Про автомобиль зимой

Многие страдают от так называемых морозов - типа машина не заводится. Сидя в тёплом кресле и тупо глядя в окно, приятно думать о том, что нынешние люди представления не имеют о том, что такое сражение с автомобильной техникой на морозе! И вообще, как это заведено, жизни не видели.

Вот грянули морозы – и в телевизоре немедленно передача о том, как кровавая гэбня в СССР не давала спокойно жить поклонникам группы The Beatles. Тут как тут Андрей Макаревич с рассказами о том, насколько ему было невыносимо творить. Типа смотрите, граждане, как всё было плохо!!! Подумаешь, мороз! Радуйтесь тому, что советской власти нету! Это херня, что сегодня уже семь человек только в Москве замёрзло насмерть, главное – больше нет СССР. Подумаешь, семь человек сдохло! Вы лучше послушайте, как невыносимо жилось в СССР, вот ведь где весь ужас!

Но мне думалось про другое. Начать с того, что никаких «тосолов» раньше не было. Прибежав с утреца в автопарк, надо было для начала схватить пару вёдер (у каждого свои, индивидуальные), добежать до водомаслогрейки (специальное помещение, где была горячая вода и подогрев для масла), набрать пару вёдер воды и бежать обратно к авто – по отвратительным скользким блямбам, выплеснутым предыдущими товарищами. Сами автомобили стояли на безобразных ледовых наростах, образовавшихся в результате ежедневных сливов воды из систем охлаждения. Временами случались падения, каковые вкупе с двумя вёдрами кипятка выглядели значительно интереснее обыкновенных, скучных падений без вёдер.

Добежав до машины, надо было «пролить движок». В охлаждающей системе есть специальные краники – числом до трёх, которые надо открывать вечером для полного слива воды. Не забыв при этом снять крышку радиатора, конечно. Если крышку не снять, вода может вытечь не вся. Часть воды может затаиться в патрубках и там замёрзнуть, чтобы с утра препятствовать нормальной циркуляции жидкости в охлаждающей системе.

И вот утром льёшь кипяток, а он вытекает через краники. В зависимости от холода, проливалось ведро-полтора-два. Если всё нормально, краники можно закрывать и доливать воды до верху. Если ненормально, если холодно, надо проливать как следует – чтобы движок хоть немного согреть кипятком. Но если очень холодно, кипяток замерзает внутре системы, не добегая до краников. Например, в упомянутых выше патрубках радиатора, и тогда говорят «патрубки прихватило». Или в самих краниках замерзает. Тогда, соответственно, «прихватило краники».

В красной армии, как водится, всё было значительно веселей! Водомаслогрейка была, но горячей воды в ней никогда не было. Не было потому, что солдаты-кочегары были неспособны стабильно поддерживать нужную температуру: они постоянно спали, а в промежутках между сном жрали водку и дрались. Так что кочегарам было не до систем отопления. Потому воду черпали из открытого канализационного люка – она чистая была, но очень холодная.

Ведёр обыкновенных тоже не было, вместо них серьёзными людьми использовались дюралевые «бочки» из-под пирофакелов. Пирофакела – это такие картонные палки, набитые термитными таблетками – горят везде, даже под водой (кроме тех, которые горят зелёным цветом – зелёные под водой не горят). Пирофакелами обозначают площадки десантирования, а упаковки из-под них отлично заменяют вёдра. И вот подходишь с козырным ведром к открытому люку, пробиваешь лёд, черпаешь воду, отгоняя льдины – всё солидно. Несерьёзные бойцы бегали с брезентовыми вёдрами. Брезентовые были у всех, но пользовались ими только полные балбесы. Брезентовое ведро загнать под воду непросто – оно гнётся и воду зачерпывать не хочет, надо топить руками. Балбесам полезно: не можешь работать головой – работай руками.

Чтобы далеко не бегать, особо толковые бойцы подъезжали к люку на автомобилях без воды. Для двигателя езда без воды исключительно вредна – горят кольца под цилиндрами. Поэтому молодых солдат, совершивших такое, немедленно избивали. Это всегда приятно – кого-нибудь избить, а если избить за дело – приятнее вдвойне. Но во всём, конечно же, была виновата проклятая советская власть, а не солдаты-кочегары.

Воду в системе прихватывало постоянно, температура зверски росла, но по мере прогрева работающего движка внутре всё таяло и далее работало нормально. Правда, не у всех. Тяжёлые машины типа тягачей МАЗ-537 (на таких баллистические ракеты раньше возили) стартером на морозе завести невозможно – замёрзший танковый двигатель с летней солярой никакие аккумуляторы не проворачивают. Бестолковые водители подгоняли передвижную электростанцию (АПА) и пытались завестись от неё. Умные привлекали воздухозаправщик, подсоединяли бронированный шланг к системе воздушного запуска и стартовали от неё.

Сжатый воздух при расширении сильно охлаждается (у нас был хороший, точка росы минус 40 градусов), потому для более эффектного старта прыскали в воздухозаборник эфиру – с эфирными парами схватывает значительно бодрее, невзирая на холод. Дизель – особенно бодро.

Открываешь воздушный вентиль, даёшь давление! МАЗ-537, огромная дура, начинает трястись мелкой дрожью, потому что сжатый на 150 атмосфер воздух крутит и трясёт двенадцатицилиндровый танковый движок как детскую игрушку. БАХ!!! – адский взрыв в выхлопной трубе, огонь до земли! Это эфирные пары выходят, значит – скоро старт. Дрын-дрын-дрын, ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ!!! Советское танкостроение – лучшее в мире, попёрло! Дикий рёв, ч0рные рожы, всё в мазуте, утро началось.

Для разных людей утро начиналось по-разному. Я, например, чужие машины заводил только за деньги. У меня с детства тяга к рыночным отношениям. За это многие комсомольцы меня ненавидели, но деньги всё равно отдавали. Так я боролся с проклятым советским строем, подрывал его изнутри в наиболее слабых местах.

Машины разных солдат содержались в разных условиях. Если сынок – значит, машина стоит на улице. Если дедушка – автомобиль в тёплом боксе. Уход и присмотр за машиной дедушки осуществлял, конечно же, специально назначенный сынок: мыл, чинил, заправлял, прогревал. Бывало, толковые водители забывали сливать воду из двигателя. Вода внутре замерзает и блок цилиндров лопается, выводя двигатель из строя. Это почему-то называется «разморозить движок». Почему «разморозить» - понимать отказываюсь, он ведь замерзает, а не оттаивает. Но все говорят так. А если ты говоришь не так – значит, ты какой-то не такой, как мы. Что-то с тобой не так. Получи-ка в рыло.

Воду должны были греть, как уже говорил выше, специально назначенные кочегары. Но для них это была слишком сложная задача, и вместо этого они отапливали тёплые боксы. Печки топили углём и угольной пылью. Кочегары были разные – как и подобает людям. В одной и той же кочегарке работало, к примеру, посменно двое. Приходишь утром к одному – в кочегарке страшная жара, выхлопная труба у печки тёмно-красная, кочегар в одних кальсонах спит на лавке. Приходишь на следующее утро к другому – в кочегарке дикий холод. Бодрствующий от холода кочегар сидит верхом на печке – в валенках, в ватных штанах, в ватной куртке, в ушанке и в рукавицах, чисто татарский монгол в атаке на Рязань.

Плохая протопка объяснялась тем, что уголь плохой. Автора плохой протопки нисколько не смущало то, что войсковой товарищ тем же самым углем топит отменно. Уголь, каким бы это странным не показалось, прежде чем закинуть в печку, рекомендуется облить водой. Я химию помню плохо, но облитый водой уголь почему-то горит значительно лучше, чем уголь сухой. Глядя на мучения войсковых товарищей и будучи от природы пареньком изобретательным, я немедленно выдал рацпредложение: присоединить к печке кислородный баллон. Ну, там, понятно, водяной редуктор, понижающий давление и пресекающий возможность взрыва, все дела.

В кислороде всё горит со страшной силой: неважно, сухое или мокрое. Уголь, понятно, тоже. В общем, наладили подачу кислорода. В первую же ночь кочегар набросал угля побольше, кислороду подпустил посильнее, и лёг спать. Понятно, процесс вышел из-под контроля: куча угля занялась адским пламенем, дико раскалилась и расплавила печку. Проснулся наш орёл от холода. Стоявшая рядом металлическая печка сложилась в кучку.

После этого кочегаров заставили прогревать двигатели стоящих в боксах машин по ночам, ибо отопление накрылось. У подавляющего большинства автомобилей марки ЗиЛ-131 было два двигателя: свой собственный, который приводит автомобиль в движение, и здоровенный дизель спецустановки-электрогенератора. Греть надо, понятно, оба. И вот кочегар завёл шесть движков передних, шесть движков специальных, а сам, конечно же, в кабине одной из машин уснул. И, естественно, угорел.

Когда чудом пришёл в себя, понял, что умирает. Хватило сил открыть дверь и выпасть на пол. По бетонному полу с трудом дополз до ворот, где прильнул носом к щели со свежим воздухом и окончательно лишился чувств. А тут как раз пришли дедушки. Заходят в бокс, а там молодой боец валяется без чувств. Диагноз очевиден: нажрался, скотина!!! Бойца немедленно отпинали сапогами со всей уставной строгостью, потом взяли за руки/за ноги, и вышвырнули в сугроб. Там он через некоторое время очухался и чуть жив прибыл в казарму. Вот такое творилось в комсомольских организациях.

Так что жидкости из водомаслогрейки текли только летом, когда заморозить их не было физической возможности. Но и тут советские солдаты не обходились без шуток и весёлых розыгрышей! Например, один боец набирает воду в ведро, а его товарищ, проказник этакий, незаметно подкрадывается сзади на топливозаправщике – автомобиле КрАЗ с бочкой, в которую налито 22 (двадцать две) тонны керосина. Бывалый шутник заглушил двигатель, и, еле шурша резиной, крадётся, высунув язык, чтобы внезапно ударить товарища под зад бампером.

Это очень смешная шутка – бампером бить. Например, военнослужащий первого года службы спит в автомобиле, что решительно запрещено. А ты подкрадываешься к нему спереди и бьёшь бампером в бампер. Мгновенное пробуждение, истеричное метание по кабине, удары головой обо всё на свете. Очень, очень смешно. Если недостаточно смешно, можно вывести молодого бойца на улицу и набить ему рожу – чтоб не спал на службе, тогда уж точно обхохочешься. А уж если не машину, а человека бампером под зад стукнуть, то это вообще ураганной силы шутка. Вот до чего доводила замечательных русских и нерусских ребят советская власть.

Ну и вот, крадётся солдат на КрАЗе-топливозаправщике. Подкрадывается, и надо бы затормозить, а массу своего автомобиля с керосином немного неподрассчитал. И вместо того, чтобы прикольно стукнуть бампером под зад, вбивает товарища в кирпичную стену, а саму стену проламывает. Товарищ, для которого предназначалась шутка – труп. Матери идёт письмо о том, что сын геройски погиб при исполнении воинского долга. Шутник получает девять лет и прямо со службы отправляется на лесоповал. Вот такой вот был правовой беспредел, так проклятые коммунисты ломали молодым парням судьбы.

Налитая холодной водой машина заводилась не сразу и не у всех. Особо толковые парни типа меня оснащали свои аппараты танковыми аккумуляторами. Чем хорош танковый аккумулятор? Он хорош нечеловеческой мощностью, с ним можно на стартере ездить. А уж завести движок – это вообще раз плюнуть, даже в самый лютый мороз. Технически продвинутые бойцы постоянно норовили пользоваться пусковыми подогревателями. Ну, простые крестьяне, если что, пользуются для разогрева масла в поддоне двигателя паяльной лампой. Раскочегариваешь лампу, падаешь на четвереньки и греешь поддон снизу. Пусковой подогреватель – это очень большая паяльная лампа, промышленным способом пристроенная к двигателю.

Жмёшь в кабине кнопку, которая приводит в действие вентилятор и подпускает бензин, смотришь в специальную дырочку на проволочную спираль, и когда спираль как следует накаляется, включаешь рубильник. Под капотом жутко ухает и разгорается пламя. У многих загорался сразу весь двигатель, потому подогреватели было велено снять. Когда сняли, многие продолжали успешно пользоваться спиралями в качестве прикуривателей.

Например, на дворе лето. Едет военнослужащий на уже известном автомобиле КрАЗ, везёт известные 22 тонны керосина. И, конечно же, хочет покурить. Для того чтобы прикурить от спирали, надо в три погибели согнуться и вывернуть шею, сунув папиросу в специальную щёлочку. Смотреть на дорогу в этот момент решительно не представляется возможным. Ну и боец, в общем, согнулся, шею вывернул. Когда разогнулся и шею выпрямил – КрАЗ лежал в кювете на боку, а керосин Ниагарой выливался на расположенные поблизости крестьянские огороды. После того, как топливозаправщик с помощью тягача МАЗ-537 из кювета вынули, размесив крестьянские огороды огромными колёсами в керосиновую жижу, поступило указание снять и свечи.

Людям неопытным может показаться, что это чему-то поспособствовало. Не тут-то было! Не прошло и недели, как водитель автомобиля «Урал» мчался на плац, где проходило построение авиационного полка – с целью забрать личный состав и отвезти на аэродром. И когда водитель на полном скаку приближался к плацу, у него выпала сигарета. Конечно, водитель тут же бросил руль и полез на пол искать сигарету – благо автомобиль большой, нагибаться просто.

И вот стоит на плацу авиационный полк, идёт постановка задачи – командир говорит всякое. Вдруг сбоку выпрыгивает «Урал» и несётся в самую гущу строя. Надо было видеть, с какой отменной скоростью прыгали в разные стороны из-под колёс капитаны, майоры и прапорщики – всё-таки в лётчики отбирают не просто так. «Урал» промчался до конца плаца, водитель сигарету нашёл, из-под «торпеды» вылез, развернулся, и подъехал к молчащей толпе как ни в чём ни бывало, затянулся, элегантно пустил дым: типа ну чё, залезайте, поехали! Суда Линча удалось избежать чудом.

В общем, холодную воду в промёрзший автомобиль наливать надо умело. Я неплохо наливал – и себе, и дедушке. Выходит рота в парк, молодые бегут впереди – чтобы к приходу дедушек успеть залить воду и прогреть автомобиль. Не может ведь дедушка делать всё сам? Не будет же дедушка, как дурак, сидеть в холодном автомобиле? Вот я типа налил в первую очередь ему, машину завёл, налил себе, свою завёл. Сижу, греюсь. Думаю о том, что же коммунистическая партия со мной делает. Гляжу, дедушка забрался на бампер своего авто, поднял капот и машет рукой, подзывает меня.

Я подбежал, залез к нему на бампер. Бампер у автомобиля ЗиЛ-131 высокий. Стою, а дедушка показывает мне крышку радиатора, которую я забыл на место закрутить. Сперва показал, а потом как даст мне в рыло! Полёт шмеля, спиной и башкой об землю. С тех пор я никогда не забываю радиаторам крышки закручивать, случись чего.

А сейчас – что? Кругом «тосол», никаких тебе вёдер. Скукота. Воспитательная работа на нуле. The Beatles по-прежнему любой дурак слушать может – точно так же, как их слушали в СССР.

Жаль, Макаревич в армии не служил. Ему и вспомнить, бедолаге, нечего – как же на самом деле страшно было жить в СССР.

А болид сегодня не завёлся.
http://oper.ru/news/print.php?t=1051601625