Юпитеры палят нещадно. Плотный воздух пахнет потом и натруженными гениталиями. Яркий свет струится и проникает всюду. Посреди заваленной железом комнаты раскинулась огромная широченная кровать. На мягком ложе уместились трое. Двое из них неистово сношаются, а один - в сторонке - увлечённо размазывает вазелин по здоровенной красной залупе, схожей с бананом ибо не совсем понятно где у него заканчивается ствол и начинается головка. Они (он и он) - очаровательные, снабжённые сертифицированными бицепсами и тридцатью двумя белоснежными зубными протезами, голубоглазых улыбчивых блондина, она - обязательно брюнетка с тощей жопой и невероятной грудью. Жопа поднята сильными руками вверх и держится на таком уровне, чтобы народ, жаждущий хлеба и зрелищ - мог любоваться видом маслаемых огромным немецким брансбойтом французких булок. Пока член лихо загружается в разработанный анус, крупный план охватывает болтающиеся с невероятной амплитудой красные волосатые яйца, смачно ударяющие в вывернутые наружу алые внутренности дикой французской пизды. Обладательница брюнетной причёски истошно вопит при этом, вопит и директор проэкта: в кадр попал курящий работник сцены. Просто статическая фигура, нахуй не нужная в стрекочущем обьективе, ведь это отвлечёт потребителя от духовного обогащения. Партнёры быстро меняются местами. Один Ганс лёгким движением руки хватает худую как таранька артистку и тут же, вальяжно падая на скрипучую кровать, ловко подбрасывает её в воздух и ловит на свой ставший квадратным от вазелина член. Другой - Фриц - таким же гигантским штекером коннектится даме в похожее на помятую букву "о" дупло, предварительно заплевав его своими тягучими харкачками. И понеслась душа в рай... Вот так создаются шедевры: очередной блокбастерный боевик, откуда жестокая цензура порежет всё, кроме нескольких постельных сцен. Этот вид редактирования называется "порно"...

когда тебе хорошо - ты хочешь поделиться этим.
когда тебе плохо - тебе хочется побыть одному.
тогда появляется время решить кучу отложенных на потом дел.
чтобы успокоить нервы ты куриш ганж.
опасный наркотик огнём клубится в лёгких.
от которого сжимаются соски на груди.
отряхните прах городов...
ты отряхиваешь пепел анаши.
стоит заняться веб-программированием.
поработать.
стоит написать печальную заметку о несчастной любви.
пожаловаться.
стоит решить вопрос разделения средств, получаемых с бизнеса.
давно не беседовал с партнёрами откровенно.
или дела идут из рук вон плохо или кто-то решил меня наебать.
сегодня ты услышал музыку хлещущего в землю дождя.
сегодня ты услышал дыхание ветра.
ощутил себя ребёнком.
стоит ли жить сомнениями?
стоит ли печалиться об утерянном?
если выпадает шанс стоит ли бороться за него до конца?
или бросить всё и забыться?
хочется в детство.
чтобы изменить всё.
и себя.
но привычным движением ты идёшь раз и навсегда избранной дорогой.
вот такие мысли тебя посещают.
пока стремишься успеть сесть за комп.
пообщаться с друзьями.
побыть счастливым.
и иногда побыть наедине.
помолчать.
покурить...

надежда умрёт вместе со мной
и ей я буду жить
хотя вначале хотел иначе
надежда в то что ты позвонишь
в то что тебя я снова смогу назвать по имени
в то что узнаю тебя заново
надежда будет гаснуть
буду гаснуть я

не усну до утра
а потом до ночи
а потом напьюсь
а потом не знаю
хочется всё вернуть
а если нельзя
то отдать богу его дар
за ненадобностью

Цепь построена из звеньев -
Это призраки свободы,
Лишь хватило бы терпенья
Взмыть из ямы к небосводу,

Рвётся сердце из темницы
Нарисованного счастья
Чтобы взмыть подобно птице
Презираемой ненастьем.

Чтобы верить - нужно чудо,
Чтобы победить - удача,
В жизни много чего будет
Или так или иначе...

стынет кровь, алеют раны, хочется забыться,
чтоб достигнуть вновь нирваны - нужно вновь напиться.
чтобы вылечить недуг мало веры в бога -
нужно чтобы бог был друг и нужна дорога...
сердце тает - льются слёзы разочарования,
бьются как стекляшки грёзы, ложные желания.
всё уходит, всё стремится оставаться в прошлом,
всё плохое что случится, сменится хорошим.

ложь во благо ложь во спасение ложь по привычке лгать...с такой тенденцией говорить правду стало непристойным...а право быть распятым на собственном кресте надо заслужить, надо к каждому найти подход, рассказать то, что он меньше всего ожидает слышать - истину, такой какая она есть - без прикрас и самоубийстенной скромности...да, правда - зеркало души. каково это уметь красиво рассказать человеку о том, как он выглядит со стороны... абсолюта...вы верите в абсолют? в то, что каждую секунду вашей жизни за вами наблюдают, делая неизвестные выводы, бросая на одну чашу весов вашу душу, а на другую - вашу совесть?..человеческий век недолог, мечты его тщетны, достижения тленны. лишь немногим удаёться коснуться той стороны бытия, за которой лежит бессмертие...

...фотоны света летят с сумасшедьшей скоростью. Они доносят нам образы далёких звёзд, галактик и радуется глаз творению Бога - Вселенной. Свет приносит нам тепло единственной звезды, что находится рядом - Солнца. И оживает всё, что может жить, греясь в его щедрых лучах. Фотоны - неутомимые труженики. Их задача - просвещать...

...для человека очень важно видеть. Не даром прощаясь мы говорим - увидимся. Всё, что не видит глаз - рисует мозг. И иногда слишком удачно. Да. Нам нужна картинка. Чёткая без искажений, снега и квадратных пятен - последствий деятельности алгоритмов компрессии. Чтобы любоваться видом, не напрягая ум. Не представляя - что же там. там, где не видно...

...прочные стены счастья нельзя построить на хрупких костях обмана. Не нужно исправлять движение фотонов, изгибая их орбиту. Они могут быть отправлены не тому адресату. И иногда ошибки очень сложно исправлять. Проще их не делать. Не предлагать взамен воды сухарь. А вместо хлеба - камень...

...свет разбегается по Вселенной. Маленькие труженики честно делают свою большую работу. Иначе бы мы не знали - какими были звёзды ещё до нас. И пускай они говорят о прошедшем - мы называем эти лучи реликтовыми. Они говорят о прошлом, но всё же правду - всю, как она есть...

Значит больше в мире нет чудес - ты разочарован этим чудом,
И если тебе ближе ложь и лесть - я тоже правды говорить не буду.
Не бывает так - чтобы не было стен и они чтоб нас не разделяли,
И чтобы люди каменный свой плен то строили б - то снова разрушали.
Каждый убеждённый пессимист верит только в то, что он хороший,
В то, что он один - как белый лист, и таким навек остаться может.
Бог сказал - путь праведный тернист, но широк путь разочарований,
А каждый настоящий оптимист просто не изведал испытаний...

ошибок лёгких не бывает. по крайней мере у себя..

А почему бы и нет? Разве не для этого нас Бог создал? Чтобы любить? Чтобы не думать, не страдать напрасно от неразделённых чувств. Потому что разум в этом деле не помощник. Если тебя тянет этот омут - просто окунайся с головой. И ни о чём не думай. Думать вредно. Пока есть жизнь - её стоит испробовать всю. Счастье желания и боль разочарования. Не лей напрасно слёз - они тебе не помогут. Не думай. Пей сладко-горький вкус вина свободы. Возьми всё что сможешь, отдай что захочешь. И ни о чём никогда не жалей. Даже о своей любви... займёмся любовью?

кричи что есть сил, слушая эхо. если в ответ тишина - ты кричишь в пустоту...

...а я говорю тебе: не стоит меня жалеть. И этим - я понимаю - я всё ж играю на очень тонком инструменте твоей души - на твоей жалости. Потому что других чувств у тебя ко мне, вероятно, уже и не осталось. Может быть разве что ещё безысходность. Я - тоже в отчаяньи. Я безумно боюсь тебя потерять. Поэтому и отчаянно цепляюсь за тебя всеми нитями, всё ещё соединяющими нас вместе. Которые по чуть-чуть, но неотвратимо рвутся. Наверное - скоро ты станешь меня ненавидить. А потом - постараешься забыть. И от осознания этого несчастья мне становится невыносимо больно. Я постепенно начинаю тебя ненавидеть. По чуть-чуть, капля по капле, в душе копится яд неразделённого желания. И я всё чаще задумываюсь о том, что понапрасну теряю с тебой своё драгоценное время. Которое, увы - убывает. Для тебя я - всё. Я всегда делюсь с тобой своими переживаниями. Но ты совсем не реагируешь на них. Или делаешь вид... Я уверяю тебя - скоро ты меня бросишь. Но ты - мне не веришь. Почему я по прежнему остаюсь для тебя какой-то иконой? Иконой, за которой, увы, для тебя сокрыта лишь пустота. И если мы когда-нибудь будем счастливы - оба - одновременно, то это случится только благодаря твоей жалости, а совсем не твоей любви, котёнок...

говорить на тысяче наречий,
мысленно подняться к небесам:
в нашем мире нет противоречий -
есть одни лишь только чудеса.

надо просто видеть это чудо
и как зеркалом - душою отразить,
ведь других чудес уже не будет,
что так смогут разум поразить.

и не сможет верность обещаньям
нам сменить на статуи богов,
как не смогли большие расстоянья
нас у родных оставить берегов...

Незаменимых нет. Есть незаменяющие...

...всевидящее око оконного проёма вдруг как-то заледенело в один неуловимо призрачный миг. По нему пронёсся трепетный вихрь отчаянья и затмил священный разум своей полусонной дрёмой. Аки взбалмошный слив унитаза - захаркал всеслышимый голос, наводя священный ужас на осиновые рамы осенних городских прямоугольников. Бог резво выглянул из табуретки и прошёлся плешивыми степями на юг, унося с собой взапазухе тепло забывчивого сонного лета. Мир сьёжился в надежде согреться, стуча ледяными костяшками в безобразно разбитое стекло типичного унылого подьезда - нагромождения бурых в седине цементного раствора кирпичей. Качаясь ржавыми петлями, скрипели сумерки, вертясь на косе волнистого серебрянного месяца. Стремглав бегущая жизнь сливалась бесплодной гущей с каждой недопитой чашкой кофе в серый натруженный умывальник. Земля всё ещё пересыпала тусклый пепел почернелых полей, спутанных в синих венах поспешных автомобильных магистралей. Время испытывает терпение вечности, как парламент испытывает судьбу народа. Ночь - злостный курильщик. Столько сизого дыма стелится по свирепым поставгуствоским ветрам, что порой не знаешь, куда спрятать своё бугристое дыхание, боясь лишний раз заляпать его склизкой уличной грязью. Гоняясь за молниеносной старостью опытных аптечных ковбоев, ты молча сопливишь под красными от непогоды глазищами, ища на бессонных улицах лишний повод выпить и не пойти домой. Словно бы там тебя и не ждут уже...

...потому что нужен. не пройдёт просто так память о том, как это здорово - стоять под грохочущими громами, врзывающими тишину. потому что нужен адреналин и его должно быть много. и мир хочется чтобы был яркий а не это белёсое, нависающее белыми снежинками небо под коматозным зимним солнцем. поправим шапочку, покрутим лампочку и выйдем во двор. искать. потому что поиск нужен. и важен. не менее, чем его результат...

развеет ветер перемен
ваш слабый дух противоречий
ваш бог не требует измен
тела не требуют увечий

как бред собачий в один миг
для вас звездой счастливой станет
и в миллионах умных книг
его хвалить не перестанут

не перестанут песни петь
покорный кнут менять на пряник
не предусмотрено смотреть
и не смотреть никто не тянет

никто не просит не гадать
никто не выдумал вам бога
никто не заставлял страдать
и выбирать свою дорогу

ничто все золото и медь
никто в глазах моих поэты
никто не будет все терпеть
никто не хочет тьму без света

развеет ветер пепел лжи
рассеет грозовые тучи
чтоб голос ярости ожил
своим дыханием могучим

...неожиданно молитва его пресеклась на полуслове. Священник был поражен ударом ножа в спину, причем рука убийцы не дрогнула в сомнениях - среди кровавого ручья, только набиравшего силу между лопаток пораженного учителя, выступала черная рукоять, содрогаемая биением сердца умирающего праведника. Из его горла вместо мольбы о пощаде выплескивалось хриплое кваканье, очи же смотрели не вверх - туда, где обитает его излюбленное божество, с которым святому отцу предстояло очень скоро увидется, а вниз - на землю, твердую почву, на которой он стоял много лет, несмотря на склонность кормить своих "чад" дешевыми иллюзиями. Чернокнижник искал на грязном досчатом полу, вытертом песком и сапогами, отражение убийцы, того, кто в буйном цвете священнической жизни, прервал так грубо и неадекватно всю будущность старого патриарха. Перед глазами его неслась, подобно крови по телу, вся его прошедшая и столь быстро увядшая молодость - ложь, которую он говорил, любовь, которую безропотно принимал, жадность, коей мучился, как иные изжогой... Невнятное зло наполняло сердце его аж до самого момента кровопускания. И вот старый лис грохнулся на пол, не в силах уже держаться на коленях. От падения клинок в спине его сломался напополам, причинив новую волну страданий. И лицом к лицу он видел свою смерть: семилетний юноша, сын его, стоял рядом и внимательно наблюдал за агонией отца. Губы старца шевелились, не издавая ни звука. Только по их движению можно было различить троекратно повторившееся: "почему". И ответил отрок старцу:

- Отец, я видел сон. И пришел уберечь тебя от страдания. Теперь ты свободен...

приношу как нищий подаяние
сердцам падших свое покаяние.
оно словно скорби изваяние,
словно радуга после дождя купания.

стрелы рвут тетивы луков дикие -
я как все простые и великие,
шел путем указанным безликими
перстами, словами или криками.

поспешал а надо бы опаздывать,
не мешал ни плакать вам ни праздновать,
все конечно люди в мире разные
есть и чистые а есть как будто грязные.

вы простите немоту душевную,
мне не стать царем а вам царевною.
не прийти с победой и вас пленную
не сковать игрой в любовь нетленную.

и на том закончу описание
вот он я а вот и покаяние
и когда угаснет свет сознания -
не потребую я более внимания...