В два часа дня позвонила Лера, просто позвонила Лера. Какое-то время я молча слушала её щебетание.
- Ты всё киснешь? Ну-ка прекращай! Посмотри на себя, совсем за собой следить перестала!
- ну и что?
Говорить было тяжело, тошно от этого разговора.
- Вот что, подруга, я через полчаса приеду, приведем тебя в порядок, и поедем в город погулять, хоть в люди тебя выведу
И положила трубку.
Лера влетела в квартиру как самум. Залпом выпила предложенный чай. Вытряхнула на стол шкатулку с украшениями, косметичку, стала деловито копаться в шкафу с одеждой, она была полна энтузиазма. « Это что, твое последнее приобретение?» - Лера выудила из шкафа купленный накануне джемпер: «Кошмар, какой! И ты собираешься это носить?»
Швырнула ни в чем не повинный джемпер обратно и закрыла дверцу шкафа.
- Так,- Лера придвинула к себе гору баночек и тюбиков и стала их раскрывать – Сейчас делаем из тебя звезду, и едем развлекаться. Нечего из себя монахиню строить.
- Она сама строится, - пискнула я, Лера в порыве энтузиазма едва не ткнула кисточкой с тушью мне в глаз – Только я неверующая
- Вот и не ерунди. Сиди смирно.
Я сдалась, я позволила Лере уложить мне волосы, и думала, наверное, она в детстве обожала причесывать кукол, ишь как старается.
- Лер, ты, наверное, ребеночка хочешь, девочку?
- Вот еще, мало того, что первого в 19 родила, куда мне еще девочку! Хорошо сегодня мелкого удалось к родителям сплавить, а то жизни никакой!
Я хмуро посмотрела на себя в зеркало, будто не я. Но сопротивляться Лере сил не было.
Вечер был чудовищен. Кафе, в которое меня притащила Лера, темное, шумное, душное.
Почему-то от этой атмосферы наваливалась страшная усталость. Люди, которых Лера назвала «приличной компанией» оказались скучными, примитивными, меня тошнило от их пресных разговоров. Сославшись на плохое самочувствие, я ушла. На улице было холодно, я съежилась под холодным ветром и думала на ходу
У меня было столько сил, столько радости – где все теперь? Лера, мама, брат, и эта «приличная компания» они мою радость высосали, почти ничего не оставили, а как высосут досуха, растерзают меня… Тошно мне… тошно
Я шла по обледеневшему тротуару, из тени в свет, из света в тень, и слезы катились по дорогому тональному крему, не смывая его.