Ну что же. На HH я только что увидел 4 резюме слаботочников. Значит, лето закончилось. Это было второе подряд сумасшедшее лето.
Питер, Финляндия с Санди и Медведем, Чёртовы мельницы Асколо с лесами до горизонта и валунами, по сравнению с которыми, гром-камень – гравий в туфле. Петяярви и Сашка, которая, стиснув зубы, идёт эти проклятые последние километры. Котка, город, в который я влюблён. Были Кубинка с Боровском, Таня с радостью четырёхлетней девочки прыгающая от танка к танку, Лёшка с интересом фотографирующий кладбищенские кресты и Лиза в этой нелепой юбочке, выдаваемой в Боровском монастыре. Нас задерживали за фотографирование режимных объектов на московских шлюзах и выпроваживали с кладбищ, а мы пили воду из святых источников, и плевать хотели на всё. Было празднование моего дня рождения в Костромских болотах, Лиза, которой комары отомстили за то, что она их травила всякой гадостью и Железнодорожник, по телефону объясняющий мне, как обходить топи в болоте. Была бесконечная поездка в Псков. Мы с Алёнкой, выбравшиеся из болот под деревней Малы вскарабкались на гору и орали оттуда, совершенно охренев от вида изборской долины. Поле сладкой и терпкой полевой земляники, лесной родник, бьющий из-под песка тысячей струек и стена изборских водопадиков. И Крит, который, как джинн из бутылки, появляется нам навстречу. КАК ОН ТАМ ОКАЗАЛСЯ? КАК?!! Была Латвия. Ракетный бункер, где над дверью ангара заправки ракет красуется надпись: «Солнечная библиотека», вся латвийская гопа, играющая в волейбол на юрмальском пляже, деревянная крепость Лиелварде, по крышам строений которой дети играют в салочки, «железный» мост из фанеры в Синевилле и «Медиа Сапиенс» в наушниках плеера. Литовские аисты, сидящие на деревянных столбах с колесом сверху, фляки в кафе польского «Ашана» и памятник Иоанну Павлу II у дверей кафедрального собора Белостока. День рождения Маргоши и свинина в бруснике по моему собственному рецепту. Была поездка к «Ивановской Хиросиме»: наш командир Дима с его невесомым «Патрулём», Полинка, восхищенно любующаяся мертвой мышкой и Саша, наш водила, матерящийся на свою «Дейлику». Была поездка в Бологое и тридцатикилометровый поход по «Пальцу императора». Сашка, на спор называющий направление, станцию приписки и расписание любого поезда, на выбор по номеру, Лена, прыгающая от радости по деревеньке Оксочи.
Началась война. Истеричные посты и с той, и с другой стороны, Новодворская, радующаяся тому, что натовские войска наконец-то вмешаются и дадут по рукам России. И голос Малхаза, который позвонил из Махинджаури, чтобы сказать, что у них всё хорошо. Я успел приобрести, потерять, потом опять приобрести нескольких людей. Кого-то потом опять потерял и опять приобрёл, но это очень отдельно. Были вопяще-счастливый конец июня и вопяще-тоскливый конец августа. Алёнка, которой плохо и цветущая Бабушка.
Умер Олег Иванович и Виктор Васильевич. У Инки Друзь и у Серёги Вакуленко родились дочки.
Всё будет хорошо.
Ps: Да, я отфренджу несколько человек сейчас. Вы, вроде, меня не читаете и не пишете давно. Не обижайтесь, если что.
