Комната, в которой умер Сталин и посмертная маска Сталина

Сегодня мы можем не только услышать, но и своими глазами увидеть, в каких условиях жил Сталин. Удивляет внешняя одинаковость и строгая, словно казарменная или монастырская, аскетичность всех комнат. Сколько же стоила вся эта недвижимость? Сохранился акт минздрава о приемке дачи, на которой умер Сталин, для передачи ее детскому санаторию. В акте, составленном 18 мая 1953 года, упоминается «главный дом двухэтажный с верандами. Построен в 1938 г. Объем здания 4800 куб. мт. Стены кирпичные оштукатуренные … Кровля железная. Отопление центральное водяное. Водопровод, горячее водоснабжение и канализация имеются. Электроосвещение имеется. Отделка внутренних стен и потолков деревом ценных пород… К эксплуатации пригоден. Балансовая стоимость 4.358.677 руб. 07 коп.» То есть в советских доперестроечных рублях, учитывая реформу 1961 года, это будет чуть больше 435 тысяч. По нынешним временам деньги просто смешные.

Дословно. «...Мрачная история Сталина. Триумфальный взлет России»

Что говорили о Сталине его современники и потомки

Лев Троцкий:

Сталин - самая выдающаяся посредственность.

Николай Бухарин:

Это Чингисхан, прочитавший Маркса.

Шарль де Голль:

Сталин имел колоссальный авторитет, и не только в России. Он умел "приручать" своих врагов, не паниковать при проигрыше и не наслаждаться победами. А побед у него больше, чем поражений.

Сталинская Россия — это не прежняя Россия, погибшая вместе с монархией. Но сталинское государство без достойных Сталину преемников обречено...

В.И. Ленин:

Тов. Сталин, сделавшись генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть, и я не уверен, сумеет ли он всегда достаточно осторожно пользоваться этой властью…

Сталин слишком груб, и этот недостаток, вполне терпимый в среде и в общениях между нами, коммунистами, становится нетерпимым в должности генсека. Поэтому я предлагаю товарищам обдумать способ перемещения Сталина с этого места и назначить на это место другого человека, который во всех других отношениях отличается от тов. Сталина только одним перевесом, а именно, более терпим, более лоялен, более вежлив и более внимателен к товарищам, меньше капризности и т.д.

Антони Иден (Великобритания):

Я знаю, что он был безжалостен, но уважаю его ум и даже отношусь к нему с симпатией, истоки которой так и не смог до конца себе объяснить.

Генри Киссинджер (США):

Как ни один из лидеров демократических стран, Сталин был готов в любую минуту заняться скрупулезным изучением соотношения сил. И именно в силу своей убежденности, что он — носитель исторической правды, отражением которой служит его идеология, он твердо и решительно отстаивал советские национальные интересы, не отягощая себя бременем лицемерной, как он считал, морали или личными привязанностями.

Маршал Г. К. Жуков:

О внешности И. В. Сталина писали уже не раз. Невысокого роста и непримечательный с виду, И. В. Сталин производил сильное впечатление. Лишенный позерства, он подкупал собеседника простотой общения. Свободная манера разговора, способность четко формулировать мысль, природный аналитический ум, большая эрудиция и редкая память даже очень искушенных и значительных людей заставляли во время беседы с И. В. Сталиным внутренне собраться и быть начеку.

Маршал Д. Ф. Устинов:

При всей своей властности, суровости, я бы сказал жесткости, он живо откликался на проявление разумной инициативы, самостоятельности, ценил независимость суждений.

Леон Фейхтвангер:

Сталин говорит неприкрашенно и умеет даже сложные мысли выражать просто. Порой он говорит слишком просто, как человек, который привык так формулировать свои мысли, чтобы они стали понятны от Москвы до Владивостока. Возможно, он не обладает остроумием, но ему, несомненно, свойственен юмор; иногда его юмор становится опасным. Он посмеивается время от времени глуховатым, лукавым смешком.

А.А. Громыко:

Я никогда не замечал, чтобы сказанное им не выражало его определенного отношения к обсуждаемому вопросу. Вводных слов, длинных предложений или ничего не выражающих заявлений он не любил. Его тяготило, если кто-либо говорил многословно.

Чарльз Сноу (Великобритания):

Не теряя времени, он приступил к величайшей из всех промышленных революций. "Социализм в одной стране" должен был заработать. России в десятилетия предстояло сделать примерно то же, на что у Англии ушло 200 лет. Это означало: все шло в тяжелую промышленность, примитивного накопления капитала хватало рабочим лишь на чуть большее, чем средства пропитания. Это означало необходимое усилие, никогда ни одной страной не предпринимавшееся. Смертельный рывок! — и все же тут Сталин был совершенно прав…Поныне на это никому из умеренно беспристрастных людей возразить нечего.

От деревянных сох к атомным реакторам. Мрачная история Сталина. Триумфальный взлет России. Страшная цена для целого поколения. Удивительно, во всяком случае, для меня, что человеческие существа могут быть столь жизнестойки...

Збигнев Бжезинский (США):

В умении оправдывать свои деяния и добиваться их одобрения Сталин равным образом преуспел и за пределами страны. В течение долгого времени многие западные комментаторы были более склонны — лишь отчасти отличаясь друг от друга в терминологии — хвалить его за индустриализацию России, нежели осуждать за террор. Таким образом сталинская эпоха в значительной степени интерпретировалась как эпоха великих социальных перемен, стремительной динамики, перехода от сельскохозяйственной экономики к индустриальной. И в некотором смысле это верно. При Сталине Советский Союз действительно стал великой индустриальной державой. Действительно произошел отток его населения из деревень. Была в полном объеме отстроена централизованная социалистическая система. И при этом у советской экономики был относительно высокий темп роста. Согласно советской официальной статистике национальный доход увеличился вчетверо в годы первых пятилеток, ежегодно давая прирост почти в 15 процентов. Это потребовало перемещения больших масс людей — за тринадцать лет число городских жителей удвоилось. С 1928-го по 1940 годы годовое производство электроэнергии выросло с 5 миллиардов киловатт до 48,3 миллиарда, производство стали — с 4,3 миллиона тонн до 18,3 миллиона; производство станков возросло с 2 тысяч до 58400 в год; автомобилей стали выпускать не 8 тысяч в год, а 145 тысяч. В канун войны промышленность составляла 84,7 процента всей советской экономики. Даже если эти цифры и преувеличены официальной статистикой, то факт, что советская экономика добилась больших успехов, отрицать не приходится.

Уинстон Черчилль:

Сталин был величайшим диктатором. Он принял Россию с сохой и оставил ее с атомной бомбой. Что ж, история, народ таких людей не забывают.

Вложение: 1656005.jpg