План был просто восхитительный. От Риги через Елгаву на юг, застрять в Плунге, посмотреть военный бункер, кучу усадьб и несколько замков, добраться к вечеру в Клайпеду. На второй день помотаться по Куршской дуге (с литовской стороны), к вечеру доехать до Паланги. И оттуда на третий день неспешно, вдоль берега, через Лиепаю вернуться обратно в Ригу. Всё было супер. Но кто же мог предвидеть, что у Крита закончится паспорт. Идиотизм, да. Человек живёт в Латвии стопяццот лет, женат на гражданке, а все равно вынужден обивать пороги российского посольства, чтобы те любезно разрешили ему продолжать жить дома. Оное разрешение получают три месяца, а пока его не будет - нельзя выезжать за пределы страны и даже заезжать в “приграничную зону”, за 40 км от границы. Нет, в условиях России второе - это довольно простое условие, а в Латвии оно превращается в домашний арест какой-то.

Ну да ладно, на севере и востоке Латвии я пока тоже не был. Тем более в эту поездку был вытащен Морозов, поэтому то, что видел - можно и второй раз заехать с предлогом “показать Мише”.

Вот только традиционная телепортация “Москва-Рига” в этот раз не задалась. ХЗ почему, но в первый раз за все поездки у меня на границе потребовали страховку. Эм. Для двухлетней визы это оччень странно. Каким-то чудом удалось отбрехаться. Кроме того, выяснилось, что через границу нельзя ввозить никакую мясо-молочную продукцию. Серьёзно, по автобусу ходит тётка, которая собирает с людей пирожки с мясом и требует, чтобы с бутербродов ей в пакетик счистили сыр и масло, а то “на территории России продукты могли заразиться”. Как сейчас помню радость одной из наших антизападных РИА-девок, которая злорадствовала, что на территории ЕС царит африканская чума свиней. Дескать, шоб они там все передохли. И вот теперь, как обычно, из-за этой фигни страдают наши пассажиры.

Ладно, мелочи. Зато в автобусе есть вайфай, в спинки кресел вшиты телевизоры с сенсорным экраном (около 30 фильмов выбор), а на нейтральной полосе птицы поют так оглушительно, что забивают ропот недовольных пассажиров и крики таможенников.

В полусне пришла в голову идея, что знаменитый интернационализм советского человека, который, как известно “уважает чернокожих”, но при этом “презирает жидов” и оскорбляет вообще всех соседей, которых его небольшой ум знает, объясняется простой причиной. Дело в том, что негры, по своей сути, всегда были для граждан СССР представителями запада. Ну, как бельгийцы какие-нибудь. При этом, поскольку это, вроде, угнетаемая западным капиталом раса, то негативного коннотационного клейма на них не было. То есть ты можешь без моральных издержек, даже наоборот, с социальным подкреплением (“интернационалист”) пообщаться с жителем загнивающего запада.

И вот приснилось мне, что этим воспользовались советники Никсона, которые посчитали, что засылая сюда в массе своей темнокожих, они смогут добиться идеального эффекта: советские люди будут общаться, прислушиваться к этим иностранцам почти без контроля со стороны КГБ. Дальше там был целый пласт каких-то историй о том, кто и когда к нам засылался. Операция “Черная стрела”, ага. Помню, что важная роль в развале СССР должна была достаться некоему чернокожему мальчику, который должен был написать письмо мира Андропову. Но “вашингтонские ястребы” Рейгана настояли, чтобы эту роль выполнила белая Саманта Смит. Собственно, именно из-за этого спора самолёт с Самантой Смит и был сбит. ЦРУ, конечно. И, что важно, к 2000 году в России к власти пришли гэбисты, до которых вся эта волна информации о проекте “Черная стрела” докатилась только в самом конце 80-х, когда он уже был закрыт. Однако память осталось, и именно с этим связана нелюбовь нашего верховного хуйла к Обаме.

Ладно, фиг с ним, со странными кошмарами. Машина, хороший водитель, штурман, вайфай, зарядка, всё заднее сиденье в распоряжении и куча мест, которые ещё не видел: какие ещё могут быть желания?

Первым в нашей кругосветке стал велосипедный музей. В 1977 году Янис Серегин, работавший в небольшой веломастерской латвийского городка Саулкрасты вступил в "Латвийский клуб антикварных автомобилей" и начал изучать историю производства велосипедов в Латвии. Увлечение велосипедами привело к тому, что у Яниса стала образовываться небольшая коллекция интересных моделей, запчастей, эмблем.

Ныне увидеть уникальные велосипеды собранные по всей Латвии, а также различные вещи, которые связаны с использованием велосипеда и велосипедным спортом.

В коллекции есть один из ранних образцов велосипеда – "паук", изготовленный в Голландии в 1886 году фирмой "Simplex", английский велосипед "Koventry Maschinist" с первыми пневматическими (надувными) шинами системы Денлопа, а также низкий "безопасный" тип велосипеда с педалями и цепью, произведенный в 1888 году на первой велосипедной фабрике в Латвии «A. Leutner». И ещё есть старинные трёхколёсные велосипедики.

Интересных моделей много. Например, велосипед без цепей, на поршневом приводе. Или женские, защищенные от попадания юбки в спицы. Слева на фотке - два в одном. Кстати, а справа - это не растаманские шапочки, как можно подумать. Это - сетки на шины, для защиты юбок.

Целый уголок отдан под велосипеды военной поры, в частности известные под маркой «Эренпрейс ориджинал».

А вот велосипед с пружинками вместо шин. На первый взгляд удобный, но туда попадают камушки, и ездить сложно. К тому же шуму от него много.

Уникальным является деревянный велосипед, который был изготовлен в единственном экземпляре в мастерских спортивных самолетов рижской фабрики VEF в 1942 году. Этот велосипед изготовлен под руководством известного латвийского авиаконструктора Карлиса Ирбитиса (Karlis Irbītis) из материалов, которые использовались в авиационной промышленности.

Также в музее можно увидеть самую большую в Восточной Европе коллекцию велосипедных товарных знаков-эмблем. Это собрание насчитывает более 800 экземпляров из всего мира.

Коллекция старинных велосипедов постоянно пополняется новыми экспонатами. В велосипедной мастерской была масса старинных деталей. Специально под них заказали большой стеллаж, витрину, кассу. Короче, сделали копию велосипедного магазина начала прошлого века.

А в другом углу – копия веломастерской, как она выглядела в то время.

Также тут представлена коллекция велосипедных номеров, как латвийских, так и зарубежных.

Все велосипеды на ходу. Говорят, на каких-то можно даже покататься, но мне легче - я не умею. Кстати, я удивлён. Это - маленький веломузей в крохотном местечке, куда ХЗ как добираться из Риги. А мы там увидели много посетителей. Причем двое, прощаясь, обещали хозяйке вернуться на следующий год. Зачем?