Чем отличаются подлинные Русские от постсоветских «русских»

Как часто каждому из нас, когда листали пожелтевшие страницы книг или подшивки фотографий, приходила на ум простая, но горькая правда: «Эта та Россия, которую мы потеряли. Это настоящая Россия: тихая, светлая, православная и самодержавная». И каждый из нас в порыве самых крепких и чистых чувств готов был отдать всё самое ценное, чтобы вернуть ту Россию и тех людей, сгорая при этом в надежде излечить наконец-то раны великой русской трагедии.
.
Трагедии, которая по нашему мнению, зародилась и бурлила в далёкие и мрачные дни 1917 года, и затухла к концу XX века. Затухла, но не погасла. Она продолжает скрыто пылать, незримо, говоря о том, что Россия, которая была — национальная, русская, православная, щедрая и честная — никогда не вернётся. Ведь из пепла невозможно возродить сгоревшую вещь. Из пепла невозможно вернуть разнообразие национальной жизни, мировосприятие или духовность. Такой России, которой она была никогда, больше не будет.

С этим нужно смириться. Это нужно понять и принять. События на Востоке Украины должны стать главным звеном отрезвления тех, кто еще способен здраво оценить масштаб того, что произошло и происходит сейчас. Фактически, война на Украине стала концом любых мечтаний о восстановлении России, именно той России, которая существовала сотни лет.

Постсоветские граждане утеряли любую духовную связь с русским народом и готовы, как и 60 лет назад, по указке бывших членов КПСС, проливать кровь жителей Украины. Не просто проливать кровь: а с жесточайшей ненавистью отстаивать красные ценности, которые близки их уму и сердцу.

Ведь 100 лет назад Русскому Императорскому офицеру и в голову бы не пришло провести по улице пленных на потеху толпе. Тогда русский человек знал и понимал, что все мы братья-христиане, все мы служим стране и народу, Государю, и должны хранить свою и чужую честь.  Так думали русские люди… Советские же мыслят иначе. Они, как в 1944 году, 24 августа 2014 года по центру Донецка провели колонну пленных украинских солдат. Очевидец писал: «Жутко на самом деле. Самое мягкое, что скандировали люди: «Фашисты». Пленных довели до переулка и рассадили по автобусам. Если бы не конвой, их бы местные разорвали». Картина достойная пера античных историков. Триумф язычников в Риме.

При этом в так называемой «России» не прозвучало и слова сожаления или сострадания к военнопленным. Видимо знаменитое русское милосердие, христианская любовь, которая отличала русский народ, исчезла под советским ярмом. За годы советской оккупации умерла русская душа, которая могла из сострадания последнее отдать своему поверженному врагу. Так к примеру, свидетель Отечественной войны 1812 года дворянин А. П. Беляев вспоминал: «К чести нашего доброго русского народа надо сказать, что он принимал их [французских пленных. — авт.] с состраданием, кормил их и прикрывал чем мог наготу их… простой народ, с яростью встречавший врага, с сожалением смотрел на побеждённых…»

У современных «русских» нет милосердия в сердце, есть ненависть и зависть к тем, кто не готов жить как они, думать как они, обвинять всех и вся в своих бедах, как это делают они.

Сейчас мы видим уникальный исторический момент: Украина, истекая кровью, даёт возможность людям осознать, что русского народа фактически больше нет. Он почти полностью исчез, как исчезли древние римляне, древние египтяне и иные народы, поглощенные нашествиями врагов. Современные «русские» это не просто народ постмодерна, то есть наследники наций, это народ пост-совка, то есть наследники безнационального, коммунистического общества.  Они могут попытаться восстановить СССР или большую версию РСФСР, но не Россию. Украина яркий пример тому.

О том, что постсоветские люди бесплодны, свидетельствует тот факт, что в среде сторон конфликта на Украине так и не возникли национальные русские подразделения, готовые сражаться за восстановление национальной России.

Появились украинские национальные подразделения, интернациональные бригады, красные отряды и отряды анархистов, национал-большевиков, но не появилось ни одного батальона, который бы носил русский национальный флаг на нашивках и сражался бы за национальную, свободную Россию.

Жалкая попытка товарища Стрелкова-Гиркина придать своим действиям такой характер является лишь тонкой игрой бывших членов КПСС на чувствах национал-советских патриотов, которые скорей всего уже лежат в сырой земле. Отсутствие русских национальных формирований в русскоязычной среде Украины, которая ведёт войну у границ РФ, просто говорит о том, что русских нет. Ведь русские добровольцы не пропустили ни одну войну, которая велась с коммунизмом в XX веке.  Эмиграция умерла в боях за Россию. С ней умер и русский народ.

Можно не соглашаться с этим, можно кричать и обвинять автора в «русофобстве», но факт остаётся фактом: трагедия России закончится на Украине. Победит ли красная гвардия XXI века или украинский национализм, это уже не имеет значения.

П. Пронин, Рига