Тель-Авив); Дочь Рахель Вейншал. Сестра, Мария Сауловна Вейншаль, была замужем за инженером и этнографом горских евреев Ильёй Шеребетовичем Анисимовым (1862—1928). Их дочь — актриса немого кино Гюльбике Щербатова (1898—?).


1863
Павел Алексеевич Кошиц (настоящая фамилия - Порай-Кошиц)
русский оперный певец (лирико-драматический тенор), солист московского Большого театра. Родился в селе Ромашки, ныне Мироновского района Киевской области Первое музыкальное образование получил в Киевской духовной семинарии. В 1880-х гг. пел в Нижегородской капелле. В 1886 году поступил на вокальное отделение Московской консерватории (педагог Федор Петрович Комиссаржевский), в конце того же года совершенствовался в Милане и в 1886—1889 пел в оперных театрах Италии, Греции, Каталонии, Америки, Гватемале; а затем, вернувшись в Российскую империю, выступал на оперных сценах разных городов: в Тифлисе, Киеве, Баку. Стал самым первым исполнителем партии Магомета Азры («Азра» М.Ипполитова-Иванова, 1890), в России самым первым исполнил партию Энея («Троянцы в Карфагене» Г.Берлиоза, 1899). В 1893 году Павел Кошиц был зачислен солистом в оперную труппу московского императорского Большого театра. Всё складывалось удачно — и личная жизнь, и карьера: в семье росли дочери Нина и Мария; на сцене Большого театра певец исполнял значительные партии. Всего в его исполнении звучало более 30 оперных партий классического репертуара, среди которых: Радамес («Аида» Дж. Верди), Иоанн Лейденский («Иоанн Лейденский» («Пророк») Дж.Мейербера), Канио («Паяцы» Р.Леонкавалло, 1893); Зигфрид («Зигфрид» Р.Вагнера, впервые в России — 1894), Фабий («Песнь торжествующей любви» А.Симона, самый первый исполнитель, 1897), Финн («Руслан и Людмила» М.Глинки), Князь («Русалка» А.Даргомыжского), Князь Синодал («Демон» А.Рубинштейна), Андрей Морозов («Опричник» П.Чайковского), Ленский («Евгений Онегин» П.Чайковского), Герман («Пиковая дама» П.Чайковского), Кузнец Вакула («Ночь перед Рождеством» Н.Римского-Корсакова), Михайло Туча («Псковитянка» Н.Римского-Корсакова), Царь Берендей («Снегурочка» Н.Римского-Корсакова), Ахиор («Юдифь» А.Серова); Рауль де Нанжи («Гугеноты» Дж. Мейербера), Роберт («Роберт-Дьявол» Дж.Мейербера), Васко да Гама («Африканка» Дж.Мейербера), Элеазар («Жидовка» Ж.Ф.Галеви), Сэр Эдгар Равенсвуд («Лючия ди Ламмермур» Г.Доницетти), Отелло («Отелло» Дж.Верди, партию подготовил под руководством Камилло Эверарди), Герцог («Риголетто» Дж.Верди), Альфред («Травиата» Дж.Верди), Макс («Вольный стрелок» К.М.Вебера), Лоэнгрин («Лоэнгрин» Р.Вагнера), Тангейзер («Тангейзер» Р.Вагнера, 1898), Зигмунд («Валькирия» Р.Вагнера) и т. д. Помимо оперного репертуара, Павел Кошиц успешно выступал в концертах с исполнением романсов и народных песен. Казалось, ничто не предвещало беды — а она приходит неожиданно. В самом конце 1890-х годов певец стал терять голос; постепенно срывов становилось все больше. В конце концов он перестал выступать и перешел на преподавательскую работу там же, в училище при Большом театре. В начале 1904 года он был уволен из Большого театра. Это увольнение сказалось на судьбе певца, привыкшего к славе и аплодисментам, самым роковым образом — больше смысла в собственной жизни он не увидел, продолжать не хотел. Он принял свое решение — 15 марта 1904 года Павел Алексеевич Кошиц покончил с собой в Москве. Похоронен на Ваганьковском кладбище в Москве. Дочери Нине было в это время 12 лет. Она стала оперной певицей. Через некоторое время в память о Павле Кошице Леонид Витальевич Собинов организовал два концерта, в которых участвовали знаменитые певцы — партнеры Павла Кошица по сцене, Е.Азерская, П.Оленин, В.Севастьянов, Д.Южин. Литература: Павел Алексеевич Кошиц. (Некролог) // Ежегодник императорских театров. Сезон 1903— 1904. Выпуск 14, приложение. Страница 213; Homo novus. Судьба тенора // Театр и искусство. 1904. № 11. Страницы 224—226; Импрессионист: Спектр театральной критики // Там же. Страницы 226—227; Леонид Витальевич Собинов: Письма. — Москва, 1970. Том 1. Страницы 288, 695, 698; Гозенпуд А.А. Русский оперный театр между двух революций. 1905—1917. — Ленинград, 1975. Страницы 112, 113.


1863
Шарль Пате (французское имя - Charles Pathé)
французский кинопромышленник, продюсер. Родился в Шеври-Косиньи (департамент Сены и Марны). В 1866 его семья переехала в Венсен, где тридцать лет спустя Шарль и его братья основали фирму «Братья Пате». Предприятие занималось производством фонографов и кинофильмов. После того как двое братьев вышли из дела, Эмиль (1860–1937) стал специализироваться на фонографах, Шарль – на кинофильмах. Кроме трюковых кинофантазий в духе изобретательного Ж.Мельеса (G.Méliès, 1861–1938), Пате выпускал документальные ленты («Катастрофа на Мартинике», «Дело Дрейфуса», «Англо-бурская война»). В 1900 Ф.Зекка, ведущий режиссер фирмы Пате, снял картину «Фантастический ныряльщик» (Fantastic Diver), герой которой благодаря обратной проекции пленки выпрыгивал из бассейна на трамплин для прыжков в воду. В 1905 другой режиссер фирмы, Л.Гаснье, поставил «Похитителя велосипедов» (The Bicycle Thief) – фильм с погонями, жанр которого вскоре стал ассоциироваться с именем американского режиссера М.Сеннетта. В том же году в фильме «Жизнь Полишинеля» (The Life of Polichinelle) появился М.Линдер, ставший главной звездой компании «Братья Пате». В 1908 начались выпуски регулярной кинохроники, и тогда же был создан фильм «Убийство герцога» Гиза (The Assassination of the Duke of Guise), первая кинодрама, претендующая на строгое обращение с историческими фактами. В том же 1908 Пате содействовал выпуску научно-популярных фильмов, съемки которых осуществлялись доктором Ж.Командоном через микроскоп. В 1930 Шарль Пате отошел от дел, в 1956 его фирма была поглощена компанией «Уорнер бразерс пикчерз». Умер в Монте-Карло 25 декабря 1957 года.


1863
Карл Старбек (шведское имя — Karl Starbäck)
шведский миколог, биограф Чарлза Дарвина. Карл Старбек родился в приходе Святого Олава близ Норрчёпинга. С школьных годов находился под влиянием ботаника Карла Лённберга, ходил с ним на ботанические экскурсии. Учился в Уппсальском университете, участвовал в экскурсиях, проводимых Рутгером Сернандером. В 1894 году получил степень доктора философии, в диссертации рассматривал грибы из гербария Элиаса Фриса. В 1895—1896 преподавал там в звании адъюнкт-профессора. С 1897 по 1902 Старбек преподавал в высшей школе в Худиксвалле, затем, до 1928 года, был адъюнкт-профессором естественной истории и химии в Евле. До 1910-х годов Старбек занимался активной политической деятельностью, до 1917 года он был членом либеральной партии «Объединение свободомыслящих». С 1902 по 1914 был членом парламента. Затем перешёл в правую Партию сельских хозяев и буржуазии, в 1921—1924 представлял её интересы в парламенте. Занимался продвижением идей по охране окружающей среды, организации национальных парков, в частности, на островах Юргорден и Бло-Юнгфрун. Впоследствии Старбек стал почётным доктором политических наук Тюбингенского университета. Скончался в приходе Энгельбректа, Стокгольм, 30 сентября 1931 года. Некоторые публикации: Старбек был автором одной из первых биографий Чарльза Дарвина на шведском языке; Starbäck, K. Studier i Elias Fries' Svampherbarium. — Stockholm, 1894. — 114 p. Роды, названные в честь К.Старбека: Starbaeckia Rehm, 1890; Starbaeckiella Syd., 1919 [= Pyrenula Ach., 1809]. Литература: Jonas Harvard. Karl Starbäck // Svenskt biografiskt lexikon. — 2007—2011. — Vol. 33. — P. 156; Stafleu F. A., Cowan R. S. Taxonomic Literature Ed. 2. — Utrecht, Antwerpen, The Hague, Boston, 1985. — Vol. V: Sal—Ste. — P. 843—844. — 1066 p. — ISBN 90-313-0631-2. — DOI:10.5962/bhl.title.48631.


1864
Юн Чхи Хо (корейское имя — 윤치호?, 尹致昊; японское имя — Ито Тико, 伊東致昊)
корейский политик, активист движения за независимость Кореи. Его племянник Юн Бо Сон стал президентом Республики Кореи в 1960 году. Юн Чхи Хо родился в уезде Асан, провинция Чхунчхондо, Корея. Окончил Университет Вандербильта, Теннесси, США, а степень доктора права получил в Университете Эмори, Джорджия. Занимал ряд государственных постов в правительстве Корейской империи, в том числе в 1904 году — министра иностранных дел. Когда в 1910 году Корея была аннексирована Японской империей, Юн Чхи Хо присоединился к движению за независимость. Он был одним из самых крупных активистов этого движения. В 1913 году за антияпонскую деятельность был арестован и заключён в тюрьму.В 1915 году Юн Чхи Хо был освобождён из тюрьмы и перешёл на прояпонские позиции. Получил титул барона, работал в аппарате генерал-губернатора Кореи. Переехал в Японию. В 1945 году избран в Палату советников[уточнить] Японской империи. После Второй Мировой войны вернулся в Корею. Умер в городе Кэсон, Южная Корея, 9 декабря 1945 года. Существует версия, что он покончил жизнь самоубийством, но доказательства этого отсутствуют.


1867
Жюльен Бенда (французское имя - Julien Benda)
французский политический философ, эссеист, общественный критик и моралист. Его статус во французской интеллектуально-политической традиции теперь довольно трудно определить. С одной стороны, он вроде бы весьма заметен, но с другой стороны — забыт. С одной стороны, он вроде бы влиятелен, а сдругой стороны — одинок. Его ценители — за пределами его профессиональной корпорации во Франции. Например, Андрэ Львов, нобелевский лауреат по медицине. Усилиями Львова и с его предисловием самая знаменитая книга Ж.Бенда «Предательство интеллектуалов» вышла третьим изданием в 1974 г., после долгого перерыва. Кстати, на 1970-е годы приходится пик известности Ж.Бенда в Америке — именно тогда «Предательство интеллектуалов» оказалось там чуть ли не самой дебатируемой книгой, хотя еще до войны Бенда повлиял на так называемый «новый гуманизм» (Ирвинг Бэббит и др.). В Англии поклонником Ж.Бенда был писатель Ричард Олдингтон (роман «Смерть героя» и др.); ему принадлежит и один из переводов «Предательства» на английский. Предисловие к этому переводу написал Герберт Рид — блестящий теоретик модернизма и философ-анархист. Еще один поклонник Ж.Бенда — Томас Стэрнз Элиот. Умер 7 июня 1956 года.


1867
Павел Адольфович Клодт фон Юргенсбург
русский генерал, участник Первой мировой и Гражданской войн. Из дворян Полтавской губернии. Образование получил в Петровском Полтавском кадетском корпусе (1884). В службу вступил 7 сентября 1884 года. Окончил 1-е военное Павловское училище (1886). Выпущен с зачислением по армейской пехоте и прикомандированием к лейб-гвардии Павловскому полку. Подпоручик (производство 23 августа 1886 года; старшинство с 19 августа 1885 года). Переведен в тот же полк чином подпоручика гвардии (старшинство с 23 августа 1886 года). Поручик (старшинство с 23 августа 1890 года). Штабс-капитан (старшинство с 25 апреля 1897 года). Капитан (старшинство с 19 мая 1900 года). Командовал ротой (10 лет). Полковник (старшинство с 19 декабря 1907 года; поставлен в порядок старшинства Полковников 3-й гвардейской пехотной дивизии). С 26 апреля 1913 года командир 89-го пехотного Беломорского полка. Участник Первой мировой войны. Генерал-майор (старшинство с 30 октября 1914 года). Командир лейб-гвардии Финляндского полка (28 марта 1915 — 14 июня 1917 года). В апреле 1918 года в Полтаве; в декабре 1918 года в Одессе. В Добровольческой армии и ВСЮР. Эвакуирован 10 февраля 1920 года из Одессы и Николаева. В эмиграции во Франции, председатель объединения лейб-гвардии Финляндского полка. Умер в Каннах 26 февраля 1938 года. Награды: Орден Святого Станислава 2-й степени (1906); Орден Святой Анны 2-й степени (1909); Орден Святого Владимира 4-й степени (1912); Орден Святого Владимира 3-й степени (23 января 1915); Орден Святого Станислава 1-й степени с мечами (Высочайший Приказ 5 февраля 1916); Орден Святой Анны 1-й ст. с мечами (Высочайший Приказ 5 февраля 1916); Высочайшие благоволения: Высочайший Приказ 7 мая 1916 (за боевые отличия).


1867
Николай Владимирович Скрыдлов
русский военный деятель, генерал-майор. Из потомственных дворян Петербургской губернии. Православный. Образование получил во 2-м кадетском корпусе. В службу вступил 13 сентября 1887. Окончил 1-е военное Павловское училище (1889; по 1-му разряду). Выпущен в 12-й пехотный Великолуцкий полк. Подпоручик (приказ 22 августа 1889; старшинство 21 октября 1888). Переведен в 35-ю артиллерийскую бригаду 8 февраля 1892, назначен в 5-ю батарею. Поручик (приказ 25 декабря 1892; старшинство 21 августа 1892). 10 мая 1896 4-я и 5-я батареи 35 артиллерийская бригады были выделены соответственно в 1-ю и 2-ю отдельные Забайкальские пешие батареи. Назначен служить во 2-й отдельной Забайкальской батарее. 31 июля 1897 две отдельные батареи были сведены в Отдельный Забайкальский артиллерийский дивизион, который в свою очередь 5 апреля 1898 переименован в Восточно-Сибирский стрелковый артиллерийский дивизион. Штабс-капитан (приказ 25 июля 1897; старшинство 25 июля 1897). Участник похода в Китай 1900-1901. Штаб-офицер для поручений в полевом артиллерийском управлении войск Квантунской области (13 января 1901-3 мая 1901). 3 мая 1901 переведен обратно в дивизион старшим офицером 2-й батареи. Участвовал во взятии Пекина (13/14 августа 1901). Капитан (приказ 21 сентября 1903; старшинство 26 июля 1901). Участник русско-японской войны 1904-1905 в рядах 7-го Восточно-Сибирского стрелкового артиллерийского дивизиона. Подполковник (приказ 23 декабря 1904; старшинство 23 декабря 1904) с назначением командиром 2-й батареи 7-го Восточно-Сибирского стрелкового артиллерийского дивизиона. Участник обороны Порта-Артура. По возвращении в Россию 1 июля 1905 назначен командиром 8-й батареи 19-й артиллерийской бригады (Винница). Командир 6-й батареи 1-й артиллерийской бригады (Вязьма) (с 9 декабря 1911). Полковник (приказ 9 декабря 1911; старшинство 23 декабря 1905; за отличие).

Жена Скрыдлова Н.В. с сыном Борисом
Командир 1-го дивизиона 6-й артиллерийской бригады (3 июля-14 августа 1912). Командир 1-го дивизиона 10-й артиллерийской бригады (с 14 августа 1912). Генерал-майор (приказ 16 января 1915; старшинство 28 августа 1914). Командир 10-й артиллерийской бригады (с 26 марта 1915). По болезни отчислен в резерв чинов Минского Военного Округа (с 29 мая 1916). Инспектор артиллерии Московского Военного Округа (с 26 октября 1916). Отчислен в резерв чинов Московского Военного Округа (7 июля 1917). Уволен от службы с пенсией (12 апреля 1918). В 1918—1919 годах жил в Москве по адресам: Спиридоновская улица, Ермолаевский переулок, дом 4, квартира 7 и Поварская улица, дом 26, квартира 23. По некоторым известиям в 1919 был арестован органами ЧК, заключен вместе с женой (Любовь Викторовна Агокас — сестра 3-х братьев Агокас) и сыном Борисом в Бутырскую тюрьму, где и погиб (расстрелян) в октябре 1919 года. Награды: Орден Святого Станислава 3-й степени (26 мая 1896); Орден Святой Анны 3-й степени (14 мая 1900); Мечи и бант к ордену Св. Анны 3-й степени (28 марта 1901); Орден Святого Станислава 2-й степени с мечами (19 августа 1902); Орден Святого Владимира 4-й степени с мечами и бантом (21 сентября 1903); Орден Святого Георгия 4-й степени (Высочайший Приказ 3 ноября 1904); Орден Святой Анны 4-й степени (11 сентября 1905); Орден Святой Анны 2-й степени с мечами (11 сентября 1905); Орден Святого Владимира 3-й степени (26 мая 1914); Мечи к ордену Св. Владимира 3-й степени (25 февраля 1915); Орден Святого Станислава 1-й степени с мечами (1 ибля 1915); Орден Святой Анны 1-й степени с мечами (Высочайший Приказ 8 апреля 1916); Японский орден Восходящего Солнца 5 степени (3 сентября 1902). Источники: Картотека Русская армия в Первой мировой войне. Фото предоставил Федоров Кирилл по источникам: Список полковникам по старшинству. Составлен по 14 марта 1914. Санкт-Петербург, 1914; Список генералам по старшинству. Составлен по 23 июля 1916. Петроград, 1916; «Военный орден святого великомученика и победоносца Георгия. Биобиблиографический справочник» РГВИА, Москва, 2004. Информацию предоставил Дмитрий Николаев (Москва); ВП 1914—1917 и ПАФ 1917. Информацию предоставил Вохмянин Валерий Константинович (Харьков).


1867
Юзеф Сливицский (польское имя — Józef Śliwicki)
польский актёр театра и кино, режиссёр. Президент Союза артистов польских сцен (Związek Artystów Scen Polskich, 1919—1920). Родился в Варшаве,, Царство Польское, Российская империя. Сын тапёра. Первое выступление на сцене состоялось в Варшаве в 1884 году. Позже играл во Львовском городском театре, был режиссёром и актёром варшавских театров: Большого, «Розмаитосьци», Летнего. С 1925 года — актёр и режиссёр варшавского Национального театра. Всего сыграл на сценах театров 644 роли. Умер в городе Енджеюв, Польша, 7 октября 1944 года.

Похоронен на кладбище Старые Повонзки в Варшаве
Избранная фильмография: 1912 — Кровавая судьба / Krwawa dola; 1921 — На светлом берегу / Na jasnym brzegu — художник Свирский; 1921 — Невольница любви / Niewolnica miłości; 1921 — Любовь сквозь огонь и кровь / Miłość przez ogień i krew; 1926 — Прокажённая / Trędowata — граф Барский; 1927 — Земля обетованная / Ziemia obiecana — банкир Цукер; 1927 — Усмешка судьбы / Uśmiech losu — адвокат Шамоцкий; 1928 — Пан Тадеуш / Pan Tadeusz — стольник; 1936 — Приор Кордецкий — защитник Ченстоховы / Przeor Kordecki — obrońca Częstochowy — Ян II Казимир; 1936 — Болек и Лёлек / Bolek i Lolek; 1938 — Профессор Вильчур / Profesor Wilczur. Награды: Офицерский крест Ордена Возрождения Польши (1924); Крест Заслуги (1933); Командорский крест Ордена Возрождения Польши (1938).


1867
Фан Бой Тяу (вьетнамское имя - Phan Bội Châu)
вьетнамский писатель, публицист и политический деятель. Родился в деревне Шанам, уезд Намдан, провинция.Нгеан, в бедной семье ученого-конфуцианца, школьного учителя. Учился в традиционной школе, в 1900 был удостоен второй ученой степени (кынян). В 1904 совместно с единомышленниками создал подпольное антиколонтальное Обшество обновления Вьетнама. В 1905 эмигрировал в Японию в надежде найти поддержку для борьбы против французских колонизаторов, где сблизился с деятелем реформаторского движения Лян Ци-чао и с Сунь Ятсеном. Организовывал поездки вьетнамской молодежи на учебу в Японию (т. н. Движение путешествий на Восток). Вскоре переехал в Китай, где стал одним из основателей нелегального Общества возрождения Вьетнама (1912). После поражения первой китайской революции был арестован и заключен в тюрьму (1914—1917). Преодолевая традиционные конфуцианские взгляды, Фан Бой Тяу постепенно становится на буржуазно-демократические позиции, проявляет интерес к научному социализму и деятельности В.И.Ленина. В 1920 он встречался в Китае с представителями Советской России. В 1925 был схвачен французской охранкой в Шанхае и перевезен в Ханой. Суд приговорил его к пожизненной каторге, замененной ввиду широких протестов общественности ссылкой под надзор полиции в городе Хюе. Свое литературное творчество Фан Бой Тяу рассматривал как продолжение политической деятельности. Адресуя статьи и стихи читателю с традиционным образованием, он писал главным образом на ханване (вьетнамизированный китайский литературный язык) и почти не выходил за рамки классических жанровых форм: послание в стихах «Письмо из-за моря, написанное кровью» («Hải ngoại hayê′t thu’», 1906); жизнеописание «Повествование о павших героях Ханоя» («Hà-thành liệt sĩ truyện», 1913); исторический роман-хроника «Искренняя история Чунг Куанга» («Tru’ng Quang tâm su’», 1921). Кроме того, ему приписывается драма «Княгиня Чынг» («Tru’ng niu’-vu’o’ng», 1911) о героине вьетнамской древности. После 1925 Фан Бой Тяу шире обращается к вьетнамскому языку: поэма «Лекарство для бедного люда» («Thuốc chũ’a dân nghèo», 1927), стихотворение «Крестьянин сетует на тайфуны и наводнения» (1933). Итоги своего пути писатель-патриот подводит в мемуарах «Годы жизни Фан Бой Тяу» («Phan Bội Châu niên biê’u», 1939), написанных на ханване. В традиционные литературные формы Фан Бой Тяу неизменно вкладывал новое, просветительское и патриотическое содержание. Его творчеству свойственно прямое публицистическое выражение идей и рационалистическая заданность в построении художественного образа. Умер в Хюэ 29 октября 1940 года. Чтится во Вьетнаме как великий патриот. Сочинения: Vǎn tho’ Phan Bội Châu chọn lọc, Hà-nội, 1967. Литература: Мхитарян С.А., Рабочий класс и национально-освободительное движение во Вьетнаме, Москва, 1967; Dặng Thai Mai, Vǎn th’o Phan Bội Châu, Hà-nội, 1960; Nhà yêu nu’ó’c và nhà vǎn Phan Bội Châu, Hà-nội, 1970; Le Jariel, Yves (2008), Phan Boi Chau (1867-1940), Le nationalisme vietnamien avant Ho Chi Minh, Paris: L'Harmattan, ISBN 978-2-296-06953-4.