Козлов: Объявляется отчет ревизионной комиссии.

Теймуразов: Финансово-хозяйственная деятельность в порядке. Ревизионная комиссия отмечает несколько незначительных нарушений, но бухгалтерская отчетность сдавалась вовремя, и вообще все молодцы.

 

Козлов: По результатам двух отчетов я предлагаю признать работу мак удовлетворительной, утвердить отчет ревизионной комиссии, постановить, что все предложения, которые прозвучат на  нынешнем конгрессе, должны быть зафиксированы Евгением Алексеевым и быть переданы избранному правлению МАК и в комиссии для работы с этими предложениями. А также поздравить с 25-летием МАК всех знатоков. 

65 «за», 3 «против», 3 воздержались. Предложение принято.

 

Козлов: Предлагаю прения начать открытыми.

 

Жарков: 

Поздравляю всех с 25летием! К сожалению, моё предложение об отчете комиссий перед конгрессом не прошло, для меня это диагноз, я считаю, что председатели комиссий сами должны были настаивать на таком отчете. Я поддерживаю слова Стеценко о том, что у нас никто никому не может запретить играть в ЧГК, что никто не может никого ни в чем ограничить, кроме внутренних ограничителей самого человека. Я констатирую, что такие попытки ограничивать за последнее время были. И ограничить, и помешать играть, и дискриминировать. Такие попытки предпринимались, и, к сожалению, им не было дано должной оценки со стороны правления и Президента. Я предлагаю ликвидировать все системы и механизмы, которые могут ограничивать или переурегулировать нашу с вами и игру. И вообще запретить любые ограничения. Должно остаться одно лицензирование: от МАК. Лицензирование тренеров, судей, редакторов и прочее не эффективно и вносит ненужные сложности. Как кто-то может решить, кто может играть, кто нет? Можно ещё назвать себя председателем земного шара, это же ничего не даёт. Мне непонятна деятельность такого вредного о всех смыслах, такого паразитального органа как НАСОС. Сейчас он взял на себя и финансовые требования, я бы назвал это «собирание дани». Эта деятельность должна быть прямо запрещена правлением МАК! Как и любые запреты с его стороны. Теперь об информировании. Мы отстали в нём очень далеко. То, что у нас существует такая плохая система коммуникации — стыд и позор! Я дважды регистрировался на этот конгресс, но ни разу не получил никакой официальной коммуникации, подтверждения. Фактически, я случайно узнал, где и как будет проходить этот конгресс. Это позор! И то, что мы в прошлый раз не смогли провести конгресс — это позор!

 

Козлов: Я прошу прощения, но, кроме объективных сложностей, у меня в тот момент умирала мама. Я лично попросил правление перенести конгресс, и правление пошло мне навстречу.

 

Жаров: Так или иначе. Наконец, я вношу предложение, чтобы в правление вошли все делегаты конгресса, которые пожелают это делать. Это будет демократичнее и сократит нам время для голосования по важным пунктам.

 

 

 

Поташев: 

 

Мне очень трудно выступать после речи Стеценко. Признаться, перед несостоявшимся конгрессом у меня были важные, как мне казалось тогда, мысли и идеи, которые хотелось донести, о которых хотелось заявить. А потом ко мне пришло ощущение, что все мысли, которые у меня были раньше, не очень важны, и что вообще надо думать, зачем нужна МАК. Я долго думал на эту тему, и вот пару недель, как я это понял. 

В наше время турниры проводятся и без МАК. И координировать их особо не надо. Однако в последние недели произошли события, которые заставляют задуматься ещё об одной стороне работы ассоциации. Мы все становимся все дальше друг от друга. Я помню 90-е годы, когда все разбрелись по «национальным углам», и играли в свои игры вдалеке друг от друга. Тогда на то были экономические причины. Люди никак не могли собраться вместе.

Сейчас угроза уже политическая. Есть опасение, что мы опять разбредемся по своим углам. 

Нас всех объединяет игра, и она должна всех объединять. Я считаю, что на ближайшие 4 года основная идея правления, да и движения в целом, это поиск в игре инварианта, который един для всех нас, который сможет нас объединить. Это является главной задачей. Я хотел раньше сказать много плохого о количестве синхронов, ещё о чем-то. Но важная задача в другом. Например, надо, чтобы состоялся ЧМ. Надо думать в какой стране его проводить, сейчас это не пустой вопрос, на нём надо сконцентрироваться. Я считаю, что новый состав правления должен быть максимально международным и максимально отражать позиции игроков со всех стран.

 

 

Забавский. 

 

Приятно, что мы всё-таки собрались. Я хочу поднять вопрос о языке, на котором мы играем.  Разные клубы и страны, ведут свои игры как на своём, так и на русском языке. И язык объединяет многих. Особенно это касается детского движения. Сейчас удалось объединить прибалтийские клубы, удалось объединить детское движение на Украине. Армения и Азербайджан развивают детское движение. Однако на сегодняшний день остается проблема объединенения всех российских детских клубов.

Одна из таких проблем – недостаток методических материалов и работы.

 

*В этот момент я отошел и пропустил вторую часть речи Забавского*

 

 

Орлова.

 

Я не рассчитывала выступать, но моя позиция нашла внезапную поддержку сразу у нескольких людей, поэтому я решила о ней заявить. Я вижу в ЧГК не только игру, но и более важные процессы. Например, в детском движении есть направление не только относящееся к игровому движению. Я говорю об инструменте образования. По моему мнению, надо особо выделить направление детского образования в нашей работе, в работе правления. Сейчас игровые клубы нацелены в первую очередь на создание успешных команд и выступление на турнирах. Я хотела бы, чтобы мы отдельно нацелились на идею индивидуального детского образования. Мы учим детей учиться в наших играх, на этой основе они могут строить потом своё образование в институте. Надо рассматривать эту сторону нашей работы отдельно, делать на ней акцент. Я готова в правлении заниматься именно этой работой.

 

 

Друзь.

 

Тут несколько раз поднимался вопрос о необходимости отчета руководителей комиссий перед конгрессом. Я хочу рассказать о той работе, которую лично я вел в правлении. Я был председателем лицензионной комиссии и комиссии по этике. Это удачное совмещение, ведь  цель этих комиссий примерно одинакова: сделать так, чтобы наша организация выглядела репрезентативно или хотя бы не выглядела как сборище придурков. 

Например, если брать работу комиссии по лицензированию турниров. Иногда у некоторых участников возникало желание выпендриться и как-нибудь назвать очередной свой синхрон позаковыристее. Например, «Кубок Жозефины Павловны», я думаю, что присутствующим не надо объяснять, что это такое.

Нашей задачей было объяснить, что надо думать, что именно за турнир ты проводишь. И это ничего, если лично ты покажешь себя плохо перед движением, но ведь если о подобных турнирах узнают власти, то потом организаторам в этом регионе будут сложнее искать спонсоров и поддержку.

Или вот был уже упомянут НАСОС. Это странная организация, которая с одной стороны влияет на лицензирование МАК, с другой абстрагируется от этой организации. Я считаю это неправильным, и предлагаю поручить правлению самому регламентировать деятельность по проведению синхронов. Для этого надо организовать представителей в разных городах. Безусловно, уважаемых представителей, нам необходимо доверие к тем, кто проводит синхроны.

Теперь об этических нарушениях. Мы рассматривали 5 случаев серьёзных нарушений, и каждый раз комиссия принимала решения даже более жесткие, чем тот их вариант, который потом принимался на правлении. В основном, эти случаи касались попыток разных игроков политизировать нашу игру. А я подчеркиваю, что ЧГК вне политики.

 

(отвечает на замечание Козлова) Я смотрю на часы, но таймер почему-то не работает.

 

Времени мало, поэтому я закончу ещё одним важным вопросом. Мне жаловались на плохую работу комиссии по сертификации. За последние 4 года удачно прошёл тест лишь один редактор. Остальные 12 получили сертификацию без прохождения теста. Я решил лично проверить их работу и сам подал заявку на сертификацию редактора. Анонимно написал задание и стал ждать. Ждал полтора года, потом ответ всё-таки пришел. Отрицательный. И потом я пытался добиться ответа, почему мою работу отклонили. Так и не смог. Из всей этой истории я сделал для себя вывод, что в работе комиссии по сертификации очень хорошо работает лишь фактор анонимности. Всё честно, никто не знал, что кандидатом являюсь я. Но и всё. Я предлагаю впредь сделать работу этой комиссии более прозрачной. Кроме того, я предлагаю поручить этой комиссии разработать новый подход по сертификации судей и редакторов. Сейчас это замкнутая группа людей, считающих себя профессионалами. И они решают, включать ли других в эту группу или нет. Эта система, думается мне, в корне неправильна. Можно было бы выбирать сертифицированных редакторов голосованием топ-50 команд рейтинга.

 

Козлов объявляет перерыв.