читать с первой главы

 

 

 

Если говорить о журналистике и центрифуге, то явление их совмещения очень неоднородно. Начиная с двадцать первого века и инаугурации Цветочка журналист чрезвычайных ситуаций должен был постоянно лезть в самое пекло вертушки, но при этом бежать против направления вращения, чтобы оставаться головой вверх и все видеть правильно, как того предписывала этика и полит-корректность. Из Глобика в опалу на увольнение и лишение лицензии попал только один человек в этом году. По проблеме Ирака. Он никак не мог навредить оперативной необходимости, так как был обычным публицистом. Его материалы выходили на сайт только через два дня после того, как он их комплектовал. Но тогда в его поле освещения попал материал обстрела английских позиций с американских самолетов. Без его материала Пентагон бы никогда не признал за собой эту ошибку. Но сам он сильно пострадал от этого. Журналистам в Ираке солдаты тогда отвели целый городок бункеров, покидать который им было запрещено. Освещать можно было только то, что им вежливо предоставляли военные. Откуда у Глобика оказались эти кадры? ФБР пыталась обвинить его в том, что они были получены от иракских разведчиков по сети Алькаида. Серьезное обвинение для самого мощного информационного сайта. Журналисту пришлось выйти формально в тираж. Глобик потерял Ирак на аккредитации. Пентагон признал тогда ошибку, но в свете последних событий мог бы сказать, что это было запланировано. А вот Алиса Брендон получила роль своего коллеги, которого Глобик уволил только формально. В стране оставались несколько процентов людей, которые не верили в справедливость уфологической войны. Их процент рос в нете, несмотря на безукоризненный президентский агитпроп.

Алиса  уже потеряла в поисках сюжета две недели. У нее оставалась только неделя. На сайте появилась ее последняя публикация, оставленная в запас. В отличие от своего коллеги, она пока хорошо соответствовала полит-корректности, пуская текст, если он был, между строк. Но для критики правительство сейчас и не делало ничего. Силы про-ДжиДжайского сопротивления были разбиты на территории востока. Ни в Афганистане, ни в Ираке никто не нашел никаких следов пребывания инопланетной  цивилизации. Однако ожидался новый десант. Откуда, Америка уже не могла предсказать, потеряв последние крупные станции и остановив программу космических исследований. Но уже прошло больше полугода после иракского страха, трепет которого потихоньку проходил, а в мире ничего не случалось.

Весь день Брендон провела на съемках летающей, плавающей и ползающей военной техники. ЮАР сгоняла сюда весь свой контингент, готовясь к  возможной вылазке чего-то неизвестного. Несколько сотен американских советников таскались мелкими группами туда-сюда. Брендон взяла интервью у одного из генералов. Нехотя, или боясь сказать что-либо ненужное, он ответил на ее вопросы откровенным незнанием ничего и пафосным выпадом, что кто бы здесь не появился, они его уничтожат, не оставив и следа, как сделали это в Ираке.

-Сейчас многие эксперты, в том числе и Нанс Икс, говорят, что если бы американская армия была бы менее агрессивной, то у его комиссии, возможно, были бы какие-то данные о новой цивилизации. А так нет даже достойных доказательств. Что Вы думаете об этом?

-Я думаю, что это лицемерно так говорить. Всем американцам достаточно того, что они видели своими глазами. И если это не доказательство для него, то я очень рад, что такой человек сейчас отстранен от власти. А то мы бы дождались, пока они уничтожат пол-Америки! Спасибо.

Генерал отошел и, окружась маскировкой бело-голубых униформ, исчез. Его спасибо неясно относилось к вниманию, больше как критика Нанса Икса. Хороший, в принципе, кадр.

-Почему они не говорят, что у них есть какие-то доказательства? - Алиса повернулась к камере. Рассчитывала написать на пленку хоть что-то из размышлений тематики молчания.

-Потому, что не хотят врать! - прервал ее голос Чарльза.

Он стоял у камеры. Оператор повернулся испугом, хотел выключить запись, но Алиса попросила его этого не делать, пояснив, что это тоже журналист Глобика.

-Только бывший, - добавил Чарльз и выключил камеру сам.

-Какими судьбами? - Алиса поцеловала его.

-Обычными. Приехал посмотреть на твою работу.

-У! Это ты зря. Я не знаю, чего пускать на следующий номер. Никакой сенсации. Снова сбили тарелку и молчат. Гонят свой пафос. У тебя не завалялась какая-нибудь идейка? Кроме этой.

-Да, есть.

Мимо очень громко пробежала рота зеленых солдат с песней африкаанс. Оператор выключил камеру окончательно. Показал на часы. Выходило время пребывания в зоне поиска. Алиса взяла под руку Чарльза.

-Пойдем, нам пора убираться. Расскажешь по дороге.

-Пойдем! - подхватил он. - А то меня поймают, и тебе сильно попадет.

-Кстати, как ты сюда попал?

-Я - представитель ООН по гуманитарным катастрофам. Таких здесь сотни, поэтому и не отследили.

-Чарльз! - она восхитилась его наглости. Этим восхищались в Америке многие.

-Иди вперед, встретимся в холле гостиницы...

Чарльз вырвался, отстал и исчез. Пропускной пункт с вульгарным майором-негром, о флирте с которым Алиса уже пожалела, ожидал их. Еще с утра здесь не было по бокам никакого ограждения. Сейчас уже протягивали вторую колючую проволоку. Военные отталкивали выкинутых из своих домов негров, осаждающих криками каких-то требований. За территорией зоны журналисты были свободны. Алиса дала распоряжение оператору установить камеру у машины, так, чтобы в объектив ухватывалась и вывеска зоны и толпа негров.

-Верно, верно, - подхватил какой-то офицер. - Это какое-то очень интересное племя. Его впервые за много тысяч лет так потревожили люди. Обычно племена в южной Африке часто мигрируют, или их коснулась политика расовой сегрегации. А эти здесь были вечно. Хувы. Может, слыхали?

-Нет, - удивилась Алиса. Они поговорили немного, пока оператор устанавливался.

Ловить что-либо не имело смысла. Толпа, заметив камеру, тут же оказалась здесь, окружила и стала орать. Видя непонимание со стороны белых людей, она становилась все агрессивней и агрессивней, начали топать одновременной ритмикой и что-то кричать на подобии песни. Алиса шепнула оператору команду на смот. Они быстро запрыгнули в машину. Племя не ожидало их бегства и сначала расступилось перед газующим джипом. Но, видя, что их испуганно покидают, они накинулись на машину. Простыми кулаками они разбили стекло. Алиса закричала. Толпа отступала под натиском с другой стороны военных, но успела тяжелыми кулаками сделать еще пару вмятин на жести. Машина разгоном стала удаляться от бешенной толпы. В разбитое окно врывался холодный встречный ветер.

-Хорошо еще, что пока идет сезон дождей. И хувы более миролюбивы, и Вам в окно только ветер и никакой пыли.

-Да уж.

До города было далеко. Алиса достала из сумки книгу.

Хувы. Она нашла племя по дополнительному указанию.

Легендарное племя. Со времен миссионерства. Папа отправлял сюда столько экспедиций, но все они заканчивались на этом племени, которое никогда не пряталось, но и не поддавалось миссионерству. Люди приходили сюда с вестью о Господе, а уходили либо серьезно сомневаясь, либо с ересью о новом боге. Правительство Апартеида обошло своим фашизмом село стороной. Есть версия, что очень влиятельные люди ездили в 50-60-е сюда за шаманским советом. Жрецы Хутсване не сильно светились, но никогда и не скрывались, мирно защищая свою землю и своего бога. Хутсване.

Хутсване - сын Хувеане, который был основателем мира. Хувеане жил на земле. Он создал человека, мир, животных, и многое остальное. Сначала Хувеане придумал мир без смерти, но люди видели у него копье, которое он сделал, чтобы ему было легче ходить, они сделали такое же и стали убивать животных, и тогда он пустил на них смерть и болезни. А змеям и многим животным дал бессмертие. Но люди уничтожили тех животных, а змей убивают и по сей день, но те остаются бессмертными, потому что их много. Люди стали делить между собой богатства, и тогда Хувеане разделил их на хозяев и рабов, и поставил каждого над каждым. Но со временем люди забыли об этом и стали снова убивать друг друга. Женщина родила Хувеане сына - Хутсване, а сам Хувеане умер и стал править миром предков. С их помощью он может управлять миром. Хутсване жил с людьми, но человек стал угрожать ему своим развитием на земле. Он пытался уйти в глубь, но человечество стало копать землю. Он пытался уйти в море - но человек стал делать лодки и корабли. И тогда он ушел на небо. И долгое время мог давать людям дождь и грозы, но когда человек стал тянуться в небо - он ушел дальше, ибо созданный Хувеане мир бесконечен. Но он сказал, что однажды он вернется. И каждый дождь означает его приближение, пока этим миром управляет через своих подданных его отец. Но никто не знает, зачем он вернется. Либо, чтобы уничтожить человека, либо, чтобы принести всеобщее благоденствие.

Эта общая легенда окрестных племен, которые находились здесь. Она была очень обычной для таких верований. В любом краю земли язычники говорили одно и то же, только на разных языках. Но, фактически, из племени Хув никому не удавалось вытянуть что-либо стоящее, или оригинальное. Что, наверное, было. Слишком много сомнений было даже сейчас у Брендон, что миссионеры Его Святейшинства и высшее звено афреканеров могли бы купиться на такую чепуху, что пленила прилежащие племена.

Практика местного шаманства, по слухам, была гораздо более обширна, чем теория. По крайней мере, ни туристы, ни исследователи не торопились сюда. Те, что торопились, либо глухо молчали об итогах своего пребывания, либо кричали что попало в психушках. Слава богу, местный режим обеспечивал этим многих.

Слишком много написано, подумала Алиса, про одно племя. Среди источников указывалось столько пересекающихся книг, многие из которых были написаны почти два века назад. Брендон оторвалась от них, набрала на сотовом номер своего ассистента по нет-ресурсам.

-Джон? Слушай. Записываешь? Племя Хувы из Южной Африки. С чего ты взял, что это не наша компетенция. Поискай сначала, что на них есть в нете. Окей? Ладно, пока.

Машина остановилась у телевизионного центра. Здесь стояла и машина самой Брендон. Она пожелала оператору удачи. Для монтажа лучше желать аккуратности. И пересела, объяснив, что ей пока некогда смотреть. Не было удачи на съемках. Через пару минут она оказалась у гостиницы, в холле которой ее ожидал Чарльз.

-Ну, рассказывай.

Опальный журналист прошел по ее комнате к окну. Она села в кресло.

-Говорят, вы с Джоном расстались.

-Зря так говорят.

-Как тебя угораздило оказаться под таким уродом? Так вы еще не развелись?

-Мы, что, будем обсуждать мою личную жизнь?

-Это была бы твоя личная жизнь, если бы он не был твоим продюсером. И если бы ты была уборщицей, а не звездой нет-публикаций.

-Угу. Давай по теме.

-Угу. Что ты так взъелась?

На лице Алисы была максимально жестко приклеена маска серьезности.

-Я не взъелась.

-Я же просто спросил. Чисто из любопытства.

-Ну и?

Он снова повернулся к окну. Будто чего-то ожидал, или боялся.

-Может, предложишь чего-нибудь выпить?

-Думаешь, тебя от этого меньше будет лихорадить? Раз ты так боишься, то почему бы тебе не сохранять трезвость.

-Да, правда.

-Может, перейдем от знаков препинания к тексту.

Чарльз повернулся к ней, зашторил жалюзи.

-Окей. Ты в курсе, какие проблемы возникли сейчас у Премьера?

-Да.

-По американским каналам? Это не то. Суть обвинений, которые ему предъявляет Палата Общин, сводится к тому, что он попался на удочку Цветочка и, догадываясь, что уфологическая война была всего лишь личной войной американского Президента, все равно втянул Великобританию в эту войну.

-Ну. Но ведь он пока сохраняет пост.

-Верно. Брешет на все,  что у Пентагона и Ми есть доказательства и улики, но они секретны, так как идет их разработка на технологическом уровне. Но дело в том, что они не могут их показать.

-И что? Так и есть.

-А зачастую просто уничтожают их.

-И что? Это и дает возможность европейским агентствам информации пускать в эфир всякую чепуху.

-А чем это мешает тебе?

-Пускать чепуху?

-Ну, чепуху, не чепуху... Ты знаешь, с чего началась вся эта европейская свистопляска? С французской Риал. И с того, что на руинах близнецов были найдены обломки самолетов. Это ведь правда. Отсюда и пошли все эти экспертизы любительской съемки Нью-Йоркского НЛО, сверки списков полетов. Завтра Риал выпустит материал о том, что во всей этой кутерьме потерялось три самолета. Два уже подлетали к Нью-Йорку и один шел на Вашингтон. Это их обломки и найдены на руинах.

-Почему их?

-А как проверить, что не их? История обломков уникальна. Только пожарники их нашли, как тут же появились федералы и изъяли их. А сейчас ни одна из служб не признает, что у них есть эти части. Люди на съемках разборов в черных очках не состоят ни в ФБР, ни в ЦРУ, ни в АНБ.

-И что?

-Что? Что ты спрашиваешь? Экспертиза сбитых самолетов засекречена. А между тем во Франции один из заместителей Нанса Икса дает показания, что все они были сбиты ракетами США. Российское РИА пускает на каналы кадры дублированных обстрелов наших армий и в Афганистане, и в Ираке. Весь мир уже открыто говорит, что Цветочку просто нужна была война. И он не стал стесняться в создании повода.

-И что?

-Да, ничего. Ты, вообще, не слушаешь? Все это может очень скоро запахнуть импичментом. Военный суд в Женеве уже получил судебный иск от России и Китая. Не хватает только внутреннего катализатора. Надо просто небольшую спичку, чтобы разжечь вулкан.

-Какой вулкан, Чарльз? Если бы это было так, Конгресс давно бы уже предъявил импичмент. А катализатором ты уже попытался быть... Кстати, что там у тебя на этот раз?

-Ты про что?

Алиса встала, прошла до бара.

-Будешь пива?

-Окей, - он отошел от окна, сел на диван у столика.

-Я имела в виду материалы. Ты же не предлагаешь мне повториться вслед за французами? Все это уже итак истории обсосанные.

-Да.  У меня три акта экспертизы обломков самолетов, которых Нью-Йоркское НЛО сбило, отступая к Афганистану. Все они сделаны экспертами министерства обороны США, которые будут готовы подтвердить свои результаты в суде.

-Самолеты были сбиты американскими ракетами?

-Верно. Вот у меня диск.

-Но ведь Пентагон и не отрицает, что несколько самолетов могли быть сбиты ракетами, которые они выпустили по НЛО. Что нового?

-Добавь к этому весь французский материал. Все факты на нашей стороне! Что еще нужно?

-На чьей стороне, Чарльз? У тебя обида на президента за полит-корректность? А я-то тут причем? Знаешь, сегодня этот генерал... А что еще может быть нужно, когда десятки тысяч Нью-Йоркцев видели НЛО своими глазами?

-Это не полит-корректность, это диктатура.

-Чарльз, таких массовых галлюцинаций не бывает! Плевать сейчас на полит-корректность - это плевать на их свидетельства, и десятки тысяч погибших.

-Вот именно! Это могла быть массовая галлюцинация! Или лазерное шоу. Ты сама там была?

Одиннадцатое сентября был для Алисы безопасным днем. Поэтому они с Джоном уже дня два, начиная с воскресенья, были в загородном отеле. Их отдых был прерван паникой бегущих из города. А для Брендон день и впрямь оказался безопасным.

-Нет. У меня это все видела сестра. И знаешь, она может отличить лазерное шоу от реального объекта...

-Значит, ты не примешь у меня диск? - Чарльз спрятал его назад во внутренний карман плаща.

-Нет, - ответила Алиса. - Мне не нужны проблемы. К тому же я не верю во все это. Так же, как с Биллом. Просто надо кому-то, чтобы на Президента вылилась лишняя тонна грязи. Через год выборы. Да и Джон мне этого не пропустит. Ему хватило тебя. Кстати, почему ты не сдашь эти материалы ему?

-Как  меня бесит вся ваша полит-корректность! Потому что я не в Америке.

-А!

-Я оттуда сбежал. Мой осведомитель в ФБР предупредил меня, что меня должны арестовать. И я сбежал.

-Арестовать?

-Да, за шпионаж, - Чарльз скривил губы гордого подтверждения.

-За шпионаж?

Он промолчал.

-Нормально! Мало того, что ты мне предлагаешь что попало, ты еще и преступник.

-Я не преступник. Разве не понятно, что это просто гонения на журналистов?

-Еще не видела ни одного с такими проблемами. Шпионских скандалов в США давно не было.

-Ты думаешь, я шпион? Просто у меня были знакомые в Западной Сахаре, я с ними общался. Но я никак не мог на них шпионить. Кстати, Западная Сахара - более демократическое государство, я сейчас там живу.

-Сахара? - Алиса не верила своим ушам.

-Да. Компократия. Кстати, очень серьезное государство. Сейчас оно готовится к возможной обороне...

-И потому укрывает преступников?

-Никаких преступников. Только политических изгоев. Как я.

-Ага. А оружие закупает, чтобы защищать свою демократию?

-Так же, как и США всегда использует свое оружие.

Н-да. Брендон задумалась. Чарльз выпил предложенное ему пиво, снова подошел к окну. Западная Сахара закупает оружие? Она могла бы это хотя бы проверить после разговора с этим Джонни на корабле.

Лучи заходящего солнца пробивали сквозь приоткрываемую щелку. После пива Чарльз чувствовал себя гораздо спокойней.

-Не пригласишь на ночь? - спросил он.

-Нет, - рассмеялась Алиса. Хотя не имело смысла скрывать, что она развелась со своим продюсером.

-Нет, так нет, - горькой иронией на своей мимике Чарльз медленно пошел к двери.

-Подожди.

Он остановился. Выжидающе посмотрел на нее.

-Никакой ночи! - оставила его без надежды Брендон. - А диск давай.

-... ?

-Нет. Не обещаю, что это выйдет в эфир... Сам знаешь.

-Ты не пожалеешь! Здесь и сами эксперты, и экспертизы. А главное, выписки и показатели диспетчерского пункта, который курировал полеты ракет. Один из диспетчеров говорит, что ни одна из ракет на побережье США не промазала. Все попали. Но только по самолетам. На. Возьми.

-Окей, я посмотрю.

Они распрощались и Алиса закрыла дверь. В голове крутились последние громкие события Америки. Наса потеряло месяц назад три шатла один за другим. Последний был беспилотным. Он вышел на орбиту и уничтожил несколько десятков спутников  министерства обороны. Специалисты долго не могли ничего понять, поэтому Президенту пришлось остановить космическую программу. Канаверал замер. Недели две назад появилось короткое  объяснение расследования. Виновным оказался центральный компьютер. И никакого хакера. Однако Цветочек до сих пор не возобновил программу. Потому что проблема оставалась нерешенной?

Алиса позвонила, открывая свою электронную записную книжку.

-Джон? Слушай. Записываешь? Артемий Аканов. Сейчас скажу, где искать... - она начитала ему короткие биографические выкладки, которые лежали у нее в цифровом формате от записи разговора на корабле. - Что, кстати, по Хувам?

Она выслушала. Интернет был полон сказок о них. Племя, которое весь мир уже два века считал каким-то внеземным. Новая родина ДжиДжаев?

-Нет, Джон, оставь это где-нибудь. Потом посмотрим. Похоже, что это не наша компетенция... А с чего ради наша? Это же культорология! Да, к тому же, возьми любое племя Малайзии - там все то боги, то инопланетяне. Это дает им право каннибализма... Кстати, вот. Вспомнила. Посмотри еще Западную Сахару. Нет, не пустыню. Да, компократию. Говорят, она бешено закупает оружие. Что? Чарльз? Ты не говорил. И что?.. Ну и?.. Шпионаж?! Не может быть. И что ФБР?.. Ну вот. Видишь, значит, Сахара как раз наша компетенция. Давай, работай. У вас еще день? Окей. Пока.

Алиса прошла к компьютеру, дала ему на прокрутку диск, на котором была уже прекрасно подобрана вся композиция. В стиле отставного Чарльза. Пришлось его  перерабатывать. От полит-корректности сильно страдала свобода слова, но и наезжать через строчку на Президента тоже было бы неуместным. Она побежала пальцами по клавиатуре, захватами блока стирая всякую ненужную французскую добавку, приписанную Чарльзом. Чувствовалась его личная обида. Излишняя.

По полу быстрым шагом бежал таракан. Чертова Африка! Не могут за такие деньги избавиться в гостинице от этой гадости. Алиса сначала чуть было не взвизгнула от его приближения, но, видя, что тот развернулся и направился в другую сторону, решила догнать его туфлей. И раздавила, как  сделала бы эта любая истинная американка. Га-адо-о-ость!!!

В чем, действительно, наличествовала вина Президента Соедененных Штатов Джорджа Цветочка-младшего, и это было очевидным, так это в том, что ситуация в мире становилась все менее и менее понятной. Если до выстрелов в Далласе единственного врага Америки определял Черчилль, то после, наравне с ним, появился враг внутренний. После убийства Кеннеди были еще Вьетнам, Уоттергейт, Рейганомика, Ирак Цветочка-старшего, глобализация Европы. На начало правления Цветочка-младшего ко всему этому враждебному миру добавились инопланетяне и сейчас - ошибка компьютера. Мир становился запутанным, многоликим и опасным. И молчание Президента отнюдь не добавляло сейчас ясности.

Алиса затушила сигаретку, прочитав свою новую публикацию. Оставались следы плагиата. Обвинительный текст против Цветочка был максимально скошен, обтекаем и содержался, по большей части, между строк. Хотите знать больше? Ответы были сделаны редко. Чуть больше Президента Брендон разместила в контекст сомнений деятельность систем автоматизации. В заключении гипертекст давал откат только на значении ошибок компьютера. На последние выводы специалистов Национального Космического Агентства. И пару раз Алиса повторила свой любимый ход в веб-публикациях. Хотите знать больше? ... Догадайтесь! Значок образного сопровождения в разъяснениях говорил пользователю обращаться за данной информацией в следующее обновление. Практика и маркетинг показывали, что это имело смысл. Хотя так выпендряться могла, наверное, только Алиса. Она была ведущей журналисткой ведущего информационного агентства в паутинке. Единственного в мире, которое оправдывало себя не только информационно, или числом пользователей, но и просто коммерчески.

Вот потому уже утром Джон будет во всю глотку орать, что все это чепуха. Или даже ближе к полуночи. Алиса отправила файлы на его адрес, снова прикурила по новой. Коммерческого в такой публикации было мало. Нет наезда для демократов и французов, нет хвальбы для уже победившего в самой непонятной войне Президента.

Сработал телефон. На определителе появился номер ассистента по нету.

-Да, - ответила Алиса.

-Нет его нигде, твоего... э... Аканова. Ты его сама придумала?

-Запроси в гражданском списке.

-Уже взломал. Есть трое таких, но ни один не подходит.

-Ага...

-Двое в Техасе, отец и сын, фермеры. Один в Нью-Йорке, был, умер два года назад в психушке.

-Откуда он?

-Кто? Последний? Сейчас посмотрю. Нью-Йорк, Квинс. А родился в Югославии в 1950-м, это где-то в Европе. В психиатрической больнице с восьми лет по решению суда. Ужас! Правда? Социально опасен. Умер два года назад.

-А откуда он в гражданском списке?

-Как откуда? Вот его личный код, номер налогового регистра, водительские права...

-Ага?! Их выдают в психушке?

-Гм...

-Что ты тогда конопатишь мне мозги? У меня итак от дел всего две извилины осталось, остальные выпрямились. У тебя, что, меньше?! К завтрашнему мне нужно знать об этом твоем психе все. Все! Еще раз повторить? Включая все самое закрытое: декларации, машины... Взломай хоть небесную канцелярию, но жизнь мне его нужна по минутам. Со всем нижним бельем... Ладно, пока.

Алиса посмотрела на дверь в ванную. Там валялась целая куча ее белья, которого она никак не могла отнести в прачечную. К тому же прачечная ей еще ни разу не попадалась, доводя до отчаяния скоплением. Гостиница, соответствуя африканскому стандарту, таким не занималась. А кучу можно было собрать и выкинуть. Или отдать чертовым Хувам, которые придумали бы как ей распорядиться.

Ладно.

Сейчас она пойдет вымыться. Встанет под горячий душ, поднимет голову к воде, затаив дыхание, и будет думать. Потом подумает, еще раз подумает. Надо многое передумать. Посмотреть еще раз сделанный гипертекст на улучшение, прослушать запись ее разговора с Акановым. Еще раз подумать. И возможно, лечь спать. Если так, то она завтра опять проспит и не станет искать прачечную, куча белья продолжит расти, а она, сонная, поедет в установленное время в зону, где ее опять будут встречать черные танцоры и изучающе-наглый взгляд офицера на пропускном пункте. Все мужики... она вспомнила взгляд своего продюсера... все люди одинаковы - начинают мыться с гениталий.

За окном новым порывом поверх солнца хлынул ливень. Она подошла к окну, выглянула в щелку жалюзи. На улице никого не было, кроме сумрака. Вдруг Алиса вспомнила про бумажку, которую Эрт ей сунул про Алжир. Нашла ее и снова позвонила своему помощнику, подходя к тому же окну. От солнца, еще не ушедшего, за тучами и домами не оставалось и следа. Наступала ночь.