Одной из грустных неожиданностей, которая ждала нас в Самарканде, стал местный фестиваль народного творчества. Он должен был пройти на главной площади Самарканда (и, как считается, самой красивой площади Узбекистана) Регистан. Посему пройти к этой площади мы так и не смогли, там круглосуточно шли репетиции и всё было перегорожено местными ментами. А вот в Бухаре на местной площади Регистан мы потусовались знатно. Кроме того, что здесь в местной кафешке готовят вкуснющий жиз (о еде в Бухаре я ещё потом отдельно расскажу), здесь, рядом с цитаделью Арк еще до завоевания Бухары арабами был общественный центр города. К XVII веку у входа на Регистан находились торговые ряды: бойко торговали зерном и тканями, оружием и головными уборами, скотом и фруктами, бумагой и чернилами. Здесь же было медресе Дорул-шифо, в котором обучали будущих врачей, и при нем больница.

 

До нашего времени эти постройки не дошли, зато всё ещё стоит напротив Арка выстроенная в 1712 году квартальная мечеть Боло-Хауз. Некогда она служила главной пятничной городской мечетью, которую посещал эмир во время своих приездов в Бухару. В этом случае от Арка до мечети расстилались ковры, по которым проходил эмир на богослужение.

Мечеть осталось в сохранности до сих пор, разве лишь в начале ХХ века к фасаду мечети был пристроен открытый айван. Это настоящее произведение узбекского национального декоративного искусства. Стройные деревянные колонны из сращенных между собой металлическими кольцами стволов, установленные в два ряда, поддерживают перекрытие айвана. Две центральные колонны, обозначающие вход в мечеть, соединены изящной двойной аркой. Нижняя, каплевидная часть каждой колонны, опирающаяся на базу, украшена резьбой.  

Кроме того, в 1917 году рядом с мечетью, знаменитый бухарский зодчий Усто Ширин Мурадов построил небольшой минарет. Он построен как точная копия самого высокого минарета Бухары – Каляна. Я ещё потом о нём буду рассказывать.

Нам повезло. Узнав, что мы из Москвы, местный имам провёл нас внутрь, за заграждения, и дал полюбоваться красивейшей её росписью, которая пережила даже советскую власть. По словам имама, здесь во времена СССР был биллиардный клуб, место довольно фривольное, поэтому роспись никто сбивать не стал.