Российское министерство обороны на днях подтвердило, что обратилось в Министерство науки и образования с предложением воссоздать в школах курс НВП. «Было бы разумным ввести какой-то курс, чтобы познакомить ребят с основами военной службы», – сказал журналистам заместитель начальника Генштаба ВС РФ генерал-полковник Василий Смирнов, отвечающий за призыв. По мнению генерала, в новом курсе не должно быть строевой подготовки, а основное внимание должно быть уделено изучению законодательной базы службы в Вооруженных силах. В России уже есть школы, где НВП изучают факультативно, в советское время это был обязательный предмет. Должен признаться, у меня от него остались самые теплые впечатления. Но связаны они с исключительным везением. Во-первых, в нашей школе преподавали его два интеллигентнейших отставных офицера, прошедших всю Великую Отечественную, один доктор технических наук, а другой — философских. Причем докторами наук они были настоящими, диссертации писали сами и не на темы «марксизма-ленинизма». Один из этих преподавателей вообще совершил настоящую революцию в нашем сознании позднесоветских тинейджеров, дав задание в течение трех минут экспромтом связно говорить на любую тему. Таких интересных и важных для развития заданий нам не давали даже учителя литературы (тоже, кстати, не худшие). А во-вторых, я удачно разбил себе голову накануне обязательного кросса в противогазах в ташкентскую жару — и, забинтованный, цинично наблюдал за этим сомнительным развлечением со стороны. Но — главное — наши военруки не вешали нам на уши идеологическую лапшу и не корили за хроническое невыполнение нормативов по сборке-разборке автомата Калашникова (скажу честно, собрать его мне вообще ни разу не удалось, всегда оставались «лишние» детали). К тому же, мой школьный курс НВП удачно пришелся на перестройку, когда в Советском Союзе немножко ослабли идеологический пресс и вечная агрессивная риторика. Тогда страна счастливо не занималась перманентной моральной подготовкой к очередной будущей неизбежной войне. К сожалению, сейчас Россия опять живет внутри классической песенной строчки «Мы мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути». Каждый день официальная пропаганда пытается заставить нас поверить, что кругом «враги» – Грузия, Украина, Великобритания, США. Нас пытаются убедить, что Россия теперь стала сильной и снова может вершить судьбы мира (ей бы, по-хорошему, стать, наконец, хозяйкой собственной судьбы). На милитаризацию сознания работает и классический советский прием подачи спортивных успехов или даже триумфа на жалком попсовом конкурсе «Евровидения» в категориях «великих побед страны». В СССР это подавалось еще и как победа лучшей в мире социалистической системы. Между тем, если Министерство обороны действительно предлагает изучать в школах законодательство по службе в вооруженных силах, в этой идее нет ничего дурного. Например, старшеклассники смогут узнать, как законно уклоняться от армии. Кстати, в советском законодательстве была замечательная лазейка: призывник не считался уклонистом до тех пор, пока не прошел так называемую «областную комиссию», то есть даже после посещения районного военкома. Правда, не думаю, что Минобороны хочет, чтобы будущие призывники учились законно уклоняться от срочной службы. Если же говорить о собственно школьном образовании, на мой взгляд, в обязательном курсе начальной военной подготовки есть тот же изъян, что и в обязательном изучении основ православной культуры — изначально факультативные для человека вещи пытаются сделать обязательными. Да, веру или безверие, мы, к счастью, можем выбирать, а воинская обязанность для мужчин с 18 до 27 лет у нас, к сожалению, все еще остается обязанностью. Но, даже несмотря на упорное нежелание российских властей отменить всеобщий призыв, признать очевидную истину, что служба в современной армии — это профессия, нет такого курса НВП, который мог бы подготовить школьника к службе. Конечно, можно репетировать на уроках будущую «дедовщину», стиль общения прапорщиков с рядовыми, но едва ли эти знания являются ценными и необходимыми. Человек не обязан готовить себя к службе в армии и не обязан изучать основы православной культуры, чтобы научиться самой трудной науке – науке человечности. У него, разумеется, может быть такой шанс: пожалуйста, если есть возможности — вводите факультативы. Военная сфера и сфера религиозных убеждений слишком специфичны, чтобы пытаться всем школьникам давать в этих сферах стандартный набор знаний. Честно говоря, мне даже иногда кажется, что полезнее было бы преподавать в школах начальную антивоенную подготовку, учить ладить с людьми, не пытаться решить любой конфликт силой, ценить жизнь другого. А начальную военную ребята прекрасно пройдут сами. По боевикам в кино, компьютерным играм и выстраиванию отношений со сверстниками.