Цитата сообщения ОльгаВлади Ненужное письмо




Ждёт дорожка, ждёт, томясь, калитка -
Надо выйти - окунуться в темь...
Выползает платиновым слитком
Лунный образ в дымчатой фате.
Дышит сумрак близостью сирени,
Глухо, дремно шепчут тополя...
О безумье летних откровений
Видит сны согретая земля.


Таинственная судьба у Лариссы ( Именно ЛариССа) Андерсен. Длинная жизнь. В 2006 году в России вышел наиболее полный сборник её стихов, воспоминаний и писем "Одна на мосту".

Последний лепесток с восточной ветви русской эмиграции отлетел. 29 марта 2012 года во Франции тихо скончалась лучшая поэтесса «русского Китая» Ларисса Николаевна АНДЕРСЕН. Случилось это на 102 году ее удивительной и такой долгой жизни.

Вертинский был безответно влюблен в красавицу Лариссу.

"Если бы Господь Бог не дал Вам Ваших печальных глаз и Вашей Внешности – конечно, я бы никогда в жизни не обратил на Вас такого внимания и не наделал бы столько ошибок, сколько я наделал!"
Он писал ей письма, слал телеграммы вроде этой: "Мой черный ангел! Простите мне мою грубость. Я очень люблю вас. Рыжий кот". А ниже было стихотворение под названием "Ненужное письмо".

Александр Вертинский

НЕНУЖНОЕ ПИСЬМО

Приезжайте. Не бойтесь.
Мы будем друзьями,
Нам обоим пора от любви отдохнуть,
Потому что, увы, никакими словами,
Никакими слезами ее не вернуть.

Будем плавать, смеяться, ловить мандаринов,
В белой узенькой лодке уйдем за маяк.
На закате, когда будет вечер малинов,
Будем книги читать о далеких краях.

Мы в горячих камнях черепаху поймаем,
Я Вам маленьких крабов в руках принесу.
А любовь — похороним, любовь закопаем
В прошлогодние листья в зеленом лесу.

И когда тонкий месяц начнет серебриться
И лиловое море уйдет за косу,
Вам покажется белой серебряной птицей
Адмиральская яхта на желтом мысу.

Будем слушать, как плачут фаготы и трубы
В танцевальном оркестре в большом казино,
И за Ваши печальные детские губы
Будем пить по ночам золотое вино.

А любовь мы не будем тревожить словами
Это мертвое пламя уже не раздуть,
Потому что, увы, никакими мечтами,
Никакими стихами любви не вернуть.

Лето 1938 Циндао



Ларисса Андерсен принадлежит к тому поколению русской эмиграции, которое было вывезено из России в детском возрасте и сохранило только отрывочные, эмоциональные воспоминания о родине. Ей, как и многим русским из Китая, досталась «множественная эмиграция»: из России - в Китай, из почти русского города Харбина в космополитический Шанхай, а затем и за пределы Китая. Судьба забрасывала её в самые экзотические места: в Корею, Японию, в африканский Джибути, в Индию и Вьетнам, на Таити, во Францию.

Л.Андерсен родилась в 1911 г. в Хабаровске (кстати, официальные биографии ошибочно указывают датой ее рождения 1914 год). Детство и юность ее прошли в Харбине. Затем,осенью 1933 года поэтесса приехала в Шанхай.

Здесь её захватил вихрь новых знакомств, поэтических идей, она публиковала свои статьи и очерки в журнале «Прожектор», где некоторое время работала секретарём. На жизнь зарабатывала танцами. Танцевала в кинотеатрах перед началом сеанса, в кабаре, ночных клубах, в оперетте, много гастролировала.

Здесь и вышел ее знаменитый, высоко оцененный А.Вертинским, сборник стихотворений «По земным лугам» (1940).

Осень шуршит по чужим садам,
Зябнет у чьих-то ржавых заборов...
Только одна, в пустоте простора
Ёжится, кутаясь в дым, звезда.
Только одна в пустоте простора...

- На том первом вечере поэзии, устроенном Александром Вертинским, - вспоминает Лариса Андерсен, - я прочитала свою “Осень”. Она была написана в самое трудное время – умерла мама - и получилась “жалобной”. Заканчивалось стихотворение так:

…В доме, наверно, пылает печь,

Кресло такое, что можно лечь.

Очень радушное в доме кресло,

Счастье с ногами в него залезло.

Счастье в мохнатом, теплом халате…

Там добрая мама и белая скатерть,

И чай с молоком.

Вертинский его похвалил. Думаю, «Осень» была созвучна его собственному настроению. Он так устал от дорог чужбины, и так мечтал о своем теплом уютном доме…

“Я пью их медленными глотками, как драгоценное вино, - писал он Лариссе некоторое время спустя в одном из писем. – В них бродит Ваша нежная и терпкая печаль…”.

В своей статье, которая была опубликована в газете “Шанхайская заря” весной 1940 года, накануне выхода в свет томика стихов Л. Андерсен, Вертинский тоже не скупился на похвалы: “В ее стихах все просто. Строго. И скупо. Скупо той мудрой экономией слов, которая бывает у очень больших художников. Ибо слово есть блуд. Ибо слово есть ложь. Только самое главное, самое необходимое. В этом есть что-то монашеское…

“…Я иду в этой жизни, спокойно толкаясь с другими.

Устаю, опираюсь на чье-то чужое плечо.

Нахожу и теряю какое-то близкое имя…”.

Я бы мог без конца цитировать ее… Ее вещи как бы вырезаны из одного цельного куска. Из них ничего не уберешь. К ним ничего не добавишь. Во всяком случае, ее талант обещает нам еще много радости…”.

В одном из писем он вовсю ругает Лариссу за то, что “…она “неумеренно стыдлива” и боится, как бы ее не обвинили в большом самомнении…”. Речь идет о сборнике стихов Л. Андерсен, которому она предпочла дать “малокровное”, с точки зрения Вертинского, название “По земным лугам” вместо предложенного им “острого и горького” – “Печальное вино”. Но… он сам когда-то назвал ее «грустным ангелом, зажигающим лампадки у темных икон». Такова ее натура, которую даже годы не смогли изменить…

В готовящейся к изданию новой книге Ларисса Андерсен дала название «Печальное вино» одному из своих поздних поэтических циклов. Его открывает стихотворение, посвященное памяти Александра Вертинского:

Это было давным-давно,

Мы сидели, пили вино,

Не шумели, не пели, нет -

Угасал предвечерний свет.

И такая цвела весна,

Что пьянила и без вина.

Темнота подошла тайком,

Голубея лунным цветком,

И укрыла краем крыла,

А печаль все росла, росла,

Оставляя на много лет

Догорающий тихий след.

И я знаю, никто из нас

Не забыл тот печальный час,

Что когда-то сгорел дотла…

Так прекрасна печаль была,

Так звенела в ночной тиши,

Так светилась на дне души.


После отъезда из Китая поэтесса много лет провела на Таити и в других странах, куда был командирован ее муж француз Морис. С 1971 года поселилась во Франции в местечке Иссанжо, где и жила до самых последних дней.

Когда-то Ларисса размышляла: сможет ли она полюбить новую родину - Францию, приживётся ли здесь? Прижилась, хотя русских поблизости не было и не было разговоров «по душам». «Французская глубинка» оказалась похожа на Россию - своей природой. Ларисса посадила берёзки, нашла друзей, стала преподавать йогу.

Теперь имя Лариссы Андерсен известно в России. Сначала появились упоминания о ней в мемуарах, научных исследованиях, потом публикации её стихов в различных сборниках, статьи о ней. Вышла книга «Одна на мосту», включающая стихотворения, воспоминания, переписку и статьи разных лет.


Я думала, Россия - это книжки.
Все то, что мы учили наизусть.
А также борщ, блины, пирог, коврижки
И тихих песен ласковая грусть.
И купола. И тёмные иконы.
И светлой Пасхи колокольный звон.
И эти потускневшие погоны,
Что мой отец припрятал у икон.
Все дальше в быль, в туман со стариками.
Под стук часов и траурных колёс.
Россия - вздох.
Россия - в горле камень.
Россия - горечь безутешных слез.