
1827
Борис Николаевич Алмазов
русский поэт, переводчик, литературный критик, прозаик. Родился в городе Вязьма Смоленской губернии. Сын отставного штабс-капитана, по происхождению принадлежащего к высшей московской знати. Детство Алмазов провел в родовом селе Караваево (Смоленская губерния). Первоначальное образование получил дома. В 1839 г. поступил во 2-й класс 1-й Московской гимназии, откуда перевелся в пансион Эннеса. В 1848 г. Алмазов поступил на юридический факультет Московского университета, где посещал лекции известных историков Т.Н.Грановского и П.Н.Кудрявцева. Однако не только научные интересы волнуют его в это время: Алмазов страстный театрал, завсегдатай Малого театра, он участвует в любительских спектаклях, мечтая о славе актера. Окончить университет Алмазову не удалось: в 1851 г., оставленный разорившимся отцом без средств, он не смог внести плату за образование и был отчислен. Вскоре после этого А. становится членом "молодой редакции" журнала "Москвитянин", в состав которой входили литераторы А.Н.Островский, Е.П.Эдельсон, А.А.Григорьев, Т.И.Филиппов, Л.А.Мей, артисты П.М.Садовский, И.Ф.Горбунов и др. Близки к "молодой редакции" были П.И.Мельников (Печерский) и А.Ф.Писемский, знакомство с которым переросло у Алмазову в 1860-1870 гг. в тесную дружбу. Втянутый друзьями в журналистскую жизнь, Алмазов поначалу переживает сильный душевный подъем, с энтузиазмом бросается на борьбу "с пороками, с развратом и злоупотреблениями" (Барсуков Н.- Том XII. - Страница 213), "со всем, что есть пришлого, басурманского" в русской "литературе и... жизни" (Там же.- Том XI.- Страница 381). Ярким выразителем умонастроений и литературных вкусов молодого критика, склонного к розыгрышам и мистификациям, стал придуманный им персонаж Эраст Благонравов, именем которого Алмазов подписывал свои фельетоны, остроумные пародии и критические выступления. Избранная Алмазовым литературная маска, по-видимому, в несколько комичной и шаржированной форме представляла его собственный автопортрет. На сходство Алмазовв и Эраста Благонравова, в частности, указал историк М.И.Семевский, отметив, что критик, как и его "двойник", отличается "любовью к известности, страстью к литературе, восприимчивостью сердца..." (А.Н.Островский в воспоминаниях современников.- Страница 148). Выступления Эраста Благонравова, нередко подчеркнуто полемичные по отношению к некрасовскому и панаевскому "Современнику", вызывали яростные журнальные перепалки. Особенно бурно обсуждалась в печати статья Эраста Благонравова "Сон по случаю одной комедии" (Москвитянин.- 1851. - No 7 ("Предуведомление"), 9-10), в которой автор пытался привлечь внимание публики к только что написанной, но запрещенной цензурой к постановке, первой комедии Островского "Свои люди -- сочтемся!". Написанная в драматической форме, статья-шутка Эраста Благонравова как бы обыгрывала все возможные критические замечания в адрес драматурга, доводя до абсурда литературные позиции критиков тогдашних направлений -- западников и славянофилов, поклонников "чистого искусства" и утилитаристов. Однако за блеском остроумия Эраста Благонравова для самого Алмазова скрывались выстраданные и серьезные размышления о русской литературе. В этой статье (одной из лучших в наследии критика) Алмазов выступает с требованием простоты в жизни и искусстве, пытается определить самобытность таланта Островского и Гоголя. По мнению Алмазова, первый стремится к объективному изображению действительности; Гоголь же склонен к фантасмагории и гиперболизации. Задетые полемикой критики в откликах на статью Алмазовапродемонстрировали к ней крайнее пренебрежение, а автору отказали даже в остроумии (<И.И.Панаев> // Современник.- 1851.- No 5.- Отдел VI.- 4 Страницы 52-53, <А.Д.Галахов > // Отечественные записки.- 1851.- No 8.- Отдел VI.- Страницы 141-142). Восстановить справедливость спустя почти десять лет попытался Григорьев, заявив, что в "замечательной, не позабытой... шутке" "высказан был впервые даровитым критиком-юмористом глубоко верный взгляд на различие нового таланта... от таланта Гоголя" (Григорьев А.А.- Страница 390). Вскоре Алмазов пережил духовный кризис, о чем и поведал в доверительном письме Погодину в октябре 1852 г. Жалуясь авторитетному корреспонденту, что "решительно никто не понял", отчего он "кричал и горячился", Алмазов признавался, что прежняя деятельность ему "опротивела" (Барсуков Н.- Том XII.- Страница 213). Ставший весной 1852 г. постоянным литературным обозревателем, Алмазов в статье "Наблюдения Эраста Благонравова над русской литературой и журналистикой" (Москвитянин.- 1852.- No 17) пытался совместить новые обязанности с прежним литературным амплуа. Статья успеха не имела. С этого момента общий тон литературно-критических выступлений Алмазова меняется: его статьи, проникнутые теперь преклонением перед русской патриархальностью, приобретают привкус дидактизма, фельетонная юмористика уступает место грубому морализаторству (Егоров Б.Ф. - Страница 33). Важным критерием оценки произведения для Алмазова становится характер изображения писателем русского народного быта. Так, например, А. приветствует роман Д.В.Григоровича "Рыбаки", в котором увидел "что-то истинно родное... льстящее... народной гордости" (Москвитянин.- 1853.- No II.- Отдел V.- Страница 80), а о рассказе И.С.Тургенева "Муму" отзывается крайне неприязненно, упрекая автора в изысканности сюжета, "пряных эффектах", не имеющих отношения к действительной русской жизни (Москвитянин.- 1854.- No 9.- Отдел IV.- Страницы 32-33). Как литературный обозреватель, Алмазов привлекает внимание публики к проникнутой "теплым чувством" повести Л.Н.Толстого "Детство" (Москвитянин.-- 1852.- No 19.- Отдел V.- Страница 113), поэзии П.А.Вяземского, А.С.Хомякова, Ф.И.Тютчева, Н.Ф.Щербины и др. В 1853 г. Алмазов счастливо женился на С.З.Ворониной, которой ранее давал уроки литературы. Семейная жизнь принесла с собой и серьезные материальные трудности: жена не имела состояния, а потомство молодой четы быстро увеличивалось. В поисках заработка Алмазов в 1854 г. был вынужден поступить на службу в канцелярию попечителя московского учебного округа, откуда в 1857 г. перешел в контору московской синодальной типографии. По свидетельству Д.В.Аверкиева, с большой симпатией относившегося к писателю, Алмазов "был самым непрактическим человеком в мире и никогда не мог устроиться... К службе он был неспособен" (Аверкиев Д.В. Дневник писателя.- 1885.- No 4.- Страница 146). Действительно, прослужив несколько лет, Алмазов уже в 1861 г. вышел в отставку в чине губернского секретаря. Служба не препятствовала энергичной литературной, работе Алмазова. В 1859 г. как бывший сотрудник "Москвитянина" (журнал перестал выходить в 1856 г.) Алмазов принимает участие в альманахе Погодина "Утро", задуманном издателем как "инспекторский осмотр" русской литературы с позиций "искусства для искусства". Эта установка наиболее отчетливо воплотилась в помещенных в альманахе статьях Алмазова "О поэзии Пушкина" и "Взгляд на русскую литературу в 1858 г.". Выступая как ревностный защитник "искусства для искусства", Алмазов, однако, подчеркивает и свое сочувственное отношение к современной литературе на злобу дня, связывая с ней "успехи родной земли в деле гражданственности" (Том III.- Страница 351). Алмазов в целом стремился объективно взглянуть на "вечное" и "злободневное" в литературе, что приводило иногда к оценкам, казалось бы, неожиданным у защитника "чистого искусства". Так, например, "чистую" лирику А.А.Фета Алмазов отвергает за ее принадлежность к "туманному и неясному роду поэзии" (Том III.- Страница 366), а о деятельности М.Е.Салтыкова-Щедрина и его сатирической школы отзывается положительно, руководствуясь в этом случае утилитарными соображениями, насущными потребностями общества. Неоднозначность подхода критика, чьи художественные вкусы оказались более демократичны, чем декларируемая им эстетическая программа, не была замечена современниками. В рецензии на сборник "Утро" Н.А.Добролюбов подверг уничижительной критике все работы Алмазова. Особенно резко рецензент выступил против статьи "О поэзии Пушкина", в которой Алмазов, отстаивая право художника на "свободное творчество", заявлял, что в Пушкине воплотился "полнейший и чистейший тип поэта" (Там же.--С. 280), воспевающего "только прекрасное" и непреходящее. Чуждый дидактизма и тенденциозности, чрезмерной увлеченности любой наукой, Пушкин, по мнению Алмазова, не принадлежал ни к одному направлению, "смотрел на все окружающее... безо всякого предубеждения" (Там же.- Страница 291) и стремился к достижению высшей "поэтической цели". В пылу полемики Добролюбов увидел в Алмазове критика, противопоставляющего поэзию общественной жизни, а искусство -- науке. Отрицательный отзыв вызвала статья и у Григорьева, вынужденного констатировать, что в ней "во имя поэтической непосредственности" Алмазов "лишает поэта его великой личности... его высокого общественного значения" (Григорьев А.А. - Страница 166). Как видно из письма Алмазова к Погодину, статью о Пушкине сам критик расценивал как творческую неудачу -- "какую-то мертвую, механическую работу", "написанную "против совести", и намеревался в дальнейшем создать фундаментальный труд о Пушкине, который бы стал "программой истории" русской "словесности после Петра" (Барсуков Н.- Том XI.- Страницы 370-371). Этот замысел не был осуществлен. В 1860-1870 гг. Алмазов как литературный критик почти не выступает, но продолжает плодотворно работать как поэт и переводчик. Он сотрудничает в журналах "Русский вестник" (1861-1864, 1871-1872), "Развлечение" (1859-1866), "Искра" (1861-1862), "Заноза" (1863), "Зритель общественной жизни, литературы и спорта" (1862-1863) и другое, где публикует в основном юмористические стихи. В 1863 г. под псевдонимом Б.Адамантов Алмазов издал в Москве сборник пародий "Диссонансы". Темы, сюжеты, типы, к которым обращается Алмазов, традиционны для русской демократической сатиры и юмористики. В его стихах высмеиваются и обличаются вторжение полицейского режима в частную жизнь ("Неизбежный"), нестойкость либеральных убеждений ("Скептик"), крепостническая идеология ("Недовольный"). Безукоризненному версификатору, Алмазову легко удаются литературные перевоплощения, стилизация. Он широко использует перепев, парафраз, чаще всего ориентируясь на сюжетные схемы и размеры известнейших стихотворений А.С.Пушкина, М.Ю.Лермонтова, Н.А.Некрасова и других. Так, например, в стихотворении "Московский Алкивиад" Алмазов "перепевает" пушкинское "К " ("Я помню чудное мгновенье..."); в стихотворении "Если кроткий, как вол, в трезвом виде..." -- некрасовское "Если мучимый страстью мятежной...", в "Модных звуках", пародируя Фета и его последователей, отталкивается от стихотворения Лермонтова "Есть речи -- значенье...": "Есть вирши -- теченье /Их ровно и гладко, / Но смысл их при чтенье / Для смертных загадка". Не менее интересны и шуточные стихотворения Алмазова, в которых даны меткие характеристики известным журналистам 1850-1860 гг. Некоторые стихотворения: "Учено-литературный маскарад", "Московский поэт и Санкт-Петербургский обыватель", "Похороны "Русской Речи..."" и другое - пользовались большим успехом. Гораздо менее популярны немногочисленные "серьезные" стихотворения Алмазова. В основном они философичны и проникнуты религиозным чувством ("Гроза", также "Успокоение"), Нравственный идеал Алмазова - Ф.Шиллер, "певец добра и светлых сновидений", в котором соединились "сердечный пламень" и "дух стоика" ("К Шиллеру"), Утверждение безусловного приоритета чистой духовности у Алмазова подчас граничит с морализированием и даже дидактизмом. Таковы, в частности, и поэма "Русь и Запад" (1854), стихотворения "Старая русская партия" (1864), "Русскому царю", пронизанные славянофильскими умонастроениями. С конца 1860 гг. Алмазов много переводит. Его крупной работой в этой области стал первый вольный перевод на русский язык "Песни о Роланде", изданный в 1869 г. в Москве под названием "Роланд". В предисловии к изданию Алмазов, раскрывая принципы перевода, подчеркивал, что заботился "больше всего о том, чтоб быть" верным "идее и духу" произведения (Том I.- Страница 198). Признавая "добросовестность переводчика" и полезность его труда, рецензент, однако, отмечал, что Алмазов "значительно сгладил первоначальную свежесть оригинала" (А.С. // Вестник Европы.- 1869.- No 10.- Страница 965). Алмазову принадлежат также переводы преимущественно лирических и антологических стихотворений Шиллера, И.В.Гете, А.М.Шенье и др., многочисленные переложения поэтических памятников средневековой французской и испанской литератур. Итоговым в творчестве Алмазова стал сборник "Стихотворения" (Москва, 1874), вобравший в себя почти все ранее написанное поэтом. Пропагандировать сборник, не замеченный критикой, пытался А.Ф.Писемский, "с величайшим удовольствием", по его словам, прочитавший книгу (Писемский А.Ф.- Страница 312). В 1875 г. Алмазов публикует повесть "Катенька", выдержанную в основном в духе "натуральной школы". Как член "Общества любителей российской словесности" Алмазов в том же году принимает участие в чествовании Писемского: 19 января в Московском университете он выступает с докладом "А.Ф.Писемский и его двадцатипятилетняя литературная деятельность". Последние годы жизни Алмазова были омрачены смертью горячо любимой жены (1874), оставившей ему на воспитание семерых детей (еще семерых детей семья Алмазовых лишилась ранее). Постоянная нужда и горе подкосили здоровье Алмазова. Он скончался в Москве, в Шереметевской больнице 15 апреля 1876 года. Похоронен в Донском монастыре. Современники по-разному воспринимали творчество Алмазова. Для большинства он остался даровитым юмористом, "певцом минуты", и лишь немногие разглядели самобытный облик интересного русского поэта и критика, бескомпромиссно отстаивающего свои взгляды на искусство. Сочинения: Сочинения: В 3 томах - Москва, 1892; Стихотворения // Сатира 1860-х гг. / Составители Н.Кравцов, А.Морозов.-- Москва; Ленинград, 1932; Русская стихотворная пародия (XVIII -- начало XX в.) / Вступительная статья, подгототовка текста и примечания А.А.Морозова,- Ленинград, 1960 (по указателю); Поэты 1860-х гг. / Вступительная статья, подгототовка текста и примечания И.Г.Ямпольского.- Ленинград, 1968; Сон по случаю одной комедии // Русская эстетика и критика 1840-1850-х гг. / Подготовка текста, составление, вступительная статья и примечания В.К.Кантора, А.Л.Осповата.-- Москва, 1982. Литература: Барсуков Н. Жизнь и труды М.П.Погодина.- Санкт-Петербург, 1897.- Том 11; Том 12.- Санкт-Петербург, 1898; Том 14.- Санкт-Петербург, 1902 (по указателю); Писемский А.Ф.Письма / Подготовка текста и комментарии М.К.Клеймана и А.П.Могилянского.- Москва; Ленинград, 1936 (по указателю); Добролюбов Н.А. Утро. Литературный сборник. Москва. 1859 // Собрание сочинений- Москва; Ленинград, 1962.- Том 4; А.Н.Островский в воспоминаниях современников / Подготовка текста, вступительная статья и примечания А.И.Ревякина.- Москва., 1966 (но указателю); Григорьев А.А. Литературная критика / Составление, вступительная статья и примечания Б.Ф.Егорова.—Москва, 1967 (по указателю); Он же. Борьба эстетических идей в России середины XIX в.- Ленинград, 1982 (по указателю).
Читать далее...