"Вечер. Мама и папа пасторально сидят над сломанным вчера замком и задумчиво беседуют.
П: Я купил тебе 3 картошки, а тебе, доча, з медовых...
М: А я тебе купила Наполеона. Ты любишь Наполеон?
П(еще задумчивей): О-о-о...За Наполеон я готов отдаться...
Но самый смак в том, что они, беседуя, внимательно копаются в винтиках!"

Вот такие веселые родители у нашей Алины)))

В колонках играет - Тату - Заведи

Он сейчас спит. На расправленном диване рядом с компьютером. Если протяну руку, то смогу прикоснуться.
Тихонечко сопит во сне.
Лампа над столом выделяет мышцы его обнаженной спины, по шее к позвоночнику сбегает небольшая вьющаяся прядка темных волос, оставленная на коротко стриженой голове. В левом ухе поблескивают два серебряных кольца.
Щемит от нежности сердце, и я закусываю почти до крови нижнюю губу.

Пикник напоминает мне Кино.
Кукрыниксы мне тоже напоминают Кино, правда немного по-другому.
Король и Шут напоминает мне Кукрыниксы.
НО
Кукрыниксы и Пикник совершенно не похожи.
Король и Шут не имеет никаких общих черт с Кино.

В колонках играет - Кукрыниксы - Не беда

Даже написать нечего.
Каждый день наполнен до отказа какими-либо мелочами, приятными или не очень, о которых даже вспоминать нет смысла...
Типа:
-Поставила две наши с Сашкой фотографии-иконки в рамках - одну на стол, вторую у кровати...
-Слушаю Кукрыниксы...
-Сломалось зарядное устройство мобильного, и я бегала по городу в поисках нового. Нашла...
-Вчера было три месяца как мы вместе...
-С мамой валялись на диване и молча слушали Кипелова...
-Катенок сегодня на парах сильно плакала...
И т.д., и т.п....

А Сашка? Что Сашка...
Правильно Лев Толстой в самом начале романа "Анна Каренина" сказал, что каждая семья несчастна по-своему, а все счастливые счастливы одинаково. Поэтому незачем писать о нас с ним - мы счастливы в те редкие моменты, которые можем подарить друг другу. А в остальное время скучаем друг по другу, учимся, работаем...

Песня № 053 опять в моих колонках.
Закрыть глаза.
"Как наяву вижу каждое движение его мышц, когда он играет. Да, любимый, бей сильнее, чтобы звук барабанов рвал перепонки.
Руслан играет на электрогитаре свою партию. Он включает дисторшн, и музыка уносит куда-то вдаль..."
Открыть глаза.

В комнате было темно, и только свет монитора слегка намечал контуры.
Мы лежали на диване в углу. Я говорила, говорила, говорила... Я рассказывала ему про кусочек льда в его груди, про его усталость и боль, и про то, что он сам не позволяет мне эту льдинку растопить.
Его лицо иногда едва заметно перекашивалось, и в эти моменты я напрягалась, ожидая чего-то плохого, сама не знала чего.
Но я с трудом решилась на это - провела коньчиками пальцев по его щеке, скулам и вискам, склонившись над ним, вдохнула его дыхание.
Потом я поднесла кончики пальцев к губам. И тут я вздрогнула, словно от пощечины - они были влажными и солеными.
Тогда я обняла его, и языком, как маленький преданный щенок, провела по его лицу... В ответ на это он поймал мои губы своими губами.
...Уже легче... Все снова наладилось... Наконец-то...

В колонках играет - Rasmus - Funeral song

Магнитофон в дальнем углу моей комнаты третий раз проигрывал диск Rasmus.
Мы только что пришли с репетиции.

(...музыка сотрясала стены небольшой комнаты, было довольно жарко. На диване лежала рыжая девушка в черном полурастегнутом платье. Она что-то писала гелевой ручкой в своей тетради. Стихи...)


Неужели так может быть...
Не верю.
Задыхаюсь. Ногти впиваются в ладонь. Веки судорожно пульсируют. Скулы сводит.
-Это боль?
-Черта с два!
-Удовольствие?
-Если тебе приятно...
-Не то слово...
-Лучше вообще без слов...

Поздний вечер. Темно. Автобус уже подъезжал к городу.
Я замерзла на улице в своем крошечном платьице и теперь грелась.
Сашка с легкой улыбкой положил ладонь мне на колено, обтянутое тонким капроном.
Я пристально посмотрела на этого человека: я много чего хотела бы сказать ему, я много чего могла бы сказать ему, но в этих словах не было бы смысла.
И он и я обладали тем, что наши друзья насмешливо называли "темперамент", поэтому каждый из нас поступал всегда так, как считал нужным.
Очень медленно, как вода стачивает камень, мы смягчаем друг друга. До первого скандала.
Я молчала, замкнув в себе все притензии, обиды... Зачем выпускать их, если можно просто насладиться этим вечером и друг другом?
Он тоже молчал.
----------------------------------------------------------------
Ночь, скорость, музыка. За окном калейдоскопом проносились огни.
Она: рыжие волосы, голубые глаза, светлая кожа, одета в маленькое синее платье, светлую курточку и сапоги на высоком каблуке.
Он: темные волосы, травянисто-карии глаза, грубая кожа на ладонях, одет в черную куртку, серо-черные джинсы, ботинки.
Красивая пара...

В колонках играет - Placibo - I know

Четыре дня - четвертый круг ада. Ада без тебя.
Я так много думаю о тебе, что иногда начинает казаться, что я забываю твой голос, и что твое лицо начинает размываться в моей памяти.
Скучать я перестала на второй или третий день - не помню, все мои дни как один.

Вчера мой организм сам нашел способ от тоски - в институте начало темнеть перед глазами, начало шатать, сердце норовило выскочить из горла. Я поехала домой, и в три легла спать. Проснулась только утром.

Какие же мне снились сны! Семнадцать часов кошмаров! Кошки, телефоны, родители, Сашки - все искажалось и искажалось... И кровь в моих снах была приторно-розовая вязкая.

В колонках играет - Rasmus - Time to burn

Хочется измениться. Резко и бесповоротно.
Я уже изменила все вокруг себя: мебель и картины в комнате, стиль в одежде, внешность, изменила даже некоторые внутренние качества и чувства.
Но мне мало! Мало! Мало!
Что же еще можно сделать? Причем так, чтобы не уродовать реальность вокруг себя и себя саму...

В колонках играет - С'оль - Зачем

Я не пошла в институт и наконец-то мы смогли просто поговорить, не впиваясь с жадностью и остервенением друг в друга. Как же долго мы не могли просто пообщаться, рассказать друг другу не только о прошедших днях, а что-то большее. Диалектология, философия и современный русский нервно курят в коридоре. Оно того стоило.

Он был только мой... И ничей больше. На несколько минут.
Его полуприкрытые глаза, полуоткрытые губы, гладкие твердые плечи...
Я запрокидывала голову для поцелуев снова и снова, выгибалась, чтобы прижаться всем телом.
Луч солнца пробился через частокол жалюзи и выделил светом его лицо. Этот луч был как что-то свыше.
Именно в этот момент у меня впервые не было иссушающей жажды тепла. Впервые за много месяцев. Я сама стала теплом. Я стала конфоркой, на которой с шипением высохли слезы и кровоподтеки.

Я люблю тебя...
"Я больше не люблю тебя" -
Твои слезы мне в след прокричали.
От тебя уйти без "прости",
Позабыть твой дом и о том,
Как сердца наши вместе звучали.

Ну, прочитай мои письма
Или сожги все мои песни, я не та, я не та.
Просто мы опавшие листья,
Навсегда не вместе и вместе,
А на сердце пустота, а на сердце пустота...
(с)

Он был пьян. От этого голос его стал четким, громким и немного хриплым.
Он говорил, говорил, говорил...
А я слушала.
С каждым его словом глаза мои стеклянели все больше, периодически наполнялись слезами.
Он говорил то, что не мог сказать мне, находясь в трезвом состояниии.
Его боль вливалась в меня, и сдавливала сначала горло, потом грудь, потом низ живота.
Мне не было его жаль, одна лишь мысль крутилась в голове и билась в виски: "Сашенька, милый мой мальчик, теперь я тебя понимаю...".
Мне безумно хотелось оказаться за много километров от дома, там, рядом с ним, прижать его голову к груди, запустить пальцы в его жесткие непослушные волосы.
Но мне остается только ждать завтра, чтобы упасть ему на грудь, чтобы он взял меня в свои руки, и с нежной улыбкой сказал очередную безобидную колкость про какую-нибудь мелочь типа моих обкусаных ногтей...

Я часто слышу во сне шум прошлых дней,
Пьяный хохот ночей бессонных.
Мы играли в любовь… слезы, боль…
И вновь каждый вечер бегом из дома,
Спирт и сок, спорт и рок -
Все в этой жизни хотели успеть,
Но мир жесток, вышел срок:
Мы у черты, мы боимся взрослеть...

***
Не знаю, кто ты, как далеко ты, и где ты ждешь меня,
Я обещаю, не опоздаю, ведь ехать в никуда
Всего лишь вечность...
Глаза закрою - рядом с тобою, но миг и нет тебя,
И мимо с воем темной волною сплетают провода
Путь в бесконечность...

Развей мою боль...
Смотри мне в глаза...

Я бегу сквозь город без лица
В огнях подземного кольца,
И летят сквозь землю поезда
Из ниоткуда в никуда... в никуда...
(с)Tracktor Bowling
_____________________________________________________________________

В книге телефонной с адресами
Вырвана страница среди прочих имен.
Мне бы твои тени под глазами,
Кто тебя до слез обидел, солнце мое?

Пою тебе
Восходами рассветами,
Тебе, тебе...
Дарю тебе
Свободу километрами,
Тебе, тебе...
(с)Лакмус

В колонках играет - Him - Gone with the sin

Некоторые вещи простить невозможно.
Но иногда ты их прощаешь тем кого любишь уже в момент совершения.
И тебе дико жалко дорогого человечка, который ненавидит и себя и тебя за содеянное. Себя - за то, что совершил, тебя - за то, что...

/Полторы недели назад. Ночь. Далеко за городом./
Он оттолкнул всех от себя, травянисто-карии глаза стали словно ледяные.
-Всё! Я ухожу! -(Милый, зачем же так кричать...?)
-Выйдете все! Это дело нас двоих! -Громко и жестко сказала я. Все нехотя и с опаской вышли.
Я же спокойно в несколько шагов подошла к Сашке и, обняв за шею, прижалась к нему всем телом. Я чувствовала его разъяренное дыхание, но я прекрасно понимала, что ни в чем не виновата. Это понимал и он.
Мы говорили до шести утра.
Потом пошли спать.

Если после всего случившегося мы остались вместе, по-прежнему радуемся друг другу, то... может это и есть настоящая любовь.
Та ночь - сбой в системе.
Не забыть, не проигнорировать, но он не помешает Нам.