В колонках играет - Barry Adamson

После мальчика пошли мимо дворца в сторону драмтеатра. Вижу афиши музейной выставки - монеты выставляются. Среди них есть старые шведские монеты, доходившие массой до 19 кг. На афише как раз такая монета видна - квадратная медная и с печатями.  

Снова пересекаемся с русскими туристами. Многие уставшие - после марафона по Гамла Стану видать. Гидов нет. Стоят, рассказывают друг другу кто откуда приехал.

Идем вдоль набережной залива. В Стокгольме морские заливы, шхеры и проливы перемешаны с отростками озера Мэларен. Пересекаем мост, идем по Кунгстрэгордену - это тут летом я с Настей и ее друзьями был на концерте. Много столиков с отдыхающими. Света сетут, что сакура уже оцвела - раньше там вся аллея розовая была.

Я рулю к драмтеатру - обещал показать Свете "черную женщину с теплым пузом". На одной площади - концерт. Поют и играют трое - вечер какой-то церкви. Стоим и слушаем, я фотографирую памятник курице или петуху и мы идем дальше

Оборачиваясь, фотографирую автобусы у остановки рядом с этой площадью

Пересекаем трамвайные линии. По Стоку ходят старинные трамваи-музеи. Я на них пока ни разу еще не ездил.

Выбираемся на большую улицу, не помню названия

Далее Света хочет свернуть в сторону Стюреплана, к "грибу". Я же напоминаю ей про женщину с пузом и мы идем к драмтеатру. Возле него стоит памятник одной шведской актрисе. Все ей гладят живот и нос - на удачу вроде. И вроде говорят, что зимой у нее живот теплый. Мы подходим и трогаем - нет, холодный

Недалеко находится магазин "Севн-Элевн", тот самый, где мы впервые купили лакричные конфеты - килограмм наверное. Они потом все в урну попали - никто из нас их не смог есть. Район вообще родной - вот тут в центре мы и жили первую неделю в Швеции. Ходили по ресторанам, катались на такси. Деньги влет уходили. Как-то не сразу дошло, что Швеция - страна дорогая.

Теперь идем к "грибу". Помню сколько здесь встреч назначал раньше. А еще видел конные парады на той улице. На Стюреплане много красивых зданий

Хотим найти русскую церковь, но не можем. Вместо этого идем красивыми переулками в парк "Хюмла" - "Шмель". Тут Света выгуливает собак. Недавно у нее убежала собака, она, Света, очень испугалась, стала бегать искать и свистеть в свисток. На поводке у нее еще одна собака была. Я представляю ее тут, в этом центральном районе бегающей и свистящей и умираю со смеху. Хотя ей тогда не до смеха было. Собаку она потом все-таки нашла. В парке скейтбордисты, студенты, отдыхающие на траве. Они пьют пиво, играют на гитарах, грилят. Очень удобные штуки продаются - одноразовые грили - коробки из фольги с решеткой и углем - гриль - не хочу. Сидим немного на лавочке и снова идем в путь. Каким-то образом снова попадаем на улицу где гриб и снова идем к драмтеатру.  По дороге рядом с нами бегают-играются трое детишек-шведов. У одного мальчика белая майка с российским гербом. Недалеко идет невозмутимый несколько уставший дед с красным воздушным шариком. Дети отрываются по полной. Я немного сомневаюсь, что этот дед - их дед. Слишком далеко они убегают от него. Мы сворачиваем - они сворачивают. Деда нет. Я спрашиваю - вы одни? Они на момент останавливаются, осматриваются, задумываются, а потом радостно тыкают в сторону появившегося из-за угла деда - вон! Жаль я их не сфоткал, забавные были детишки. Дед все так же невозмутимо подходит к припаркованной машине и все они уезжают.

Мы же идем на остров Юргорден, набережною. На том острове самое плотное средоточие музеев и т. д. Юнибакен - мир сказок Линдгрен, Аква-музей, музей корабля Васа, Скансен, залы выставочные, Тиволи-парк Грена Люнд и многое другое

Но времени уже много и на острове делать нечего. Я чувствую голод и предлагаю пойти искать кафе какое-нибудь. Мы идем в сторону Карлаплан, потом снова вгубь города, проходим королевские конюшни. Находим два кафе, но там цены большие и еда непонятная. Неудачно поехал я в Сток - зарплата давно была, а тут еще столько непредвиденных расходов вышло. Идем дальше, постепенно возвращаемся в Гамла Стан. Туристов уже меньше. Разъехались, расползлись по клубам, гостинницам. Снова на той площади в Гамла Стане

Когда фотографирую Свету тут, мимо проезжают два парня - швед и араб. Араб смешно сюсюкает - Ой, фото делают! Ой-Ух! Его друг крутит у виска, араб довольно смеется и оба уезжают, а я вспоминаю своего друга, араба из Ирака который точно так же любил прикалываться. Помню, переходим с ним дорогу - машины останавливаются, пропускают нас, а он с притворною приторною благодарностью наигранно удивляется, играет бровями, глазами - Ой, меня пропускаете, прижимает ладони к груди, кланяется и начинает смешно сучить ногами - вроде как спешит-спешит-спешит пробежать через дорогу.

Я вспоминаю про кафе, в котором мы были с девчонками летом - и дешево там было и вкусно и обстоятельно. Его не находим, а заходим в ирландский бар О'Коннели. Спрашиваем что у них есть - выбираем рыбу и картошку и по бокалу вина - я белого, а Света - красного. Вино домашнее. Сначала хотим выйти на улицу и сесть за столик там, но что-то холодает и мы остаемся внутри бара. За стойкой стдят подвыпившие раскрасневшиеся забавные англичане и один швед, Кристофер. Мы разговариваемся с ним

Он приветсвует наш выбор - палец к верху. Тут говорит - реальная еда. Сам он работает в тату салоне. Говорит что напарник его - русский. Псих он, говорит, этот русский  и я его люблю - улетный чувак. Я спрашиваю как их найти - я ведь хочу все татуировку с одной мультяшкой сделать. Он рассказывает. Потом нам приносят наш заказ и мы находим столик недалеко от выхода. Рядом два зарезервированных столика. Мы зовем Кристофера с собой, но он извиняется - хочет поболтать с барменшей Туве и тут я окончательно понимаю, что Мумий Троллей написала женщина, а то я раньше все сомневался - женское это имя - Туве или мужское

Я голодный и набрасываюсь на мою рыбу. Поливаю ее лимонным соком и добавляю два соуса - гороховый и какой-то майонезный. Самое оно! Пробую еще соус к рыбе - как проуксусенное варенье - хорошо! Вино отменное, живое, потому что молодое.

За те два зарезервированных столика подтягивается молодежь - знакомимся с ними - два парня, у них гитары. Спрашиваем - сыграете что-нибудь - непременно - отвечают. Потом их уже 6-ро - 2 девушки и 4 парня. Они обзаводятся кружками пива, красивого цвета и пены - жаль я не один тогда был. Я бы вдрызг наверное с агличанцами пивом упился и спел наверняка что-нибудь. Молодежь подключает усилители, берет гитары в руки, флейту и скрипку. Это группа "Parcel of Rogues". Они начинают сначала играть ирландскую музвку, а потом и петь. Делают это они отменно. Блондин слева лихо пел, подделывая ирландский акцент. Парень рядом с ним красиво закрывал закатывал глаза и поджимал губы. Парень с банджо играл сосрелоточенно, важно, как следует. Забавный чувак. Парень справа обворожительно и нежно улыбался, кивал всем и подмигивал, раскачивая интересно своею гитарой. Был бы девушкой - влюбился бы без памяти. Девушки стояли в окне. Блондинка, красивая и несколько холодная играла на флейте, а шатенка мило выводила на скрипке. Как мне было хорошо! Какие они были замечательные. Очень жалел, что не знаю слов. Люди хлопали, мы тоже. Две девушки-посетительницы шутливо пританцовывали. Много песен прослушали. Я записал немного видео на фотоаппарат, выложу в видео. Столиков свободных не было и я стал совеститься - в бар заглядывали другие посетители, но не находя места, уходили, так что мы немного посидели еще и пошли. Я напоследок похлопал обворожительного парня по плечу, поблагодарил за вечер и мы ушли.

В вечернем Старом Городе зажгли фонари. На Сергельторйе, или шахматной площади как я ее про себя называю, народ гуляет. Горят огни и фонтан шумит.

 

Мы идем к Олинс, по улице Дроттнигсгатан, мимо торгового дома "Пуб", того самого, где Ленин перед самою революцией закупился пальтишком и шапкой, в которых он потом на броневике фигурировал. Одна из Пубовских колон:

На улице, меж тротуарных плиток выложены металлические буквы - цитаты из классика шведской литературы Стринберга. Мы идем и читаем, хотели было дойти до его квартиры-музея, но повернули назад - к вокзалу. Настала пора сворачивать программу субботы. Идем с немногочисленными прохожими по переходу подземному на вокзал

Мимо проскакивают лихие русские девчонки - красивые, модно одетые пьяненькие веселенькие радостные - бегут дальше на вечеринку. Мы заходим в подорожавшие с моего последнего пребывания в Стоке туалеты и поднимаемся на второй этаж. Садимся на лавочку. Света говорит по телефону с подружкой, а я рассматриваю народ вокзальный. Рядом со мной сидит швед, типчный представитель молодой интеллигенции - растрепанные немытые волосы, простая майка, грязные джинсы. Читает книгу толстую. Приятный парень, умные глаза. Вижу невдалеке спорт-бар. На едва издалека различимом экране вижу начинающуюся игру по хоккею Швеция-Россия, чемпионат мира в Канаде. Света подтверждает - подруга ее об этом же информирует. Подруга - украинка, болеет за Швецию (как никак флаги похожи :)). Раздается возглас радости - нашим забивают.

Света вспоминает, что забыла купить молока для детей хозяйки - пресбюрон (сеть привокзальных магазинчиков) как раз закрывается - на входе продавец и не впускает новых покупателей. Света все же прошмыгивает, а я пока фотографирую

Молоко куплено и мы едем на эскалаторе, а затем на метро до Лидинйо

В сам район метро не идет - надо на автобус пересесть. На остановке конечной метро вижу чумового деда - седой дедок, лет 70-ти, в голубом костюме и голубой щляпе, на которой - мигающие огоньки. Он далеко и я не совсем удачно его фотографирую. Ущел почти, загадочный незнакомец

Автобус сразу подошел. Что я люблю в Швеции, так это такое устройство движения, что как приедешь куда, там тебя ждет пересадка - подгаданы времена специально

Едем в Лидинйо. Район шведский, много радхюсов и своих домов, много зелени. Небо чистое, со звездами и Луной. Дом хозяйки - в конце улицы. Она сама не спит, смотрит хоккей, хотя и устала. Говорит, что Швеция-Россия - это классика. Мы идем на кухню. Пьем - я воду, Света кофе, едим дневные персики. Хозяйка сообщает, что счет - 1:1.

Потом мы идем в комнату Светы, смотрим фото за день, переживая все заново, смеемся. Мы сидим рядом и мне хочется ее поцеловать. Но волшебство момента уходит. Вместо этого мы распаковываем резиновую кровать, выданную хозяйкой для меня. Смеемся, потому что весело - возимся с надувной этой штуковиной. Я критичен - не представляю себя на ней. Тогда Света меняется со мной - ей нравится эта конструкция. На том и решаем.

Свет выключен. На спущенной шторке видны тени кустарников, как в китайском театре, поют птицы. Мы болтаем о наших любимых книгах и о стихах. Потом я долго думаю и спрашиваю, пошла бы Света за меня замуж? Она молчит, отвечая - скорее всего да. Тогда мы еще о чем-то болтаем и засыпаем. День был длинный и интересный.