ШТРАФБАТ

ВОЙНА И МИФЫ

"Война и мифы", - многосерийный документальный телевизионный фильм, разоблачающий современные мифы о Великой Отечественной войне.

Четвертый фильм подробно рассказывает о реальном количестве штрафных батальонов в Советской армии, опровергая миф о том, что на всех фронтах воевали сотни батальонов штрафников под жестким прикрытием заградотрядов.

ВОЙНА И МИФЫ - ШТРАФБАТ

Режиссер: Элла Тухарели

Сценарист: Ольга Любимова

По книге В.Р. Мединского "Война. Мифы СССР 1939-1945"

1941 год. Армия бежит. Она деморализована, в ней полно предателей и трусов. Но есть люди, которые презирают смерть. Это уголовники-рецидивисты, набранные по лагерям, сформированные в штрафбаты. Вооруженные только саперными лопатками, они идут прямо под кинжальный огонь немецких пулеметов. Погибают практически все. Но высоту все-таки берут. А куда им деваться? Сзади стоят заградотряды с пулеметами. Это НКВД. Остановишься – начнут стрелять в спину. Уголовники, обреченные на смерть, победили великую армию Гитлера, – вот модель одного из популярных мифов о войне.

 А теперь – правда. Штрафные батальоны и роты появились только в сентябре 1942 года согласно приказу Сталина, тому самому, № 227 – "Ни шагу назад". На целый фронт таких батальонов было не больше трех. В приказе, подписанном Сталиным 28 июля 1942 года, говорилось: "Население нашей страны, с любовью и уважением относящееся к Красной Армии, начинает разочаровываться в ней, теряет веру в Красную Армию, а многие проклинают Красную Армию за то, что она отдает наш народ под ярмо немецких угнетателей, а сама бежит на восток. Некоторые неумные люди на фронте утешают себя разговорами о том, что мы можем и дальше отступать на восток, так как у нас много земли, много населения, что хлеба у нас всегда будет в избытке. Этим они хотят оправдать свое позорное поведение на фронтах. "Ни шагу назад!" – таким теперь должен быть наш главный призыв"".

В дивизии ни при каких обстоятельствах не должно было быть более одного штрафбата. И куда-то идти на фронте плечом к плечу несколько штрафных батальонов просто не могли. Песня "В прорыв идут штрафные батальоны" Высоцкого – просто авторская метафора.

Штрафников действительно использовали на трудных участках фронта. Их целью были: проведение разведки боем, прорыв линии обороны врага, взятие и удержание стратегически важных высот, а также штурмы для отвлекающих маневров, беспокоящие позиционные бои, прикрытие при отходе. "Штрафные части предполагалось использовать именно там, где планировались активные боевые действия, - говорит кандидат исторических наук, заведующий научным сектором Российского военно-исторического общества Юрий Никифоров. - Поэтому иногда при прорыве вражеской обороны, когда организовывалась атака, штрафную роту или штрафной батальон ставили в первом эшелоне наступающих войск, для того чтобы они имели возможность непосредственно принять участие в боевых действиях, а не отсиживаться в тылу". Командовали штрафниками кадровые офицеры, большинство назначалось приказом. Но некоторые просились и сами: штрафная категория у всех офицеров была на одну ступень выше, чем в обычных войсках: тройной оклад, год службы идет за три.

За всю войну и на всех фронтах было всего 65 штрафных батальонов и 1037 штрафных рот. Но не одновременно. С 1942-го по 1945-й год просуществовал только один батальон – 9-й отдельный штрафной. Обычно эти подразделения были расформированы после нескольких месяцев. "По приказу № 227 все должно быть ясно: 1-3 штрафных батальона на фронт и 5-10 штрафных рот на армию. На практике, конечно, от этой нормы отступали как в одну, так и в другую сторону. На сегодня установлена следующая цифра: в годы Великой Отечественной войны действовало 48 штрафных батальонов и 814 штрафных рот", - уточняет доктор исторических наук, профессор Военного университета Министерства обороны РФ Юрий Рубцов.

За всю войну через армию прошли 34,5 миллиона человек. А в штрафные подразделения было отправлено 428 тысяч – менее 1,5%. Это много? Очень много. Но это ничтожно мало по сравнению с представлением, что войну выиграли штрафники. "Это не значит, что это была какая-то мера массовых репрессий, - подчеркивает доктор исторических наук, научный директор Российского военно-исторического общества Михаил Мягков. - Это была именно мера, направленная на укрепление железной дисциплины, которая необходима была в 1942 году, в критический период".

Любой командир полка имел право отправить своим приказом в штрафную роту солдата или сержанта. Но не офицера. Сопровождающий приносил выписку из приказа, получал роспись в получении – вот и все формальности. За что отправляли в штрафную роту? Невыполнение приказа, проявление трусости в бою, оскорбление старшего начальника. Случалось, что из тыла прибывали и несправедливо пострадавшие. Опоздание на работу свыше 20 минут считалось прогулом, за повторный прогул судили, и срок могли заменить штрафной ротой.

Что же такое на самом деле было это Положение о штрафных батальонах и ротах советской действующей армии? Во-первых, срок: он сразу определен – от 1 до 3 месяцев. Через три месяца человек возвращался к себе в часть. Пункт 17-й Положения о штрафных батальонах: "Все освобожденные из штрафного батальона восстанавливаются в звании и правах". Во-вторых, соотношение срока лишения свободы и срока пребывания в штрафбате: 10 лет лишения свободы по приговору Военного трибунала заменялись 3 месяцами штрафбата, от 5 до 8 лет заключения – 2 месяца, до 5 лет – 1 месяц. Любое ранение, даже легкое, аннулировало воинское преступление: преступление смыто кровью. Раненый отправлялся в госпиталь или медсанбат, и потом можно снова возвращаться в свою родную часть в прежнем звании, со всеми орденами.

Один из фронтовиков вспоминал: "За взятого "языка" могли освободить из штрафбата. И закончилось это в нашей роте большой бедой. Помню, как у нас группа добровольцев отправилась вплавь через реку за "языком", но была обнаружена на воде и перебита. Страшно возмущало потом, когда наснимали фильмов про войну. Там штрафники немцев берут чуть ли не каждый божий день. На фронте, пока одного "языка" добудут, немало разведгрупп в землю ляжет. А тут - словно на танцы идут во дворец культуры, а не за линию фронта".

То же прощение следовало и за боевое отличие. За выдающееся боевое отличие – правительственная награда, ордена и медали. Надо сказать, воюющие в штрафбатах офицеры не радовались ордену Славы. Это был солдатский орден, и офицеры им не награждались. Этот орден для многих был свидетельством службы в штрафном батальоне.

Семьям погибших в штрафбате на общих основаниях полагалась пенсия из оклада содержания по последней должности до направления в штрафной батальон. Также полагалась пенсия инвалидам штрафбата. Эта своего рода амнистия не распространялась на политических, рецидивистов и осужденных за бандитизм и разбой.

С началом перестройки появились и новые версии о войне – якобы в атаки вообще ходили только штрафники, а все прочие наступали во втором эшелоне. Объявили штрафниками моряков-добровольцев из штурмового отряда майора Куникова, который в феврале 1943 года захватил плацдарм в районе Новороссийска, известный как Малая Земля. Штрафником стал Александр Матросов. Литераторами описывалась целая штрафная дивизия генерала Родимцева, никогда, правда, не существовавшая. Да что дивизия – армия! Якобы маршал Рокоссовский сам был из штрафников и вся его армия состояла из них. И именно им мы обязаны победой. Хотя, как отмечает доктор исторических наук, профессор Военного университета Министерства обороны РФ Юрий Рубцов, "и вооружение, и организация, и численность штрафников не позволяют нам положительно утверждать, что решалась судьба не то что войны, а даже какого-то отдельного сражения, какой-то битвы".

Газета "Деловой вторник" от 13 декабря 2005 года начинает свою статью так: "В прорыв идут штрафные батальоны… Где-то здесь, на Пришибских высотах, немцы расстреляли наш женский штрафной батальон…". О том, что женщины-военнослужащие в СССР в принципе не отправлялись в штрафные батальоны, журналисты, конечно, не читали. "Женщин-военнослужащих, осужденных за совершение преступления, в штрафные части не направлять. Тех из них, которые за совершенные ими преступления осуждены военными трибуналами с применением 2-го примечания к статье 28 УК РСФСР, направлять в части действующей армии. Женщин-военнослужащих за преступления в порядке, указанном в приказе НКО № 0413 от 21 августа 1943 года, в штрафные части также не направлять, ограничиваясь строгими дисциплинарными взысканиями. А при невозможности разрешить дело в дисциплинарном порядке передавать суду военного трибунала".

Потери в штрафбатах были действительно большими – в три, четыре, а местами и в шесть раз выше, чем в обычных частях.

"Скоро к нам пришел с последним напутствием замполит полка майор Денисов: "Вы все – предатели Родины! И смыть этот позор вы можете только собственной кровью! По этой причине вы и зачислены в штрафную роту, а у штрафников, как известно, только два пути – ранение или смерть. Но Родина милосердна к вам, и тот, кто выживет в бою после возвращения в полк, будет представлен к награде". Конечно, такое напутствие не могло поднять нам боевой дух. Майор поставил перед нами задачу: захватить железную дорогу с мостом через овраг.

Ушел замполит, не прощаясь. С нами остался наш командир взвода, младший лейтенант, единственный офицер в роте. Наш командир оставался в укрытии, пока последний солдат не покинул его. Он сам выполнял функции заградотряда. Каждого он выталкивал вперед с матюгами и напутствием: "Вперед, бегом!".

Очень хорошо помню, как почувствовал в какой-то момент, что в меня должна ударить пуля. В ушах стоял нарастающий свист. В последний момент я резко остановился, дернулся назад, и пуля шлепнулась чуток впереди меня. Продолжая мчаться вперед, я резко рванулся влево. Увидел убитого солдата, одним прыжком бросился к нему и всем телом прижался к трупу. Это был солдат, похожий на калмыка. Глаза у него были прикрыты, в ноздрях виднелись две маленькие капельки крови. Я снова вскочил и побежал, а они начали обстреливать нас из минометов. Я зачем-то полез наверх по насыпи, но взводный, страшно матерясь, схватил меня за ногу и стащил вниз. В этот момент рядом ударила мина. Взрывом меня отбросило в сторону, и я почувствовал очень сильную боль в правой ноге. Потом я месяц был в госпитале, и в последние дни апреля я догнал свой 47-й стрелковый полк. К моему удивлению, мне сказали, что я не их солдат. Я стал спорить, показал красноармейскую книжку, но мне сказали, что я, рядовой 1-й роты, 26 марта 1945 года погиб в боях с фашистскими захватчиками и захоронен в братской могиле на подступах к Данцигу, у железнодорожного моста. Там, в братской могиле, лежит вся 1-я штрафная рота. Конечно, кроме меня и того лейтенанта".

На этом участке фронта, у злополучного моста под Данцигом, где в дюнах засели немецкие снайперы, у наших были очень большие потери. И командование решило временно отвести с этого участка войска, а вместо них ввести подразделение штрафников, вооружив их патронами, для полной гарантии того, что немецкие снайперы не покинут позиции, пока не закончат работу. Расчет командиров оказался правильным: снайперы были задержаны на этом участке, боевая операция была проведена на флангах, и вполне успешно.

Об этом мало кто знает, но штрафбаты во время войны появились сначала у немцев. Тогда это знал каждый, ведь об этом говорилось в том самом приказе № 227. "После своего зимнего отступления под напором Красной Армии, когда в немецких войсках расшаталась дисциплина, немцы для восстановления дисциплины приняли некоторые суровые меры, приведшие к неплохим результатам. Они сформировали 100 штрафных рот из бойцов, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости. Поставили их на опасные участки фронта и приказали им кровью искупить свои грехи. Они сформировали далее около десятка штрафных батальонов из командиров, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости. Лишили их орденов, поставили их на еще более опасные участки фронта и приказали им искупить свои грехи" (Сталин).

В вермахте были созданы исправительные части. Как и наши штрафбаты, они размещались в зонах непосредственной опасности. Как отмечает Владимир Мединский, система штрафных исправительных воинских частей в вермахте существовала задолго до начала войны, начиная с 1936 года: "Немцы подходили к этому очень педантично. Там были специальные части для политически неблагонадежных, специальные – для офицеров, специальные – для рядового состава. Все это было максимально усилено и распространено после поражения под Москвой". Вообще, штрафные батальоны существовали во всех действующих армиях всех народов. Еще у древних греков были штрафники.

О заградительных отрядах также сложено немало легенд. Следуя материалам некоторых исторических публицистов, получалось, что любой подвиг, прорыв советской армии являлся прямой заслугой штрафных батальонов, за спиной которых стояли заградительные отряды: шаг назад – и получаешь пулю в спину от своих. Однако, как отмечает Владимир Мединский, воспоминания солдат и офицеров, прошедших через штрафные части, говорят об ином: "Они все с негодованием возмущались, когда говорят, что якобы у них за спинами стоял заградотряд, стреляли в спины, подгоняли. Они говорили: "Это оскорбительно для нас". Потому что штрафные батальоны – это был, по сути, такой своеобразный спецназ, это были самые боеспособные и лютые части Красной Армии. Потому, во-первых, что терять им было абсолютно нечего".

А за летчиками-штрафниками что, НКВД на истребителях летал? Тут уж надо было тогда и спереди, и сзади, и сверху, и снизу… Штрафные эскадрильи. С материалов о них гриф секретности сняли только в 2004 году. Многие до сих пор не верят, что они были. Вернуться в родную часть из штрафной эскадрильи позволяли только итоги и число боевых вылетов. "Штрафные эскадрильи были мощным средством дисциплинарного воздействия на провинившихся, - говорит кандидат технических наук, специалист по военной истории, истории авиации Дмитрий Хазанов. - Отправляли в штрафные эскадрильи не тех, кто нарушил закон, а тех, кто имел те или иные проступки в то суровое время. И наказывали, может быть, излишне сурово. Допустим, у человека первая поломка, вторая поломка самолета – все, суд военного трибунала. И вместо того, чтобы как-то по-другому с ним разобраться, его направляют в штрафную эскадрилью".

Показательна судьба военного летчика Григория Потлова. В августе 1942 года он вернулся на аэродром с полной бомбовой загрузкой. Потлов был обвинен в трусости, сдал Орден Красного Знамени, отправился в штрафную эскадрилью. За три месяца службы на новом месте совершил два боевых вылета в качестве ведомого, потом два - ведущим звена и восемь - ведущим группы. Мухамедзян Шарипов за месяц произвел 94 боевых вылета. Кузьма Волков – 75. Летчиков за 50 боевых вылетов представляли к Ордену Отечественной войны II степени, за 60 – I степени. Шарипову же и Волкову просто вернули воинские звания и перевели в строевую эскадрилью.

"Когда ситуация для нас улучшилась, началось контрнаступление сначала под Сталинградом, потом на других участках советско-германского фронта, от этой идеи отказались и как бы забыли, - говорит Дмитрий Хазанов. - Я не видел каких-то приказов о том, чтобы прекратить направлять в штрафные эскадрильи, но они по умолчанию изжили себя. А коли туда не стали направлять летный состав, то они как бы и закрылись формально. Это уже весна 1943 года".

В заградительных отрядах искать что-то положительное и смысла нет, ведь стволы винтовок и автоматов были направлены против своих.

Из воспоминаний бойцов отдельного штрафного батальона 18-й армии 92-й штрафной роты: "Примерно в 900 метрах от нас по полю бежали солдаты с явным намерением укрыться в лесу. Не надо быть военным гением, чтобы понять, что пехотное соединение не выдержало атаки немцев и оставило свои позиции. Впервые я видел подобное зрелище и совершенно не представлял, что делать. Буквально через несколько минут я получил категорический приказ стрелять. Стрелять по солдатам. Я не могу поверить в это: как я могу стрелять по своим? Командир батальона подбежал к моему танку и, обматерив меня, еще раз приказал открыть огонь. Ломающимся голосом я приказал: "Первый взвод, открыть огонь поверх голов пехотинцев! Второй взвод, поставить заградительный огонь перед отступающими!". Принятое решение пришло ко мне неожиданно. Можно создать ситуацию, которая заставит бегущих солдат залечь. Это даст им время прийти в себя, осмотреться и в конце концов понять, что происходит".

Слишком много мифов и ужасов о заградотрядах было сфабриковано в последние годы. Заградотряды – такое же древнее изобретение войны, как и штрафбаты. У нас впервые их применил еще Петр I во время Полтавской битвы. "Конечно, в горячке боя могло происходить все, что угодно. Но, по крайней мере, ни я, ни мои коллеги, мы не могли найти в архивах ни единого свидетельства, когда бы беспричинно заградительный отряд открывал сплошной огонь по отступающим", - заявляет Юрий Рубцов.

Более того, ситуация на фронте порой была настолько непредсказуемой, что в бой приходилось вступать и заградительным отрядам. Бойцы заградотрядов часто сами вели прямые бои с немцами. Многие командиры армий или дивизий, испытывая нехватку людей, направляли заградотряды для затыкания брешей на фронте.

Заградотряды никогда не сопровождали штрафные роты на фронт и не стояли у них за спиной. Как правило, они располагались не на линии фронта, а вблизи контрольно-пропускных пунктов, на дорогах, на путях возможного отхода войска. Хотя, скорее, побегут обычные подразделения, чем штрафные. Штрафникам бежать уже некуда. По словам Юрия Никифорова, заградотряды в первую очередь выстраивались в тылу действующей армии, для того чтобы навести элементарный порядок: "В тылу образовывался хаос. Там скапливалось огромное количество людей, которые, будучи военнослужащими Красной Армии, либо отбились от своих частей, либо не знали, под чье начало поступить. И в тылу шаталась масса гражданских лиц, которых никто не отселял и никаким образом не организовывал их перемещение. Это все дезорганизовывало тыл".

О заградотрядах говорится и в приказе № 227 "Ни шагу назад": "Сформировать в пределах армии три-пять хорошо вооруженных заградительных отрядов по 200 человек в каждом, поставить их в непосредственном тылу неустойчивых дивизий и обязать их в случае паники и беспорядочного отхода частей расстреливать на месте паникеров и трусов. И тем помочь честным бойцам дивизии выполнить свой долг перед Родиной" (Сталин).

В тот момент немцы рвались на юг и к Волге. Приказ "Ни шагу назад" свое дело сделал. Впереди были Сталинград, Курская дуга, операция "Багратион" и битва за Берлин. "Они должны были предотвратить в случае неорганизованного отступления, грубо говоря, разбегание солдат с позиций под давлением немцев, их попадание в тыл, - говорит Владимир Мединский. - Они их останавливали, проводили первичную проверку. И если было понятно, что это реально отступающие, не дезертиры, их формировали в воинские подразделения и направляли в штаб. Если возникало подозрение, что они самовольно оставили позиции, дезертировали, пытаются драпануть в тыл, их отправляли в Особый отдел для проведения дальнейших допросов и расследования". Около 93% из задержанных заградительными отрядами возвращались в свои части без всякого поражения в правах. В самих заградотрядах было до тысячи человек на армию.

В Сталинградской битве на всех фронтах было немногим более 200 заградотрядов. В дальнейшем их число только снижалось. А осенью 1944 года вышел последний приказ по заградотрядам: "В связи с изменением общей обстановки на фронтах необходимость в дальнейшем содержании заградительных отрядов отпала. Приказываю: отдельные заградительные отряды к 13 ноября 1944 года расформировать. Личный состав расформированных отрядов использовать на пополнение стрелковых дивизий. О расформировании заградительных отрядов донести к 20 ноября 1944 года. Иосиф Сталин".

"Да, штрафники воевали отчаянно, но обстановка была такой, что и обычным частям было нелегко. Армия может занимать по фронту в зависимости от обстановки от одного до нескольких десятков километров, и командование не станет перебрасывать на нужный участок штрафную роту. Передвижение этого не совсем обычного подразделения вдоль линии фронта в ближнем тылу чревато неприятностями. В штрафные роты не набирались лучшие из лучших. Совсем даже наоборот. И в разведку боем будет назначен обычный стрелковый батальон, свежий либо с соседнего участка, и очень редко тот, который занимает здесь оборону. Чистая психология: солдат приживается к своей траншее, к своему окопу, ему труднее покинуть обжитое место и подняться в атаку. Это учитывается. Мы могли отступать до тех пор, пока не появился этот приказ. Сработал как избавление от неуверенности, и мы остановились. Остановились все дружно. Остановился солдат, убежденный, что и сосед остановился. Встали насмерть все вместе, зная, что никто уже не бросится бежать. Приказ оказался сильным психологическим оружием. Раньше бы надо издать такой приказ".

Как без суда и следствия определить труса и паникера? Тем более когда его уже нет – расстрелян на месте. Страшный приказ… Невозможно оценивать все то, что происходит на войне, с точки зрения наших мирных сытых мерок. Этот фильм – далеко не вся правда о штрафбате. Но это уже не миф.

 

 

 

                

Free Banners | Free Horoscope & Tests | Free Flash Clock

Free OnLine Service | YouTube | Free OnLine Video | © MerlinWebDesigner

Серия сообщений "ПРАВОСЛАВНЫЕ ПРАЗДНИКИ":
Часть 1 - Интервью с Богом
Часть 2 - Поп
...
Часть 44 - Русь, Моя
Часть 45 - С Днём Защитника Отечества
Часть 46 - Штрафбат - Война и Мифы