Жители нижнего Манхеттна реально прифигели сегодня, когда увидели это. Огромное количество полиции, перекрытые улицы, досмотр на подходах и черная шевелящаяся масса, которая заняла собой все окрестные улицы. Издалека все это было похоже на вторжение инопланетян или парад неизвестных вражеских войск. На самом деле это всего лишь 50 000 ультраортодоксальных евреев, которые собрались сегодня в нижнем Манхеттене в знак протеста против введения призыва учащихся еврейских религиозных школ в Израиле. Суть проблемы подробно описана на сайте BBC. Для слабо разбирающихся в тонкостях еврейского мироустройства американцев, да и для меня тоже, это конечно шокирующая картина, которую смогли бы превзойти только 50 000 молящихся на улицах нижнего Манхеттена арабов. Лишний раз убеждаешься насколько страшная штука религиозный фанатизм. Десятки тысячи людей готовы бросить все свои дела только потому, что им сказали так сделать.

* О * без комментария.

В году 365 дней, в сутках – 24 часа. Но сколько в них заключено наших мыслей? Сколько новостей, тревог, радостей? Четыре эксперта объяснили нам, где здесь реальность, а где – иллюзия, почему время бежит так быстро, а наше восприятие времени всегда субъективно.

В детстве три месяца летних каникул кажутся вечностью. А стоит повзрослеть, как целые годы проносятся мимо, не успеваем мы и глазом моргнуть. Однако время-то как таковое не меняется, независимо от того, сколько нам лет. Так почему же так меняется его восприятие в нашем сознании? Быть может, дело в том, что мы – существа субъективные, и время для нас течет нелинейно? Оно не движется из точки A в точку Б с постоянной скоростью, а существует в нескольких измерениях и может замедляться или ускоряться.

Мы живем одновременно в нашем биологическом времени и во времени, привязанном к какому-то важному для нас событию. Всему виной наш мозг, считает нейробиолог Марк Швоб (Marc Schwob) и приводит в пример состояние концентрации при решении сложной интеллектуальной задачи. В такие моменты время словно приостанавливается: «Наша лимбическая система, центр эмоций, чувствительности, временно отключается. Мы не воспринимаем окружающий мир, поскольку кора головного мозга пропускает только жизненно важные сигналы».

Но и сильные эмоции способны «останавливать» время. Пока мы ждем любимого человека, минуты превращаются в часы, но стоит ему появиться, как ощущение времени исчезает. «Механизм» в этом случае иной – активно задействованной оказывается как раз лимбическая система, которая вырабатывает огромное количество гормонов, буквально опьяняющих нас.

Возможно, субъективное изменение скорости течения времени связано и с изменением ритмов нашей жизни. «Мы поменяли местами периоды отдыха и активной деятельности: теперь мы работаем зимой, а отдыхаем летом. Но такие изменения требуют адаптации, а значит, увеличения уровня стресса, – считает Марк Швоб. – Гормоны стресса, кортизол и катехоламины, вырабатываются организмом все активнее, заставляя нас постоянно спешить и вызывая ощущение нехватки времени». К тому же время в нашем сознании ускоряется с возрастом. Чем мы старше, тем чаще обращаемся к воспоминаниям и к мыслям о будущем – сокращая продолжительность настоящего.

Разумеется, нейробиология не в состоянии описать и объяснить субъективность восприятия времени, но она позволяет по крайней мере понять его сложность. Как с точки зрения биологии, так и с точки зрения философии единственный способ замедлить бег времени – отдавать себе в нем отчет. Изменив отношение к каждому конкретному моменту времени и свое самоощущение в нем, мы открываем перед собой вечность.

«Ускорение течения времени – часть взросления»

Cветлана Федорова, психоаналитический психотерапевт, старший преподаватель НИУ «Высшая школа экономики»

«Представление о времени формируется в процессе взросления. Ребенок постепенно узнает о том, что существует прошедшее и будущее, а настоящее заметно сокращается в его сознании. Самый важный скачок происходит в подростковом возрасте – разочарование как результат неоправдавшихся детских ожиданий. Подросток осознает, что ему никогда не стать рыцарем или принцем. С этого момента течение времени в его сознании начинает ускоряться...

Для того чтобы обрести свое время, необходимо иметь внутренние границы, которые закладываются еще в детстве и позволяют нам не испытывать чрезмерную тревогу от того, что мы не можем соотнести свои желания с реальностью жизни. В каком-то смысле мы входим в диалог со временем, определяем себя во времени, заполняем абстрактное хаотичное время собственным смыслом и содержанием. Важно, чтобы обезличенное время стало личным, и тогда мы будем проживать осознанно и с удовольствием каждую его минуту».

«Обработка информации замедляет время»

Александр Каплан, доктор биологических наук, руководитель лаборатории нейрофизиологии и нейрокомпьютерных интерфейсов биологического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова

«Структуры мозга, которая отвечала бы за ощущение времени, нет. И вопрос восприятия времени – конечно, скорее психологический. Человек не в силах объективно отмерять ход времени. Нейробиолог Дэвид Иглман (David Eagleman) проводил эксперименты, демонстрируя испытуемым различные изображения. Часть из них была участникам опыта знакома, а часть они видели впервые. Затем Иглман спрашивал, как долго испытуемые смотрели на картинки. Оказалось, что по субъективным ощущениям испытуемые намного дольше разглядывали незнакомые картинки. Между тем изображения демонстрировались с равной продолжительностью. Очевидно, чем сильнее мозг занят обработкой новой информации, тем субъективно медленнее течет время. Вот почему так растянуты 10 лет детства, так коротки 10 лет отрочества и юности и так мимолетны остальные годы, сколько бы их ни было!»

«Мы слишком доверяем часам»

Олег Аронсон, философ, искусствовед, сотрудник Института философии РАН и института «Русская антропологическая школа» РГГУ

«Когда мы ощущаем, что время бежит слишком быстро или тянется бесконечно, то это только потому, что мы слишком доверяем объективному исчислению – часам, календарю, да и вообще – упорядоченности мира, где за прошлым следует настоящее, а за ним – будущее. Переживание времени и его понимание невозможно примирить. Для Августина время в чем-то подобно божественному присутствию: оно дано вне мысли о нем, когда же задаешься вопросом «что это?» – оно исчезает. А по Хайдеггеру, мы ощущаем время только потому, что смертны. Оно указывает нам на нашу конечность, мы переживаем его как прикосновение самого бытия. Для Бергсона, наоборот, время выражено в идее длительности и связывает нас, людей окультуренных и технологизированных, с изменчивостью самой жизни, от нас не зависящей.

Каждый раз приходится спрашивать: где место времени? Где оно в математике? Где оно в психоанализе? Где – в повседневности? Это всегда разные образы, созданные столкновением воспоминания и ожидания, забытого и навязчивого желания… Оно может сжиматься, делая наше существование механистичным, а может растягиваться до бесконечности, открывая в нас способность к безумию и вере».

«Время зависит от культуры»

Марина Бутовская, антрополог, доктор исторических наук, профессор Центра социальной антропологии РГГУ

«Представители разных культур по-разному ощущают и структурируют время. У датога, традиционных скотоводов Танзании, с которыми я много лет работаю, можно точно узнать, при каких обстоятельствах родился человек, но бесполезно спрашивать дату рождения. Они не знают и свой возраст, лишь причисляя себя к группе: ребенок, подросток, юноша, родитель, дедушка.

О времени встречи они договариваются приблизительно: «на рассвете», «в полдень», «когда стемнеет». Важные события (например, свадьбы) приурочены к времени года – когда начнутся дожди, в начале сухого сезона... Далее следует уточнение: церемония состоится в полнолуние или «когда луна совсем убудет». День и час не указываются, но датоги безошибочно понимают, когда должно состояться событие. Время в европейском понимании для них неважно, и никого не раздражает, что мероприятие может начаться на несколько часов позже. Все мирно ждут и не понимают, отчего мы, европейцы, так нетерпеливы.

Представления о точности, впрочем, разнятся и в индустриальных культурах, так что наличие часов еще не обеспечивает соблюдение договоренностей. В Латинской Америке, Северной Африке или на Ближнем Востоке опоздание на час-полтора приемлемо. Ожидающий отдыхает, пьет кофе, листает книгу или слушает музыку. А вот в Германии, Швеции или Голландии опоздание на несколько минут – уже дурной тон».

* О * Есть время, как и все остальное, субьективное или, даже субьект субьективное и его, их «море» «легион». А есть и обьективное или, даже, объект объективное и это, второе, всеобщее, обще истинное, вечное. Что происходит еще и сегодня со всем прочим и с временем, в том числе? Две крайности, одна «лезет» в глаза, уши, ощущения как конкретика, как единственная реальность, как тотальность. Но это не потому что вещь или сущность такова сама по себе. Нет. Это наше восприятие, наша психика, наша ментальность, предрасположенность, воспитание, развитие, обучение и т.д. и т.п. Второе, есть вторая крайность и она неопределима никак и нигде, как первая иллюзорно определима повсюду и всегда. Но, опираясь, ориентируясь, соотносясь и т.д. или с одной крайностью, или с другой, ничего путного, хорошего, позитивного сделать или делать нельзя, невозможно. Да, и пожалуй и не нужно. Первое, есть, по сути, примитивизм или инфантилизм чего, или кого либо. Второе, есть «дар» природы которым наделяются все особи только человеческого вида еще при зачатии, но, или все это вытравливается, глушится, вытесняется, губится еще в утробе, при рождении, в малолетстве и т.д. В итоге можно сделать и делается окончательное заключение или вывод: если что нельзя или невозможно, то и я, он, она, они, это делать или не будут, или будут делать только комплементарно или формально, для вида, показательно. Не по сути, не по истине. А ведь это ложно и ложно губительно для всего рода человеческого, для культуры и для цивилизации. Если это диапазон, и пусть его начало или завершение «уходит» в туманную даль или неопределенность, но ведь есть и «видимая» часть, или то что было, есть и будет. И, главное это имеет массу аспектов, составляющих, согласованностей, закономерностей. И раз так, то это можно и нужно систематизировать. А уже систематизируемый продукт можно и классифицировать и понимать, и объяснять и использовать. Короче. С этим можно и нужно что либо делать, предпринимать и, производить соответствующие продукты, инструментарий и т.д. В число этого «абы что и абы как» входит и сам человек и вся его жизнь или существование. И оставляя «на потом» или, вообще, игнорируя данные вопросы мы как шли «тихим сапом» из одной части ада в другую часть применяя не столько инструментарий, мысли, чувства, сколь вооружение, дикую силу, власть силы, власть войны и разрушений. «Психологические типы Юнга»  Что это? это только первый и не полный «шаг» человечества к истинной культуре и истинной цивилизации, без войн, страданий, и, возможно, смерти. «Труден первый шаг». Он сделан. Но нет ни единомышленников, ни последователей, ни учеников. Школы, институты, сообщества и т.д. есть. Но их и нет. Они формальны и бессмысленны, если не считать формального статуса членов данных сообществ и, или учреждений. Но это копирование, клонирование, и оно бездетно. Оно появляется и не родившись умирает, оставляя «на виду» лишь тени или проекции пустоты. * Мы и сегодня говорим о богатстве. Богатство внешнего мира тленно и беспродуктивно. Богатство внутреннего мира, бесценно, бессмертно (генетическая память поколений, потомства и т.д.). Умрет человек и его внутренний мир, и умрет мир. Мир, как чисто природное явление конечно останется, но если нет кому его воспринимать, наслаждаться, удивляться, поражаться и т.д., то мир сам для себя и в себе, себе не нужен и не самодостаточен. Но если останется человек с номинальным, даже не максимальным богатством или багажем внутреннего мира, то это путь и надежда на самовоспроизводство, продолжение, восстановление. И Воскресенье, которое себе приписывает религия, есть намек, указание на явление Спасение мира. Правда, в религии есть одна ловушка, это то, что богу или производному психики человека, его проекции и интроекции изначально приписывается данный абсолютный случай. Когда некто, пусть это будет бог, оставшись по каким либо причинам, один может, хочет и должен этот мир воссоздать, повторить, явить и т.д. Начало и конец, первый становится последним, а последнее первым» и т.д. * Время, это и есть самое большое богатство и оно подвластно человеку. Но. Человеку сознательному, адекватному, самодостаточному, самостоятельному. Без этих качеств ни в одиночку, ни в группе, ни в сообществе, ничего не создать, не сделать. * Время внешнее консенсуально, время, как внутреннее ощущение субъективно. Но. Субъективно на столько, на сколько нечто имеет сознание или осознанность. И это проверяется памятью. Если кто либо не может вспомнить ничего или мало, отдельные куски или кусочки реальности, то это еще не Кто, это еще лишь Что и это можно отнести в трем предыдущим состояниям. Состоянию минерала, растения, животного. Время, это процесс, это интенсивность, это внутреннее богатство человека мира и мира человека. Сегодня еще большинство умирает не родившись, так как рождение, это время, память, сознательность, бытие. Быть, значит жить во времени и пространстве. Все остальное лишь существует или сосуществует, пассивно, пассивно-реактивно, и, как максимум, реактивно-реактивно. «Жить» вне времени и вне пространства может только примитив и ЧЕЛОВЕК. Примитив существует. Человек живет.

С некоторых пор я увлеклась своеобразной игрой.Называется она-прочти между строк и сделай собственные выводы.Вам это знакомо?Думаю-да,однозначно.Для того,чтобы от этой игры получить максимальное удовольствие,необходимо зайти сначала на иностранный ресурс или украинский ,а затем на пророссийский.Или наоборот ,не важно.Зайти -почитать ,и постараться сделать выводы.

Зачастую одна и та же новость звучит в зависимости от местоположения совершенно по-разному.Вроде про одно и тоже ребята пишут,но как...???

* О * Еще в юности, я читал все, ничего стараясь не пропустить, все слушал, как свое, так и «чужое» и сравнивал, додумывал, сопоставлял. Завершилось это тем, что я возненавидел вся и все и не брал в руки ни газе, ни журналов, напряженно смотрел телевидение и слушал уличный «базар». Так продолжалось пять лет. Но я искал истину, как я потом понял, везде и всегда. Она, эта истина и есть базис мировоззрения или мироощущения без которых человек не проживет и секунды. И это необходимо для жизни более чем даже глоток воздуха. Информация, дело сверх серьезное. Перепрыгну сразу в конец. Пройдя все круги ада я, в сорок лет вышел «в чистое поле», правда только после отказа от всех как позитивов, так и негативов этого мира. Перио стагнации, а вернее внутренней подготовки длился три года. На четвертый я почувствовал воскресение или возрождение, медленное и плавное. Вот тут я и понял, что то что нас окружает есть только часть и часть минимальная. А «часть правды та же ложь». И только полнота, номинальная полнота и дает, создает все условия для нормальной и продуктивной, здоровой жизни. Я еще не могу «вздохнуть» полной грудью, но не по причине малого достатка внутреннего мира, а по причине убогости и уродства мира внешнего. Хотя он и закомуфлирован под рай, да и декорации у него получше и посовременнее чем у Потемкина и его деревни. Но я вам, да и никому не советую проверять этот мир на прочность, устойчивость, что делают все бунты, революции, провокации, войны. И пока мир будет таковым, только как музейный образец, до тех пор и будут всякого рода тестовые, проверочные действия. И это не сознательные деяния участников этих событий или деяний, хотя именно их и считают таковыми виновниками, греховодниками. Когда греховна сама природа и те «творения» которые создавались или возводились на шатком, временном фнндаменте. Нельзя строить на песке, на воде, на воздухе. А мы строили, строим, и будем строить. Авось на наш век хватит. В первые годы перестройки, к нам, кому не лень, гнали весь автомобильный мусор который Они выбрасывали до этого на свалки, а тогда начали продавать нам. Да и до сих пор продают нам то, что сами давно исключили из пользования как устаревшее. Помню, нельзя было тыкать пальцем в обшивку этих авто, тут же рвется весь комуфляж и открываются зияющие дыры. * Повторюсь. Сколь бы кто не возжелал делать лишь одно добро, пусть даже и все скопом, все равно это лишь часть и часть малая минимальная того «Что должно Быть». * Приведу пример из моей технологии. Я задаю кому либо вопрос: что бы ты, вы хотели выбрать, сначала черную полосу, а затем белую, или, наоборот, сначала белую, а затем уже черную? Нормальный выберет сначала черную, а затем только белую. Почему? Пусть сначала будет тяжело, но есть силы, здоровье, время. И я преодолею черную полосу и вступлю, наконц в белую, где смогу наслодиться всеми прелестями этого мира. Логично? Куда там, конечно. Плохой или дурак выбирает обычно, сначала белую, эх проживу, а затем черную, после хоть подохнуть, без разницы. И он частично прав. Так где и в чем суть, истина, правда? Да в том, что, действительно, надо, сначала выбирать белую полосу, но не проживать ее бездарно и слепо, а использовать все возможные и невозможные естественные и искусственные данности и подготовить, организовать, преобразовать, трансформировать, модернизировать себя как можно лучше и полнее. И когда «придет» черная полоса, а она сегодня не случайность, а закономерность или тотальность, то я «готов к труду и обороне» (ГТО). «Будь готов!» «Всегда готов!» Так должна называть мужа его жена. Ну и отвечать тем же. Это вам не «три притопа и два прихлопа», это симфония, рапсодия, концерт, эпопея.