Ночной Иерусалим похож и не похож одновременно на Хиву. Но если Хива ночью - это арабская сказка, мечта, в которой обязательно надо побывать, то ночной Иерусалим будто сошел со страниц книги псевдоисторического детектива, написанного человеком, который дальше Твери никогда не выезжал. Это каменный лабиринт, полы которого вымощены щербатой плиткой. Она очень скользкая от многочисленных луж чего-то грязного и вонючего. Пахнет ночью, специями, мочей, псиной, духами. Но основной запах почему-то - старая, почти сгнившая кровь животных. Вкупе с каменными плитами и гулом шагов, отражающихся от стен, улицы похожи на мясные ряды рынка, откуда вечером ушли люди.

В Иерусалиме, в отличие от Хивы, не безлюдно. То тут, то там стоят компашки арабов, хищно поглядывающих на прохожих.
Вдали раздается непонятный стук. Это двое ребят играют друг с другом в мяч. Ночью, да. И им не мешает дохлая кошка, лежащая неподалеку.
Сразу за ребятами - полицейский патруль и выход на Виа Делороза. Некогда Иисус тут нес свой крест, теперь какие-то арабы отчаянно ругаются друг с другом у витрины с майками, на которых изображен лик Гомера Симпсона. Вокруг на редкость много людей, столько обычно бывает в турецком городе днем. Стайка детишек играет в догонялки, молодые хасиды разгружают пикап, перегородив улицу. Они мешают проехать арабу с девушкой в цветастой машине: он беспрерывно жмет клаксон и орет. Протискиваемся мимо машин и чуть не попадаем под следующую. Из переулка появляется стайка то ли заблудившихся, то ли отставших туристов. Они явно не понимают, что здесь забыли и хотят домой. И нам пора, пожалуй.