17 января 1966 года, 9:30 утра. С авиабазы НАТО под Севильей взлетает "воздушный танкер" «KС-135» со 110 тонн керосина на борту. Предстоит обычный полет и рутинная дозаправка очередного стратегического бомбардировщика ВВС США, одного из тех, что круглосуточно патрулировали южные границы воздушного пространства стран Варшавского договора.

10:05 утра. Стратегический бомбардировщик «Б-52» американских ВВС с четыремя полуторамегатонными водородными бомбами «B-28» делает разворот над Средиземным морем и берет курс на свою базу в США после 12-часового дежурства. До встречи с дозаправщиком, идущим в 32 километрах на высоте 9300 метров со скоростью 600 км/час, остается примерно 5 минут.

10:11. В 8 километрах от побережья Испании «Б-52» идет на завершающий маневр по сближению с «КС-135». Майор Эмила Чапла, командир «КС-135», выпускает заправочный шланг и в этот момент обнаруживает, что сближение происходит слишком быстро. Она нажимает кнопку микрофона, чтобы предупредить экипаж «Б-52», но успевает произнести лишь первые слова. Через мгновение «Б-52» сильным ударом в нижнюю часть фюзеляжа таранит «К-135», и оба самолета охватывает пламя.
10:22 Пожар, последовавший на борту «Б-52» сразу после столкновения и взрывной разгерметизации, вынуждает экипаж привести в действие механизм аварийного сброса ядерных бомб. Вслед за этим командир отдает приказ катапультироваться - его успевают выполнить четверо из семи членов экипажа. Спустя секунду восьмимоторная "летающая крепость" взрывается в воздухе. Обломки обоих самолетов, распавшихся при падении на тысячи кусков, позже пришлось собирать на территории почти 40 квадратных километров. Говорят, отдельные фрагменты находят до сих пор...
Теоретически в случае аварийного сброса ядерных бомб каждая из них опускается на землю на двухкупольном парашюте... но это лишь теоретически.
Франсиско Симó Ортс, 40-летний рыбак из деревушки Паломарес, все население округи которой едва дотягивало до 1500 человек, как раз промышлял на своей лодке в нескольких километрах от берега, когда в небе над его головой расцвел и погас огненный шар, и через некоторое время большой металлический цилиндр голубого цвета, спускавшийся сверху на двух парашютах, упал в воду в сотне метрах от его рыбацкого судна, подняв огромный сноп брызг, и сейчас же утонул. Франсиско, заинтересованный таким необычным явлением природы, несколько раз прошел на своей шхуне над местом падения, но ничего не обнаружил и, вернувшись домой, рассказал о происшествии друзьям. Те решили обратиться в полицию, однако там лишь пожали плечами - об операции "сломанная стрела" власти местную полицию предпочли не информировать. Бомбу, падение которой наблюдал испанский рыбак,18 кораблей ВМС США и 3800 военных искали на дне моря почти три месяца.

Спустя менее суток забытая богом испанская деревня превратилась в важнейший стратегический объект НАТО. Десятикилометровая зона вокруг нее была моментально оцеплена - ни войти, ни выйти без специального пропуска было невозможно. Три сотни военных инженеров и экспертов по ЧП со счетчиками Гейгера наперевес к огромному неудовольствию местных жителей топтали окрестные поля, попутно уничтожая армейскими ботинками урожай помидоров и фасоли. В течение трех дней к ним присоединились еще три сотни, и тогда же, 20-го января, стратегическое командование ВВС США разродилось сухим комментарием, признававшим наличие на упавшем Б-52 одной ядерной бомбы, каковая упала в море. Опасности для населения, согласно этому коммюнике, не имелось.
В коммюнике не сообщалось, что одновременно с падением первой бомбы в Средиземное море, вторая опустилась на своем парашюте в полувысохшее русло реки Альмансора.

И уж тем более там не было ни слова про то, что минутами раньше две оставшиеся ядерные бомбы, парашюты которых по неизвестным причинам не раскрылись, на скорости более 300 км/час врезались в землю: одна в холмистой местности в полутора километрах к западу от деревни ("Зона 2"), вторая - рядом с домом одного из местных жителей на восточной окраине ("Зона 3"). Если бы от удара пришел в действие электрический запал боеголовки, обеспечивающий одновременный подрыв окружающих ее тротиловых шашек, суммарная мощность взрыва составила бы примерно 1250 бомб, сброшенных на Хиросиму. Однако тротил сдетонировал самостоятельно, без электрозапала, и, как следствие, неравномерно: в результате вместо того, чтобы сжать плутониевую начинку бомбы до критической массы, он "всего лишь" выбросил ее в атмосферу плотным облаком пыли чудовищной радиоактивности.