В жизни самурая нередки были случаи, когда ему приходилось расставаться с мечом, копьём или алебардой, создавая видимость полнейшей безвредности. В эпоху междоусобных войн многие феодальные властители запрещали всем, кроме стражи, носить оружие во внутренних покоях замка. Наиболее подозрительные не допускали к себе вражеских посланцев при мече, зная, что хорошего мастера не удержит даже усиленная охрана. Тем не менее до унизительного личного осмотра дело никогда не доходило, и каждый опасающийся за свою жизнь имел шанс утаить за пазухой, в рукаве или под широкими полами кимоно один из популярных видов малого, подручного оружия. Этим шансом пользовались не только парламентёры во вражеском лагере, разведчики и полководцы, которым не подобало вдали от передовой расхаживать вооружёнными до зубов, но так же и сотрудники тайной полиции Токугава (мэ-цукэ), желавшие замаскироваться под простого обывателя. Например, популярен был железный веер (тэссэн – “Тэссэн-дзюцу” – искусство боевого веера), состоящий из массивных стальных пластин, который подвешивался к руке. Согласно легенде, это искусство создал знаменитый японский воин XII века Минамото-но-Ёсицунэ (1159 – 1189). Затем данное искусство стало обязательным для изучения в школе Син-Кагэ-рю. Металлический боевой веер, используемый опытным мастером, представляет собой оружие с довольно широким спектром возможностей, тем более, что он складывается и раздвигается, превращаясь то в дубинку, то в небольшой щит, то в огромную острую бритву. При необходимости его можно было использовать, особенно вместе с кинжалом (кодзука), для парирования ударов меча, для оглушения, в качестве короткой дубинки и, наконец, для отвлекающих манёвров, мгновенно раскрыв его перед глазами противника. Излюбленным оружием военачальников была другая разновидность веера – круглая стальная пластина на рукоятке (гумбай-утива), родственная шестопёру и служившая одновременно булавой, “маршальским жезлом”.

Классическим оружием мэ-цукэ был затупленный стилет (дзюттэ, или дзиттэ) длиной около 30 см с отходящей от рукояти крючкообразной гардой. Иногда два таких стилета использовались одновременно. С помощью дзюттэ меч противника можно было, при известном навыке, поймать в щель между гардой и клинком, а затем сломать пополам или выбить из рук. К рукояти дзюттэ крепился темляк с цветной кистью, по окраске которой можно было судить о ранге полицейского.
Неплохой репутацией пользовалась в полиции длинная (около 4 м) тонкая цепь с маленьким грузилом на одном конце (кусари). На континенте цепь испокон веков входила в арсенал рыцаря – упоминания о воинах с цепями встречаются в “Троецарствии”, “Речных заводях” и многих других памятниках. В сложенном виде цепь представляла собой безобидный маленький комочек, но, брошенная умелой рукой, она обезоруживала и сбивала с ног противника. Заменителем цепи могла послужить верёвка с грузилом (торинава). Любопытно, что такое простое приспособление, как аркан, в среде самурайства не прижилось и было знакомо лишь редким специалистам. Зато цепь неоднократно подвергалась изменениям, приобретая новые формы. В XVII в. появилась укороченная модификация (до 1 м) с гирьками по обоим концам. Изобретение этой цепи приписывается Масаки Тосимицу, начальнику охраны центральных ворот Эдо. По преданию, Масаки, назвавший своё детище манрики-гусари (“Всесильная цепь”), стремился исключить возможность вооружённого конфликта в таком ответственном месте, и одного взмаха манрики-гусари было достаточно, чтобы подлежащая задержанию жертва, оглушённая и полузадушенная, упала в руки часовых. Сходной разновидностью малого оружия был кистень (кусари-тигирики) – цепь с металлическим шаром, укреплённая на короткой рукояти.

В Японии, как и во всех странах Дальнего Востока, каждый уважающий себя мужчина, а тем более самурай должен был уметь обращаться с палкой. Шест и дубина всегда занимали почётное место в списке классических видов оружия. В Китае, Корее, Вьетнаме и Бирме фехтование на палках также приравнивалось к искусству владения копьём и алебардой. Прародителем бо-дзюцу (искусства палочного боя) и тотемным покровителем мастеров “палочного дела” считался легендарный царь обезьян Сунь Укун, герой хорошо известного в Японии средневекового китайского романа “Путешествие на запад”. Своим исполинским железным посохом задиристая обезьяна наводила страх не только на злых волшебников и великанов-людоедов, но и на мирных небожителей. Повстанцы, сражавшиеся под знаменем Белого лотоса, и “Красные повязки”, стоявшие насмерть в боях против монгольских полчищ, сделали шест основным оружием пехотинца. Среди самураев также находились любители, предпочитавшие палку всем прочим видам японского оружия, так как использование палки для нападения или для защиты всегда содержало вы себе элемент неожиданности.

В эпоху Токугава на японских островах насчитывалось не менее трёх сот школ бо-дзюцу, причём качество палок и техника самурайских школ существенно отличались от бо-дзюцу, проникшего с континента на архипелаг Рюкю. Как правило, шест (посох) – “бо” вырезался из дуба, бука, граба и других твёрдых пород древесины, но в случае необходимости мог сойти и обычный кусок бамбука, подобранный у дороги. Каноническая длина бо варьировалась в зависимости от школы и колебалась от 160 до 282 см. Толщина подбиралась пл вкусу и по физическим возможностям исполнителя.
Палки, чаще всего 180 см. и кюсяку-бо – 282 см. Кроме того используемые в бо-дзюцу, это рокусяку-бо, длина которой примерно популярны были так же сейдзё-бо – 100 см., хан-бо – 130 см. и тан-бо – 60 см.
В период феодальных войн самураи использовали и другие модели. В частности, тэцу-бо (железную палицу с шипами разнообразной формы), консай-бо (палку, окованную металлом), хаккаку-бо, кири-бо, ёри-бо.
В целом комплексы упражнений (ката) с шестом напоминают классические упражнения с копьём и алебардой и содержат тот же набор колющих, рубящих и блокирующих движений. С какого времени шест вошёл в число самурайских будзюцу, вопрос неясный. Хотя во многих японских приключенческих романах появляются герои, вооружённые шестом, нужно принять во внимание прежде всего позднее происхождение этих романов и вторичность многих персонажей по отношению к китайским прототипам (например, версия “Речных заводей” в переложении Бакина).

Одной из первых школ феодальной эпохи, кодифицировавших бо-дзюцу, была Тэнсин-Сёдэн-Катори-Синто-рю, основанная в XV веке и существующая по сей день. Это традиционная самурайская школа боевых искусств, которую основал Иидзаса Инэнао-Чойсай (1387 – 1488). Общепризнанно, что она является одной из наиболее старых и самой значительной школой в истории боевых искусств Японии. Школа Тэнсин-Сёдэн-Катори-Синто-рю оказала заметное влияние на общую эволюцию японских боевых искусств феодальной эпохи и явилась источником появления нескольких других школ, в частности Синкагэ-рю и Синдо-Мусо-рю.

В этой школе изучали восемь дисциплин:

Бо-дзюцу – работа с шестом
Дзю-дзюцу- рукопашный бой
Иаи-дзюцу – искусство молниеносного выхватывания меча
Кэн-дзюцу – искусство фехтования
Нагината-дзюцу – работа с алебардой
Сейдзё-дзюцу – работа с короткой палкой – 100 см.
Сюрикэн-дзюцу – метание острых предметов
Чикудзё-дзюцу – работа с ладонной палочкой
Особенно она славилась приёмами боя с длинным шестом (282 см), где обучались не только ударам и блокам, но также всевозможным прыжкам с шестом, падениям и переворотам в воздухе. Посох высотой в человеческий рост носили с собой слуги государственных чиновников, странствующие монахи, привратники в домах и тюремные надзиратели. До недавнего времени резервные отряды управления полиции устраивали ежегодный парад и показательные выступления с посохом, который всё ещё не снят с вооружения.

Эффективность бо в руках мастера достойна изумления. Шест выписывает в воздухе замысловатые фигуры, скользя по вертикали, по горизонтали, по окружности вокруг тела, являющегося как бы подвижной осью. Удары наносятся с предельной точностью и концентрацией. Колющий удар шестом легко раскалывает кирпич и протыкает насквозь грудную клетку. Прочный шест не боится меча и топора. Его длина позволяет атаковать ноги, проведя вначале серию отвлекающих манёвров. Взлетая то вверх, то вниз, шест словно изменяется в размере. Он неожиданно выныривает из-за спины, бьёт от ноги, от пояса, пока наконец противник, ошеломлённый каскадом движений, не допустит промах.

По традиции, техника владения палкой (посохом) получила развитие и в стенах крупных монастырей, где ею, начиная с эпохи Хэйан, овладевали многочисленные дружины монахов-воителей (сохэй). Монахи наряду с алебардой и шестом использовали железный посох (тэцубо), по форме ничем не отличающийся от деревянного, но обладающий пробивной силой лома. Став боевым оружием самураев, тэцубо несколько изменился внешне: его стали делать гранёным и ребристым по продольной поверхности.

Не менее древнюю историю, чем шест или посох, имеет и короткая дубинка (дзё) – естественное подспорье безоружного во все времена. Дубинкой любили побаловаться и благородные соратники Робин Гуда, и русские богатыри, и вьетнамские повстанцы. Железная дубина постепенно превратилась в палицу и в булаву. В Японии же вплоть до XVII в. дубина и кол оставались оружием простонародья.

Канонизация приёмов боя с обычной метровой палкой приписывается самураю Мусо Гонносукэ. Ранее Мусо изучал технику работы “бо” школ Тэнсин-Сёдэн-Катори-Синто-рю и Касима-Синто-рю. Освоив все секреты бо-дзюцу, он отправился странствовать из провинции в провинцию со своим нехитрым оружием. В поединках с противниками, вооружёнными алебардами и мечами, он не знал поражений. Возгордившись, Мусо послал вызов Миямото Мусаси, величайшему фехтовальщику эпохи. Схватку он проиграл, но великодушный Мусаси подарил побеждённому жизнь. Вне себя от горя, Мусо удалился на южный остров Кюсю и там жил долгие годы отшельником в глубине гор до той самой ночи, когда к нему, как и следовало ожидать, снизошло озарение (сатори). Наутро Мусо, следуя божественным рекомендациям, вырезал палку из бука и стал разучивать движения, представлявшие нечто среднее между бо-дзюцу и кэн-дзюцу – “искусство дубины”. С помощью дзё-дзюцу было удобно наносить тычковые удары по болевым точкам. К тому же, размеры палки давали больше простора для жонглёрских манипуляций.
В итоге, заменив рокусяку-бо на более короткую, лёгкую и, следовательно, удобную модель – дзё (120 – 125 см, диаметр 2,5 см), или дубинку, Мусо Гонноскэ создал новую разновидность фехтования на палках – дзё-дзюцу и основал школу Синдо-Мусо-рю, прославив-шуюся своими 64 приёмами боя, которые составили её основу. С тех пор школы дзё-дзюцу стали плодиться во множестве, но все они носили эзотерический характер, а в новое и новейшее время существовали при Федерации кэндо. В 1955 г. возникла независимая Всеяпонская федерация дзё-до (Дзен-Нихон-Дзё-Дзюцу-Рэнмэй), но и поныне многое в технике дзё остаётся загадкой, как, например, 64 секретных приёма школы Синдо-Мусо-рю, ведущей происхождение от легендарного Мусо.

Интересно отметить, что все тренировки с дзё проводятся без протекторов, а удары (за исключением наиболее опасных) наносятся в полную силу. Подобная методика обучения не только воспитывает мужество, но и даёт великолепную “набивку” тела, развивая мышечную броню и притупляя болевые ощущения. Между тем, в кэн-дзюцу, а позже в кэндо при работе с мечами из тяжёлого дерева (боккэн) и даже из бамбука (синаи), не говоря уж о настоящих, стальных, протекторы на корпус, шлем и забрало использовались обязательно. Одним из вспомогательных предметов, изучавшихся в большинстве школ японских воинских искусств, было искусство отбивания стрел (ядомэ-дзюцу) при помощи меча или голыми руками. В самурайской коннице никогда не использовались ручные щиты, которые мешали орудовать мечом или алебардой и вообще рассматривались как излишняя роскошь. Иногда в качестве щита выступал снятый с головы шлем, но чаще самураи полагались на ловкость рук. Скорость, глазомер и отрешённость “духа-разума” были залогом успеха. Многое зависело также от правильной стойки, дающей возможность дотянуться до стрелы и отбить её в полёте, в каких-нибудь десяти-двенадцати сантиметрах от тела. Самым трудным был момент нанесения парирующего удара (дзансин). Каждая новая стрела, выпущенная другим стрелком и с другой дистанции, несла в себе элемент неожиданности и исключала возможность удачного “механического” повторения. Отбивая одну стрелу, нужно было одновременно фиксировать взглядом вторую, третью, четвёртую, мгновенно определять степень опасности и реагировать только на летящую в голову или грудь. Стрелы можно было отбивать одним или двумя мечами, что считалось делом сравнительно простым, либо рукой в латном нарукавнике. Вершиной мастерства было умение перехватить стрелу на лету. В рыцарском эпосе встречается упоминание о самураях, остававшихся целыми и невредимыми под дождём стрел. При освоении техники ядомэ в школах на стрелы надевали мягкие тряпичные или ватные шарики. Тренировка, где одного исполнителя обстреливало несколько лучников, напоминало игру в пинг-понг на огромных скоростях. Качеством ядомэ и вообще быстротой реакции характеризовался класс мастерства, степень совершенства виртуоза воинских искусств бугэйся.

Если в бою самурай хотел взять противника живьём, он должен был владеть ходзё-дзюцу – искусством связывания, необходимым приложением к дзю-дзюцу, которое было обязательным в программе военной подготовки самураев. Выбив из рук врага оружие и проведя бросок с последующим удержанием, следовало немедленно одной рукой снять с пояса моток верёвки и обмотать жертву таким образом, чтобы любое движение при попытках высвободиться из пут причиняло боль. В гуще боя, под остриями направленных со всех сторон мечей и копий, сделать это было нелегко. Считается, что твёрдые правила ходзё-дзюцу впервые ввела школа Такэноути-рю, но почти каждая школа дзю-дзюцу могла похвастаться своей оригинальной методикой.

С большим усердием изучали ходзё-дзюцу блюстители порядка эпохи Токугава, правительственные надсмотрщики и сыщики мэ-цукэ. Вообще говоря про Японию, японские мастера искусства связывания изобретали столь затейливые комбинации, что морские узлы выглядели бы в сравнении с ними детской шалостью. Были детально разработаны всевозможные варианты связывания отдельно рук и ног, рук и шеи, ног и шеи и т.д. Способы и “рисунки” варьировались в зависимости от пола и возраста жертвы, её социального положения, особенностей одежды и причёски. Для транспортировки пленника своим ходом конец верёвки крепился к таким местам, что малейшее поползновение бежать вызывало мучительную боль. Если не было длинной верёвки, использовался шнур от большого меча – сагэо. Класс техники ходзё-дзюцу определялся степенью мастерства и скоростью.

Высшим шиком для самурая (и самым большим позором для его врага) было так связать неприятеля, чтобы он шёл за победителем на своих ногах, а его меч оставался при нём. В боевых ситуациях применяли тонкие шёлковые шнуры, глубоко врезавшиеся в тело. На тренировках используются плоские хлопчатобумажные пояса, которые не дают полного эффекта связывания, зато предохраняют партнёра от омертвления конечностей. Ещё одна область применения ходзё-дзюцу – использование верёвки в качестве блокирующего и сковывающего средства в работе против вооружённого и безоружного противника. Иногда на рукояти присутствовала и крючкообразная односторонняя гарда для захвата меча. Срок овладения приёмами рукопашного боя с применением того или иного вида малого оружия варьировался от трёх до пяти лет после обязательного нормативного курса дзю-дзюцу и кэн-дзюцу, пройденного в одной из самурайских школ воинских искусств. © stud.ibi.spb.ru